Сестра|Турбо

Вечер был хмурый, морось впивалась в лицо, асфальт блестел от влаги. Район жил своим привычным шумом: где-то хлопнула дверь подъезда, вдали завыла собака, из подвала донеслась глухая музыка.
Адидас стоял у ларька и курил. Зима подошёл, запах сигарет смешался с холодным воздухом.

— Ну что, поедем? — спросил Зима, застёгивая спортивную куртку на все молнии.
— Поедем. Надо уже разрулить с этим Желтым. Видак — вещь серьёзная, не игрушка, — ответил Адидас.

Они двинули пешком в сторону старой автобусной остановки. По дороге Адидас молчал, в голове уже крутилась будущая «разборка». Всё должно было быть быстро и чётко: поговорили — забрал своё — ушёл.

Остановка стояла под одиноким фонарём. Лампа мигала, разгоняя тьму.Атмосфера сгущалась. И в этот момент к остановке резко подкатила «волга» — батина тачка. Фары резанули светом, мотор заглох с басовитым урчанием. Марат вылез, хлопнув дверью, и подошёл к своим.

-Домой ее вези! — крикнул Вова и подошел к Марату,дал подзатыльник,но все таки все вместе сели и поехали на пески

Приехав Желтый уже стоял со своими двумя парнями около их машины,поджидая Универсамовцев.

-Кощей где? — спросил главный Дом Быта.

-Не смог,дела, — пауза,взгляд на троих, — Со мной говорить.

Не до разговоров.

По кругу стали выбегать парни. Сначала пятеро. Потом ещё семеро. В итоге почти вся группировка . Человек пятнадцать, может, больше.

Первый удар прилетел Адидасу в челюсть, он отшатнулся, но устоял. Следом ударили Зиму — в живот, тот согнулся, хрипя. Марат выбежал из машины и побежал на какого то мальчишку,бьют в корпус, кто-то рванул его за волосы. Песок под ногами уже был вперемешку с кровью и грязью.

Адидаса повалили, пинают ногами по рёбрам, по плечам, по спине. Зима пытался вырваться, но его держали двое. Марат заорал от боли, но его голос тонул в гуле ударов и матов.

Через пару минут всё стихло. Пацаны Желтого стояли полукругом. Адидас, с рассеченной бровью и кровью из губы, поднялся на колени сам, не по приказу просто чтобы встать на ноги.

— На колени вставай,извиняйся,— сказал Желтый.

— Пошёл ты, — выдохнул Адидас, глядя ему прямо в глаза.

Желтый хмыкнул и кивнул своим. Двое схватили Марата, заломили руки. Один достал нож. Лезвие блеснуло в свете фонаря.

Марат зашипел от боли, когда остриё ножа коснулось его уха. И тут пошло глубокое, медленное движение лезвия

— Эй! — рявкнул Адидас.Сердце билось так, что гул стоял в голове.

— Последний шанс, — сказал Желтый.

Адидас закрыл глаза на секунду, стиснул зубы, а потом медленно, через силу, сквозь кровь и песок в зубах, выдавил

-Прости, — прошипел,но его пнули со словами «Пацаны не извиняются»

Желтый довольно усмехнулся и махнул рукой. Нож убрали, Марата отпустили.

— Вот так-то, — сказал он, отходя к машине. — А тачка теперь на время моя,пока деньги не отдашь.

Двое из его пацанов уже садились в «Волгу». Мотор зарычал, фары на секунду ослепили всех, и машина, поднимая облака песка, ушла в ночь.

Адидас стоял на коленях, сжимая кулаки, и смотрел в темноту. В его взгляде было ясно — эта история только начинается.

***

Вечер был промозглый, ветер гнал по пустой улице редкие снежинки,первые этой зимой. Лампы над тротуаром светили тускло, и свет от них расплывался в лёгкой дымке.
Девушка шла, кутаясь в шарф, поправляя на ходу сумку. Её шаги гулко отдавались по плитке, пока она проходила мимо старого кафе «Снежинка». Когда-то оно было шумным и модным, но теперь редко кто туда заходил. Кафе держалось на старой репутации,витрина с обветшалыми занавесками, облупленные буквы на вывеске, изнутри,мутный жёлтый свет.

