3
Хоть ванная старост и предназначалась только для старост и капитанов команд по квиддичу, но пароль так и не сменили, а в школе почти никого не было. Поэтому, захватив полотенце и халат, Драко благополучно добрался до нужной двери в надежде немного поплавать и привести мысли в порядок.
Наполнив бассейн и опустившись в воду, он напустил пены, сделал воду небесно-лазурной и откинул голову на бортик.
Мерлин, что он делал... Сближался с Поттером. Дальше врать себе было бесполезно, тем более, что эта мысль навязчиво лезла в голову – ему нравилось проводить время с Поттером. Месяц. Всего месяц потребовался, чтобы с таким упорством построенная стена в душе Драко пошла трещинами. Стена, которая незыблемо простояла семь лет, отгородив его ото всего мира. А если это просто игра? Если Поттер донимает его просто от скуки? Или в память о былых временах? Мысль была неприятной, и злила вдвойне.
– О чем задумался, Драко? – раздался тонкий голосок Плаксы Миртл.
Малфой даже не вздрогнул. Миртл вообще оказалась привидением-извращенкой и часто донимала мальчишек-старшекурсников, заглядывая в ванные и душевые. А к Драко она особо привязалась почему-то.
– О Поттере, – ответил он. Он всегда говорил Миртл правду. Она ведь привидение.
– О, ты по-прежнему о нем думаешь, – улыбнулась девчонка, летая вокруг и хихикая.
– Постоянство это хорошо.
– Ты рад, что он приехал? – Миртл, наполовину скрытая под водой, подплыла совсем близко.
– Сам не знаю.
– Но ты же с ним дружишь.
– Мы никогда не будем друзьями, Миртл.
Та задумчиво принялась дуть на пузыри. А потом фыркнула:
– А что же у вас сейчас? Вы что, – она округлила рот, – парочка?!
– Глупости, – фыркнул Драко. – Он же парень.
Привидение пожало плечами:
– Подумаешь. Он, конечно, громкий, но... милый. Да, Гарри очень милый. Всегда таким был. Даже когда ему было совсем не до меня. И умный.
– Умный? – спросил Драко, открыв глаза и с сомнением посмотрев на собеседницу.
– Да. Он – мастер разгадывать головоломки, – важно сказала Миртл. – Например, тогда, во время турнира, он гораздо быстрее догадался, что надо делать с яйцом, чем Седрик.
– Это не ум, – фыркнул Драко. – Это случайность. Тупое легендарное гриффидорское везение.
– Ты такой же противный, как раньше, – недовольно хмыкнула Миртл, обидевшись за Гарри, и вылетела из воды, зависнув в воздухе. – Может, Гарри не стоило возвращаться, – заявила она и исчезла в унитазе в кабинке.
– Может и не стоило, – вслух согласился Драко, слегка удивленный таким напором привидения.
Поттера даже призраки защищают. Этот мир несовершенен.
***
В итоге спать Драко лег лишь под утро, а проснувшись, как обычно, в семь часов, не обнаружил в гостиной завтрак.
– Надо будет поговорить с домовиками... – не слишком радостно пробормотал он, одеваясь.
В Хогвартсе завтрак независимо от времени года – лето, когда нет занятий, или же зима и замок полон гомонящих студентов – подавался ровно в 8 часов утра. Однако, учитывая практически бессонную ночь, сейчас Драко находился не в слишком дружелюбном настроении, учитывая, что пришлось идти в Большой зал.
– Доброе утро, – чинно поздоровался он, ни к кому конкретно не обращаясь и соблюдая вежливость.
Профессора с ним поздоровались, а Макгонагалл как-то подозрительно посмотрела сначала на Драко, а потом на Гарри, который только рукой махнул в знак приветствия и снова обратил свой сонный взгляд в тарелку.
– Профессор Малфой, у вас все хорошо?
– Немного… не выспался, – признал Драко, намазывая на тост клубничный джем.
– Что-то сегодня никто не выспался.
– Вы считаете?
– Мистер Филч вообще не спустился к завтраку, а профессор Поттер...
– Кажется, сейчас уснет носом в каше, – хмыкнул Драко.
Гарри хмыкнул и попытался сесть ровнее. Он принялся жевать овсянку и запивать ее кофе, стараясь не сутулиться, потому что и правда чертовски хотелось спать.
– С каких пор, кстати, ты перешел на кашу, Поттер? – поинтересовался Драко.
– Я на нее не переходил, – пробурчал Гарри. – Просто...
– Что просто?
– Каши захотелось, – пожал плечами Гарри и, взглянув на Малфоя, подмигнул.
Драко покосился на него, но промолчал.
Вдруг в Большом зале появилась почтовая сова. Так как она была единственной, все присутствующие обратили на нее внимание. Сова пролетела через весь зал и на стол перед Гарри упал красный конверт. Когда он увидел имя и понял, что это не простое письмо, то резко отодвинулся от стола и принялся хлопать по карманам в поисках палочки, которая осталась в комнате.
– Вопиллер, Поттер? – хмыкнул Драко. – Серьезно?
– Черт, черт, черт, – бормотал Гарри. – Малфой, уничтожь его, пока он не начал...
Драко достал палочку, хотя в глубине души не сильно хотел это делать, взмахнул рукой и конверт, уже подпрыгнувший в воздух, осыпался на стол разноцветным конфетти. И только потом понял, что сделал. Ему потребовалось все его самообладание, чтобы сделать вид, будто ничего особенного не произошло, и не он только что помог Поттеру, даже не возразив.
Ни он, ни Гарри не видели, каким проницательным взглядом на них посмотрела директор, но ничего не сказала.
– Спасибо, Малфой, – вежливо поблагодарил Гарри и поднялся из-за стола. – Прошу меня извинить, у меня дела.
Драко смотрел, как Поттер покидает Большой зал. Потом залпом допил кофе и поспешил следом.
Поттер, как только вышел из Большого зала, буквально рванул в сторону жилых комнат.
