Глава 4
«Поцелуй же меня!» - мысленно умоляю я, не в силах пошевелиться. Я парализован странным, незнакомым желанием. Завороженный, гляжу на красиво очерченный рот Гарри Стайлса, а он смотрит на меня сверху вниз. Его глаза прикрыты, взгляд потемнел. Он дышит с трудом, а я вообще почти не дышу. Я в твоих руках. Пожалуйста, поцелуй меня. Он закрывает глаза, глубоко вздыхает и слегка качает головой, как бы в ответ на мой немой вопрос. Когда он снова открывает глаза, в них читается стальная решимость.
- Луи, держись от меня подальше. Я не тот, кто тебе нужен, - шепчет Стайлс.
Что? С чего вдруг? Ведь это мне решать, а не ему. И хмурюсь, не в силах поверить.
- Дыши, Луи , дыши. Я сейчас поставлю тебя на ноги и отпущу, - говорит он негромко и слегка отодвигает меня от себя.
Всплеск адреналина, вызванный моим чудесным спасением или близостью Гарри Стайлса, проходит, я чувствую себя слабой и взвинченной. «Нет!» - кричит моя душа, когда он отстраняет меня, лишая опоры. Он держит меня на расстоянии вытянутой руки и внимательно следит за моей реакцией. В голове лишь одна мысль: я дал ему понять, что жду поцелуя, а он не стал меня целовать. Я ему не нужен. У меня был шанс, когда он позвал меня пить кофе, а я все испортил.
- Ясно, - выдыхаю я, обретя голос, и, изнемогая от унижения, бормочу: - Спасибо.
Как я мог так ошибиться в оценке ситуации? Мне надо как можно скорее с ним расстаться.
- За что? - хмурится он, не убирая рук.
- За то, что спасли меня, - шепчу я.
- Этот идиот ехал против движения. Хорошо, что здесь был я. Страшно подумать, чем это могло кончиться. Может, вам лучше пойти со мной в отель? Посидите, придете в себя.
Он отпускает меня, и я стою перед ним, чувствуя себя последним дураком.
Встряхнувшись, выкидываю из головы пустые мысли. Надо ехать. Все мои смутные, невысказанные надежды разбиты. Я ему не нужен «О чем ты только думал? Что Гарри Стайлс клюнет на такого, как ты?» - дразнит меня подсознание. На мое счастье, появляется зеленый человечек. Я быстро перехожу на другую сторону дороги, чувствуя, что Стайлс идет следом за мной. Перед отелем я поворачиваюсь к нему, не в силах поднять глаз.
- Спасибо за чай и за то, что согласились на фотосессию, - бормочу я.
- Луи, я... - Он замолкает, и боль в его голосе требует моего внимания, поэтому я против воли смотрю на него.Зеленые глаза грустны. Стайлс выглядит расстроенным, на лице застыло тоскливое выражение, от былого самоконтроля не осталось и следа.
- Да, Стайлс?
Я раздраженно щелкаю пальцами, когда он не произносит ни слова в ответ. Мне хочется поскорей уехать. Надо собрать по кусочкам израненную гордость и постараться вернуть утраченное душевное равновесие.
- Удачи на экзаменах, - выдавливает он наконец.
Что? И из-за этого у него такой несчастный вид?
К чему такое прощание? Хотел пожелать мне удачи на экзаменах?
- Спасибо. - Я не могу скрыть сарказма. - Всего доброго, мистер Стайлс.
Я разворачиваюсь,как ни странно, не спотыкаюсь и, не оглядываясь, ухожу по переулку в сторону подземного гаража.
В холодном полумраке бетонного гаража, освещенного тусклым светом люминесцентных ламп, я прислоняюсь к стене и обхватываю голову руками. О чем я думал? Глаза полны непрошеных слез. Почему я плачу? Я опускаюсь на землю, злясь на себя за такую абсурдную реакцию, обхватываю руками колени и стараюсь сжаться в крошечный комочек. Может, если я сам стану меньше, бессмысленная боль тоже уменьшится. Уткнув голову в колени, я плачу, не сдерживая слез. Плачу от потери чего-то, чего у меня не было. Как глупо. Глупо горевать о том, чего не было, - о несбывшихся надеждах, разбитых мечтах, обманутых ожиданиях.
Мне никогда не приходилось сталкиваться с отказом. Ну... если не считать того, что меня никогда не брали играть в баскетбол или в волейбол. Но это понятно. Бежать и одновременно ударять мячом о пол или передавать его кому-нибудь у меня плохо получается. На спортплощадке я обуза для любой команды.
В романтическом плане я ничего не хотел. Я привык, что я слишком бледный, неухоженный, худой , неуклюжый - список моих недостатков можно продолжать бесконечно. Поэтому я всегда отшивал возможных поклонников. Вот хоть того парня в группе по химии. Они все были мне неинтересны, за исключением одного лишь Гарри, черт бы его побрал, Стайлса. Наверное, мне следовало быть добрее к таким, как Пол Клейтон и Кейт Родригес, хотя я уверен, никто из них не плакал втихомолку в подземном гараже. Может, мне просто нужно выплакаться.
