Призрак за окном

Из окна, видны виды

Утром Адам услышал восторженные возгласы, которые слегка доносились через окно. Адам подошёл к окну и увидел ежегодный парад в честь дня города. Это было масштабное мероприятие, которое Адам ждал каждый год. Он поудобней уселся на подоконник, чтобы посмотреть на ярко украшенных прохожих. Он любил это делать — смотреть и выдумывать истории из жизни людей, которых встречал своим взглядом. И сегодняшний день не стал исключением, он смотрел, смотрел пристально. Первой жертвой для придумывания истории стал слегка полноватый мужчина лет сорока, но уже поредевшими волосами.

— Он военный лётчик! — Воскликнул Адам.

— Он многое видел и поэтому облысел.

— Хм... интересно у него есть дети?..

Костюм его был кремовым с очень большой красной бабочкой.

— А может он клоун? И вовсе это не его волосы, а просто парик.

Он продолжил обдумывать историю мужчины, Адам закричал.

— Я знаю, я знаю!

— Это Терри Мак Гили, военный лётчик, который вместе со своим истребителем рассекал воздух по всему миру, от скорости его истребителя небо раздваивалось надвое. Терри Мак Гили пролетел вокруг всей нашей планеты. Приземлившись в Англию, Терри угостили самым вкусным чаем, который он только пробовал, после взобрался на Биг-Бен и передвинул минутную стрелку на минуту назад.

Адам усмехнулся.

— Высадившись на побережье северного полюса, он кормил печеньками белых медведей, катался на айсберге и дрался с моржом за рыбу, отломав ему его длинный клык.

Адам прислонился ближе к окну.

— В Африке, туземцы подарили ему копьё с наконечником из бивня носорога, с этим копьём он охотился на огромных тигров и львов.

— Какая интересная у вас жизнь, мистер Терри Мак Гили. — С задумчивостью сказал он.

Адам отвёл от него взгляд и продолжил искать в толпе людей, интересные истории. Он заметил милую девушку, которая одиноко сидела на скамейке и читала книгу, рядом с ней сидел пёс.

— Почему же она одна сидит со своей собакой, вдали от всех?

— Может она шпион? — Прошептал Адам.

— Она хочет показаться беззащитной, но я знаю, что это не так, она мастер боевых искусств, а в сумочке у неё нож, нет, пистолет, нет, нет, нет лазерный пистолет, а собака была обучена распознавать среди толпы людей — преступников.

— Их звали, их зваалиии... как же их звали? Ах да вспомнил, их звали Миньди и её хвостатый друг Бубо. Они только что бродили по канализации в поисках Доктора Орро, гения преступника, ограбившего десять магазинов при помощи своих длинных и металлических рук, а сейчас вышли следить за порядком в городе.

Адаму наскучило наблюдать за ней, и его взгляд притянул старик, который стоял и кормил голубей.

— Может он понимает язык животных?

— Нет, не интересно. — Резко сказал Адам.

Следующий в его списке оказался высокий мужчина.

— Да это великан! Из города великанов, который называется царством "Дарблиети" в честь самого высокого великана из всех.

Адаму понравился этот мужчина, и он решил продолжить.

— Где же он хранит свою дубину?

И Адам начал искать по окрестностям, что то отдалённо похожее на дубину.

— Ах... голова моя бестолковая, ему же не нужна дубина, он может просто вырвать дерево и драться им, а кто же его противник?

Адам был воодушевлён и продолжал свой поиск до тех пор, пока его радость не сменилась резкой грустью, в толпе всех этих людей он увидел детей, которые беззаботно играли в мяч, прыгали через скакалку, играли в догонялки... У Адама навернулись слёзы, он прикоснулся щекой к стеклу и медленно с тоской промямлил.

— У них хорошая история.

Он спустился с подоконника и направился в сторону ванной комнаты, что бы вытереть своё красное и опухшее от слёз лицо. Отходя от окна, он провожал взглядом детей, которые веселились на улице. Адам зашёл в ванну комнату и оглянул её беглым взглядом, кислотно-синяя плитка проедала глаза Адама, он так и не смог к ней привыкнуть, поэтому всегда щурился, когда заходил туда. Сама комната была небольшой, всё располагалось плотно к друг к другу. Раковина и ванна, всё что помещалось в неё. Раковина расположена — прямо от двери, а ванна справа. По краям ванны виднелась очень хорошо проросшая плесень, в ней можно было разглядеть, как копошатся муравьи, пытаясь пробраться через эти непроходимые джунгли. Раковина покрыта странными чёрными пятнами, Адаму иногда казалось, что они шевелятся, но он не решался дотрагиваться до них. Адам, еле переставляя ноги, шёл к раковине, пытаясь не задеть, липкие засохшие лужи, чего-то не понятного, Адам подошёл, открыл кран и просто ждал, потому что секунд десять, всегда лилась ржавая вода. Он протянул свои костлявые и маленькие ручки, чтобы зачерпнуть воды, но услышал резкий удар по двери в своей спальне, выйдя с ванны, он медленно продвигался к комнате, оглядываясь то назад, то по бокам, то заглянет на потолок, на всякий случай. Адам резко открыл комнату, но ничего.