– Ну, нет, Поттер! Помедленнее! – гаркнул Драко. Если честно, ему было дико любопытно. А учитывая, что Поттер бесцеремонно вламывался в его жизнь и быт вот уже две недели, он решил, что имеет полное морально право отыграться. Читай, сделать так же, как и гриффиндорец.
Гарри только покосился на него и открыл дверь своей комнаты. На подоконнике сидела еще одна сова.
– Да чтоб тебя...
На подоконнике рядом с совой уже подпрыгивал еще один красный конверт. И как только получатель его увидел, сова благополучно смылась. А конверт поднялся в воздух, подлетел к получателю и заорал, раскрывая свою бумажную пасть:
– Гарри Джеймс Поттер! Как ты посмел не сообщить нам такую важную новость?! – заголосил конверт слишком знакомым голосом Гермионы Грейнджер. – Почему мы с Роном вынуждены узнавать такие важные новости через газеты?! Я вне себя от возмущения! И жду ответа!
Конверт плюнул в Гарри клочками бумажек, а затем сам себя искусал и разорвал на мелкие кусочки.
Драко не выдержал и начал просто ржать.
– Смейся, смейся, – покивал Гарри и плюхнулся в кресло.
– Никогда не видел, чтобы тебе присылали вопиллеры, Поттер.
– Ну, вот любуйся, – пригласил тот и зевнул.
– Поттер, ты, что, всю ночь не спал? – поинтересовался Драко.
– Большую часть, – признался он.
– Почему?
– Да так, – отмахнулся Гарри. – Пойдем, полетаем? Без снитча.
– Без снитча?
– Ага. Просто полетаем. Может, слетаем в Хогсмид. Зайдем в "Сладкое королевство". И мне еще в "Писарро" нужно, а то ни пергаментов, ни перьев, а скоро учеба начнется.
– У Филча все взять можно, – фыркнул Драко.
– Не хочу я у Филча брать. Так как?
– Да, пошли… – зевнул Драко. – Все равно состояние... А все из-за тебя.
Они вышли из покоев, прихватив свои метлы, и направились к выходу из замка.
– А я-то чего?
– А эти ночные бдения по замку? Я преподаватель и не должен вламываться посреди ночи в кабинет директора. Так и работы лишиться недолго.
– Не лишишься, не бойся, – заверил Малфоя повеселевший Гарри. – Я за тебя заступлюсь и возьму всю вину на себя.
– Какое благородство, – фыркнул Драко и помрачнел, вспомнив Суд, где Поттер именно что заступался за него.
Из замка молодые люди вышли в полном молчании. Гарри не стал дожидаться, пока они дойдут до поля, и оседлал метлу. Драко выгнул бровь, огляделся и тоже сел на свою. Они оттолкнулись от земли и неспешно полетели метрах в трех над землей. Пролетая над хижиной Хагрида, Гарри помахал великану, копавшемуся во дворе. Хагрид поприветствовал их обоих и махнул рукой, улыбаясь.
Поттер был задумчив. И одет в маггловские тряпки спокойных тонов. И Драко это уже почти не раздражало.
– Малфой, – позвал Гарри и посмотрел на слизеринца. – А ты ЖАБА сдал?
– Конечно, сдал, Поттер, – хмыкнул Драко. – Иначе, как бы я смог преподавать?
Гарри пожал плечами.
– Погоди. Ты хочешь сказать, что ты ЖАБА не сдавал? – Драко от удивления чуть с метлы не навернулся. Гарри отрицательно покачал головой. – И как ты собираешься преподавать? – не понял он. – Да как тебя вообще до детей допустили?!
– Так я, вроде как, лучше всех разбираюсь в ЗоТИ и без ЖАБА, – пожал плечами Гарри. – Хотя Макгонагалл говорила, что сдать все же надо.
Жаль, что не было рядом стола, об который можно побиться головой, потому что именно так бы Драко сейчас и поступил. Он бы, конечно, мог высказаться по поводу «любимчика директоров» и что «все легко досталось». Но он знал и понимал, что это слишком далеко от правды.
– Лучше сдай, – посоветовал Драко. – Хоть ты и победил Темного Лорда, но прошло уже восемь лет. Министерство магии – это бюрократическая клоака, и рано или поздно кто-то вроде Амбридж задумается над тем, почему у преподавателя ЗоТИ не сданы ЖАБА.
Гарри вздохнул, соглашаясь. Он и сам понимал, что сдать экзамены придется. Только для этого нужно изучить программу седьмого курса. Самому.
– Малфой, ты мне с Зельями поможешь?
Услышав этот вопрос, Драко покрепче вцепился в метлу.
Ему это не нужно.
Не нужно.
Он знал это.
Он это понимал.
Но, кажется, ему вдруг стало слишком скучно жить.
– Ладно, – неохотно согласился он. – Но при одном условии.
Обрадовавшийся было Поттер порядком сник:
– Каком?
– Будешь делать так, как я сказал. Знаю я твою деятельную натуру. Я помогу, если тебе это действительно нужно.
– Все, что скажешь! – Гарри просил, кивая. – А ты оказывается, не такая задница.
Малфой криво усмехнулся:
– Сказал мой враг.
– Бывший, Малфой. Бывший. Оставь школьные распри, там, в прошлом.
– Школой тогда все не ограничилось.
– И это тоже было восемь лет назад. А сейчас мы преподаем в лучшей в мире школе чародейства и волшебства. Это что-то, да значит, – подмигнул ему порядком повеселевший Гарри, делая вираж.
Драко, направив метлу следом, хмыкнул: однообразные будни, кажется, тоже в прошлом.
***
– Поттер, ты, что, никогда сладкого не ел? – насмешливо-высокомерно поинтересовался Драко, наблюдая, как гриффиндорец набирает сладости в "Сладком королевстве", чуть ли не загребая ладонями.
– Ел, – отозвался Гарри. – Волшебные сладости давно не ел. Ностальгия. Да и потом... все равно с тобой делиться буду, – как само собой разумеющееся заметил он. – Одной плиткой шоколада сыт не будешь.
