7 глава
Банные процедуры помогли отвлечься. Я намыла голову, лицо, тело. Я перебирала различные банки и снова ставила на полки. Когда я уже вступила на плитку ванной голыми ногами, холод ощущался остро. Горячая ванна уже приложилась к телу. Слишком я любила лежать в кипятке.
Оказалось я мылась чуть больше часа, хорошо что Валеры дома не было, опять начал бы бубнеть: «Что там можно делать так долго?».
Натянув пижаму, я вышла из ванной комнаты в коридор. Тут же я услышала звонок по телефону и сразу же направилась в комнату. Это был Валера. Блять, я совсем забыла что он обещал мне позвонить в девять часов, а было уже немного позже, а он настырный, звонит пока я не отвечу. У меня как то раз телефон разрядился, а ему забыла отзвониться что дома. Он позвонил 45 раз.
Переживает все понимаю, но я уже говорила на эту тему, так что...
Я сразу взяла трубку, время было уже 21.18.
- Ало - я не успела сказать даже ни слова.
- Ты где? - его голос был напряжен. Так, спокойно.
- Я дома, просто мыться ходила, там голова, лицо, ну ты знаешь, поэтому так долго. - как только я закончила, он отключился. Через несколько секунд поступил от него видео-звонок, я приняла и включила камеру.
- А позвонить когда домой пришла? - голос стал спокойнее, но все же.
- Я не ходила гулять, ливень весь день был.
- Ясно - он замолчал, потом снова начал, но голос был уже нормальный - Нормально все? Дом не разгромила, школу не взорвала?
- Да да, поела и тебе есть что поесть тоже. Все я спать побежала, давай.
- Ага, спокойной ночи. - он отключился.
Все, я убрала телефон и пошла опять лодыжку бинтовать. В этот раз вместе с мазью, я решила еще йодом помазать. Вроде бы так быстрее заживает, ну попробовать ничего страшного.
Доделав, я сразу легла в постель, день был насыщенный, но в сон клонило жутко. За окном опять дождь полил. Я была ряда, ведь очень любила под дождь засыпать, это успокаивает и отвлекает от мыслей. Вот только мне подумать стоит, но не сейчас.
Прошло пару недель, уже начались каникулы, значит можно гулять каждый день сколько хочешь. Красота. Четверть закончила нормально, без четверок и один вызов в школу с докладной на меня. Обещаю больше не срывать урок петардами.
Кстати по поводу оценок, училась я хорошо. Отец был очень строг ко мне по поводу оценок, поэтому старалась хотя бы за счет них добиться уважения отца ко мне, но какую-то «пользу» я приносила ими, поэтому я старалась. Съехав от отца, у меня остался статус отличницы в школе, поэтому было бы правильно немного поддерживать его. При этом учитывая мое поведение. Я не была сущим ужасом, но иногда что-то вытворяла в качества шутки или смеха вместе с Мишей или с одноклассниками. Вообщем, на учете я не была, объяснительные раз в четверть могла написать и отличницей выходила, не всегда, но в основном.
Оценки не были для меня всем, но быть отличницей мне прижилось, поэтому я шла на красный аттестат и планировала сдать все экзамены на пять. Но это давалось в последние время все тяжелее. Поэтому на последней недели и до зимы решила расслабиться, ибо за два месяца я конкретно устала учиться.
Валера кстати учился намного хуже, и поведение было тоже соответствующие. Отец от него не требовал ничего от него, иногда пытался, но когда понял что это бесполезно, то отпустил. Но в универ поступил на бюджет, хоть и ходил туда раз в месяц. Он вроде бы в этом году заканчивает его.
Вспомнив отца немного стало грустнее. Со страхом вспоминаю это время, хотя вроде бы отпустило. От этого я так и продолжила мешать ложкой чай, который уже наверное остыл. Было ближе к вечеру, мы ужинали с Валерой.
- Ты пить то его собираешься или для красоты налила? - брат сидел напротив меня и улыбнулся.
Я глянула на него и сразу вернулась в реальность.
