пролог
он всегда был таким – неприступным, холодным и равнодушным, но мне хотелось верить в претекающую природу изменений, искать и не находить в нем хорошее, растворять себя в иллюзиях, что однажды и моя жизнь станет похожей на приторно вылизанную утопию с «долго и счастливо». список прочитанных романов стремительно пополнялся новыми строками, а любовь во мне била ключом, разбиваясь о скалы.
вера в людей до последнего выдоха была моей путеводной звездой, с которой я шла, вновь и вновь закрывая глаза на реальность. мне нравилось романтизировать антагонистов, нравилось испытывать боль, заставляющую хоть что-то чувствовать. откладывая будущее в пыльный ящик, я насильно питала себя надеждой, что всепоглощающая сила настоящей любви способна преодолеть любые препятствия. я верила в «нас» слишком сильно, я верила ему больше, чем самой себе.
выжидая, когда затянутся открытые, непрестанно ноющие раны, я потеряла себя в человеке, ставшем колоссальной ошибкой моей жизни. обида, ревность и ненависть слились в один-единственный монотонный звук пустого разочарования. после – ничего, лишь острая сдавливающая тишина.
погружаясь в глубины острого безразличия, из самой подкорки головного мозга на поверхность снова и снова всплывала мысль: сколько еще необходимо пережить, чтобы понять как бессмысленны мои чувства? рассудок неистовал, пока сердце молча сносило удары. казалось, моя любовь нерушима, но людям свойственно ошибаться.
…
я хочу сыграть на ваших чувствах и рассказать вам небольшую историю – абсолютно нелепый, выдуманный концепт того, как маленький человек теряет и вновь обретает себя.
юный возраст Эмили давал о себе знать сумасбродным желанием претворить собственную жизнь в идеальный мюзикл, где все абсолютно счастливы, сливаясь в единую гармонию великого. будучи избалованным ребенком, которому все преподносилось на блюдце, а мечты материализовались в реальность стоило только чего-то очень сильно захотеть, она была влюблена в мир, ее окружавший и восхищалась им как самым ценным сокровищем. улыбка же не сходила с ее лица словно припаянная. Эмили не просто верила в чудеса, она жила в них. но, как и в любой шаблонной истории любого стереотипного романа, наивной девушке, выросшей на произведениях Бронте, было суждено встретить своего Хитклиффа. их не пронзала стрела любви с первого взгляда и им не суждено было стать друзьями, которых связывало нечто большее. так просто, спонтанно и резко сладостный мир Эми перевернулся, став предвестником череды огромных несчастий, которые ее внимательный взгляд не сумел рассмотреть за очками слепой уверенности, что в этой солнечной жизни не существует людей, желающих разбить ее сердце.