Говорил он конечно же о плитке, которую приобрел Драко.
– Сладким вообще сыт не будешь, – заметил Малфой. Потом вдруг склонился ближе и прошипел: – Ты можешь быстрее?
– А что такое?
– Меня начинают нервировать косые взгляды, которые все бросают в нашу сторону.
– Какие косые взгляды? – Гарри тут же поднял голову и огляделся. Никто не желал встречаться с ним взглядом и все отводили глаза. Гарри непонимающе уставился на Драко. Малфой только глаза закатил, совсем как раньше. – Поттер, не будь таким... тугодумом. Ты – Гарри Поттер. А я – Пожиратель Смерти. И мы вдвоем стоим посреди магазина сладостей. С чего бы всем на нас пялиться, правда?
– А что такого?– снова не понял Гарри.
– Поттер! Я тебя сейчас отсюда заклинанием вышвырну!
– Ладно, ладно. Только не ори, – Гарри фыркнул и пошел к кассе пробивать все свои покупки.
Драко моргнул, с ужасом осознав, что они начинают походить на старую супружескую парочку. Да еще и эти взгляды проклятые...
Когда они выходили из магазина, на них пялились уже все мимо проходящие.
– Пойдем-ка, – Гарри схватил Малфоя за рукав рубашки и поволок в сторону "Кабаньей головы". Он и сам уже начал замечать эти взгляды и ему вдруг стало жаль парня рядом с собой.
В пабе, не обращая внимания на присутствующих и их любопытство, Гарри взял два сливочных пива и устроился за самым дальним столиком, куда пришлось идти и Драко. Драко не любил пиво, но из вежливости сделал глоток.
Молчали они минут десять.
А потом Гарри, глядя в глаза Драко, спросил:
– Малфой, как ты преподаешь тут семь лет? Если все... так?
Тот усмехнулся и пожал плечами:
– Спокойно. Слизеринцы относятся терпимее.
– А другие?
– Гриффиндор, ты хотел сказать? Да, были эксцессы. Были выскочки, пытавшиеся меня оскорбить.
– И как ты разбирался с этим?
– Учил и заваливал на экзаменах. Затем приходили с жалобами родители, директор создавала независимые комиссии и каждый из тех, кто на меня пожаловался, не смог сдать экзамен по зельям. До родителей начинало доходить, что их отпрыски идиоты, и они отказывались от любых притязаний на мою профпригодность, а их дети возвращались к учебе.
– И ты так спокойно об этом говоришь? – удивился Гарри.
– А что, головой о стенку биться? Поттер, я прекрасно понимал, что так все и будет, когда соглашался на эту работу. Но я делаю ее вот уже семь лет.
Гарри сделал глоток пива.
– Ты ведь декан?
– Да, – ответил Драко и тихо усмехнулся.
– И как?
– Слизеринцев устраивает. Гряз... магглорожденным так вообще все равно. Они плохо представляют себе, что было.
Поттер покивал и спросил:
– Ты говорил, что в школе по большей части учатся магглорожденные.
– Так и есть.
– Почему?
– Видимо, потому что Мастер Зелий – Пожиратель Смерти, – предположил Драко и принялся играть стаканом с пивом.
– То есть, волшебники не отпускают детей учиться в Хогвартс, потому что там ты?
– Это мое мнение.
– Но... тогда... И Макгонагалл это устраивает?
– Как видишь.
– Интересно, почему.
– Можешь спросить у нее сам, – пожал плечами Драко. – Мне она так и не ответила на этот вопрос. Зато явно решила поднять популярность школы среди магов за твой счет.
– С чего ты это взял? – удивился Гарри.
– А иначе зачем сюда приглашать тебя, Поттер? – глядя в упор, спросил Драко.
– Чтобы учить детей? Потому что моя должность проклята? – усмехнулся Гарри.
– Ну, и поэтому тоже. Но, как ни крути, факт есть факт – о твоем назначении пишут уже несколько выпусков «Пророка», весь волшебный мир Британии в курсе, что в Хогвартсе теперь преподает Национальный герой. А это как гарантия.
– Гарантия чего?
– Статуса школы, и волшебные семьи снова будут отпускать детей учиться. Сам увидишь первого числа.
Гарри задумался:
– Интересно получается... Тебе не кажется, что Макгонагалл стала походить на Дамблдора?
– Может, это и к лучшему, – пожал плечами Драко.
– Мне вот любопытно.
– Тебе все любопытно, – закатил глаза слизеринец. – Но продолжай.
– Почему тебя она позвала на должность не только преподавателя, но и декана.
– Ее объяснение – лучший ученик Снейпа.
– А твое?
– Я не знаю, но есть что-то еще.
У него действительно была своя теория на этот счет. Потому что в тот день, когда прилетела сова с официальным приглашением буквально через месяц после Суда, он, сидя в мэноре и понимая, что остался совсем один и практически без средств к существованию, был крайне удивлен. Но говорить об этом он не слишком хотел.
– Поттер, скажи-ка мне вот что. Ты, правда, настолько давно не общался со своими любимыми Уизли и Грейнджер?
Гарри глотнул еще пива, облизал пену с верхней губы и пожал плечами.
– С чего ты решил, что давно?
– Вопиллер, – указал Драко.
Гарри задумчиво посмотрел на него. Совсем не так, как раньше.
И Драко это заметил. Возможно, какой-нибудь Уизли и не заметил бы, но Драко был слизеринцем. В Поттере что-то неуловимо поменялось вдруг, брови его нахмурились, и между ними пролегла маленькая морщинка. Достав из кармана монеты, он бросил их на стол и, поднявшись, сказал:
– Пойдем.
Драко не стал спорить. Они вышли, захватив метлы и покупки. На улице Гарри молча привязал все, что купил, к метле, и сел верхом. А потом посмотрел на Драко. Малфой молча сел на свою метлу. Оторвавшись от земли, они неспешно двинулись в сторону Хогвартса.
