DEMIAL

— Мне больно, — шипит он и закрывает глаза.

Убираю руку, прижав её к груди, — извини, я не специально.

Он открывает левый глаз и приподнимает голову, смеясь, — Брилл, я шучу, я ничего не чувствую.

Вздыхаю и снова капаю на рану перекись. Боюсь трогать осколок, сделав ему больно. Хотя, я опять лгу. Я просто боюсь прикасаться к этому предмету. Но хотела бы прикоснуться к парню.

— Даже не думай.

— Прекрати уже лезть ко мне в голову! — надавливаю на рану, чтобы остановить кровь, — это твоё тело или же?

Велиал пожимает плечами и убирает руки за голову, — если я брошу тело, то этот парень скорее всего умрёт, понравился?

Поджимаю губы и встаю с кровати. Мама убьёт меня. У неё точно будут вопросы, что случилось. Почему все постельное белье в крови. Не скажу же я, что просто поранила палец.

— Брилл, мне не нужно разрешение, чтобы вселяться в чьё то тело. Я ведь не ангел, который спрашивает позволения. Как твой паренёк, — он хмыкает и пытается привстать.

— Арчи?

Красные глаза брюнета скользят по мне сверху вниз и останавливаются на моих губах. Сильные руки , по которым бегут реки из вен, обхватывают конец осколка и выдирают его из груди.

— Дерьмо, — Вел осматривает свою  ладонь, по которой теперь тоже течёт струя крови, закатив глаза я снова беру перекись и ватку.

— Ты не ответил мне.

Осматриваю голые руки парня и боюсь обжечься, он даже не смотрит на меня, уставился в потолок и закатывает глаза. Быстро хватаю его запястье и прислоняю вату к порезу. Я не чувствую боли. Я не обожглась.

— Ты что творишь?!

Делаю пару шагов назад, когда парень обхватывает свое запястье. Ожог получил только он.

— Нужно обработать рану, позволь ещё раз прикоснуться..

— Не смей, — он тычет в меня пальцем и отходит к окну, — двум мирам нельзя касаться друг друга, ты все ещё не поняла? Ты можешь хоть обнимать своего блондина, никто из вас не почувствует боли, вы оба спустились с небес..

— Но Велиал, — я подхожу к нему ближе, все ещё держа в руках банку.

— Не смей ко мне прикасаться. Идём.

Он выпрыгивает из окна, оставляя меня в недоумении. Бросаю взгляд на уличную водолазку и вздыхаю. Зачем я делаю это? Зачем помогаю исчадию ада? Неужели любопытство настолько одолевает меня, что я не могу остановиться? Я хочу узнать об Арчи, что он имел ввиду, когда упоминал его имя? Правильно ли я все поняла? Выглядываю в окно, когда парень поджигает сигарету и пускает кольца в небо. Я рискую своей жизнью, связываясь с ним. Я рискую абсолютно всем. Перебрасываю ногу через подоконник и повисаю на огромной ветке дерева. Высота до земли метра три, не меньше.

— Помоги мне, — шепчу я, — Велиал!

Он поворачивается в мою сторону, — ты хочешь убить меня ожогами?

Закатываю глаза и выставляю руки и ноги вперёд, — моё тело полностью закрыто, — улыбаюсь я, — или ты хочешь, чтобы я разбилась?

Он что то бубнит себе под нос, но подходит ближе, вытягивает руки вверх и качает головой. Закрываю глаза и прыгаю. На мгновение моё сердце останавливается, и меня переполняет чувство страха.

— Долго я должен ещё держать тебя, как котёнка?

Встречаюсь с его красными глазами, и сердце пропускает удар. Он не моргает, исследует моё лицо, вновь останавливаясь на моих губах. Сжимаю ткань его футболки и делаю глубокий вздох. Становится тяжело дышать, и жар пробегает по всему телу. Это все выглядит так, словно он хочет поцеловать меня, а я готова ответить. Готова согрешить.

— Ай!

Моя пятая точка здоровается с холодной землёй, когда парень разжимает руки.

— Вставай, вся перепачкаешься, я не собираюсь носить тебя на руках. Хочу пробраться в дом той девчонки, что осталась без глаз и органов, — он усмехается, и я мрачнею.

Половину дороги мы идём молча. Слушая только тишину улиц и пение птиц. Его руки покоятся в карманах джинс, в губах снова крепкая сигарета, и глаза прикрыты. Я же умираю от жары в тёплой одежде, которая закрывает полностью моё тело. Хотела бы я тоже ничего не чувствовать. Останавливаюсь под ближайшим фонарём и стягиваю с себя махровую водолазку, оставаясь в тонком топике. Красные глаза пробегаются по моему телу, а губы хмыкают.

— Решила согрешить со мной?

Швыряю в него одежду и наклоняю голову на бок, открыв рот. Его сильная рука комкает мою водолазку и откидывает вещь в сторону. Кровь заливает его глаза, и Велиал начинает тяжело дышать.