Она почти прошла мимо, когда до неё донёсся приглушённый женский крик. Сначала она подумала, что показалось. Но через секунду снова, громче, резче, как будто кто-то зовёт на помощь.

Девушка замерла. Сердце забилось быстрее. Она обернулась на дверь кафе, она была плотно закрыта, но за стеклом мелькнула тень.

Внутри кто-то резко отодвинул стул, раздался звон посуды. Теперь крик был отчётливо слышен, женский, срывающийся на хрип:

— Пустите!

Девушка сделала несколько шагов ближе. Сквозь мутное стекло она различила фигуру — Маленькая девочка. Та отпрянула назад, а напротив неё стоял Колик, сжатые кулаки, лицо напряжено. Он что-то кричал, но слов было не разобрать.

Всё выглядело так, будто девушка пыталась вырваться, но Колик перехватил её за руку. Она дёрнулась, сбила со стола чашку, и та с глухим звоном упала на пол, расплескав чай.

Девушка почувствовала, как в груди поднимается паника.Ветер за спиной усилился, гоняя сухие снежинки по тротуару. Девушка стояла, не решаясь войти, но взгляд не мог оторвать от мутного окна «Снежинки».

Айгуль снова закричала, и этот крик был уже не просто испуганным,в нём было отчаяние. Колик навис над ней, прижимая к стене, и что-то говорил тихо, но с такой злой сдержанностью, что даже сквозь стекло можно было почувствовать напряжение.

Девушка огляделась по сторонам. Улица была пустая. Никто не шёл, не спешил на помощь. И тогда она поняла, если она просто уйдёт, завтра об этом уже будут рассказывать на районе, но Айгуль это не спасёт.

Она глубоко вдохнула, сделала шаг к двери, чувствуя, как пальцы дрожат, и холод пронзает до костей. Внутри было слишком тихо для того, что она только что слышала. Эта тишина была хуже самого крика.

Она потянулась к ручке.

Девушка толкнула дверь и вошла.

Внутри пусто, тусклый свет, запах жареного масла. В дальнем углу Айгуль, прижатая к стене, и напротив неё Колик. Он держал её за запястье, лицо злое, губы сжаты в тонкую линию.

— Эй! — резко крикнула девушка. — Отпусти её.

Колик медленно повернулся, ухмыльнулся.

— Ты кто такая? Ещё одна героиня? Сейчас для вас обеих «геройство» закончится.

Он сделал шаг к ней. Девушка отступила на полшага, но взгляд не отвела. В голове мелькнула мысль: если он подойдёт слишком близко — действуй.

На столике рядом стояла тяжёлая стеклянная солонка. Она ухватила её, и, когда Колик оказался вплотную, со всей силы ударила его в висок. Стекло звякнуло, он охнул и, потеряв равновесие, отшатнулся. Айгуль в тот же миг рванулась в сторону.

— Быстро к двери! — крикнула девушка.

Но они не успели сделать и трёх шагов, как дверь кафе распахнулась. Вошли трое мужиков

— Ну что, Колик, — холодно сказал Желтый, — я тебя оставил,доверил Айгуль. А ты тут девчонок трогаешь?

Колик замер, трогая виск, но ничего не успел сказать. Старший и двое пошли на него, как хищники. Удары были короткие, без лишних слов. Пара мгновений и он уже лежал на полу, прикрывая голову руками.

Один из них плюнул в его сторону:

— Ты больше не с нами.

Колик только кивнул, тяжело дыша.

Вадим обернулся к девушкам:

— Свободны. Идите.

Девушка схватила Айгуль за руку, и они быстро вышли на улицу. За спиной дверь закрылась, а в тишине морозного вечера шаги звучали особенно громко.

— Ты специально его ударила? — спросила Айгуль, когда они свернули в тёмный двор.

