Музыка
Белоснежный шёлк платья мягко колыхался при каждом движении. Элиора, всё ещё ошеломлённая произошедшим, стояла перед зеркалом. Вдруг память обожгла.. ключ.
Её пальцы машинально коснулись рукава... и он был там. Холодный, тяжёлый, металлический, будто впившийся в ткань. Как он оказался здесь, если платье на ней было другим?
Она облегчённо выдохнула, сжимая находку в ладони, но спрятала её глубже, будто боялась, что кто-то увидит.
Музыка..Чарующая.. Она струилась из глубины замка, влекла за собой.
Элиора спустилась по винтажной лестнице, чувствуя под пальцами гладкость перил. Каждая ступень слегка поскрипывала. Музыка становилась всё отчётливее - за большой резной дверью.
Она никогда прежде не бывала там. Сердце колотилось, но она потянула за ручку.
Зал распахнулся перед ней. Высокий, почти бесконечный потолок, украшенный фресками, где танцевали небесные фигуры. Кристаллы массивной люстры ловили свет сотен свечей, отражая его в мраморном полу. По стенам тянулись зеркала в золочёных рамах, а в воздухе витал тонкий аромат жасмина и чего-то едва металлического.
Посреди зала стоял Кристофер. Его взгляд был пронзителен, но губы изогнулись в лёгкой, почти мягкой улыбке. Он протянул ей руку.
- Позволь?
Её пальцы дрогнули, но она вложила их в его ладонь. Музыка мягко подхватила их шаги. Они закружились в вальсе.
Сначала было только молчание - ритм музыки, шорох ткани, редкие взгляды. Но Кристофер наклонился ближе, почти шёпотом:
- Ты не находила... ничего интересного в замке? - в его голосе скользнула опасная насмешка.
Элиора отвела взгляд.
- Нет.
- Нет? - он чуть сжал её талию, ведя её шаг в сторону. - Или не хочешь сказать?
- А если и так? - она встретила его взгляд дерзко, но сердце колотилось.
Его губы изогнулись чуть сильнее.
- Тогда мне прийдётся узнать правду самому.
- Попробуй, - прошептала она, и в её голосе было вызов и что-то опасно-притягательное.
Их шаги замедлились. Взгляд Кристофера стал глубже, темнее. Он почти незаметно притянул её ближе... и их губы встретились.
В тот же миг всё вокруг дрогнуло. Музыка оборвалась, свет погас. Её тело словно растворилось, и она снова погрузилась в сон.