— Пик, ты слышал что-нибудь. — Сказал Адам.

Он обращался к своей плюшевой игрушки, которой было столько же лет, сколько и Адаму, если не больше. Пик — эта старая игрушка в виде кошки, или в виде собаки, или даже крысы, старой и грязной, некоторые части плюшевой шерсти, были просто вырваны, через многочисленные дыры выпадали остатки пуха. Адам любил эту старую игрушку, может потому что она была единственной игрушкой в его жизни, не считая телевизор, который показывал три канала. Адам взял Пика на руки и начал с ним разговаривать. Они всегда разговаривали, точней Адам говорил, а Пик внимательно слушал. Он рассказывал про всё — о тех передачах, которые смотрел по телеку, про тех людей за окном, про то, что когда-нибудь наберётся смелости, чтобы выйти из квартиры. Он рассказывал свой план, как достанет ключи из отцовского кармана и пойдёт к заветной двери. Сегодняшний день не стал исключением. Но его прервали. Мать занесла ему старый кусок пиццы, занесла без слов. Пытаясь взять пиццу из пластиковой тарелки, Адам случайно уронил её вместе с куском пиццы. Мать отстранённым голосом произнесла.

— Лучше бы сама его съела.

Вышла из комнаты и захлопнула дверь. Адам отправился спать.

Следующим днём Адам услышал крики, зверские вопли издавали его Родители. Адама просто лежал, он не слышал о чём они спорят, он просто рассматривал потолок и думал "неужели моя Мать и мой Отец всегда были такими, всё что я вижу по телеку, вижу на улице, говорит о том, что люди не ведут себя так. Может всё нереальное? только вопрос где? За окном или за дверью спальни?" Адам повернулся к Пику и сказал.

— Я путаюсь... я путаюсь Пик. Где? Где же реальность Пик? А может и ты не настоящий или может я?

Адам опять повернулся к потолку, пытаясь осмыслить ту сложную мысль, которая залезла в его голову и начала заедать, как старая пластинка. Он резко поднялся. И побежал на кухню, встал посреди комнаты и закричал.

— Я настоящий?

Отец взял его под руку и потащил в свою комнату, сказав своим прокуренным голосом.

— Ещё хоть один звук издашь, и ты узнаешь, настоящий ли мой ремень или нет.

Резко развернулся, так резко, что даже пошатнулся и чуть не упал, вышел из комнаты, заперев дверь. Адам лёг и начал смотреть в тот же потолок, больше в тот день, он не проронил ни слова. Пик, как всегда сидел рядом, и казалось, что он смотрит на Адама с некой долей сочувствия. К вечеру его дверь отперли и занесли очередной кусок пиццы со словами.

— Ешь, труп нам здесь ни к чему. — Сказал Отец

Мать посмеялась, они развернулись и вышли из комнаты. Адам взял твёрдый кусок пиццы, на нём виднелись куски потемневшего мяса, огурцов и помидоров, а также пару муравьёв. Адам принялся есть "на вкус, как ботинок" — подумал он, но выбора у него не было. Поглотив этот дрянной кусок, так называемой еды, Адам лёг спать.

Ночью он проснулся от непонятного чувства, как будто за ним, кто-то наблюдал. Он окинул взглядом комнату, но никого не было, насколько он мог разглядеть, тёмные тучи не давали свету луны пробиться в комнату Адама, а лампа в его спальне отсутствовала. Адам взялся покрепче за своего старого друга Пика и пытался не думать о монстрах, скрывающихся под покровом ночи. Всё его маленькое тельце дрожало. Возможно от холода, возможно от страха, но скорей всего, от того и от другого сразу, спустя некоторое время, он всё же смог заснуть.

Утром Адам встал без каких-либо эмоций, он встал посреди комнаты и стоял, не понимая, что ему делать, он поступил так же, как поступило бы большинство людей, не знающих что делать. Он включил телевизор и начал смотреть. Шла передача новостей, слащавый ведущий с приятным голосом говорил то об убийствах, то о кражах, то о падение цен акций — какой-то компании, то о количествах аварий на дороге. Адам не понимал, если в мире всё так плохо, почему все эти люди, которых он видит на улице через своё окно, всегда радостны.

