Узлы
Тишина библиотеки треснула, словно стекло.
Рон шагнул вперёд, его лицо пылало.
— Гермиона, уйди от него, — потребовал он. — Немедленно.
Гермиона встала между ними, сжимая руки, как будто только так могла удержать их от драки.
— Рон, не надо!
Но Рон не слушал. Его гнев был направлен прямо на Драко.
— Ты просто пользуешься ею, Малфой. Думаешь, я позволю тебе тянуть свои грязные игры?
Драко усмехнулся, но его глаза оставались холодными.
— Ты слишком переоцениваешь своё значение, Уизли. Я не нуждаюсь в «играх».
— Да ты... — Рон вскинул кулак, но Гермиона резко схватила его за руку.
— Довольно! — её голос звенел. — Я устала от ваших ссор!
На мгновение оба замолчали, но воздух был наэлектризован так, что казалось — ещё чуть-чуть, и полетят заклинания.
— Мы закончим этот разговор позже, — процедил Рон и вышел, хлопнув дверью.
Драко проводил его взглядом, затем перевёл глаза на Гермиону. В них мелькнула тень сожаления, которую он быстро спрятал.
— Ты сама выбрала его сторону, — сказал он тихо и ушёл, оставив Гермиону среди книг.
Позже вечером Рон догнал Гермиону у лестницы к башне Гриффиндора.
— Ты должна понять, — начал он, голос был дрожащим. — Малфой опасен. Я не могу смотреть, как он... как он к тебе приближается.
Гермиона остановилась.
— Рон... — она глубоко вздохнула. — Всё сложнее, чем ты думаешь.
— Сложнее?! — перебил он. — Ты же понимаешь, что он ненавидит нас всех! Это Малфой, Гермиона!
— Я знаю, кто он, — её голос дрогнул. — Но иногда... я вижу в нём что-то другое.
Эти слова повисли между ними, как нож. Рон смотрел на неё широко раскрытыми глазами, потом отвернулся.
— Тогда, наверное, я зря надеялся, — сказал он глухо и ушёл, не дождавшись ответа.
Гермиона осталась стоять, ощущая, что теряет не только друга, но и самого себя.
Тем временем в подземельях Хогвартса Пэнси Паркинсон догнала Драко.
— Ты унижаешь себя, — её голос был тихим, но полным яда. — Разговаривать с ней, смотреть на неё так... Ты позоришь своё имя.
Драко остановился и резко обернулся.
— Осторожнее, Паркинсон, — его голос стал ледяным. — Ты забываешь, с кем говоришь.
— Я говорю с тем, кого люблю, — выпалила она, шагнув ближе. — И не позволю какой-то Грейнджер отобрать тебя у меня!
В её глазах пылала решимость, граничащая с безумием.
Драко долго смотрел на неё, затем хрипло произнёс:
— Я принадлежу только себе. И никто не посмеет диктовать мне, с кем разговаривать.
Он развернулся и ушёл, оставив Пэнси в ярости и отчаянии. Но её губы тронула улыбка.
«Хорошо. Если ты не слушаешь... значит, я заставлю тебя.»
Гермиона долго сидела у окна в своей комнате, не открывая учебники. Слова Рона эхом звучали в голове: «Я зря надеялся...»
Она закрыла глаза и прижала ладони к вискам.
«Почему всё так запутано? Почему я должна чувствовать это к нему?»
Внутри грызло чувство вины. Она теряла Рона — верного, доброго друга. Но мысли снова возвращались к серым глазам, в которых вчера мелькнуло что-то, что нельзя было спутать ни с ненавистью, ни с насмешкой.
В это же время Драко бродил по пустым коридорам. Ему хотелось забыться, но внутри было только злое раздражение.
Рон — раздражал. Пэнси — давила. Гермиона... Она сводила его с ума.
Он остановился у старого гобелена, закрыл глаза и тихо выругался. «Что я делаю? Это безумие. Она не должна значить для меня ничего. Но стоит увидеть её — и всё рушится.»
Вдруг он уловил шорох шагов.
— Опять ты? — тихо произнёс он, не оборачиваясь.
— А ты ожидал кого-то другого? — раздался знакомый голос.
Гермиона стояла в нескольких шагах. Она тоже не находила себе места.
— Нам нужно поговорить, — сказала она.
Драко медленно повернулся. Его лицо было безупречно спокойным, но глаза — напряжёнными.
— Опасное желание, Грейнджер, — усмехнулся он. — Если кто-то увидит нас вместе...
— Пусть думают что хотят, — перебила она неожиданно твёрдо. — Я устала делать вид, что не замечаю.
Между ними повисла пауза. В этом молчании звучало больше, чем в словах.
Они стояли слишком близко. И, возможно, кто-то сказал бы, что они вот-вот переступят ту грань, которая отделяет врагов от чего-то большего.
Но внезапно раздался тихий вздох.
Из-за угла выскользнула тёмная фигура. Пэнси.
Её глаза метали молнии.
— Я знала, — прошипела она. — Ты... ты выбрал её.
Гермиона обернулась, сердце ухнуло вниз. Драко сжал челюсти, его рука дёрнулась, будто он хотел остановить Пэнси, но та уже развернулась и ушла, её шаги гремели по каменному полу.
Гермиона посмотрела на него с тревогой:
— Она всем расскажет...
Драко молча смотрел ей в глаза, и впервые в его взгляде не было маски. Только чистый страх и решимость.
— Тогда нам придётся быть осторожнее, — произнёс он тихо. — Нам обоим.