Глава 4
- Эй. Эй, ну давай же, просыпайся. ЭЙ!
Я выпустила маленький писк шока и вскочила, судорожно оглядываясь вокруг, чтобы постараться найти то, в чем заключалась проблема. После того, как я осмотрелась вокруг, я заметила, что кое-что было совершенно из ряда вон.
Во-первых, на мне были те же пара джинс, милая голубая блузка и темная куртка, которые я точно помню надевала несколько недель назад.
Во-вторых, оказалось, что я неудачно распласталась на столике в углу какого-то небольшого, семейного, китайского ресторанчика, в котором казалось совсем не было посетителей, к счастью для меня.
И, наконец, высокая, статная фигура наклонилась ко мне через стол с довольно странным, обеспокоенным взглядом в своих, чрезвычайно насыщенных цветом, глазах, cкривив губы в неприятной гримасе.
Последнее, было, пожалуй, самым удивительным и причудливым из всех. Потому что вы знаете, почему?
Арчер Моралес был тем, кто стоял передо мной. И он определенно не был мертв. Наоборот, он выглядел очень даже живым. Ну, скорее раздраженным, но тем не менее живым.
- Эмм…Прошу прощения – начала я лепетать из-за смущения. - Я даже не знала, что уснула, и…
- Ладно, без разницы, - прервал меня Арчер Моралес глубоким, красивым голосом, который я не ожидала услышать. - Слушай, ты не можешь остаться здесь. Ты должна уйти.
Я была слегка обескуражена его резким, раздраженным тоном. Конечно, я уже слышала однажды, как он разговаривал, но это было несколько лет назад. У меня не должно было быть ощущения, словно мне только что дали пощечину или что-то вроде того, учитывая то, как он разговаривал со мной.
Я ничего не могла поделать с тем, что пялилась на него с благоговейным выражением на лице, словно я увидела Иисуса Христа во плоти или типа того.
- Что ты делаешь здесь? – ляпнула я, прежде чем смогла остановить себя.
- Я? – повторил Арчер саркастическим голосом – Я как бы работаю здесь, и мы закрываемся. Так что ты в самом деле должна уйти.
Последнее место, в котором я ожидала, будет когда-либо работать Арчер Моралес был крошечный китайский ресторанчик, но предполагаю, что все с чего-то начинается, верно?
С этого, я чертовски уверена, что-то начиналось.
- Закрываетесь? – повторила я высоким голосом, когда до меня, наконец, дошло. – Который час?
- Четверть двенадцатого, – скучающим голосом невозмутимо заявил Арчер.
- Вот дерьмо, - взвизгнула я, поднимаясь на ноги. – Мои родители будут в бешенстве! Как, черт возьми, я позволила этому…
- Господи Иисусе, Хедли, не могла бы ты заткнуться?
Я сразу же прекратила свою бешеную ходьбу и поспешные бормотания, в изумлении уставившись на Арчера, пытаясь не раскрыть рот от удивления.
- Ты знаешь, кто я? - шокировано спросила я.
- Хедли Джеймисон, третьекурсница в старшей школе ДФК (1), дочь знаменитого преуспевающего адвоката и его жены - бизнес-леди, – протянул Арчер, хватая грязную посуду с соседнего стола и опуская ее в пластиковый контейнер. - У нас был общий английский на первом курсе.
Ладно, это было немного необычно.
- Ты помнишь это? – не поверив, сказала я вслух.
- Как я мог забыть? – сказал он, словно это должно было быть очевидно. - Ты краснела, как чертов лобстер, каждый раз, когда я смотрел на тебя.
- Ну, это была не моя вина, - ответила я, не задумываясь. - Что я должна была делать, просто смотреть на тебя или что?
- Ты и все остальные в этом аду, который они называют школой, - пробормотал он, закатывая темно-карие глаза.
Я не могла поверить в происходящее. Это должно быть была какая-то злая, злая шутка, которую играл надо мной мой разум. В последний раз, когда я видела Арчера Моралеса, он был прочно заключен в чертовом гробу в кафедральном соборе в нескольких кварталах отсюда.
Но теперь он стоял передо мной, на самом деле разговаривал со мной, и не был мертв?
