DEMIAL

Велиал

— Почему именно сейчас?

Закатываю глаза и поправляю пуговицы, — прекрати ныть, Нибрас. Было бы подозрительно, если бы мы пробрались туда ночью.

— Разумеется, мы ведь не можем просто взять и испариться.

За этот час мои глаза настолько часто  встречались с мозгом, словно они побывали на аттракционах, где карусель несётся с огромной скоростью вверх.

— На что нам вообще тогда крылья?

— Не-а, друг. У тебя крылья потому что ты черт пойми кто, а я - падший ангел. Если ты не заметил, то у других демонов их просто напросто нет.

Друг выбрасывает окурок в ближайшую мусорку, и я ухмыляюсь. Где то произошёл явный сбой, если такое чудо, как Нибрас, появилось на свет.
В тот момент, когда меня изгнали из серебряного города, я скитался по сотням городов. Заключал сделки с глупыми людьми, которые желали славы и вечного богатства. Я делал это ради удовольствия, из за скуки, хотя вероятность того, что мне нравилось наблюдать, как адские псы разрывают их на части после истекшего срока сделки, доставляло мне радости больше. В те года появилось слишком много бездарных знаменитостей и политиков, а мне пришлось прикрыть лавочку. Хотя, признаюсь честно, был великий соблазн, когда на перекрёстке тёмных улиц кто то выкрикивал моё имя, в надежде на получение неземных богатств.
Спустя время я начал забирать души. Так сказать, начинающий коллекционер. В преисподней идут хорошие торги на грешников. Так я познакомился с Аластором, а после уже с Бегемотом. У меня под крылом было два сильнейших палача ада. А у них под окровавленной рукой был я. Один из самых могучих падших ангелов.
Когда ты живёшь сотни лет, занимаясь одним и тем же делом, это наскучивает. И владыка ада здесь не исключение. Он, как цветок, высох. Потерял всю ту былую власть и вселяющий во всех ужас и страх. Если брать в пример книги господа, то дьявол действительно заключён в клетку. Просто не такую жестокую, как её описывают. Демоны теряют себя, поклоняясь ему. Сделки со временем надоедают абсолютно всем, и единственным развлечением остаются лишь пытки грешных душ. Многие планируют начать бунт против Люцифера, и я, со своей свитой, не исключение. Но сейчас появилась та, которая стоит на первом месте у двух миров.

— Так.. Мы убьём их?

Оглядываюсь на Нибраса и пожимаю плечами, — мы не можем убить их без ангельского клинка. Только изгнать.

— Ангела может убить лишь ангел, то есть ты. Если начнётся бой, то я вполне могу завладеть чьим то клинком. Вот чёрт, я бы с радостью сейчас съел огромный бургер.

— Если хочешь, то после я свожу тебя перекусить. Вот только тебе это не нужно, ты даже не почувствуешь вкуса.

Желание Нибраса стать человеком никуда не пропало. Даже спустя шесть сотен лет, он поднимается на землю и пытается прожить хотя бы один день в неделю, как обычный человек. Пьёт крепкий кофе, выражая наслаждение, и закусывает все чизкейком. Вот только нам это не дано. Нам не нужно есть, чтобы набираться сил и энергии. Да и спать тоже, но друг падает на свою кровать и закрывает глаза, в надежде уснуть и понять какого это.
Удивительно, но демоны могут заключать брак между собой. И большая часть из них так и живёт друг с другом, пока одного из семейной пары не убьют. Так же и мы с Ламией. Только мы не успели сделать этого, появились дела важнее, чем какой то демонический союз. Дела в виде блондинистых волос и голубых глаз.
Там, под землёй, нет удовольствий, кроме секса и пыток. Поэтому, на каждом углу можно свободно увидеть какую нибудь оргию. Бегемот рассказывает, что у него по телу бегут мурашки от наслаждения, когда грешная душа соглашается стать палачом. Это некий спор между палачами, мол кто больше сломит душ. И многие сдаются на девятом кругу ада, когда казалось бы ещё немного и ты сможешь переродиться, но все катится адскому псу под хвост.

Нибрас дёргает меня за рукав пальто, и мы медленно заходим в дом. Чувствую запах железа и ангельского дерьма.

— Доброе утро, господа, — открываю дверь комнаты, в которой по кругу сидят божьи слуги.

— Я же говорил, что убийцы всегда возвращаются на место преступления.

Тяжело вздыхаю и тру переносицу, — Накир! Как же давно мы не виделись?

— С того самого момента, как я был судьёй твоего изгнания. Что на этот раз, Велиал? Чем тебе не угодила эта бедная девушка?

Ищу глазами свободное место и присаживаюсь, упираясь головой на спинку стула. Ещё один забавный факт, на самом деле наш отец, а если быть точнее, то Бог, никогда не разговаривает со всеми лично. Такой чести удостаиваются лишь приближенные. Но несмотря на это, кто то раздаёт приказы ангела, и все их выполняют. В том числе и Накир, ангел правосудия.

