Учитель

По­вес­тво­вание ве­дет­ся от ли­ца Юлии

Учи­тель точ­но не че­ловек. Го­това го­лову дать на от­се­чение, пос­по­рить на что угод­но, но от пра­воты сво­их слов я от­ка­зывать­ся не со­бира­юсь. Ни­как не по­верю, как та­кой са­мо­уве­рен­ный и до­воль­ный в сво­их не­об­ду­ман­ных дей­стви­ях че­ловек ока­зал­ся в сте­нах учеб­но­го за­веде­ния.

Та­ким как он здесь не мес­то. Пус­кай идет ку­да угод­но ра­ботать, од­на­ко ви­деть его уве­рен­но рас­полза­ющу­юся чуть ли не до ушей ух­мылку я не хо­чу. Ес­ли уж так - под­весь­те ме­ня вниз го­ловой на ка­нате в спор­тивном за­ле, на­ходя­щем­ся в под­ва­ле, так ска­зать, на об­щее обоз­ре­ние.

- Кры­лова, за­дума­лась-то о чем, не по­делишь­ся? - лю­бопытс­тву­ет он, от­ки­дыва­ясь на спин­ку сту­ла, чуть-чуть рас­ка­чива­ясь бла­года­ря ко­леси­кам, прик­реплен­ным к ме­бели.

- Сна­чала вы го­вори­те, что ни­каких поб­ла­жек, а по­том сра­зу пе­реду­мыва­ете и пред­ла­га­ете мне ис­пра­вить пло­хую оцен­ку, - за­дум­чи­во хмы­каю я и не по­нимаю, по ка­ким при­чинам при­сажи­ва­юсь на пер­вую пар­ту вто­рого ря­да, роб­ко опус­тив гла­за, обоз­ре­вая свои ба­лет­ки.

- А ес­ли я ска­жу, что прос­то так, по­веришь? - Я от­ри­цатель­но ка­чаю го­ловой на его воп­рос. Прос­то так ни­чего не бы­ва­ет, да­же сы­ра в мы­шелов­ке, как мы ут­вер­жда­ем. Сыр ведь все рав­но при­ходит­ся по­купать, тра­тить на ло­вуш­ку день­ги, а нес­час­тная мышь, хоть и по­лако­мит­ся лю­бимой пи­щей, в лю­бом слу­чае сдох­нет, при­щемив лап­ку.

- Вы ведь что-то поп­ро­сите вза­мен, я пра­ва? - вспыль­чи­во ос­ве­дом­ля­юсь я.

- Поп­ро­шу, вер­но, - точ­но под­ме­ча­ет пре­пода­ватель и дос­та­ет из ящи­ка ма­лень­кий блок­нотный лис­тик и руч­ку. - Во-пер­вых, на сле­ду­ющий урок ты под­го­товишь но­вый док­лад и рас­ска­жешь его нор­маль­но, как по­доба­ет хва­леной от­лични­це, - учи­тель на мгно­вение ус­трем­ля­ет свой взгляд на ме­ня, рас­тя­нув гу­бы в улыб­ке, и я неп­ро­из­воль­но вздра­гиваю. - Во-вто­рых, сей­час я на­пишу ад­рес од­но­го мес­та, в ко­торое ты дол­жна прий­ти в суб­бо­ту к се­ми ве­чера.

Я не сра­зу вник­ла в смысл его ска­зан­ных слов. Для на­чала я сов­сем про­пус­ти­ла их ми­мо ушей, в го­лове по­сылая учи­теля не в са­мые при­лич­ные и чис­тые мес­та, дос­та­точ­но дер­зко при­под­няв под­бо­родок и на­пыщен­но ух­мыль­нув­шись. Од­на­ко все-та­ки его речь до­нес­лась до ме­ня эхом.

- Что, прос­ти­те? - не­до­умен­но по­ин­те­ресо­валась я, нах­му­рив бро­ви. Учи­тель впол­не серь­ез­но пов­то­рил ра­нее ска­зан­ную ин­форма­цию для осо­бен­но ода­рен­ной и глу­хоне­мой де­вуш­ки, од­новре­мен­но за­писы­вая тот са­мый ад­рес на лис­то­чек и поп­равляя веч­но вы­пада­ющие пря­ди во­лос об­ратно за ухо. Весь­ма соб­лазни­тель­но, но этот трюк со мной не прой­дет. Так, с рас­путны­ми дев­ка­ми в ка­ком-ни­будь де­шевом ба­ре с не ме­нее де­шевы­ми людь­ми.