Что это была за чертовщина?
- Я сплю, - в конце концов выкрикнула я, вскинув руки в воздух. - Я должно быть сплю.
Арчер посмотрел на меня так, словно я только что начала нести тарабарщину или что-то вроде того.
- Прости? - сказал он бесцветным голосом, выгибая бровь.
Я убедила себя не беспокоиться насчет этого.
- Мне должно быть сниться какой-то ужасный ночной кошмар, - я продолжала бормотать и бредить, снова начав ходить туда-сюда. - И когда я снова проснусь, я просто окажусь в своей спальне, готовая начать очередной скучный день в нашей идиотской школе.
- Я осознавал, что ты была немного странная, Хедли, но я не знал, что ты была такой…ты только что ущипнула себя?
Теперь Арчер уставился на меня с совершенно озадаченным выражением лица, наблюдая, как у меня практически случился перед ним сильнейший нервный срыв. И да, я только что ущипнула себя.
- Итак? - демонстративно пробормотала я, пытаясь сдержать румянец, который прокладывал путь к моим щекам.
Он просто продолжал смотреть на меня со странным выражением лица, как будто я была инопланетянкой или вроде того. В обычной ситуации меня бы это взбесило, потому что я имею в виду, я не какая-то там чудачка. Но в тот момент, меня это действительно не волновало, потому что я была просто рада видеть его живым.
Даже если, ну вы знаете, это все оказалось бы сном.
- Боже, ты странная, - в итоге пробормотал он, снова закатив глаза.
В тот момент я разрывалась между тем, чтобы дать ему пощечину за то, что ведет себя так грубо или сжать его в неистово крепком объятии. Я и вправду не могла решить, что принесло бы мне больше удовлетворения.
Теперь, не поймите меня неправильно - я была более чем смущена, что парень, которого я должна был “спасти” и я, в действительности, неудачно начали взаимоотношения. Он думал, что я была сумасшедшей, а я теперь начинала думать, что он придурок.
Но не было похоже на то, чтобы я могла просто подбросить свои руки вверх и сдаться. Я ни за что, черт возьми, не сделала бы это. Как-то по благодати Божьей...или, ну, кто бы там не правил Вселенной, я собиралась сделать все правильно.
Я собиралась сделать это.
Школа имени Джона Фицджеральда Кеннеди
Поэтому, сделав глубокий вдох, я попыталась придать своему лицу отчасти милый взгляд и вести себя как можно вежливее, прежде чем сказать - Поможешь мне поймать такси?
Арчер выглядел так, словно не верил своим ушам. - Э-э...извини?
Теперь наступила моя очередь пялиться на него, словно у него что-то торчит из головы.
- Поможешь мне поймать такси? – повторила я, немного медленнее на этот раз.
Арчер издал низкий, впечатленный свист, опустив пластиковый контейнер на соседний столик, прежде чем проскользнуть к крошечной двери ресторана.
- Кто бы мог подумать... – раздражающе бормотал он, пока шел. - Со мной, наконец, говорит девушка, и так уж получилось, что ею оказывается чокнутая психопатка, которой нравится щипать себя.
Я уставилась на него, с раскрытым от ужаса ртом.
Какой придурок!
- Мудак, - пробормотала я под нос, пытаясь сдержать чувство сильной обиды.
Боже, мне нужно было стать жестче.
Если именно так выглядел способ находиться в окружении Арчера Моралеса, очевидно, мне нужно было быть менее чувствительной. Я уже чувствовала, будто заливаюсь слезами от его нескольких раздражительных, ехидных комментариев. Как я собиралась справиться с этим, если он в действительности оскорбил меня как на допросе с пристрастием? (1)
Можно было только надеяться, что я не буду плакать перед ним.
Нацепив решительный взгляд на свое лицо, я потопала из ресторана в оживленный ночной воздух за Арчером, который теперь стоял в стороне от обочины, в поисках такси.
- Спасибо, - сказала я ему, как только стала рядом с ним, пытаясь вытеснить горечь из голоса.
Он оглянулся на меня через плечо с насмешливым взглядом на лице.
- Да, - согласился он с сарказмом. - Вижу, что ты действительно в восторге, Хедли.
