Дом
Весна окончательно вступила в свои права. В окнах светило солнце, на балконе зацвели цветы, которые Кирилл посадил с Мией неделю назад. Она не очень верила, что из этого что-то вырастет. Но выросло.
И не только цветы.
Утро началось, как обычно: чай, бутерброды, утюг греется, кто-то не может найти носок, кто-то жалуется на домашку по геометрии.
— Ты сегодня позже на работу? — спросила Мия, жуя хлеб с вареньем.
— Да. Только к обеду.
— Тогда... можно мне с тобой пройтись? До остановки. Просто. Вместе.
Он удивился, но не подал виду.
— Конечно можно.
⸻
Они шли по знакомой улице. Кирилл с пакетом, Мия с рюкзаком на плече. Молчали. И вдруг она остановилась.
— Я... кое-что хотела спросить. Или... сказать. Но не знаю, как.
Он обернулся.
— Просто скажи. Как получится.
Она нервно передвинула рюкзак. Вздохнула.
— Я думала, это будет сложнее. И страшнее. Но... я сейчас просто хочу, чтобы ты знал.
Пауза. Глубокий вдох.
—
Он смотрел на неё — не улыбаясь и не шутя. Просто — слушал.
И она добавила, уже тише:
— Можно я буду называть тебя папой?
Кирилл не ответил сразу. Только сделал шаг вперёд и обнял её. Без лишних слов. Просто крепко. С теплою уверенностью, которую она впервые ощущала не как обещание, а как настоящее.
— Конечно можно, — прошептал он. — Я для этого и здесь.
⸻
В тот день, когда она ушла в школу, он долго смотрел на входную дверь, за которой она исчезла.
Потом сел на кухне, налил себе кофе и посмотрел на старую кружку с трещинкой, которую она не дала выкинуть.
Рядом лежал тот самый жёлтый стикер. Уже почти выцветший.
«Пицца — была ничего. Ты — тоже.»
Он улыбнулся. Потом встал, взял ручку и написал на обороте:
«А ты — настоящая. И всегда будешь дома.»