Глава 11: День благодарения
Мы живём в тёмные времена, тут не так уж много надежды. Единственное, по чему я скучаю... это - Красота. Неважно, что происходит в мире, что происходит в твоей жизни, в итоге всë будет хорошо... Мир просто ужасно уродлив, правда? Он ужасно уродлив, и... всем на это как-будто наплевать. И злость, кругом столько злости. Все как-будто хотят, чтобы все остальные не казались людьми... Я не желаю быть частью этого, не хочу даже свидетелем быть, не то, что бы это корень всех моих проблем, но я точно об этом думаю и часто.
Сегодня - день благодарения, восьмое число июля. А то и дело для меня не праздник. Знаете почему? Конечно понятия не имеете, потому что в этот день умер мой отец, дело всë с коньками... Я до сих пор не могу принять его смерть, всë время твержу себе, что из-за меня его не стало. Собственно, мало кто в курсе этого. Город радуется и так каждый год...
И каждый год Кейт вся в дипрессии, она потратила 22 часа, смотря «Титаника», вся в поту и окутанная жарким одеалом, честно и думать о жаре сил не было. Когда Джек тонул, а Роза звала его по имени, лишь бы он проснулся, мне было всё равно. Ведь депрессия - это особо нехорошая штука. Кейт не знает как справиться с депрессией. Зато депрессия знает, как справиться с Кейт... Еë мочевой пузырь полон, как почти день без туалета. Мне было всё равно. Дико всё равно...
Когда что-нибудь прочно заседает в моей голове, или что-нибудь очень сильно меня волнует, я просто представляю, что сижу на Марсе и смотрю на Землю с сумасшедшей высоты. Вот тогда ты перестаешь бояться. Тогда ты не чувствуешь боли. Когда ты понимаешь, что ты никто, то и твои проблемы кажутся ничтожными.
Без туалета нельзя провести долгое время. И тогда вот, что происходит: вся моча, перенесëнная из почек в мочевой пузырь, отправляется обратно в почки. Таким образом, случается такая хрень, которую даже врагу не пожелаешь. Со мной так и случилось, получила почечную инфекцию.
На последних минутах Роза умерла и встретилась с Джеком, выглядело это как сном, но в тот же момент у меня случился приступ. Я знаю, что вы думаете: «Кейт, с ума сошла? У тебя воспаление начнётся, бегом в туалет!». Поверьте, я говорю себе то же самое.
На середине дороги в туалет я уже теряла сознание, орала хриплым голосом. Это было настолько больно в части спины, что я била себе в спину, чтобы боль исчезла. В ту же секунду я чуть ли не провалилась на пол, но держалась за стены рядом. Спустя минуту я уже лежала на полу, обнимая себя всю:
- Кейт, что с тобой?, - заметил меня Арчи, и пытался поднять меня.
Мало как помню эту ночь, но догадываюсь, что он меня уложил, а сам лёг рядом, чтобы не оставить меня. А видела я вместо него - Андре, который обнимал меня и твердил, что всë будет хорошо.
На следущий день он отвëз меня в больницу. За мной ухаживали доктора. Была настолько на комфорте, словно под кайфом, причëм в завязке уже 6 лет., хотя это уже совсем другая история. Наркота меняют людей и нельзя не сказать, что это единственное полное дерьмо, которое я пробовала и тут же пожалела. Быть может, это моë наказание? Сама я верю в Бога, а ещë верю в поэзию.
- Если я заболею раком, надеюсь... не вы будете меня лечить, - сказала я ели, а в ответ они засмеялись, - да и я серьёзно!
В рот мне брызгнули редкий антидепрессант, не срывающий мне крышу. Я провела там 3 дня. Было очень даже здорово. Я вообще люблю больницы и с радостью провела бы в палате всю жизнь. Ведь когда ты в больнице на тебе никакой ответственности, тебя кормят, поят, следят за сном. А если что-то случится, рядом всегда есть доктор. Если какой-то маньяк с ружьëм не придëт или стрелок застрелит всех хирургов.
Короче говоря, я не о чëм не тревожилась...
А ночью, когда все спят, можно представить, что пикание аппаратов - это пение птиц, а воздух из кондиционера - тëплый прис. И больничная койка начинает казаться лежанкой на Карибском пляже...
Иногда во сне меня навещал Андре, говорил: «Это всë из-за меня ты тут оказалась?». Поверьте конечно же нет. Я всегда была такой...
- Так значит, грусть - это место? - спросил Андре.
- Да, иногда люди живут там годами...