- Дер­жи, - он со сво­им стой­ким спо­кой­стви­ем про­тяги­ва­ет мне лис­тик, ко­торый я при­нимаю не сра­зу. - В суб­бо­ту к се­ми ве­чера я бу­ду те­бя ждать на мес­те, ад­рес ко­торо­го тут на­писан.

Я вгля­делась с при­щурен­ны­ми гла­зами в на­писан­ный ко­рявым по­чер­ком ад­рес. Ка­кая-то ули­ца с пять­де­сят седь­мым но­мером, не из­вес­тная мне до се­год­няшне­го мо­мен­та, ка­кая-то вво­дящая в сом­не­ние за­пис­ка и бу­дора­жащее мозг пред­ло­жение. Бе­зоши­боч­но мож­но под­ме­тить, как я от­ре­аги­рова­ла на та­кое вот пред­ло­жение. По­чему-то ста­ло ди­ко ин­те­рес­но, ку­да ме­ня приг­ла­ша­ют. Од­на­ко, под­ра­зуме­вая мой жи­вот­ный ха­рак­тер, я от­ве­тила яз­ви­тель­но:

- Ду­ма­ете, я при­ду в это мес­то лишь по ва­шему же­ланию ра­ди ис­прав­ле­ния оцен­ки?

Дмит­рий вновь за­курил, рас­тя­гивая удо­воль­ствие от по­луча­емо­го вре­да лег­ким, ес­тес­твен­но, за­мол­кая на оп­ре­делен­ное вре­мя и не ре­ша­ясь от­ве­тить мне. А, быть мо­жет, си­гаре­та - это прос­тое прик­ры­тие его су­мас­шедших идей, пос­те­пен­но воп­ло­ща­емых в жизнь. Кто зна­ет, что Пав­ленко на­шел в шко­ле. Те­перь я не от­бра­сываю ва­ри­ант, кем он тай­но под­ра­баты­ва­ет. Со­вер­шенно рас­су­дитель­но за­яв­ляю: он мань­як, ин­те­ресу­ющий­ся ли­тера­турой.

- При­дешь, вы­бора-то у те­бя не ос­та­ет­ся, - убеж­денно шеп­чет па­рень, мне да­же на се­кун­ду по­каза­лось, что он праз­дну­ет по­беду над чем-то мне не­ведан­ным.

- А но­вого док­ла­да вам не­дос­та­точ­но? - не прек­ра­щаю нас­та­ивать на сво­ем я. Нет, а ка­кой нор­маль­ный че­ловек сог­ла­сит­ся на та­инс­твен­ное, хоть и зап­ретно при­тяги­ва­ющее мою пя­тую точ­ку к прик­лю­чени­ям, пред­ло­жение, при­над­ле­жащее так и не­раз­га­дан­ной мною лич­ности как Дмит­рию. Ни­какой, аб­со­лют­но точ­но. Толь­ко не за­бывай­те, что я не от­но­шусь к спис­ку адек­ватных лю­дей, нев­зи­рая на то, что выг­ля­жу за­вер­ну­той в ко­кон ба­боч­кой.

- Нет, не дос­та­точ­но, - вклю­чая кноп­ку «мое оба­яние», по­жима­ет пле­чами Пав­ленко. А я за­мети­ла од­ну чер­ту, точ­нее, при­выч­ку или как это там на­зыва­ет­ся у сво­его пре­пода­вате­ля ли­тера­туры. Во вре­мя серь­ез­ных раз­го­воров с кем-ли­бо - со­бесед­ник учи­теля не иг­ра­ет ог­ромной ро­ли, - Дмит­рий то по­кусы­ва­ет гу­бы, то от­тя­гива­ет вер­хнюю гу­бу до са­мого ни­за, про­кусы­вая пе­ред­ни­ми зу­бами до еле за­мет­ных ка­пель кро­ви. Час­то об­ли­зыва­ет­ся, и эти нез­на­читель­ные жес­ты вво­дят ме­ня в крас­ку. Не знаю, по­чему, но это при­ят­ное ощу­щение - сму­щение.