Гарри продолжал молчать и глубоко дышал, чувствуя, как удушье, навалившееся вдруг в пабе, начало отступать. Он снова почувствовал легкость внутри и радость от возвращения в замок. Гарри сделал вираж, отлетел от Малфоя, а потом вернулся обратно и подлетел ближе.
– Я почти не общаюсь с ними с самой войны, – сказал Гарри. – Гермиона вышла замуж за Рона, так что она теперь тоже Уизли.
Драко, услышав это, лишь скривился, но промолчал. Сейчас комментировать поступок «предателей крови» было совсем не к месту. Да и не так сильно раздражало уже, если честно.
– Что так, Поттер?
Гарри пожал плечами, а потом сказал:
– После войны... оказалось... что мы по-разному смотрим на многие вещи. Мне было нелегко это пережить и я...
– Что ты?
– Ушел.
– Куда ты ушел, Поттер? – с легким раздражением от того, что приходилось из Поттера все вытягивать, спросил Драко.
– К магглам. Я все эти годы жил среди магглов.
Драко чуть с метлы не свалился от услышанного.
– Ты... отказался от волшебства?
– Практически. Я перестал читать «Пророк», я перестал общаться с друзьями. Я вернулся в Лондон.
– К магглам.
– Да.
– И?
– Что?
– Что ты там делал?
– Работал барменом в одном пабе, – чуть улыбнулся Гарри.
– А как же магия?
– Ну, я использовал и использую обычную, бытовую, – он пожал плечами. – Мне этого хватает.
– Но... почему?
Поттер хмыкнул:
– Наверное, потому же, почему и ты заперся в этом замке и твоя связь с миром магии и светской жизнью волшебников – это «Ежедневный пророк».
Возразить было нечего. Точнее, было, но сути бы не изменило. Он – Пожиратель, и это клеймо будет висеть на нем до конца его дней. Поттер – Герой магического мира, и это клеймо тоже будет висеть до конца жизни его обладателя.
– Не заморачивайся, Малфой, – весело сказал Поттер.
– Твое жизненное кредо, Поттер?
– И заметь, я до сих пор жив, несмотря ни на что.
Чем ближе они подлетали к замку, тем явственнее улучшалось настроение Гарри. Он шутил, точнее, пытался, потому что на высокомерном лице Малфоя лишь изредка проскальзывала улыбка. Гарри подозревал, что виной тому воспитание.
Драко заметил, что настроение Поттера изменилось. Сначала, когда они летели в Хогсмид, он почти перестал улыбаться, а в баре и вовсе стал хмурым, но, когда они полетели назад, настроение снова изменилось и опять стало веселым и безбашенным, как называл это сам Драко. Странностей в копилку Поттера собиралось все больше, и Драко начал всерьез задумываться о том, что же такое происходит с его бывшим недругом. Потому что списать все на «так бывает» в силу натуры он не мог.
***
– Малфой. Эй, Малфой, проснись!
Драко разлепил глаза и в полумраке свечей в канделябре узрел парящую голову Поттера.
– Твою же мать! – заорал он автоматически, где-то в глубине души уже не так чтобы сильно удивившись.
– Говорят, была хорошей женщиной, – хмыкнул Гарри.
– Ты какого боггарта делаешь у меня в комнате в... – Драко глянул на старинные часы на стене, – в три часа ночи?!
– Ну как. Пошли в кабинет директора. Будем пробовать открыть сейф.
– Да ни за что!
– Да ладно тебе, Малфой, – ухмыльнулся Гарри. – Неужели тебе не интересно?
– Нет, – Драко закрыл глаза.
– Не верю, – парень плюхнулся на край кровати.
– Мне все равно, чему ты веришь, Поттер.
– Ну, Драко, ну будь ты человеком.
– Я человек и я хочу по ночам спать!
– Малфой, если не пойдешь, я лягу и буду спать тут вместе с тобой!
Сонный Драко махнул рукой, мол, ради Мерлина, и повернулся на бок, спиной к Поттеру, закрывая глаза. Никуда он не пойдет и проведет эту чудесную ночь в своей чудесной кровати.
Гарри опешил. Драко повернулся к нему спиной. Не наорал, ни выгнал, просто отвернулся в другую сторону и продолжил спать.
– Эм, Малфой, – негромко позвал Гарри.
– Поттер, да ляг ты уже куда-нибудь и спи, – прошипел Драко. – Потом сходим.
Гарри пожал плечами. Одному идти не очень хотелось, а Малфой явно решительно настроился эту ночь спать. Так что... Он оглядел погруженную в полумрак спальню и ухмыльнулся. А потом представил перекошенное лицо Малфоя с утра, когда тот поймет, что спит не один.
Скинув верхнюю одежду и, оставшись в трусах и футболке, Гарри лег рядом с Драко, тут же отобрав себе половину покрывала.
– Твою же...
– Не трогай мою маму.
Драко даже не открывая глаз, нашарил на тумбочке палочку и сонно пробормотал:
– Акцио плед.
Из шкафа, хлопнув дверцей, вылетел сложенный плед, который Драко наобум отлевитировал прямо на Поттера, после чего упал головой на подушку и засопел.
Гарри, расправляя плед, подумал, а просыпался ли Малфой вообще?
***
Открыв утром глаза, первым, что Драко увидел, было лицо Поттера в сантиметре от его собственного. Он схватил палочку, толкнул Поттера, уперся рукой в грудь и прижал к его горлу кончик палочки.
– Ты совсем ебнулся?! – прошипел Драко. В это время его резко прижало к чужому телу. Драко почувствовал, как преодолел словно защитные чары – будто сквозь толщу воды прошел. Руки Поттера, сжимавшие его, отпустили.
– Извини, иначе тебя бы отбросило.
Драко замер, потом отодвинулся от Поттера. Тот снова посмотрел на его торс в ярко-розовых росчерках.
