глава 1. Мысли старой Шляпы
Первокурсники собрались вокруг Хагрида.
– Все тут? Никого не потеряли? Ну пошли тогда, – сказал великан и подмигнул Лин.
Они подошли к озеру.
Через 20 минут сопротивления волнам, наполовину промокшие первокурсники были на берегу.
Ужасный ливень стоял серой стеной перед глазами, и единственной направляющей детям служил фонарь лесника. Они еле дошли до Хогвартса. Хагрид распахнул тяжёлую дверь, и вся до нитки промокшая группа вошла в вестибюль.
– Первокурсники доставлены, – отрапортовал хранитель ключей Хогвартса стоявшему перед ним Гарри Поттеру.
– Спасибо, Хагрид, – улыбнулся профессор Поттер, глядя на мокрых, немного напуганных детей.
Гарри повёл ребят в Большой зал, но обходным путём. Перед небольшой дверью он остановился.
– Там будет проходить церемония Распределения, – объяснил профессор и мягко добавил, пристально глядя на мальчика, мантия у которого сбилась, а волосы были растрёпанны – перед всей школой.
Мальчик быстро поправил мантию и пригладил выбившиеся пряди. Гарри ещё раз окинул взглядом всех ребят, кивнул и открыл дверь.
Первокурсники выстроились шеренгой вдоль стола преподавателей. Лин успела кинуть мимолётный взгляд на директора, и та чуть заметно улыбнулась девочке.
Гарри Поттер поставил перед детьми старый, шаткий табурет. В руках профессор держал потрёпанную шляпу и лист пергамента.
Все смолкли в ожидании. Шляпа исполнила новую песню, и Гарри обратился к первокурсникам, ободряюще улыбаясь:
– Я буду вызывать вас по списку. Как только услышите своё имя, выходите и садитесь на табурет.
Ребята неуверенно закивали. Лин заметила, что Крис судорожно вздохнул, а Мартин сжимал ладони.
Девочка усмехнулась про себя, сама она ни капли не переживала. Зачем?
– Хорошо. Адамс, Джеф.
Из шеренги аккуратно выступил мальчик с золотистыми волосами. Он немного пробежал вперёд, а потом споткнулся и дошёл до табурета, театрально хмурясь, хотя его глаза задорно блестели. Все студенты рассмеялись, учителя улыбнулись, а будущий первый курс немного расслабился. Все были благодарны Джефу за прекрасное "выступление".
Шляпа, чуть коснувшись светлой головы, выкрикнула:
– ХАФФЛПАФФ!!
Джеф встал, улыбнулся и направился к столу под жёлто-чёрными знамёнами.
– Браун, Майкл.
– ГРИФФИНДОР!!
Спустя ещё три фамилии (Браун, Джон - Гриффиндор; Крейг, Кевин - Слизерин и Джарвис, Кет - Рейвенкло), Гарри Поттер прочитал:
– Форест, Лин.
На миг воцарилось неуютное молчание, а потом за столами начали перешёптываться.
Никто понятия не имел, что в груди профессора Поттера всколыхнулась старая боль утраты и смешалась с каплей сочувствия. Никто, кроме Лин, которая спокойно, словно не замечая всех обращённых на неё любопытных взглядов, подошла к табурету и почувствовала эту боль профессора.
А потом ей на голову опустилась Шляпа.
– Лин Форест... – пробормотала она – как интересно... Сколько бесстрашия и гриффиндорской решимости. А вот скрытность и сила - слизеринские черты. И ума хватает. Ещё и леггилимент? И куда же мне тебя отправить? Может, у тебя есть предпочтения?
"Нет" ответила девочка. Вообще она всё ещё думала о Гарри Поттере.
– Нет? – удивилась Шляпа – ну, ладно... – молчала она после этого около минуты, а потом выкрикнула:
– СЛИЗЕРИН!!
На секунду в зале повисла гробовая тишина, после которой весь слизеринский стол взорвался аплодисментами. Но вот за другими столами раздавались лишь редкие хлопки. Все не-слизеринцы сверлили девочку кислыми, неодобрительными взглядами. Гриффиндорцы громко возмущались (хотя Лин не могла разобрать что именно они говорили), учителя смотрели на неё удивлённо-поражёнными взглядами, некоторые тихо переговаривались.
У Гарри Поттера в голове промелькнула мысль о его прошлом и о том, что наверное всё вышло бы приблизительно так же, если Шляпа отправила бы его тогда на змеиный факультет. Он как-то облегчённо вздохнул, отгоняя эти мысли.
А вот Лин их почувствовала и с трудом удержалась от того, чтобы не скривиться. Гарри Поттер, который через столько прошёл и столько увидел, что ей и не снилось, всё не может забыть детских обид и промахов, и презирает (если не ненавидит) теперь уже её факультет. И от этого было как-то обидно. Лин поняла, что в этот момент народный герой разочаровал все её представления о нём.
И она, бросив мужчине холодный взгляд, гордо направилась к столу под зелёно-серебряными знамёнами.