— Если бы не ударила, не успели бы дождаться их, — ответила она. — Тут или ты, или тебя.

В глубине улицы ещё слышался глухой шум — старшие заканчивали разговор с Коликом.

Ветер гнал по улице мелкий снег, он летел в лицо колючими иголками, застревал в ресницах и тут же таял. Дворы были пустые, только редкие силуэты торопливо шли к подъездам, стараясь не задерживаться на морозе.

Девушки шли быстро, почти бегом,ноги сами уносили их подальше от «Снежинки». Внутри ещё гремел адреналин, сердце колотилось, как будто они вырвались с чужой территории, где каждое неверное слово могло закончиться плохо.

Они свернули в глухой двор, где стояли старые качели, облезлая горка и лавка у стены, наполовину засыпанная снегом. Здесь было тихо, фонарь над подъездом давал тусклый, жёлтый свет, и снег кружился в этом круге света, падая медленно и лениво.

Айгуль остановилась, обхватила себя руками и глубоко вдохнула. Она всё ещё была бледная, но в глазах уже читалось не столько испуг, сколько непонимание.

— Ты... ты чего туда полезла? — спросила она, и в голосе слышалось, что она до конца не верит в происходящее. — Могла ведь сама вляпаться.

Девушка, что вытащила её, достала из кармана сигареты. Щёлкнула зажигалкой, прикрывая огонь ладонью, и затянулась, будто это был единственный способ успокоить дыхание.

— Вляпаться можно и просто проходя мимо, — ответила она спокойно, выпуская дым в сторону. — А я мимо такого не хожу.

Айгуль нахмурилась.

— Я тебя раньше не видела. Не из нашего двора.

— Верно, — сказала незнакомка. — Я Таня. Только недавно приехала.

— Откуда?

— С Москвы.

Айгуль чуть усмехнулась, но в этой усмешке была недоверчивая насмешка:

— С Москвы? И что ж тебя принесло сюда, в наш... рай?

Таня опёрлась локтем о спинку лавки, посмотрела на неё, словно оценивая, стоит ли говорить.

— Приехала к подруге. Она здесь тоже недавно , но сама не местная. Мия зовут.

Айгуль замерла. Даже дыхание стало тише.

— Мия?..

Лена заметила её реакцию и медленно кивнула:

— Да. Мы с ней давно знакомы. Ещё в Москве вместе тусовались.Ты её знаешь?

Айгуль села на лавку, снег заскрипел под ногами.

— Знаю. Она... ну, можно сказать, подруга. Хотя... — она отвела взгляд, — тут у всех всё сложно.

Между ними повисла пауза. Слышно было только, как ветер гудит в щелях подъезда и как где-то далеко глухо хлопнула дверь.

— Значит, — сказала Таня, затушив сигарету об ножку лавки, — мы с тобой теперь почти свои. Если ты с Мией, значит, и со мной найдём общий язык.

Айгуль бросила на неё быстрый взгляд.

— Она тебе говорила обо мне?

— Не особо. Но как-то обмолвилась, что у неё тут есть своя девчонка, которой непросто. — Лена усмехнулась уголком губ. — Теперь я понимаю, о ком речь.

Айгуль немного расслабилась, но в голосе всё ещё оставалась осторожность:

— Мия... она особенная. Но я не думала, что она кого-то приведёт сюда из Москвы.

— Я сама приехала, — поправила Таня. — В Москве сейчас пусто. Там все свои по углам, ничего интересного. А тут жизнь бурлит. Хотя, похоже, слишком опасно.

Айгуль тихо рассмеялась, но смех быстро угас.

— Тут опасно всегда. Особенно, если тебя кто-то метит.

Они ещё долго сидели, разговаривая обрывками фраз. Таня рассказывала истории о московских подвалах, ночных драках у метро, о том, как они с Мией уходили от погони в узкие переулки. Айгуль слушала, иногда задавала вопросы, и в её взгляде появлялось всё больше доверия.

Где-то вдалеке послышался звук мотора, и обе на секунду замолчали, прислушиваясь. Но машина проехала мимо.