– Скажи мне, Поттер, в тебе случайно Темный Лорд не пытается возродиться?
– С чего ты решил?
– Ебанутость и беспалочковая магия! – рявкнул Драко. – Ты хоть соображаешь?!
– Да что такого то? – пробормотал Гарри, зевнув.
Драко вздохнул и упал рядом. Он, разумеется, был зол на Поттера, но...
– Ты чего вообще тут делаешь?
– А ты не помнишь?– Гарри повернул голову и весело уставился на Драко.
– Что я должен помнить? – как-то обреченно спросил парень.
– Я вчера пришел к тебе, звал в кабинет директора, а ты спать хотел.
– Ну, это логично. Все нормальные люди по ночам спят.
– И предложил и мне лечь поспать.
– А чего ты к себе то не пошел?
– Лень стало, – пожал плечами Гарри.
– Поттер, у тебя вообще тормозов нет?
– Однако ж, Малфой, твой лексикон далек от воспитания благородного лорда, – в который раз изумился гриффиндорец.
– Большая часть моих учеников – выходцы из обычных маггловских семей. Все опять же логично. Поттер, ты давно без палочки колдуешь?
Гарри потер глаза руками, пытаясь проснуться.
– Как Тома победил, – ответил он. – Но выходит слабее, чем с палочкой. Тренироваться, наверное, надо, но мне хватает. Типси!
Рядом с кроватью появился домовой эльф.
– Типси рад служить Гарри Поттеру!
– Принеси нам с Драко завтрак и побольше кофе.
– Типси все сделает, Гарри Поттер, сэр! – взмахнув ушами, эльф исчез. Драко взирал на Поттера с нечитаемым выражением на лице. Гарри улегся на бок. И сообщил: – Отличная у тебя кровать, Малфой.
А Малфой вдруг порозовел. Поттер это заметил, осознал, в каком они положении сейчас находятся, но вида не подал.
– Ты кому-нибудь рассказывал об этом? – спросил Драко, пытаясь не обращать внимания на происходящее.
– О том, что у тебя удобная кровать? Я, конечно, давно знаю Макгонагалл, но мы не настолько близки! – усмехнулся Гарри.
– Поттер! – змеей прошипел слизеринец. – Я вот не пойму, тебе доставляет удовольствие ставить людей в неловкое положение?
– Так ваша семья этим годами занималась.
Драко как-то сник и снова откинулся на подушку, глядя в потолок.
– Я, наверное, последний представитель семьи Малфой.
Гарри хмыкнул и посмотрел на Драко:
– Неужели глупые предрассудки сильнее прекращения рода?
Малфой оскорбился, действительно оскорбился.
– Даже не вздумай это озвучить! Малфои никогда не были «предателями крови»!
– Вот я об этом и говорю, – покивал Гарри.
Драко чуть оскалился.
– Тебе этого не понять, Поттер.
– Ну, почему же. Отчасти могу. Если я женюсь на маггле, каков шанс, что наши дети будут магами?
– Не такие уж маленькие.
– Со способностями ниже среднего.
На кровати появились несколько подносов с едой.
– Типси все сделал, – с хлопком появился эльф, – Гарри Поттер, сэр!
– Спасибо, Типси, – поблагодарил Гарри. Эльф взмахнул ушами и исчез.
– Ты можешь жениться на чистокровной волшебнице или полукровке, – произнес Драко.
– И всю жизнь гадать, что же ей нужно: я или моя слава и мои деньги? – насмешливо спросил Гарри. Он сел, скрестил ноги по-турецки и потянулся за кофе. – Нет, Малфой, покорнейше благодарю.
Драко приподнялся и откинулся на подушки, теперь полусидя.
– А как же младшая Уизли? – спросил он.
Гарри налил кофе в чашку и протянул ее Драко. Тот несколько секунд смотрел на чашку и руку, ее протягивающую. Отказываться не имело смысла и чашку он взял.
– Я уже говорил, с Джинни у нас ничего серьезного не было, – гриффиндорец налил себе кофе. – Она неплохая девчонка, но я не люблю, когда мной командуют.
Малфой невольно хмыкнул:
– Кажется, в этой семье заправляют именно женщины.
– Ну, если судить по маме Рона или по Гермионе, однозначно.
– А что, твой дружок ходит под каблуком? – не сдержался Драко.
– Он ее очень любит. Я им даже завидую, – Гарри налил себе кофе, разбавил сливками и принялся размешивать три ложки сахара.
– Так чего же не женишься?
– Я уже говорил, – напомнил Гарри.
– Ну, хорошо. Предположим, я понимаю, почему не чистокровная или полукровка. Женись на маггле. Или так волнует, будут ли способности у твоего отпрыска?
– Сам не знаю, только ли это. После войны многое поменялось. Мое отношение к жизни тоже. И потом... говорю же, я завидую своим друзьям.
– А это значит... – Драко отобрал у Поттера тост, который тот только что намазал маслом и джемом и откусил.
– А это значит, что я хочу быть таким же, как они или мои родители, иметь настоящую семью. И дать ее своему ребенку. Дать то, чего не было у меня.
Драко его понимал. Действительно понимал. Возможно, он и сам мечтал о том же.
– Меня пугает мысль о том, Поттер, что мы становимся слишком одинаковыми, – задумчиво пробормотал он.
– Мы не становимся. Мы и были. Я давно заметил, – хмыкнул на это заявление Гарри.
– Тебя это не беспокоит?
– В общем и целом, нет. То, что случилось тогда... Оно было и оно прошло. Я уже давно понял, как легко ошибиться в человеке. Я точно так же ошибался в твоем крестном и очень об этом жалею.
– Слушай, звучит как признание. Мне уже переживать? – Разговор выходил каким-то тяжелым и Драко решил слегка сменить тему, пусть даже на такую дурацкую. Поттер вдруг странно на него посмотрел. Драко мог поклясться, что глаза его стали ярче.