— Я хотел спросить тоже самое у вас.

— Ну конечно! — Накир поправляет свой белый плащ и скалит белоснежные зубы, — Велиал, ты - зло. Лживый падший ангел, правда думаешь, что тебе кто то поверит? Напомнить тебе, что было после того, как ты вырвался из заточения Соломона? Принял образ Бога и получал дары от бедных жителей.

Былые времена вызывают у меня улыбку, которую не удаётся спрятать.

— Да брось! — я усмехаюсь, — это было так давно. Я могу получить уважение хотя бы за то, что руководил легионами.

В дальнем углу комнаты замечаю жениха моей пуэллы. Я прямо чувствую его страх, когда он бросает на меня взгляд. Низший ангел, который пытается добиться расположения и готов лизать жопу каждому, лишь бы его заметили. Решаю давить на его страх, спокойно продолжая:

— Почти шестьсот тысяч демонов подчинялись мне. Я вёл за собой девяносто дьявольских легионов! Так прояви же, в конце концов, уважение ко мне.

Нибрас бегает глазами по комнате, стараясь не упустить ни одной детали, которая могла бы нам чем то помочь.

— Сабаот, — обращаюсь к ангелу, который завладел телом парнишки, — ты ведь вёл за собой войска. А сейчас вы занимаетесь этим, — демонстративно плюю на ковёр и слегка откидываюсь на стуле.

Демон выпускает из себя лёгкий стон, — какие у вас сложные имена, я не могу..

Неизвестное мне создание истерически смеётся, — ты потерял свою былую силу. Передо мной словно слепой котенок, Велиал, который ищет мамочку.

Я, пожалуй, стал слишком сентиментальным. На первый взгляд. Действительно, слова меня даже задели, а жених Брилл ядовито улыбнулся. Мне приносит эйфорию его страх. Я словно пробую его на вкус, как бургер, который так хочет Нибрас.
Чёрт, да я бы с радостью повторил все свои разбои и нападения, я бы согрешил ещё парочку миллионов раз, но что то держит меня. Чувство, которое я давно забыл.

— Арчи, и вот с этим, — выделяет он, — таскается твоя невеста. Стыд и позор ей.

Щелчок.

Мне хватает одного щелка пальцами, чтобы этот неизвестный растворился, осветив своей благодатью всю Канаду. К счастью или сожалению, он не появится больше даже на небесах. Если повезёт, то попадёт в чистилище, к таким же, как и он сам. Мёртвым. Таких заносчивых сучек надо уничтожать.

— Что, Арчибальд? — я усмехаюсь и поднимаюсь со стула, — куда пропала твоя улыбка? Твой страх подпитывает меня, потрясающий вкус.

Парень медленно уходит обратно в свой угол. Правильно, сиди там откуда пришёл. Оскорбления в мою сторону могут меня лишь рассмешить, но когда дело касается моих друзей, а в этом случае Брилл, то просыпается та ярость, которая спряталась в моей груди на долгие века.
Я подхожу к трупу молодой девушки.

— Что с её глазами, Накир? Даже не смей говорить, что это не ангельские проделки.

— Жалкая копия. Уверен, что демоны пытаются подставить нас.

И это ангел правосудия. Вот кому место в кипящем котле, а не тем детям, которые посмели сказать одно бранное слово за всю свою короткую жизнь.

— Смотри, — подзываю Нибраса и указываю на причину смерти.

Друг смеётся и окидывает взглядом присутствующих, — смерть в результате удара острым предметом. Каким? Нет, стойте. Я сам отвечу.

Сабаот поднимается со своего места, и я тут же заставляю его сесть одним лишь взглядом.

— Ангельский клинок пронзил насквозь эту бедную девушку. А она ведь даже не ангел.

— Недавно мы столкнулись с демонами. Было много смертей, возможно, что кто то из неопытных ангелов обронил свое оружие, пытаясь сбежать, — Арчи делает шаг вперёд, но замирает.

Мне становится смешно. Даже не приходится изображать смех, чтобы ответить ему.

— Да, ангелы всегда пытаются сбежать. Хватит.

Я взмахиваю рукой, чтобы прогнать этих лжецов. Отправить их обратно на пушистые облака, чтобы у нас было время подумать.
Нибрас ходит из стороны в сторону, запуская руки в волосы и оттягивая их. У нас не остаётся сомнений, что это дело рук белоснежной свиты. Проблема лишь в том, что в их кругу может быть предатель, о котором они даже не подозревают.
Касаюсь лба девушки, забирая душу. Она не будет вариться в адском котле.

— Ты обещал мне бургер.

Нибрас пихает меня локтем в бок, и мы покидаем  теперь уже безжизненный дом.