- Почему ты так груб со мной, Арчер Моралес? – потребовала я высоким пронзительным голосом, прежде чем смогла остановить себя. - Я ничего тебе не сделала и все же ты ведешь себя как полный придурок!
- Оу. Кто теперь выпендривается? - насмешливо фыркнул Арчер, скрещивая руки на груди.
- Я не выпендриваюсь! - пискнула я в ответ. - Я просто задала честный вопрос, и вот ты опять бросаешь его мне в лицо!
- Я даже не знаю тебя, ты глупая женщина, - ответил он чуть позже довольно вспыльчивым голосом. - Так почему, черт возьми, я должен быть вежливым с тобой?
- Ну, это обычная вежливость, так то, - сказала я, словно это должно было быть очевидно. - Я добра к тебе, ты добр ко мне. В каком-то роде, именно так это и работает. И я не глупая!
- Ты действительно уверена в этом? - спросил Арчер, в уклончивой манере, выгибая бровь.
- Заткнись!
Ух ты, спорю, что Смерть точно гордился бы мной.
Я не находилась рядом с парнем и полчаса, а мы уже грызли друг другу головы. Я могла только с радостью вообразить, как будут проходить остальные из этих двадцати семи дней.
- Ты делаешь это на удивление трудно, Арчер Моралес, - фыркнула я растерянно, положив руки на бедрах. - Вот я, пытаюсь быть милой с тобой, а ты едва отвечаешь мне тем же.
- Ты ни черта обо мне не знаешь, Хедли, так что я правда не думаю, что у тебя есть право говорить мне, что делать – на удивление возбужденным голосом выстрелил в ответ Арчер.
- Я знаю, что ты собираешься…
Я резко оборвала себя, поняв серьезность моих слов и то, что я собиралась ляпнуть. Смерть не уточнил все в подробностях, но я полагала, что это было негласное соглашение, что я не расскажу Арчеру о том, что знала, что он планировал покончить с собой.
Мне пришлось сопротивляться дрожи при мысли о том, какой вред это принесло бы.
- Что я собираюсь что, собственно?
Голос Арчера был опасно низким, с чрезвычайно глубоким и хриплым звучанием.
- Н-Н-Ничего - пробормотала я, борясь с желанием установить дистанцию между нами.
- Да, правильно – сказал он, сузив свои потрясающие глаза – Я не знаю, в какую игру ты играешь, Хедли Джеймисон, но мне она не нравится.
Я стояла там, выпрямившись в свои жалкие 5 фунтов 3 дюйма, и перебросив свои темные волосы через плечо, вызывающе вытянула подбородок.
- Я ни во что не играю, Арчер Моралес, - ухмыльнулась я, скривив губы. - Я думаю, что ты один из тех, кому неловко в обществе других людей. Ты явно не видишь разницы между угрозой смерти и кем-то, кто пытается быть милым с тобой.
Эти довольно жесткие слова повлияли на Арчера, чего я не ожидала. Выражение его лица было сродни тому, что я дала ему пощечину. Его волнистые, спутанные волосы шелестели на легком ветерке, который пробивался по шумным улицам Нью-Йорка, а его глаза сузились, придавая ему некий необузданный вид.
- Тебе никогда не приходило в голову, что я не хочу, чтобы люди были милы со мной? Тебе никогда не приходило в голову, что я хочу, чтобы меня оставили в покое? – неожиданно спросил меня Арчер, звуча слегка неустойчиво.
Можно было с уверенностью сказать, что теперь я уставилась на него, словно у него торчала из головы лопатка или что-то вроде того.
Конечно, он был прав. Каждый имеет право на то, чтобы его оставили в покое и каждый имел право претендовать на свою независимость. Конечно, да.
Но когда человек знал то, что знала я, оставались ли эти же правила в силе?
- Но почему? – выпалила я, прежде чем смогла остановить себя.
И я честно хотела знать ответ на этот вопрос. Из того, что я начинала видеть, как кто-то мог иметь те же взгляды, как и у Арчера и по-прежнему мириться с тем, каким он был?
- Не твое чертово дело, вот почему.
- Это не ответ.