– Признание... – медленно проговорил он. Драко стало не по себе от этого голоса. – Нет, пока рано, Малфой, – вдруг улыбнулся Поттер. – Кстати, о магии. Я собираюсь возродить Дуэльный клуб. И мне нужен спарринг-партнер. Что скажешь? Ты же не боишься, правда?
– Вот еще! – по привычке оскорбленно фыркнул Драко. А потом ужаснулся. – Дуэльный клуб?!
– Именно. Мне кажется, ученики должны на практике применять заклинания, даже если они могут причинить вред. Иначе в случае чего...
– Может повториться история... – задумчиво пробормотал слизеринец.
Идея была слегка безумной, министерство могло не одобрить. Но если она будет исходить от Поттера, и учителя ее поддержат...
– В общем и целом, ничего не имею против клуба.
– А насчет спаррингов?
– Только давай договоримся без вот таких вот последствий, – Драко указал на шрамы на своей груди и животе.
– Прости, – искренне произнес Гарри. – Обещаю, если ты не будешь бросать в меня Непростительные.
Драко нахмурился, вспоминая те события. Да, он запустил в Поттера Круциатусом тогда. Попытался. Не попал.
– Договорились, Поттер.
Гриффиндорец отсалютовал ему чашкой с кофе.
Гарри широко улыбался, когда они с Драко возвращались с поля для квиддича. Они отлично полетали. Гарри не стал поддаваться, и борьба за снитч развернулась нешуточная. Но Малфою все равно удалось поймать мячик. Малфой держался сдержано и лишь снисходительно улыбался. Гарри нравилась эта улыбка – без злобы и раздражения, ну, а снисхождение... ну, так Малфой же.
Сегодня они собирались вернуться в кабинет директора. Поттер хотел попасть туда еще неделю назад, но Драко каждый день говорил «нет» и находил поводы для отказа. Гарри не настаивал, он соглашался, чем изрядно удивлял Малфоя, хотя тот держал лицо, и это удивление было практически не заметно. Он уже изучил все, что нашел в библиотеке и считал, что точно сможет открыть сейф. Он пробовал спросить у Снейпа, но тот неизменно уходил от ответа. Впрочем, его это не расстраивало, уж сейф вскрыть он и сам в состоянии.
– Гарри?! – раздалось за их спинами. – Это ты? Что ты здесь делаешь?
Гарри обернулся и увидел Невилла. Лонгботтом возмужал, постройнел, похорошел. Все же Луна была удивительной девушкой, если из пухлого толстячка в итоге Невилл стал таким привлекательным молодым человеком.
– Привет, Невилл! – обрадовался Гарри и подошел к нему.
Драко закатил глаза и пошел следом.
– Привет, Гарри, – улыбнулся ему Невилл, пожав протянутую руку – Драко, – поздоровался он. Малфой кивнул в ответ. – Что ты здесь делаешь?
– Я буду тут преподавать, – сообщил Гарри.
– Правда? – по Невиллу невозможно было понять, радует его эта новость или ужасает. Он глянул на Малфоя.
– Ага. ЗоТИ. А ты что здесь делаешь?
– Я преподаю Травологию, – ответил Невилл. – Вот, вернулся к началу учебного года. А почему вы оба с метлами?
– Летали на поле, – пожал плечами Гарри. Для него это было чем-то само собой разумеющимся, а вот Невилла явно удивило, но Лонгботтом не стал ничего говорить.
– Видимо, только я тут читаю «Пророк»... – вздохнул Драко.
Лонгботтом преподавал в Хогвартсе уже пять лет. Студенты его любили, Драко ему даже слегка завидовал. Профессор Травологии, как и Хагрид, всегда улыбался детям, помогал и разъяснял любой вопрос. Впрочем, в отличие от Поттера, он был еще и воспитан.
– Драко, как твои исследования? – вежливо поинтересовался Невилл, не обратив на последний выпал в свою сторону внимания.
Они снова повернули в сторону замка и пошли теперь уже втроем.
– Некоторые ингредиенты пришлось заказывать в Италии, и доставят их не раньше середины сентября. Так что пока веду теоритические записи, потом буду их проверять.
– Если что-то понадобится из оранжереи... Запасы к началу года, конечно, небольшие, но если нужно что-то вырастить, буду рад помочь.
Гарри удивленно смотрел на этих двоих. По идее слизеринец, несмотря на чистоту крови, должен был как минимум фыркать и сторониться тихоню Лонгботтома, но они вполне спокойно общались. Интересно... Несмотря на свой характер, Драко стал другим.
– Спасибо, Невилл. Думаю, да, для студентов кое-что понадобится. Если кое-кто хоть немного освободит мое время, я смогу подготовиться к началу года как следует, – Драко зыркнул в сторону Гарри.
Тот расплылся в ухмылке:
– И не надейся, Малфой!
– Я почему-то так и знал...
– А вы, летали, да? Просто так? – осторожно поинтересовался Невилл.
– Просто так не интересно. Драко снова меня сделал, – радостно сообщил Гарри.
Малфой молча вынул из кармана снитч и продемонстрировал. Глаза Невилла расширились от удивления.
– О, хорошо...
– Тебя это тоже удивляет, – рассудил Драко.
– Пожалуй, – согласился Невилл, поглядывая на Гарри, который тихо улыбался, глядя перед собой. – Это странно, тем более, что Гарри всегда старался у тебя выиграть.
Драко, глядя на снитч в ладони, вдруг подумал о том, что если целью Поттера было, и правда, добиться его расположения, то тут, похоже, Поттер как раз и выиграл. Это тоже раздражало.
***
Поттер казался слишком дружелюбным. За ужином он расспрашивал Невилла о его работе, о Луне, о последних новостях в волшебном мире.
Драко молча ел и не вмешивался в эту беседу. Он и так не понимал до сих пор, что вообще тут делает. Разглядывая искоса гриффиндорцев, Драко размышлял о метаморфозе, которая произошла с Поттером в Хогсмиде. Его плохое настроение резко появилось и исчезло. В голове витала пока что непонятная мысль, но она почему-то не давала покоя.
