Брачная ночь +18
Когда последние звуки праздника угасли, оставив после себя лишь шепот углей в очагах и далекие смехи демонов, уходящих вглубь леса, Хёнджин провёл пальцами по внутренней стороне запястья Феликса.
- Ты дрожишь.
Это не был вопрос.
Феликс не ответил. Да, его руки слегка тряслись, но не от страха. Тело реагировало на каждое прикосновение Хёнджина — на то, как его пальцы скользили по коже, оставляя за собой мурашки, на то, как его дыхание обжигало шею, когда он наклонился ближе.
- Пойдём.
Хёнджин не ждал согласия. Его рука легла на поясницу Феликса, твёрдо направляя его через зал, мимо последних пирующих демонов, которые провожали их взглядами, полными намёков и похабных шуток. Чонин даже подмигнул Феликсу, когда они проходили мимо, но тот лишь опустил глаза, чувствуя, как жар разливается по щекам.
Коридор, ведущий в их покои, был узким, высеченным прямо в скале. Стены здесь были тёплыми, будто камень хранил в себе жар подземных глубин, а под ногами стелился мягкий ковёр из чёрного мха, поглощающий шаги.
Феликс чувствовал, как сердце бьётся всё чаще.
Он знал, что будет дальше.
Знал - и ждал.
Дверь в их покои была массивной, из тёмного дерева, испещрённого рунами, которые слабо светились в полумраке. Хёнджин толкнул её одним движением, и Феликс замер на пороге.
Комната была огромной.
В центре стояла широкая кровать с балдахином из чёрного шёлка, по стенам горели факелы с синим пламенем, а у дальней стены зиял камин, в котором плясали тени. Воздух был густым, пропитанным ароматом дыма, кожи и чего-то ещё — тёплого, пряного, что заставляло кровь быстрее бежать по венам.
- Нравится?
Хёнджин обернулся к нему, медленно снимая с себя верхнюю мантию. Ткань соскользнула с его плеч, обнажая бледную кожу, испещрённую шрамами и татуировками, которые переплетались, как паутина.
Феликс не мог отвести глаз.
Демон был прекрасен.
Его тело, гибкое и сильное, казалось высеченным из мрамора - каждое движение мышц под кожей было чётким, будто подчёркнутым тенью. Алые волосы, теперь распущенные, падали на плечи, как река крови, а голубые глаза сверкали в полумраке, словно лёд, сквозь который проглядывает пламя.
- Ты смотришь на меня, как будто видишь впервые.
- Потому что так и есть.
Хёнджин рассмеялся - низко, хрипло - и шагнул вперёд.
- Тогда позволь мне показать тебе кое-что новое.
Его пальцы скользнули по шее Феликса, задевая метку, и тот вздрогнул. Прикосновение обожгло, но боль была сладкой, почти желанной.
- Ты всё ещё чувствуешь связь с ними?
- Нет.
- Лжёшь.
Хёнджин прижал его к стене, и Феликс почувствовал, как его собственное тело откликается на это прикосновение. Грудь учащённо вздымалась, а внизу живота разгорался огонь, который становился только сильнее, когда Хёнджин провёл рукой по его боку, заставляя кожу гореть.
- Но это неважно. Потому что сейчас я заставлю тебя забыть даже своё имя.
Его губы обжигали, когда он начал целовать шею Феликса, медленно спускаясь ниже. Зубы слегка задевали кожу, оставляя на ней розовые отметины, а язык вычерчивал узоры, от которых у Феликса перехватывало дыхание.
- Хёнджин...
- Проси.
Феликс захватил его губы в поцелуй, яростный, почти отчаянный. Он хотел этого. Хотел его.
Хёнджин улыбнулся в поцелуй и толкнул его на кровать.
Шёлк балдахина зашелестел, когда Феликс погрузился в него, а Хёнджин оказался сверху, его колени сжали бёдра Феликса, не давая ему пошевелиться.
- Ты мой. И я докажу это.
Одним движением он сорвал с Феликса одежду, обнажая его тело — бледное, исчерченное следами превращения, но всё ещё прекрасное.
- Смотри на меня.
Феликс не мог отвести глаз.
Хёнджин был великолепен.
Каждое его движение было медленным, точным, будто он наслаждался моментом, растягивая его. Его пальцы скользили по груди Феликса, задевая соски, заставляя их набухать, а затем опускались ниже, к животу, к бёдрам, к тому месту, где Феликс уже горел.