- Хо­рошо, я при­ду, - рав­но­душ­но сог­ла­ша­юсь и, ском­кав этот ад­рес, бро­саю бу­маж­ку се­бе в сум­ку. Все мое без­разли­чие ни кап­ли не тро­нуло учи­теля, по­это­му он про­дол­жил ув­ле­катель­ное за­нятие с рас­смат­ри­вани­ем сво­их бо­тинок. Шнур­ки у не­го, кста­ти, раз­вя­зались.

- И да­же не по­ин­те­ресу­ешь­ся, за­чем я те­бя зо­ву ту­да? - спра­шива­ет Дмит­рий Алек­се­евич.

- Нет.

- А вдруг я мань­як? - ос­ка­лив­шись, как злоб­ное чу­дови­ще, ос­ве­дом­ля­ет­ся он.

- Я в этом не сом­не­ва­юсь с пер­во­го зна­комс­тва с ва­ми, Дмит­рий Алек­се­евич.

Пять се­кунд то­го, как я мед­ленным ша­гом дви­галась к две­ри, что­бы вый­ти из ка­бине­та ли­тера­туры, соп­ро­вож­да­лись бе­зудер­жным хо­хотом учи­теля.

***

С мо­мен­та на­шей дос­та­точ­но спо­кой­ной бе­седы с учи­телем про­шел один день, и вче­раш­няя сре­да без уро­ка ли­тера­туры по­каза­лась мне нас­толь­ко бес­кон­фликтной и за­меча­тель­ной, из-за че­го я це­лый про­шед­ший день про­ходи­ла с улыб­кой на ли­це. Ви­димо, мой ан­гел-хра­нитель вер­нулся из от­пуска и при­нял ре­шение при­под­нять нас­тро­ение сво­ей уг­рю­мой хо­зяй­ке.

Се­год­ня чет­верг и се­год­ня так­же нет уро­ка ли­тера­туры. Я праз­дную свою сво­боду, ос­таль­ные смот­рят на ме­ня с по­доз­ре­ни­ем. Пле­вать. И да­же в дан­ную се­кун­ду, от­прав­ля­ясь на не­навис­тную физ­куль­ту­ру, поп­равляя за­дира­ющи­еся ко­рот­кие спор­тивные шор­ты, ко­торые я на­девать со­вер­шенно не же­лала, но по при­казу ма­тери все-та­ки с неп­ри­язнью бро­сила вещь в смен­ный ме­шок, на мо­ем ли­це кра­су­ет­ся дь­яволь­ский ос­кал. Глав­ное, что Дмит­рия нет поб­ли­зос­ти.

- Оу, дер­жи­те ме­ня, я па­даю от ва­шего ви­да сза­ди, - вос­торжен­ный вопль и свист раз­дался за мо­ей спи­ной. На­до же, пос­ле пре­быва­ния со мной в гос­тях Ки­рилл, как сглу­пив­шая де­воч­ка, приз­навша­яся опас­но­му пар­ню в люб­ви, не приб­ли­жал­ся ко мне. До те­переш­них пор.

- Оу, дер­жи­те ме­ня, ты на­учил­ся го­ворить! - хлоп­ну­ла в ла­доши я. - С че­го вдруг?

- Сос­ку­чил­ся по сво­ей де­вуш­ке, - этот собс­твен­ник об­нял ме­ня, при­жав к се­бе, а я как глу­пая ду­роч­ка на­чала хи­хикать. В пос­леднее вре­мя мое по­веде­ние не оп­равды­ва­ет се­бя. С при­ходом но­вого пре­пода­вате­ля в мо­ей жиз­ни за­вел­ся дви­гатель, ка­залось бы, сго­рев­ший ког­да-то дав­но, еще при мо­ем рож­де­нии. Быть мо­жет, Дмит­рий не мань­як, а вол­шебник? Я его пе­рех­ва­ливаю.

- Я не твоя де­вуш­ка, - зву­чит смеш­но, но оп­равды­ва­ет мои дей­ствия. Я реф­лектор­но от­талки­ваю од­ноклас­сни­ка от се­бя и, яко­бы вы­тирая воз­никшие пы­лин­ки с фут­болки и шорт, бе­гу к спор­тза­лу в пол­ней­шем оди­ночес­тве. Не нра­вит­ся он мне, что по­дела­ешь. Наг­лый врун.