- Меня это не сильно заботит.
- У меня ощущение, что тебя много чего не сильно заботит.
- У тебя есть основания предполагать так.
Допрос с пристрастием — дознавательные мероприятия, при проведении которых используется физическое, эмоциональное или психологическое давление на допрашиваемого.
- Конечно, есть.
- Слушай, Хедли? - медленно сказал Арчер, замолчав на миг, словно пытаясь собрать что-то воедино. – Почему тебя волнует что-либо, связанное со мной, а?
Потому что я не хочу, чтобы ты покончил с собой, вот почему.
- Ты…кажешься интересным человеком - обреченно затихла я, пытаясь придумать хороший ответ.
И, конечно, я с треском провалилась в этом.
- Да, точно – фыркнул он, закатывая глаза.
- Это правда!
- Если это правда, тогда я…
Мой телефон начал громко звонить в кармане, заставляя меня подпрыгнуть примерно на фут от его вибрации. Это не стало неожиданностью, когда я вытащила свой телефон из кармана, чтобы увидеть, что на идентификаторе абонента четко написано «Мама».
Перекрестившись, я нажала на кнопку ответа на вызов.
- Привет, мам, я…
- Хедли Энн Джеймисон! Где тебя черти носят? Ты знаешь, как мы с отцом переживали? Мы живем в Нью-Йорке, Христа ради, а ты шатаешься, Бог знает где, и…
- Мам, мам, пожалуйста, успокойся – прервала я ее, стараясь не дать своему голосу сломаться. - Я с другом. Я в порядке. Все в порядке.
- Уже почти одиннадцать вечера, Хедли! В будний день! - лихорадочно тараторила на линии мама, явно приближаясь к истерике.
Честно, это было бы безумно смешно, если бы я не находилась на волосок от того, что меня посадят под домашний арест на всю жизнь.
- Я ловлю такси домой прямо сейчас, мам, я буду дома через, приблизительно, пятнадцать минут, - быстро успокоила я ее, не желая, чтобы она продолжала свою болтовню.
Я повесила трубку прежде, чем она смогла сказать что-то еще, засовывая свой телефон обратно в карман.
- Так значит мы теперь друзья, да?
- Я поднимаю взгляд на Арчера, сузив глаза – Очевидно, ты не хочешь быть друзьями, но я хочу.
- Да, ты права насчет этого. Я не хочу быть твоим другом.
- Это вряд ли справедливо.
- Жизнь несправедлива, Хедли.
Я выпустила смешок в знак согласия. Он попал в самую точку.
Жизнь чертовски точно не была справедлива. Самым печальным было то, что я едва начинала понимать это.
Вчера я думала, что была просто обычной, шестнадцатилетней девушкой, чьи амбиции в жизни были закончить старшую школу незамеченной и невредимой. Но сейчас все это было полностью выброшено на ветер. Теперь я вдруг стала обычной шестнадцатилетней девушкой с, покоившейся на плечах, задачей спасти жизнь другого человека.
Жизнь определенно была справедливой, не так ли?
- Послушай, Арчер, - тяжело вздохнула я, переминаясь смущенно с ноги на ногу. - Это глупо. Мы даже не знаем друг друга и ругаемся? В этом даже нет смысла. Мы можем начать все сначала?
- Начать сначала? - повторил Арчер, опустив брови в шутливом выражении. - Ты хочешь, чтобы на этот раз я шлепнул тебя, чтобы разбудить?
- Арчер! Пожалуйста! Я стараюсь быть серьезной!
- И я тоже.
Черт возьми, он не упрощал задачу.
Поэтому, сделав глубокий вдох, я попыталась сама начать все с начала.
- Привет, - весело сказала я, протягивая руку к нему для пожатия. - Я Хедли.
- Я уже знаю, кто ты. Тебе не нужно говорить мне об этом.
- Я Хедли, - повторила я решительно. - Приятно познакомиться с тобой. А тебя как зовут?
Арчер послал мне взгляд, словно я была самой странной вещью, которую он когда-либо видел в своей жизни, но секунду спустя он сдался, закатывая глаза.