- Задумалась просто - я ответила и сразу отпила чай. Остыл, но не холодный и хорошо
- Часто ты в последнее время в себя уходишь. Все нормально? - он нахмурился и положил приборы в тарелку, видимо наелся уже. Я уже давно доела, сейчас просто чай пила.
- Все хорошо не переживай - я мягко улыбнулась, я не любила ему что-то рассказывать, да вообще кому-то. Я привыкла решать проблемы сама и жаловаться или плакаться вообще не считала приемлемым для себя, а скорее чем-то позорным.
Он продолжал хмуриться, не особо поверил видимо.
- Опять молчать будешь? Как с твоим придурком тем? - его голос стал серьезнее и даже немного злее.
Придурком он имел в виду того самого мальчика что мне понравился в пятом классе. Я тогда была очень закрыта из-за травли и любой наш разговор с Валерой, который пытался понять что со мной, заканчивался безрезультатно для него, а мне становилось все хуже. Всего в итоге эта травля была около пяти месяцев. Даже после нее мне было тяжело, я была никакая, а Валера и Миша были единственные, кто мог мне помочь.
Я долго восстанавливалась морально, ровно так же долго как я съехала от отца. Слова, что он убьет моего брата, если я расскажу ему что со мной делает отец, слишком сильно меня ранили и оставили большой отпечаток на моей душе. Первые дни я боялась чтобы Валера выходил из дома, я боялась что приду домой и увижу мертвое тело брата, я боялась что он однажды не вернется.
Эти дни было тяжело переживать и мне и Валере, у которого разрывалось сердце от моего вида. Поэтому каждый раз когда я молчала и пыталась скрыть от брата, он опять думал что случилось что-то очень серьезное и я опять впаду в депрессию и апатию на несколько месяцев. Это одна из причин сильного контроля и опеки.
- Если я сказала что все нормально, значит нормально - мой голос стал тверже, я посмотрела на него. Это точно не та ситуация, о которой я бы рассказала брату.
- Ты тон свой припредержи, не с Ералашем своим разговариваешь - он посмотрел на меня, его голос стал намного строже и злее. - Знаю я твое все нормально, с отцом ты мне так же два года молчала, а что в конце? - он резко встал со стула и начал кричать - А?! Что потом было то, Лер?! Ты пол года никакая была, а твой селфхарм из-за этого?! А таблетки?! А то как ты однажды сдохнуть решила?!
От крика и воспоминаний моего гнилого прошлого, на глазах навернулись слезы. Нет-нет! Только не плакать при нем! Как бы не был мне брат родным и близким, слезы это унижение и слабость перед ним. Я стояла и пыталась не говорить, не дышать и не думать.
- Вот что ты сейчас молчишь, Лер? - он немного успокоился, но продолжал пристально смотреть на меня.
Я не выдержала, и рванула к себе в комнату, попутно закрывая ее на замок. Я не могла сдерживать слезы уже. Брат кричал что-то в след, но я уже не могла различать слова.
Я плюхнась на кровать и, уткнувшись в подушку, начала рыдать, не громко, но чтобы отпустило все.
Воспоминания, моменты, события, боль, отпущение - все сразу вернулось в голову, будто я снова это проживаю, будто снова опять на яву.
Я плакала. Нет, рыдала. Рыдала как в последний раз. В этот момент скопилось все.
Подушка принимала всю мою горечь, печаль, боль и заглушала звуки. Не зря мне в детстве бабушка сказала, что лучшая подружка - это подушка. А правда в том, что по факту, близкой подружки, которая всегда будет рядом, выслушает и поможет, у меня не было, у меня был Миша. И все. Я сама по себе была всегда. Я привыкла на самом деле, хоть было и больно порой.
По ощущениям, прошло минут тридцать. Я поднялась с кровати и посмотрела на себя в зеркало. Лицо, что раньше было довольно симпатичным и веселым, было все перекошено, опухшим и красным. Волосы спутались и взлохматились. Ужасно.