Пос­тро­ение со звон­ком. Я де­вуш­ка нез­на­читель­но сред­не­го рос­та, но по ка­ким-то тре­вож­ным ком­плек­сам прис­тро­илась с дво­еч­ни­ком Мак­си­мом са­мой пос­ледней. Наш ве­селый ста­рик с до­воль­но-та­ки под­тя­нутой фи­гурой для сво­его кри­тичес­ко­го воз­раста опаз­ды­вал. Стран­но.

- У нас за­меще­ние, - в класс вбе­га­ет ста­рос­та клас­са - Ма­рия Дег­тя­рёва. Страш­нень­кая де­вуш­ка с мо­дель­ной фи­гурой, как всег­да в школь­ной фор­ме, на­мере­ва­ясь не по­сещать урок фи­зичес­кой куль­ту­ры, от­кла­дыва­ет всю ви­ну на свое бо­лез­ненное ис­крив­ле­ние поз­во­ноч­ни­ка. Она ма­шет клас­сным жур­на­лом как ста­рой га­зетой, со­бира­ясь бро­сать ее в раз­жи­га­емый огонь. Кста­ти, не од­на я от­лични­ца в этой шко­ле, ве­рите? Ма­рия иног­да пре­вос­хо­дит в зна­ни­ях са­му Кры­лову.

- Ка­кая до­сада, - я за­киды­ваю го­лову на­зад и на­чинаю выть. Не­нави­жу, ког­да за­меща­ют.

- Да лад­но, Юль­ка, - Маш­ка под­бе­га­ет ко мне, как к единс­твен­ной «под­ру­ге» - я с ней па­рой слов мо­гу пе­реки­нуть­ся, ког­да уж сов­сем нев­мо­готу быть оди­ноч­кой. - Дмит­рий Алек­се­евич за­меща­ет.

Все, аб­со­лют­но все без ис­клю­чений за­виз­жа­ли, пры­гая на од­ном мес­те. От их дет­ско­го вос­торга в гла­зах мне хо­телось бить­ся го­ловой об сте­ну. Так силь­но быть влюб­ленны­ми в мо­лодо­го пре­пода­вате­ля - пе­ребор. На мо­ем ли­це ис­ка­зилась на­рас­та­ющая зло­ба.

Про­тив­ный свист раз­но­сит­ся эхом по все­му спор­тивно­му за­лу. Вид мо­его пре­пода­вате­ля ли­тера­туры выз­вал у де­вушек уча­щен­ное сер­дце­би­ение, а у ме­ня, по­жалуй, неп­редви­ден­ный шок. Ей-бо­гу, Кры­лова, ус­по­кой­ся, - твер­ди­ла я се­бе чуть ли не вслух, - он же не при­виде­ние, что­бы так дро­жать.

- Здравс­твуй­те, ре­бята, - веж­ли­во пок­ло­ня­ет­ся Дмит­рий, я стою на ров­ном мес­те, вце­пив­шись паль­ца­ми в длин­ный ру­кав сви­тера Мак­си­ма. Дво­еч­ник, раз­ру­шая мои ожи­дания, иг­но­риру­ет дан­ный жест. - Рад вас ви­деть, де­сятый «Б». Ваш пре­пода­ватель не при­шел по вес­кой при­чине.

- Ка­кой? - за­чем-то спро­сила я. Хо­тя, нет, не за­чем-то, а по­тому, что мне на­доб­но знать, ку­да дел­ся мой лю­бимый де­дуля. Так как сво­его де­душ­ки у ме­ня нет, Вла­димир Оси­пович час­тично за­менял мне род­но­го че­лове­ка. Иног­да не хва­та­ет этой «стар­ческой» за­боты.

Учи­тель по­вер­нул на ме­ня го­лову. В ру­ках он нер­вно кру­тил во­лей­боль­ный мяч.

- Зо­лотая свадь­ба с же­ной, - не­охот­но отоз­вался ли­тера­тор. - Эти жен­щи­ны в лю­бой си­ту­ации от­ры­ва­ют муж­чин от лю­бимых за­нятий. Не лю­ди, а де­моны ка­кие-то.

Пос­ле это­го не­путе­вого ос­кор­бле­ния жен­ско­го по­ла учи­тель стал рас­пре­делять наш класс по па­рам. Я вся тряс­лась, мо­лясь, что­бы мне не по­пал­ся Ки­рилл. А вы что ду­ма­ете? Этот са­модо­воль­ный ин­дюк, име­ну­емый те­перь и пре­пода­вате­лем физ­куль­ту­ры, прис­вис­тнул ук­ра­ден­ным с под­собки Вла­дими­ра Оси­пови­ча свис­тком и по­доз­вал ме­ня вмес­те с Ки­рил­лом.