«Прекрати, немедленно прекрати! - словно кричит на меня мое подсознание, уперев руки в боки и топая от негодования ногой. - Садись в машину, езжай домой и садись заниматься. Забудь о нем... Немедленно! И хватит уже распускать нюни».
Я делаю глубокий вдох и поднимаюсь на ноги. Соберись, Томлинсон. Я иду к машине, вытирая на ходу слезы. Хватит думать о нем. Надо извлечь уроки на будущее и сосредоточиться на подготовке к экзаменам.
Майкл сидит с ноутбуком за обеденным столом. При виде меня радостная улыбка сходит с его лица.
- Луи, в чем дело?
Ну вот... Только его расспросов мне сейчас и не хватает. Я трясу головой - совсем как он, когда хочет, чтобы от него отстали, - но Майкл остается слеп и глух.
- Ты плакал. - Как будто и так не видно. - Что этот подонок с тобой сделал? - рычит он, и лицо у него просто страшное.
- Ничего, Майкл. - В том-то все и дело. От этой мысли я криво улыбаюсь.
- Тогда почему ты плакал? Ты никогда не плачешь. - Майкл встает, обнимает меня за плечи, его глаза полны тревоги. Надо что-то сказать, чтобы он оставила меня в покое.
- Меня чуть не сбил велосипедист. - Это первое, что приходит мне в голову, но Майкл сразу же забывает про Стайлса.
- О господи, Луи! Ты ушибся? - Он отодвигает меня от себя и начинает осматривать.
- Нет, Гарри меня спас, - шепчу я. - Я испугался.
- Еще бы! А как кофе? Ты же его не любишь?
- Я пил чай. Мы мило поболтали, даже не о чем рассказывать. Не знаю, зачем он меня пригласил.
- Ты ему нравишься, Луи. - Майкл опускает руки.
- Уже не нравлюсь. Мы больше не увидимся. - Я умудрился произнести это ровным тоном.
- Да?
Черт! Он заинтригован. Я иду на кухню, чтобы Майкл не видел моего лица.
- Такие, как я, ему не пара, - говорю я так сухо, как только могу.
- В каком смысле?
- Да ладно, как будто сам не знаешь. - Я поворачиваюсь и вижу, что Майкл стоит в дверях.
- Нет, не знаю.
- Майкл, он... - Я пожимаю плечами.
- Луи, ну сколько можно тебе говорить? Ты совсем как ребенок! - перебивает он. Вот, опять за свое.
- Майкл, оставь, прошу. Мне надо заниматься, - обрываю я.
Он хмурится.
- Хочешь посмотреть статью? Я дописал. А Кейт сделала потрясающие снимки.
Хочу ли я еще раз посмотреть на великолепного Гарри , держись-от-меня-подальше, Стайлса?
- Конечно, хочу. - Каким-то чудом я ухитряюсь изобразить на лице улыбку и иду к столу. Стайлс оценивающе смотрит на меня с черно-белой фотографии на экране ноутбука. Похоже, я его не устраиваю.
Притворившись, будто читаю, я встречаю пристальный взгляд его зеленых глаз и пытаюсь догадаться, почему же он не тот, кто мне нужен - как он сам мне сказал. И тут вдруг объяснение становится совершенно очевидным. Он невероятно красив. Мы два разных полюса, существа из разных миров. Я как Икар, который поднялся слишком близко к солнцу, а в итоге упал и разбился. В словах Стайлса есть смысл. Он мне не подходит. Именно это он и имел в виду, и теперь мне легче принять его отказ... почти.
- Отлично, Майкл, - удается произнести мне. - Пойду заниматься.
Пока не буду о нем думать, уговариваю я себя и, открыв тетрадь, принимаюсь за чтение.
Только в постели, стараясь уснуть, я позволяю себе вернуться мыслями в мое странное утро. Вспоминаю его слова...
Переворачиваюсь на другой бок. В голову лезут разные мысли: может, он хранит невинность? Я закрываю глаза и начинаю погружаться в дрему. Может, он бережет себя. «Но не для тебя», - в последний раз насмехается надо мной мое сонное подсознание, перед тем как вырваться на волю в снах.
Мне снятся зеленые глаза, кофейные листочки на молочной пене, и я снова бегу по темным комнатам, озаряемым жуткими вспышками молний, и не знаю, от кого я бегу или к кому...
***
Я кладу ручку. Все. Сдан последний экзамен. По лицу расплывается улыбка Чеширского кота. Наверное, я улыбаюсь в первый раз за всю неделю. Сегодня пятница, и на этот день у нас намечена грандиозная вечеринка. Возможно, я даже напьюсь. Впервые за всю свою жизнь.
Я оглядываюсь через зал на Майкла; за пять минут до конца он еще что-то яростно пишет. Все, учеба закончена. Больше никогда мне не придется сидеть на экзамене. Мысленно я исполняю грациозные перевороты «колесом» через голову... Впрочем, это единственный способ, которым я умею ходить «колесом». Майкл кончает писать и откладывает ручку. Он встречается со мной взглядом, и на лице его я вижу все ту же улыбку Чеширского кота.