Я не винила Валеру, он переживает и не доверяет моим «все нормально». На его месте, после всего, я бы тоже не доверяла. Он просто поднял прошлые темы и взбесился, а я слишком сентиментальная. Я не обижалась на него, просто надо было бы как-то успокоить его и внедрить, что это не стоит его переживаний.
Но сначала надо бы придать себе божий вид и взяла в руки расчестку. Начнем с малого.
Вроде поприличнее, но надо мы умыться и сделать массажик лица, чтобы не было опухшим, придеться идти в ванную. Ну не вечно же мне тут сидеть.
В этот момент я услышала стук в дверь.
- Лер, открой. - послышался голос брата. Он был мягким.
Что не взять с него, но со мной, он всегда первый шел залаживать конфликт. Да, железное «Пацаны не извиняются» он держит всегда. Самое интересное, даже в детстве он очень редко извинялся, почти никогда. Не в том, что он не признает свою неправоту, нет, он не видит смысла унижаться такими словами. Он славирует, приласкает и покажет что все хорошо, но не извиниться, никогда. И кстати, как я узнавала у Миши, то с пацанами он и вину свою никогда не признает. Вот так да.
Я подошла к двери и открыла ее. Валера был спокойным и даже немного обеспокоеным. Чувствовал вину, это было видно, пусть даже небольшую. Из-за слез, но это не он меня довел.
Я встала боком, пропуская его в комнату. Он настоял на разговор. Он сел на кровать, а я же села на стул рядом.
- Лер, послушай - он тяжело вздохнул и почесал свои волосы, собираясь с мыслями - Вспылил, накричал. Не хотел до слез тебя, Лер. Пойми, ты всегда молчишь, а говоришь когда уже проблема серьезная, а ты вся никакая, а вытаскивать тебя мне и смотреть на тебя тоже мне. Я не хочу этого, я не хочу чтобы ты снова страдала, я лишь хочу тебе помочь и отгородить от всякой херни - он лаского посмотрел на меня, а это все, конец.
Я не могла не поддаваться чарам нежности и заботы. Никогда.
Я посмотрела ему в глаза, я не могла сказать и слово, горло болело. Я просто смотрела на него.
Через несколько секунды я смогла открыть рот и сказать что-то. Но из-за боли я могла только шептать.
- Валер... Ты не причем, я просто... Просто вспомнила все, вот и сорвалась... - я опустила глаза в пол. Слезы я держала, а голос пыталась выровнять. Я не могла быть слабой. Нет.
Он молча смотрел на меня. А потом подошел и обнял. Крепко. Сильно. И уткнулся мне в макушку лицом. Я обняла его в ответ. Сильно и крепко.
- Лерочка - он прошептал мне нежно-нежно - Скажи пожалуйста что-то случилось? Хотя бы скажи мне честно, это стоит мне знать, или правда ничего серьезного? - он надеялся на малое, пусть не скажу, но главное что не серьезное
- Ничего серьезного, честно, Валера. Я сама разберусь, это со учебой связано... А задумываюсь, просто о старом, о прошлом... Не переживай пожалуйста.
Это было нужно. Нужно нам обоим. Ему - чтобы он успокоился и не чувствовал вину. Мне для морального спокойствия, чтобы душе стало легче, чтобы была спина, за которую можно спрятаться.
Он не скажет что был не прав или очень сожалеет. Он скажет как умеет. Мы не умели по другому, нас в семье не учили как правильно. Мы учились сами. Единственный с кем Валера был нежен и честен - со мной. Даже с его парой бывших, о которых я знала, он не был всегда мягок и мил, как со мной.
Мне даже было его жалко, я хотела чтобы у него было все хорошо, я хотела чтобы он нашел ту единственную, ту любимую, которая будет его любить, а не бояться. И я надеялась что когда-нибудь у него будет все хорошо и он не будет больше за меня так сильно переживать. Я понимала что очень тяжело и долго, но я верила в него, больше чем в себя. Миша и Тимур меня не интересовали в данный момент и это главное.
Начинаю потихоньку опускать в омут прошлого и развивать их личности.
спасибо всем, кто читает💋