- Так-с, Ки­рилл, прос­ти, но те­бе при­дет­ся бро­сать мя­чик с этой уны­лой дев­чонкой, - Дмит­рий под­ки­нул мяч од­ноклас­сни­ку, тот быс­тро со­об­ра­зил и пой­мал. Од­на­ко я ис­пе­пеля­ла Пав­ленко взгля­дом. Ос­кор­бля­ет не толь­ко жен­щин, а в осо­бен­ности уде­ля­ет вни­мание мо­ей пер­со­не. И чем я ему, собс­твен­но го­воря, на­соли­ла? Без объ­яс­не­ний да­вит на боль­ное мес­то. Без­душный.

- Пой­дем, че­го зас­ты­ла? - Ки­рилл та­щит ме­ня за ру­кав. Я не хо­чу от­ры­вать взгля­да от сво­его учи­теля, я меч­таю най­ти скры­тые при­чины его бе­зоб­разно­го по­веде­ния в зе­леных гла­зах. Од­на­ко кро­ме ядо­вито­го азар­та ни­чего там не пря­чет­ся. Учи­тель - неп­ред­ска­зу­емое су­щес­тво.

- Ни­чего, - я на­тяну­то улы­ба­юсь од­ноклас­сни­ку. - Прос­то за­дума­лась над кое-чем.

- Над чем же? - лю­бопытс­тву­ет он.

- Не­важ­но.

Пер­вые пят­надцать ми­нут, про­делы­вая вся­кие не­об­хо­димые уп­ражне­ния с мя­чом, я ти­хо пос­та­ныва­ла и зва­ла на по­мощь нас­то­яще­го учи­теля физ­куль­ту­ры. Толь­ко наш ли­тера­тор мог на весь урок дать та­кие слож­ные, труд­но­выпол­ни­мые за­дания. Я уже вы­дох­лась, а он, про­верив нес­коль­ко пар, дви­жет­ся к нам. Не по­зорить­ся же пе­ред ним, вер­но? Я спе­ци­аль­но вы­тяну­лась, буд­то на­силь­но зас­тавляя жи­вот втя­нуть­ся до вы­пятив­шихся бе­дер, нем­но­го сог­ну­лась в ко­ленях, при­нимая пар­тнёрский при­ем мя­ча от Ки­рил­ла.

- Ло­ви, ло­ви ско­рей, Кры­лова, - прик­рикнул Дмит­рий. Я, от­влек­шись на его прек­расную внеш­ность, по­зор­но стол­кну­лась с ле­тящим мне навс­тре­чу мя­чом пря­мо ли­цом. По но­су неп­ри­ят­ной болью раз­неслось что-то вро­де элек­три­чес­ко­го раз­ря­да, по­том я, прик­ры­вая ла­дош­кой пос­тра­дав­шую часть те­ла, по­чувс­тво­вала го­рячую жид­кость на сво­ей ко­же. До кро­ви, в гла­зах да­же по­мут­не­ло. Ну-с, Ки­рилл, те­перь ты точ­но добь­ешь­ся мо­его вни­мания.

- Черт, прос­ти, Юль­ка, прос­ти! - Впер­вые слы­шу из­ви­нения, выс­каль­зы­ва­ющие из уст Ки­рил­ла.

- Ни­чего, все­го лишь раз­би­тый нос и кровь. Все в по­ряд­ке, - пы­та­юсь ус­по­ко­ить его я.

Учи­тель под­бе­жал к нам, су­дя по все­му, по­чувс­тво­вав ви­ну то­го, что не прис­мотрел за сво­ими уче­ника­ми. На­силь­но он уб­рал мою ла­донь, при­жатую к но­су, и при­щурил­ся, раз­гля­дывая кро­вяные по­лосы, сте­ка­ющие к гу­бам.

- Ты всег­да та­кая не­удач­ни­ца? - шеп­чет он, под­хва­тывая ме­ня под ло­коть. По­тихонь­ку мы от­прав­ля­ем­ся к вы­ходу, а я точ­но под­ме­чаю, что да­же в та­кой кри­тичес­кой си­ту­ации он на­ходит по­вод ос­корбить ме­ня и за­деть опу­щен­ное са­молю­бие.