- Я Арчер. Теперь ты можешь оставить меня одного? - спросил он издевательски вежливым голосом, энергично пожимая мне руку.
- Очень приятно, Арчер, - ответила я сквозь сжатые губы, усердно пытаясь продолжать улыбаться.
Я собралась опустить свою руку, желая, чтобы он отпустил меня и стараясь не акцентировать внимание на том, что я чувствовала, словно была на электрическом стуле или что-то вроде того, когда он прикоснулся ко мне, но он схватил меня за предплечье и поднял вверх рукав моей куртки. Любопытство отразилось на его лице.
Я с ужасом проследила за его взглядом, недоумевая, на что он, черт возьми, смотрел.
Вытравленное на гладкой коже под моей ладонью в жутком стиле, гладкое и бледное, словно идеально созданный, но все еще совсем ужасный шрам, было число 27.
Когда, черт возьми, это попало туда?
- И что, скажи на милость, означает число 27? - спросил Арчер, как будто пытаясь подорвать свое любопытство.
- К-Как будто я сказала бы тебе, - запинаясь пробормотала я, выворачивая свое запястье назад. - Мне надо идти.
Он испустил преувеличенный вздох облегчения. - Наконец-то.
Я выстрелила в него презрительным взглядом, дергая рукав куртки вниз. - Очень смешно, Моралес.
- Мне не смешно.
Очевидно.
- Так, полагаю, увидимся завтра? – неловко спросила я, как только шагнула назад с обочины с намерением поймать такси.
- Боже, надеюсь, нет, - пробормотал Арчер, хотя я чувствовала, что он не рассчитывал на то, что я услышу это.
Я уставилась на него с открытым от ужаса ртом.
Не поймите меня неправильно, я не была неженкой – на самом деле, ты не можешь быть неженкой, когда живешь в таком месте, как Нью-Йорк – но все его отказы и оскорбления, хотя я была рядом с ним в течение едва получаса, начинали в своем роде доставать меня.
- Вот, черт, - ляпнул он, его глаза расширились, когда он увидел выражение моего лица. - Не смотри на меня так, Джеймисон. Если мы собираемся стать друзьями, тогда тебе нужно перестать принимать все так близко к сердцу.
Потому что, если представится возможность подразнить тебя, я беспощадно воспользуюсь ею.
Была только одна часть, которую я действительно вырвала из этого предложения.
- Хочешь сказать, мы теперь друзья? – тараторила я взахлеб, покачиваясь на пятках.
Арчер напоминал оленя, пойманного в свете фар.
- Нет, - сразу же отстрелился он. - Мы не друзья.
- О, но ты только что сказал, что мы собираемся стать друзьями, - отметила я самодовольным голосом. - Я могу тебя убедить, да, Арчер Моралес?
- Да, продолжай мечтать, - сказал он, раздраженно. – Потребуется немало чего, прежде чем мы когда-нибудь будем друзьями, Хедли.
- Например?
Если честно, я ожидала, что Арчер положит руки на бедра и бросит на меня противный, похожий на девчачий, взгляд.
- Просто поезжай домой, - вздохнул Арчер, махнув рукой в сторону одного из многочисленных такси на улицах города. - Ты меня раздражаешь.
- А ты неприятен до чертиков, - проворчала я под нос.
- Привыкай к этому.
Черт. С той удачей, которая, как мне казалось, у меня была, у Арчера, вероятно, был сверхзвуковой слух летучей мыши или что-то вроде того.
- Спокойной ночи, Арчер Моралес - пропела я радостным голосом после того, как остановила такси. - Увидимся завтра ранним утром.
- Если ты будешь вот так мне петь завтра, я серьезно тебя побью, - застонал он в ответ, положив руку на свой лоб.
Я хихикнула, моя рука держалась за дверь кабины, как только я прислонилась к машине.
- Не ранняя пташка, да, Арчер? – сладко спросила я.
Лексика, которой в ответ выразился Арчер, была абсолютно пошлой, более, чем ясно выразившей его точку зрения. Я ходила в школу и каждый день слышала отвратительный лексикон, но даже мне не очень комфортно с той лексикой, которой он воспользовался.
Честно говоря, он заставил бы даже самых крепких моряков постыдиться.
