Глава 4. Сердца, которых не коснулась магия
Ночь была тёплой, но воздух дрожал от напряжения.
Потерянные мальчики были заняты лагерем — искали дрова, расставляли ловушки.
А где-то в глубине острова Пэн стоял на скале, глядя в туман.
Он чувствовал её. Всегда чувствовал. Она — часть его острова, как деревья, как ветер, как его тени. Но не его.
Эмили лежала на мху, глядя в звёзды. Волчонок уже давно уснула, свернувшись у её ног.
Но она не могла. Не этой ночью.
Всё внутри неё было натянуто, как струна. Питер Пэн... он был монстром. Но он спас её. Он дал ей место, когда никто не хотел. Он дал ей силу — не магическую, а ту, что живёт в сердце.
И все эти годы...
Он не смотрел на неё, как на остальных. Он слушал. Он знал её молчание.
Он знал её боли.
И она знала, что в его взгляде — тьма. Но под этой тьмой... была боль. Одинокая. Глубокая. Настоящая.
Он любил её. Но никогда не сказал.
Она любила его. Но никогда не призналась.
Потому что оба знали: если скажут — всё рухнет.
⸻
— Ты шпионишь, — вдруг раздался голос из-за спины.
Эмили вздрогнула — но не удивилась.
— Это ты мне за поцелуй следишь? — хмыкнула она.
Пэн вышел из тени. На его лице была ухмылка — опасная и притягательная, как всегда.
— Не льсти себе, — сказал он. — Я просто скучал по твоим издёвкам.
Она поднялась, подойдя ближе, лицом к лицу.
— Я тоже скучаю, когда ты исчезаешь, — вырвалось у неё. Слишком честно. Слишком резко.
Они оба замерли.
Пэн отвёл взгляд.
— Не делай этого, Эмили.
— Что? —
— Не ломай то, что у нас есть.
— А что у нас есть, Питер?
Молчание.
— Ты всё равно когда-нибудь умрёшь, — тихо сказал он, не глядя. — А я останусь здесь. Всегда.
— Или ты начнёшь умирать, когда я уйду, — ответила она, обжигая взглядом.
Пауза. Долгая. В ней было больше чувств, чем в тысячах слов.
Он приблизился. Их лица разделяло всего несколько сантиметров. Он мог бы поцеловать её снова. Он хотел этого.
Но вместо этого прошептал:
— Уходи. Пока не поздно.
Она сделала шаг назад. Но глаза её были полны огня.
— Нет. Я останусь. Пока ты сам не скажешь, что хочешь меня забыть.
Пэн смотрел ей вслед, пока она исчезала в лесу.
А потом сжал кулаки. Потому что любил её. Всей своей искалеченной, вечной душой.
Но не мог признаться. Потому что знал — если признается... станет уязвимым.