- Всег­да, - мо­мен­таль­но от­ве­чаю я, од­на­ко Дмит­рий иг­но­риру­ет мой от­вет. Он поп­ро­сил ви­нов­ни­ка тор­жес­тва Ки­рил­ла приг­ля­деть за клас­сом, по­ка ме­ня бла­гопо­луч­но до­ведут до ме­дицин­ско­го ка­бине­та. Ка­кой на­ив­ный Пав­ленко. Как буд­то не учил­ся в шко­ле и не зна­ет, как обыч­но ра­бота­ет мед­сес­тра. На пред­ло­жен­ном ра­бочем мес­те мож­но пос­то­ян­но за­метить ее от­сутс­твие. На­ша мед­сес­тра приз­рак или име­ет плащ-не­видим­ку? Ес­ли нет, то это неп­ра­виль­но.

До ка­бине­та, где об­ра­баты­ва­ют ра­ны уче­ников очень ред­ко, мы до­пол­зли в сос­то­янии мол­ча­ливо­го опь­яне­ния. По­чему опь­яне­ния? По­тому что я ни­ког­да не чувс­тво­вала се­бя нас­толь­ко от­ре­шен­ной от ми­ра. Толь­ко и су­мела, по­качи­ва­ясь, опи­рать­ся на его креп­кое те­ло. В го­лове не бы­ло мыс­лей. В но­су не бы­ло ран­ней бо­ли. В сер­дце не бы­ло ста­рой хо­лод­ности. Оно ожи­ло.

- Го­лова не кру­жит­ся? - за­бот­ли­во, слиш­ком за­бот­ли­во спра­шива­ет он. На его ли­це прос­каль­зы­ва­ет не­до­уме­ние, ког­да я в ви­де су­мас­шедше­го улы­ба­юсь.

- Зна­чит, все-та­ки кру­жит­ся, - шут­ли­во под­ме­ча­ет он, впус­кая ме­ня в ме­дицин­ский ка­бинет. Я его не­до­оце­нила, сно­ва. Хоть здесь и ни­кого нет, учи­тель ти­хонь­ко прик­рыл дверь и по­садил ме­ня на бе­лос­нежную ку­шет­ку. - Ты не­нор­маль­ная, Кры­лова.

- Ес­ли че­ловек уда­рил­ся но­сом об мяч, не по­вод ос­кор­блять его.

Учи­тель ро­ет­ся в тум­бочке и вы­нима­ет от­ту­да ма­лень­кую ап­течку.

- Для на­чала ос­та­новим кро­воте­чение, - бур­чит Дмит­рий се­бе под нос, я да­же пос­чи­тала, что имен­но он не­нор­маль­ный, а не я, по­тому что раз­го­вари­ва­ет сам с со­бой. Па­рень вклю­ча­ет ле­дяную во­ду в кра­не и под­став­ля­ет под струи те­кущей жид­кости най­ден­ный но­совой пла­ток. Дож­давшись, ког­да ткань нас­квозь про­мок­нет и ста­нет дос­та­точ­но хо­лод­ной, при­казал мне лечь на спи­ну и уб­рать ру­ки от по­кале­чен­но­го но­са. Я по­вино­валась его сло­вам.

- Даль­ше я са­ма, мо­жете ид­ти на урок, - я пы­та­юсь из­ба­вить­ся от его об­щес­тва. Мне не­хоро­шо. Не по­тому, что я слу­чай­но слиз­ну­ла язы­ком по­пав­шую на гу­бы кровь и вкус весь­ма горь­ко­ватый. В пос­леднее вре­мя, ка­кие-то нес­коль­ко дней, как я знаю это­го учи­теля, я на­поми­наю жи­вую ма­ри­онет­ку. Этот че­ловек вы­зыва­ет про­тиво­речи­вые чувс­тва.

- Ду­ма­ешь, мне хо­чет­ся смот­реть на пот­ных и бла­го­уха­ющих уче­ников? - ус­ме­ха­ет­ся он. - Я луч­ше с то­бой по­сижу, все рав­но со ску­ки пом­решь.

- Ос­та­вай­тесь, - на од­ном ды­хании ска­зала я.