– Драко, вы сегодня крайне задумчивы, – мягко заметила Макгонагалл, сидевшая рядом.
– Вовсе нет, директор. Просто…
– Вы привыкли к одиночеству, – улыбнулась женщина.
– Отчасти. Если бы я любил исключительно одиночество, я бы не смог преподавать. Поэтому в данном случае больше подошло бы слово «уединение».
– Кстати. Думаю, вам понравится новость о том, что в этом учебном году многие волшебные семьи изъявили желание отправить своих детей к нам на обучение.
Драко криво усмехнулся.
– Вы ведь на это и рассчитывали, приглашая сюда Поттера.
– Так вы поняли?
– Конечно. Минерва, можно задать вопрос?
– Конечно, Драко.
– Почему вы не уволили меня, когда поняли, что семьи начали отказываться от обучения в Хогвартсе?
Женщина улыбнулась, совсем как Дамблдор, от чего парня передернуло:
– Потому что я в вас верю, Драко. Как и все преподаватели. Но да, пришлось пойти на хитрость и пригласить мистера Поттера в противовес вам. И, кстати, еще одна маленькая новость: в этом году очень много желающих попасть именно на ваш факультет. Разумеется, все решит Шляпа, однако я хотела вам об этом сказать.
Драко эта новость удивила:
– Но почему?
– Вера, мистер Малфой. Люди верят, что если Пожиратель Смерти и Национальный Герой способны работать вместе в стенах этой школы, значит не нужно бояться старых предрассудков.
Драко кивнул и задумался над услышанным.
– Вы – настоящая гриффиндорка, Директор Макгонагалл, – улыбнулся пожилой женщине Гарри, краем уха слышавший их разговор. – Идете напролом, уверенная в своей правоте. Но учебный год не начался. И как будут обстоять дела, пока неизвестно. Не ждите, что школа наполнится студентами только из-за моего имени.
Драко смотрел на Поттера, пока тот смотрел на директора. Похоже, Поттеру было все равно, что его использовали. Драко не увидел никакого недовольства ни в глазах, ни в чертах лица. Удивило ли это его? Да, немного. Поттер сам говорил, что не любит, когда им командуют.
***
Драко развалился на стуле, наблюдая за потугами Поттера вскрыть сейф. Тот принялся за дело с энтузиазмом.
– Не думал, что у тебя есть замашки домушника, Поттер, – растягивая гласные, сказал Драко.
– О, ты не представляешь, сколько у меня разных талантов. Разрешенных и не очень, – отозвался Гарри.
– Поттер, раз уж мы дружим... – начал Драко, сам не веря, что произносит ЭТО в контексте их отношений.
– Ну?
– Объясни мне, почему твою гордость не задевает, что Макгонагалл пригласила тебя сюда из корыстных целей.
– Потому что я понимаю мотивы. Она заботится о будущем мира магии.
– То есть, не о себе?
– Ты с ума сошел, – рассмеялся Гарри, не отрываясь от сейфа.
– И не о школе.
– Хогвартс сам о себе позаботится. Как всегда. А детей надо учить. Так уж вышло, что лучше меня никто не научит их защищаться от темных магов.
– Ты даже ЖАБА не сдал! – возмутился Драко. – Чему ты хочешь их научить?
– Вот в том числе поэтому мне нужны записи Снейпа. А будешь плохо себя вести, я совершу набег на вашу библиотеку в мэноре, и тебе это точно не понравится. Ауч! – Гарри замахал кистью, куда ударило жалящее заклятье; замок не поддался.
– Еще скажи, что накажешь меня, – фыркнул Драко.
– А ты поаккуратнее с желаниями, – мерзко хихикнув, посоветовал Гарри. – Мало ли, что у меня в голове.
– Полная чушь и каша, впрочем, как всегда.
Кулон в виде капли воды на груди Драко снова зазвенел.
– Да чтоб тебя, старый хрыч! – Драко сорвался со стула, схватил Поттера за руку, захлопнул картину и рванул за дверь.
Гарри на автомате схватил с пола мантию, прижал Малфоя к стене и накрыл обоих с головой, прижавшись к парню и затихнув.
Это снова был Филч, правда, в этот раз без кошки. Оглядевшись по сторонам, он поздоровался с портретами и ушел, закрыв за собой дверь. Замок был магический, и если закрыть его снаружи, то открыть изнутри его – уже проблема.
– Это становится смешным, – стаскивая с головы мантию, злобно прошипел Драко.
Гарри, весело улыбаясь, фыркнул:
– Да брось. Это весело.
– Кому, Поттер?!
– Нам обоим.
Драко вдруг замер. А потом брякнул:
– Слушай, Поттер, я надеюсь, у тебя там, в кармане банан, который ты забыл вынуть после ужина?
Гарри сначала даже не понял смысла вопроса, затем перевел взгляд на подозрительно прищурившегося Драко.
– Какой банан?
– Вот этот, – прошипел Драко и толкнулся бедром в пах Поттеру. Причем, сначала сделал, а потом подумал. И приложил все силы, чтобы на его лице не промелькнул ужас. Поттер втянул в рот нижнюю губу, а зеленые глаза вдруг заблестели.
– Нет, Малфой, – спокойно ответил Гарри. – Это не банан. Это именно то, о чем ты подумал. Но тебе пока ничего не грозит, поэтому не напрягайся.
Драко напускно фыркнул, хотя вот это вот «пока» насторожило. Гарри вдруг уперся руками в стену по бокам его головы и посмотрел прямо в глаза:
– Мне нравится проводить с тобой время. Но пока я не уверен, что нам это, – теперь он сам толкнулся пахом в чужое бедро, – нужно.
Драко хотел возразить, но язык вдруг прилип к небу, и он не смог вымолвить ни слова. И только когда Поттер от него отошел, до Малфоя вдруг дошло.
– ТЫ пока не уверен?!
– Ага, – хмыкнул Гарри.