— Ты думаешь, что я ничего не сделаю тебе? — рычит он, — что я не убью тебя после того, как ты станешь мне бесполезна? Ты никто, Брилл Уайт, как ты смеешь кидать в меня свою одежду?

Мои глаза вот вот выпадут из орбит из за сильного страха, стучу зубами и стараюсь отойти, как можно дальше от разъяренного парня. Он двигается в мою сторону так же бесшумно, как и раньше, тяжело дышит, и желваки на его теле играют симфонию Баха в быстром темпе. Упираюсь в фонарный столб и закрываю глаза. Если он убьёт меня сейчас, то это будет расплата за все грехи, которые я совершила за эту неделю, связавшись с падшим ангелом.

— Ты должна дрожать каждый раз, когда чувствуешь моё присутствие, ангелочек, — он дышит мне в шею, — и послушно ждать своей кончины от моих рук.

Бросаюсь на него, обнимая его талию руками. Стараюсь не задеть голых участков его кожи и утыкаюсь лицом в крепкую грудь парня.

— Прости меня, — шепчу я, оставляя мокрые следы на его футболке, — пожалуйста, прости меня.

Велиал слегка вздрагивает, когда мои руки обвивают его торс, но остаётся в таком же положении. Стоит прямо, смотря в одну точку. Я совершила необдуманный поступок, за который он меня накажет. Он старается не притрагиваться ко мне, только делает шаг назад.

— Отпусти меня, Брилл. Что ты делаешь?

— Обнимаю тебя.

Представляю, как его брови взлетают вверх, и он морщится, — прекрати пускать сопли в мою любимую футболку!

Убираю свои руки так же аккуратно, как и он. Делаю шаг назад и прячу их за спиной. Велиал вздыхает и продолжает свой путь. Его глаза уже не кажутся такими убийственными, как пару минут назад, и я спешу за ним.

— Что ты имел ввиду, когда говорил про Арчи?

— Ты когда нибудь заткнешься? — он останавливается и поворачивается ко мне, я мотаю головой, — ты такая глупая, что все ещё ничего не поняла? Это ваша семейная традиция, обычно ангелов связывают узами брака, в знак продолжения рода. У вас нет права отказаться.

Я начинаю смеяться, и он рычит, — где же тогда мои крылья?

— Поэтому я не убил тебя в нашу первую встречу, когда ты помешала мне. Я не чувствую в тебе такой сильной ангельской энергии, как у твоего будущего мужа. Но если за тобой стоит Азраиль, то значит в тебе что то есть. Твои родители, — он задумывается, — настоящие?

Вот почему я грешу. Именно поэтому я остаюсь рядом с ним, а не бегу сломя голову. Мной овладевает паника, и я стараюсь дышать медленнее. Почему он спросил это? Разумеется, они мои настоящие родители. Ведь я живу с ними всю свою жизнь. Сколько себя помню. Не стоит доверять ему, ведь так? Он падший ангел, он может сказать все, что угодно. Мы почти на месте, поэтому я бросаю взгляд на дом Арчи, в котором царит мертвая тишина и мрак.

— Все ангелы любят сладкое, от них обычно пахнет шоколадом или чем то сладким, — Велиал перепрыгивает через забор, намекая мне сделать тоже самое.

— От тебя пахнет шоколадным пуддингом, — смеюсь я и пытаюсь перелезть через припятствия.

Парень цокает и прикладывает палец к своим пухлым губам. Его глаза медленно исследуют округу, так же, как и у Арчи днём, они ведь наверняка чувствуют друг друга? Мы стоим в абсолютно тишине, он прикрывает меня своей спиной, прижав к забору. Или так думаю только я. Его голова плавно поворачивается по сторонам, и он замирает, когда слышит глухой удар.

— Брилл?

Начинаю тяжело дышать, уставив глаза на торчащий из забора клинок. Парень тянет ко мне руки, но тут же прячет их за спину. Бессознательно киваю и делаю шаг вперёд. В доме погибшей загорается голубой свет и раздаются голоса.

— Если они убивают своих же, то убьют и тебя, если почувствуют твоё присутствие.

Цепляюсь за футболку парня и стараюсь прижаться к нему ближе. Он позволяет сделать это, но в отличии от меня сохраняет спокойствие. Шум становится все ближе к нам, моё тело начинает дрожать больше, и я прикусываю губу, чтобы не задрожать от страха.
Велиал осторожно поворачивается ко мне, стараясь спрятать нас во тьме, его руки сжимают мою талию, оставаясь на ткани топика, красные глаза смотрят в мои голубые, и он пухлыми губами шепчет:

— Беги и не останавливайся.

Аккуратно перебрасывает меня через забор, кивая головой в сторону дороги. Я боюсь, пытаюсь овладеть своими ногами и заставить их бежать.

— Велиал, пожалуйста, уходи со мной.

Я не слышу ответа, не вижу его сильной спины. За забором раздаются крики и включаются фонари. Люди кричат друг на друга и предлагают разделиться. В моей голове проносится мужской голос, который заставляет меня бежать.