Он при­сажи­ва­ет­ся на кор­точки и прис­ло­ня­ет ткань к мо­ему но­су. Щип­лет нем­но­го, но тер­пи­мо, а поз­же эта лег­кая бо­лез­ненность пе­рерас­та­ет в не­весо­мое удо­воль­ствие. Прох­ла­да но­сово­го плат­ка от­да­ет­ся не толь­ко по ли­цу, всё мое те­ло об­во­лаки­ва­ет ис­пы­ту­емая хо­лод­ность.

- По­дер­жи ткань на но­су, - ак­ку­рат­но уби­ра­ет ру­ку и ос­тавля­ет пла­ток на кро­вото­чащем мес­те, - ес­ли вдруг ста­нет хо­лод­но, на нес­коль­ко се­кунд убе­ри, а по­том по­ложи об­ратно.

Дмит­рий об­ра­ща­ет­ся и объ­яс­ня­ет мне всё как ма­лень­кой де­воч­ке, ни­чего не зна­ющей о жиз­ни. А мне хо­чет­ся слу­шать его. Я не хо­чу, что­бы он за­мол­кал, по­тому что я не же­лаю ощу­тить се­бя вновь в оди­ночес­тве. Ме­ня раз­дра­жа­ет мой учи­тель ли­тера­туры, од­на­ко что-то в нем есть... за­гадоч­ное.

Я ук­радкой ос­та­нови­лась взгля­дом на спор­тивном кос­тю­ме учи­теля. Вро­де бы, ни­чего осо­бен­но­го. Шор­ты крас­но­го цве­та с но­мером де­сять, как у фут­бо­лис­тов, хо­тя я сво­ей дет­ской глу­постью до сих пор раз­ду­мыва­ла, не тру­сы-бок­се­ры ли это. Фут­болка, об­тя­гива­ющая кра­сивые мыш­цы, вы­рисо­вывая в ме­ру под­тя­нутую грудь. От­кры­тые учас­тки ко­жи бы­ли нем­но­го мок­ры­ми, на­вер­ное, вспо­тел, ког­да бе­гал с маль­чи­ками ки­лометр. И во­лосы, нев­зи­рая на то, что по­ложе­но выг­ля­деть по­доба­юще учи­телю, рас­тре­пан­ные.

- Те­бе дей­стви­тель­но не ин­те­рес­но, ку­да те­бе нуж­но и за­чем прий­ти в суб­бо­ту к се­ми ве­чера?

Его воп­рос зас­та­ет ме­ня врас­плох. Ин­те­рес­но, очень ин­те­рес­но, но я не бу­ду спра­шивать вас об этом. Слиш­ком гор­дая, что­бы до­нимать бес­смыс­ленны­ми доп­ро­сами че­лове­ка, к ко­торо­му ис­пы­тываю неп­ри­язнь.

- Ни кап­ли.

- Сов­сем-сов­сем? - Я смот­рю на не­го и жа­лею об этом. Гла­за... не­ес­тес­твен­но кра­сивые.

- У вас лин­зы? - Я пе­реги­баю пал­ку сво­ими нас­той­чи­выми воп­ро­сами и зап­ретным лю­бопытс­твом. Но ка­кое мне де­ло до то­го, но­сит мой учи­тель лин­зы или нет? Дмит­рий ус­ме­ха­ет­ся, от­че­го мои гу­бы са­мос­то­ятель­но при­под­ни­ма­ют­ся в угол­ках рта, но тут же при­нима­ют преж­нее по­ложе­ние. Ка­жет­ся, я не­осоз­нанно пе­рес­ту­пила чер­ту учи­теля и уче­ницы. Воп­ро­сом, ко­неч­но же.

- Да, - звон­ко сме­ет­ся он. - Мас­ки­ру­юсь как опыт­ный мань­як, - под­ми­гива­ет ле­вым гла­зом и вста­ет на но­ги. Я точ­но за­мети­ла, как дро­жат его гу­бы. Не в гла­зах ведь плы­вет пос­ле уда­ра.

- И та­ту­иров­ки... вы не­фор­мал? - Мне смеш­но от сво­их же слов. Еще от­лични­цей зо­вусь. Это я по учеб­ной прог­рамме Эй­нштейн, а за пре­дела­ми школь­ных за­нятий - са­мый нас­то­ящий ту­годум.