Я быстро попрощалась с ним и села в такси, захлопнув дверь за собой.
Я сползла вниз на сидении после того, как дала грубо выглядящему таксисту свой адрес, и тяжело вздохнула.
На данный момент, это было самое большое, что я когда-либо прежде делала за один день.
Фактически, я впервые надела платье. Я пошла на похороны. Я встретила Смерть. Я заключила сделку со Смертью. Меня вернули назад во времени в какой-то незнакомой, довольно тревожной манере, которая каким-то образом сменила мою одежду – но все же не место, как я поняла – в процессе. Я обнаружила, что в этой сделке со Смертью, у меня было только 27 дней, чтобы помешать парню, которого я даже не знаю, покончить с собой.
И в довершение всего, я начинала понимать, что то, что сказал Смерть -абсолютная правда.
Это без сомнения была одна из самых трудных вещей, которые я когда-либо собиралась сделать.
Ура Хедли.
Я тяжело вздохнула и наклонилась вперед, опираясь руками на колени, пока придерживала голову в руках.
Я пыталась смотреть на это позитивно. Действительно, пыталась. Но Арчер Моралес, очевидно, дал понять, что он был не в том настроении, чтобы заводить новых друзей. Почему так было, я понятия не имела, но это, честно говоря, начало меня беспокоить.
Я была отнюдь не тем человеком, которого кто-то может описать как многословного, но у меня были друзья. Согласна, моей главной подругой и человеком, с которым я общалась больше всего, была Тейлор и это было с тех пор, как во втором классе мы пришли в одинаковых сандалиях на липучке. Но у меня все еще были и другие друзья, например, на некоторых занятиях, которых у меня не было с Тейлор – английский для ПКК (1) или Боди Тонинг (2). Я думала, что у каждого, по крайней мере, был хотя бы один знакомый в их жизни.
Однако складывалось впечатление, что у Арчера не было.
Все, что мне казалось я знала о жизни, была выброшено на ветер, в чем не было абсолютно никакого смысла. Из того, что я слышала, я всегда считала, что человек совершал самоубийство, потому что он был одиноким или подавленным.
Ну, очевидно, что Арчер предпочитал одиночество, чем компанию, и он совсем не казался депрессивным, так же, как и злым или ожесточенным.
Я приняла внезапное решение именно тогда, когда водитель такси резко остановился за пределами жилого комплекса, в котором я жила.
Смерть сказал мне, что я должна помочь Арчеру и помешать ему сделать что-то совершенно отвратительное и ужасное.
Помощь была смутным термином. Она могла означать много чего.
Но, как только я направилась в сторону лифта, чтобы подняться до девятого этажа, я дала себе обещание что сделаю все, что в моих силах, чтобы на самом деле помочь Арчеру. Потому что, даже если мне каким-то образом удалось вернуться на 27 дней назад, это не означало, что Арчер все еще не покончит с собой. Просто потому, что проблема была временно устранена не значило, что она исчезнет полностью и сделает все лучше.
Нет, я собиралась помочь ему встретиться с его демонами – как бы получше выразиться – лицом к лицу.
Не было никаких сомнений, что я не могла сделать это в одиночку. Единственная проблема была в том, что даже если бы я сказала Тейлор или моим родителям, или кому-нибудь еще, они не поверили бы мне. Кто, черт возьми, поверит, что меня вернули назад во времени и что я близко познакомилась с самой Смертью?
Единственный человек, который мог бы помочь мне с тем, чтобы помочь Арчеру был сам Арчер.
И очевидно, что это должно было быть в свою очередь катание на американских горках.
Я опустила взгляд на странную отметину на моей руке, которая была закручена в форму цифры 27.
У меня было всего 27 дней, чтобы сделать это.
Я серьезно надеялась, что буду в состоянии сделать это. Потому что я не хотела думать о том, что произошло бы, если бы мне не удалось.
Английский для подготовки к колледжу
Боди Тонинг - (Body Toning) силовое занятие для мышц ног, спины, груди, плеч, рук и пресса. Занятие проходит с использованием разнообразного спорт-инвентаря: боди-баров, гантелей, резиновых амортизаторов и т.д.