— Может телевизор врёт? Не может в мире быть столько зла и ничего хорошего! Просто не может. — Проговорил Адам.

Он подбежал к окну и говорит.

— Ну вот, ну вот же люди, и они счастливы, вон дедушка с бабушкой держатся за руки и кормят голубей и они улыбаются, значит они счастливы. Вон сидит под деревом компания людей, которые играют в настольный теннис, слушают музыку и веселятся.

Адам подбежал к телеку, что бы выключить его и бежал так быстро, что даже упал перед телеком и уже с пола, еле дотягиваясь рукой, нажимает на выключатель, дышит с облегчением, повалился на пол и начал смотреть в свою излюбленную картину под названием "потолок". Прошла минута, за ней вторая, а за второй прошёл и целый час. Адам проголодался, поднялся и пошёл на кухню, чтобы урвать у тараканов, кусок пиццы. Каждый раз поиск еды превращался в занимательную игру, переворачивая тарелку за тарелкой в надежде на кусок пищи. Адам представлял себя главным героем кинофильма "Индиана Джонс", пробираясь через ловушки с непонятными пятнами и жидкостями, сражался с сотнями врагов в олицетворении тараканов и муравьёв, проходил через джунгли мха и плесени. Он радовался, радовался искренней детской радостью, находя кусок еды, и его восторг не связан с тем, что он хотел утолить голод, для него это было забавной игрой, в которую можно окунуться с головой. Довольный Адам, пошёл с гордо поднятой головой в свою комнату с видом Геракла, который победил Немейского льва. Зайдя в комнату, он гордо заявил своему старому другу.

— Я всех победил! Прошёл через всё джунгли, обошёл все ловушки и урвал свой кусок пирога.

Взгляд Пика по-прежнему сочувствующий, словно он всё понимал... просто всё понимал... Адам пошёл к окну и решил сочинять истории про тех людей, которые беззаботно ходили по улицам. Продолжалось это до вечера, пока глаза Адама не начали слипаться, а тело изо всех сил попыталось устроиться поудобней, он встал с подоконника и медленно поковылял к своей кровати, упав лицом на подушку, он сразу же уснул. Ночью, через окно его спальни пробивался несильный белый свет, освещая крохотную часть комнаты перед подоконником, этот свет исходил от луны, которая была на своем пике восхода и находилась, прям над окошком комнаты Адама. Нависла полная и даже пугающая тишина, слышно, только биение сердца Адама, спокойное и ритмичное, но продолжилось это недолго, ритмичное сердцебиение сменилось на хаотичное, сон стал наказанием, его сердце не казалось сердцем ребёнка, скорее старика, у которого случился сердечный приступ. Вызвало такую болезненную реакцию, медленно открывающаяся дверь, которая скрипела, как крик новорождённого младенца. Адам вскочил и побежал на единственный кусочек света. Не раздумывая взял с собой свою плюшевую игрушку, с головой укутался в одеяло и просто сидел, дрожа всем телом. Сидел у того самого окна, под светом ночной луны. Его одеяло было скорее простынёй, через тонкую ткань можно разглядеть общий силуэт комнаты и предметов, которые находились в спальне, через простынь он увидел открытую дверь, Адам не мог понять, ему казалась, что в двери стоит силуэт человека, который пристально смотрит на него. Адам дышал так громко, что не мог расслышать собственные мысли, но он взял себя в руки и на несколько секунд перестал дышать, чтобы прислушаться, не издаёт ли какие-нибудь звуки этот чёрный силуэт. За эти секунды, Адам услышал скрипящее через зубы дыхание, как будто, кто-то неумело пытался посвистеть. За это время страх Адама, только усилился, он крепко прижимал и руками и ногами своего маленького, но такого храброго Пика, Адам судорожно произнёс тихим писклявым голосом.

— Не в этот раз, сегодня я под защитой своего друга.

— Повышая тон своего писклявого голоса. — НЕ В ЭТО РАЗ, сегодня я под защитой своего друга!

Последний раз произнёс слова, крича без нотки своего тихого и тонкого голоска, скорее это был голос взрослого мужчины, нежели ребёнка.

— НЕ В ЭТОТ РАЗ, СЕГОДНЯ Я ПОД ЗАЩИТОЙ!!!

И крепко закрыл глаза, качаясь вперёд-назад, вперёд-назад, шепча себе под нос всё те же слова...

Может это — детская фантазия? Дети ведь часто придумывают себе воображаемых друзей или монстров, которые ждут под кроватью, когда смогут схватить за сладкие ножки, свою беспомощную жертву.

Как бы то ни было, Адам больше не видел того монстра.