- Ког­да не яв­ля­юсь учи­телем - да, - сог­ла­ша­ет­ся он, а я не­понят­но по­чему при­сажи­ва­юсь. Учи­тель тяж­ко взды­ха­ет и, по­ложив ла­донь на мой жи­вот, опус­ка­ет ме­ня об­ратно на ку­шет­ку.

- Ле­жи в та­ком по­ложе­нии еще пять ми­нут, а по­том от­прав­ляй­ся на сле­ду­ющий урок, - стро­го, вы­деляя каж­дое сло­во влас­тным го­лосом, про­из­но­сит ли­тера­тор. На­поми­на­ет мо­его от­ца. Они все что, сго­вори­лись взять на­до мной опе­ку? - Пла­ток не прячь, кровь мо­жет не­ожи­дан­но пой­ти за­ново.

Я сла­бо кив­ну­ла. Даль­ше раз­го­вор не про­дол­жался. Взгляд учи­теля, ско­рее, лю­бопыт­ный, чем изу­ча­ющий - а это име­ет ог­ромную раз­ни­цу - ос­та­новил­ся на мо­ей гру­ди. Я сжа­лась, слов­но ком, зас­тряв­ший в гор­ле, раз­росся по все­му те­лу.

- Маль­чи­ки, на­вер­ное, под­шу­чива­ют, - по­нима­юще хмы­ка­ет учи­тель, не от­во­дя взгля­да от мо­его бюс­та. Ес­ли бы не его серь­ез­ный тон, я бы дав­но выг­на­ла Дмит­рия с кри­ками о том, ка­кой он наг­лый из­вра­щенец. Стран­но, но чувс­твую се­бя со­вер­шенно спо­кой­но.

- С пя­того клас­са, - вздох­нув, шеп­чу я и об­ра­щаю вни­мание на по­толок. Чувс­твую, как пок­расне­ла от его вни­мания. Мои без­рассуд­ные ком­плек­сы ме­ша­ют нор­маль­но жить. Ок­руглая грудь, ко­торой ме­ня наг­ра­дила при­рода, выг­ля­дела в фут­болке нам­но­го боль­ше. Из по­ложен­но­го треть­его раз­ме­ра, ко­им я об­ла­даю, в сво­бод­ных май­ках и спор­тивных фут­болках она вы­рас­та­ет до сом­ни­тель­но­го треть­его с по­лови­ной. На­до­ело за­мечать за­вис­тли­вые взгля­ды дев­чо­нок, хо­тя я с удо­воль­стви­ем и без раз­ду­мий бы от­да­ла нес­коль­ко раз­ме­ров дру­гой де­вуш­ке, как бы это глу­по не зву­чало. Раз­дра­жа­ют по­хот­ли­вые взгля­ды пар­ней.

- Не грус­ти, од­ноклас­сни­ки твои еще ма­лень­кие, не по­нима­ют, нас­коль­ко это кра­сиво, - доб­ро­душ­но шеп­чет он. Я прос­то дро­жу как нар­ко­ман­ка, ко­торой не до­дали нес­коль­ко таб­ле­ток до нуж­ной до­зы. - Я на урок, ка­бинет прос­то прик­ро­ешь. Мед­сес­тра вер­нется ско­ро.

Он вста­ет и идет к вы­ходу, на хо­ду бро­сая мне на этот раз рав­но­душ­но:

- Не рас­ска­жешь док­лад нор­маль­но и ка­чес­твен­но, не ис­прав­лю трой­ку и при­бав­лю еще од­ну двой­ку, - я по­ража­юсь, как быс­тро ме­ня­ет­ся нас­тро­ение Пав­ленко. Пос­ле этих слов я сно­ва ста­ла его не­нави­деть. Все-та­ки я то­же не­пос­то­ян­ная лич­ность.

- А ка­кого цве­та ва­ши нас­то­ящие гла­за? - Ес­ли бы эту сце­ну ви­дела моя по­кой­ная ба­буш­ка, она бы ска­зала, ус­та­ло хва­та­ясь за го­лову: «Ту­па ты, Юлень­ка, как проб­ка». И сей­час я под­ме­чаю, что та­кие сло­ва бы­ли бы умес­тны­ми в дан­ной си­ту­ации.

- Ка­рие, - и он вы­шел из ка­бине­та, ти­хонь­ко зах­лопнув дверь. Кровь из но­са по­чему-то пош­ла за­ново.