— Завтра, — сказала Таня,поднимаясь, — покажешь, где Мия сейчас. Я хочу её увидеть.

Айгуль колебалась пару секунд, но потом кивнула.

— Покажу. Только ты будь готова... Тут всё не так, как в Москве.

Девушка усмехнулась:

— Поверь, я уже поняла.

Они пошли к выходу из двора, а за их спинами фонарь продолжал освещать пустую лавку, на которой ещё виднелись отпечатки их ботинок и обугленный кружок от затушенной сигареты.

***

Утро было серым и тяжёлым. Снег за ночь превратился в плотную корку, скрипевшую под ногами, и воздух будто пропитался холодом, от которого мерзли даже ресницы. Айгуль вышла к подъезду чуть раньше условленного времени, кутаясь в шарф. Она всё время оглядывалась,привычка, от которой в их районе не избавиться.
Таня появилась через пару минут, как всегда — спокойная, с сигаретой в пальцах, будто этот мороз её совсем не трогал.

— Ну что, поведёшь? — спросила она, выпуская дым.

Айгуль кивнула, и они пошли по дворам. Таня шла чуть позади, оценивая всё вокруг: облупленные стены, следы от костров у мусорок, запах дешёвого бензина. Это был совсем другой мир по сравнению с московскими улицами, но она явно чувствовала себя здесь не чужой.

— Мия сейчас где? — спросила она.

— В квартире у себя. Там тихо. Никто не должен мешать, — ответила Айгуль.

Но чем ближе они подходили к нужному району, тем сильнее Айгуль чувствовала, что что-то не так. На углу она заметила двоих парней в тёмных куртках, которые делали вид, что курят, но на самом деле следили за ними. Лена тоже их заметила, но промолчала.

— Ты их знаешь? — тихо спросила она, когда они прошли мимо.

— Не по именам... но эти с «Хади-Такташа».С Мией у них давние счёты.

Через пару дворов их догнали. Один из парней встал впереди, второй сзади.

— О, а куда это наши птички летят? — ухмыльнулся тот, что спереди.

Айгуль почувствовала, как внутри всё сжалось. Но Таня сделала шаг вперёд, глядя прямо в глаза.

— Отойди. Мы по делу идём.

— По делу? — парень хмыкнул. — А может, нам это дело интересней? Слышь, говорят, Мия где-то рядом. А мы как раз хотели её увидеть.

— Сначала отойди, — повторила Таня, но в голосе появились металлические нотки.

Секунду они стояли, глядя друг на друга, потом парень сделал вид, что уступает, но, когда девушки пошли дальше, бросил:

— Передай Мие — у неё теперь не только свои проблемы, но и у её подружек тоже будут.

Айгуль и Таня не оборачивались, пока не оказались за углом.

— Они что, всерьёз? — спросила Лена, но в глазах её не было страха, скорее азарт.

— С ними всегда всерьёз, — сказала Айгуль. — Если они что-то сказали, значит, уже что-то готовят.

Когда они наконец добрались до дома Мии, Таня первым делом осмотрела двор. И правильно сделала — у подъезда стояла серая «Волга», в которой сидели двое. Они курили, но взгляд не отрывали от двери.

— Вот это уже серьёзно, — сказала Таня тихо. — Они пасут вход.

Айгуль подняла глаза на окна — на третьем этаже, в тёмной комнате, мелькнула тень. Это могла быть Мия... или кто-то из тех, кто уже ждал их.

Когда они поднялись к квартире, дверь открыла Мия. Она увидела Таню, улыбнулась, но в глазах мелькнуло беспокойство.
—Танюша... ты что здесь забыла?

Девушка шагнула внутрь, обняла её по-дружески, но сразу сказала:

— Мия, у нас проблема. И она уже на улице.

Мия посмотрела на Айгуль, потом на Таню.

— Похоже, вы обе вляпались.

Айгуль впервые за долгое время поняла,они втроём теперь связаны. И выйти из этой игры будет сложно, потому что правила диктуют не они.