- Ты так красив, когда дрожишь.
Феликс зажмурился, когда пальцы Хёнджина обхватили его, медленно двигаясь вверх-вниз.
- Не закрывай глаза.
Он не мог ослушаться.
Хёнджин наклонился, его губы снова нашли шею Феликса, а зубы впились в кожу, оставляя след, который будет носить ещё несколько дней.
Боль смешалась с удовольствием, и Феликс застонал, выгибаясь навстречу.
- Ты хочешь больше?
- Да.
Хёнджин улыбнулся.
- Тогда проси правильно.
Феликс задыхался.
- Пожалуйста.
- Пожалуйста... кто?
- Пожалуйста... Хёнджин.
Демон рассмеялся и наклонился к его уху.
- Ещё раз.
- Пожалуйста... мой повелитель.
Это было всё, что нужно было Хёнджину.
Хёнджин медленно провёл пальцами по обнажённой груди Феликса, заставляя его содрогнуться. В свете синих факелов его кожа казалась фарфоровой, покрытой тонкой сеткой теней от дрожащего пламени.
- Ты так прекрасен в моих руках - прошептал Хёнджин, наклоняясь, чтобы провести языком по соску Феликса. Тот вскрикнул, впиваясь пальцами в шёлковые простыни. - Как ангел, упавший прямо в мои объятия.
Феликс выгнул спину, когда губы демона опустились ниже, оставляя влажные следы по животу. Каждое прикосновение словно прожигало кожу, но боль была сладкой, желанной.
- Хёнджин, я... - Его голос сорвался, когда язык демона скользнул по внутренней стороне бедра.
- Тише, мой прекрасный - Хёнджин приподнялся, его глаза пылали в полумраке. - Сегодня я хочу услышать только твои стоны.
Он без предупреждения взял Феликса в рот, и тот вскрикнул, впиваясь пальцами в его алые волосы. Ощущение было огненным - язык Хёнджина двигался с хищной грацией, то замедляясь, то ускоряясь, доводя Феликса до грани.
- Я... я не могу... - Феликс задыхался, чувствуя, как волны удовольствия накатывают всё сильнее.
Хёнджин резко отпустил его, заставляя застонать от неудовлетворённости. - Ещё нет - прошептал он, переворачивая Феликса на живот. - Я ещё не закончил.
Феликс почувствовал, как масляные пальцы скользят между его ягодиц, готовя его. Боль была острой, но быстро сменилась странным удовольствием, когда Хёнджин нашёл нужное место.
- Видишь? - Хёнджин наклонился, чтобы прошептать ему на ухо, продолжая движения пальцами. - Твоё тело создано для этого. Для меня.
Когда он вошёл, Феликс закричал, впиваясь ногтями в простыни. Боль смешалась с невероятным чувством наполненности. Хёнджин замер, давая ему привыкнуть, его грудь прижималась к спине Феликса, а горячее дыхание обжигало шею.
- Расслабься - прошептал он, начиная медленно двигаться. С каждым толчком боль уступала место нарастающему удовольствию.
Феликс застонал, когда Хёнджин нашел нужный угол. Мир сузился до точки, где их тела соединялись, до жара кожи и прерывистого дыхания.
- Посмотри на себя - Хёнджин повернул его голову к зеркалу у стены. Феликс увидел их отражение - его собственное покрасневшее лицо, растрёпанные волосы, и за спиной - Хёнджина, чьи глаза пылали демоническим огнём.
Ощущение нарастало, становясь невыносимым. Хёнджин ускорился, его пальцы впились в бёдра Феликса, наверняка оставляя синяки.
- Вместе - прохрипел он, и Феликс почувствовал, как его тело взрывается волнами удовольствия. Хёнджин последовал за ним с низким стоном, впиваясь зубами в его плечо.
Они рухнули на простыни, дыша как загнанные звери. Хёнджин притянул Феликса к себе, не отпуская его.
- Спи - прошептал он, проводя пальцами по его спине. - Ты заслужил отдых.
Феликс хотел что-то сказать, но усталость накрыла его как тёплая волна. Последнее, что он почувствовал перед тем, как погрузиться в сон - лёгкий поцелуй в макушку и тихие слова:
- Мой прекрасный падший ангел.