Мы возвращаемся домой на его «Мерседесе», и у нас нет никакого желания обсуждать только что закончившийся экзамен, Майкла больше волнует, что он наденет сегодня вечером в бар, а я роюсь в рюкзаке в поисках ключей.
- Луи, тут тебе посылка. - Майкл стоит на ступеньках перед входной дверью, держа в руках коробку, завернутую в коричневую бумагу. Странно, я в последнее время ничего с «Амазона» не заказывала. Майкл отдает мне посылку и берет ключи, чтобы открыть входную дверь. Посылка адресована мистеру Луи Томлинсону. На ней нет ни обратного адреса, ни имени отправителя. Наверное, от мамы или от Рэя.
- От родителей...
- Открывай скорей! - Майкл в приподнятом настроении направляется на кухню за бутылкой шампанского, припасенной для этого дня.
Я открываю посылку и вижу обтянутую кожей коробку, в которой лежат три одинаковых, новых с виду книги в старом матерчатом переплете и кусочек плотного белого картона. На одной стороне каллиграфическим почерком выведено:
...
Почему ты не сказал, что мне надо опасаться мужчин?
Почему не предостерег меня?
Богатые парни знают, чего им остерегаться, потому что читают романы, в которых говорится о таких проделках...
Я узнаю цитату из «Тэсс». Удивительное совпадение: на экзамене я три часа подряд писал эссе о романах Томаса Гарди. А может, и не совпадение... может, это сделано нарочно. Я внимательно осматриваю книги: три тома «Тэсс из рода д'Эрбервиллей». На титульном листе старинным шрифтом напечатано:
...
Лондон. Джек Р. Осгуд, Макилвейн и Ко, 1891
Вот это да! Самое первое издание. Наверное, оно стоит безумных денег, и я сразу понимаю, кто его прислал.
Майкл стоит у меня за спиной и смотрит на книги. Потом берет карточку.
- Первое издание, - шепчу я.
- Невероятно! - Майкл смотрит на меня широко раскрытыми от удивления глазами. - Стайлс?
Я киваю.
- Больше некому.
- А что за карточка?
- Понятия не имею. Думаю, это предупреждение - он намекает, чтобы я держался от него подальше. Даже не знаю, почему. Можно подумать, я ему проходу не даю.
- Если хочешь, считай, конечно, это предупреждением, Луи, дело твое, но он явно к тебе неравнодушен.
Всю последнюю неделю я не позволял себе мыслей о Гарри Стайлсе. Ну, хорошо... по ночам мне по-прежнему снятся зеленые глаза, и понадобится целая вечность, чтобы стереть память об обнимающих меня руках, чтобы забыть его чудесный запах. Но зачем он мне это прислал? Ведь я ему не пара?
- Я нашел первое издание «Тэсс», выставленное на продажу в Нью-Йорке. За него просят четырнадцать тысяч долларов. Но твое в гораздо лучшем состоянии. Полагаю, оно стоит намного дороже. - Майкл уже посовещался со своим добрым другом - Гуглом.
- Цитата - слова Тэсс, которые она говорит, обращаясь к матери, после того как Алек д'Эрбервилль так чудовищно с ней обошелся.
- Я помню, - задумчиво отвечает Майкл. - Но что он хочет этим сказать?
- Не знаю и знать не хочу. Я все равно не могу принять такой подарок. Придется отослать ему обратно с такой же невразумительной цитатой откуда-нибудь из середины.
- Где Энжел Клер говорит «отъебись от меня»? - спрашивает Майкл с совершенно невозмутимым выражением.
- Да, вот именно. - Я хихикаю. Майкл умеет поддержать в трудную минуту.
Складываю книги обратно в коробку и оставляю их на обеденном столе. Майкл протягивает мне бокал с шампанским.
- За окончание экзаменов и нашу новую жизнь в Сиэтле, - улыбается он.
- За окончание экзаменов, нашу новую жизнь в Сиэтле и отличные отметки.
Мы чокаемся бокалами и пьем.
***
В баре шум и неразбериха, он под завязку набит будущими выпускниками. Сегодня они намерены напиться в хлам. К нам присоединяется Кейт. Ей осталось учиться еще год, но она тоже не прочь повеселиться и, чтобы вдохнуть в нас дух обретенной свободы, покупает на всю компанию кувшин Маргариты. Приканчивая четвертый бокал, я понимаю, что пить столько Маргариты, да еще после шампанского, - не самая лучшая идея.
- Так что теперь, Лут? - Кейт пытается перекричать шум.
- Мы с Майклом переберемся в Сиэтл. Родители купили ему там квартиру.
****
Наконец-то я собралась и выложила эту главу...ПИШИТЕ ЕСЛИ ЗДЕСЬ ЕСТЬ ОШИБКИ...
Вся любовь:3