Драко снова посмотрел на гриффиндорца. Который, в сущности, ставил его перед фактом, не спрашивая его мнения и не интересуясь, как к подобному может отнестись он сам. И это... в духе Слизерина.
– Знаешь, Поттер, я уже просто уверен, что Шляпа охренеть как ошиблась с твоим факультетом, – Малфой отлип от стены и принялся приводить себя в порядок, поправляя рукава пуловера. – Но учти: приблизишься ко мне с подобным, и я тебя испепелю.
– У тебя и так будет возможность в Дуэльном клубе.
Перспектива начинала приобретать приятный оттенок подходящего удовольствия.
Спустя пару минут Гарри снова начал колдовать у сейфа. Драко снова уселся на стул.
– Шляпа не при чем, – произнес Гарри, после очередной неудачной попытки. – Она предлагала мне Слизерин. Но ты был слишком противным мальчиком, и я не захотел учиться вместе с тобой. Боггарт... Что не так с этим сейфом?
– Защита от дураков, – фыркнул Драко.
Гарри вздохнул и вернул картину на место.
– Ладно. Пошли. Я что-то не учел.
– Неужели, Поттер? И заодно просвети меня, как ты хочешь выйти отсюда, если дверь заперта снаружи.
Гарри лишь улыбнулся в ответ. Он подошел к двери, негромко произнес слова на латыни и взмахнул палочкой. Замок щелкнул, открываясь. В произнесенных словах Драко узнал простое темномагическое заклинание. И обеспокоенно посмотрел на Поттера. Его начинало нервировать происходящее.
***
Пару дней Поттер почти не беспокоил. Ровно в полдень они встречались возле входа в замок и летали над Хогвартсом (и один раз Драко все же проиграл, после чего за обедом с легкой душой вернул сопернику одну из многочисленных бутылок, которые пополняли коллекцию его бара с завидной регулярностью; взгляды преподавателей и директора он просто игнорировал), обедали в Большом зале, а затем каждый расходился по своим делам. Драко подозревал, что Поттер либо сидит в библиотеке, либо уговаривает Северуса сдать ему заклинание, отпирающее дверь сейфа. К слову, портрет пустовал вот уже несколько дней. Драко даже отвык от тишины и бормотания вкупе с нравоучениями крестного. Зато он со спокойной душой делал последние записи для учебной программы, готовил класс и проводил ревизию ингредиентов для учебы. Заодно и список для Лонгботтома составил.
Но тишина долгой не бывает.
– Малфой!!!
Драко вздрогнул под душем и закатил глаза.
В покоях каждого преподавателя располагалась небольшая ванная комната с душем, который слизеринец сейчас и принимал, намереваясь пару часов почитать и лечь спать.
– Малфой!
Мечты о спокойном вечере становились все призрачнее. Намотав на бедра полотенце, Драко вышел из ванной.
– Ну чего тебе, гриффиндорское чудовище?! – прошипел он коброй, скрестив руки на груди и стоя посреди гостиной.
Поттер, как всегда, не утруждая себя вежливостью, вскрыл замок и ввалился в его жилье, и сейчас стоял с пачкой листов и радостно лыбился.
– Сегодня идем в кабинет директора. Я составил формулу заклятья!
– Я рад, – Драко закатил глаза.
– Давай, одевайся! – начал подгонять Гарри.
– Я не люблю одеваться при свидетелях, – намекнул Драко.
– Ты шесть лет жил в общей спальне, – не понял Гарри. Сделал вид, что не понял.
Малфой сложил руки на груди и уставился в ответ.
Несколько секунд они играли в гляделки, а потом Гарри хмыкнул и ушел в кабинет.
Малфой появился спустя десять минут. В обычном маггловском спортивном костюме приятного мягкого зеленого оттенка. И в кедах. Ага.
Гарри подскочил и квакнул как-то слишком уж радостно.
– Эт-то... Малфой! О, святой Мерлин!
– Лонгботтом дарил на Рождество пару лет назад, – скривился Драко. – А после твоих ночных бдений у меня все рубашки, пуловеры и мантии грязные в хлам. Уж лучше измочалить... – Драко скривился и потрогал себя за левый рукав, – вот ЭТО.
– Мерлин, Малфой... Мне надо сесть, – Гарри театрально присел на край кресла.
– Поттер.
– Нет, правда. Это сильный шок, – и кивнул для достоверности. – Ты и маггловские шмотки. У меня переоценка ценностей. А я думал, тебя старшекурсники только матюгаться научили.
Поттер говорил так серьезно, что Драко подозревал его в наигранности происходящего.
– Насмехаешься, Поттер, – недобро усмехнулся Драко и достал палочку.
– Ну, есть немного, – признался Гарри. – Убери это. Из-за спортивного костюма я с тобой драться точно не собираюсь. Лучше вот это посмотри.
Гарри подошел и отдал Драко листы со своими записями. Драко убрал палочку и принялся смотреть то, что Поттер записал на уже порядком смятых листах.
– Ну и почерк, Поттер. Хагрид и то лучше пишет свои каракули, – бормотал он, изучая формулы.
Гарри, стоявший рядом, не выдержал и, обойдя Малфоя и встав сбоку, все-таки потрогал костюм за рукав и стоячий воротничок, молнию Малфой застегнул только до середины груди и можно было потянуть за хвостик...
– Поттер! – взвился Драко. – Тебе что, пять лет?!
– Я никогда не думал, что увижу тебя в чем-то подобном, – с тихой улыбкой сказал Гарри. – Знаешь, тебе совсем не идет маггловская одежда.
– Спасибо за откровенность, Поттер, – оскорбился Драко.
– Тебе лучше в одежде волшебников. Дорогие ткани, пошив на заказ... Это определенно твое.
Эти слова Драко немного успокоили. И одновременно он помрачнел.
– Увы, не всегда могут быть дорогие ткани и пошив на заказ. Именно поэтому я не прибил тогда Лонгботтома и именно поэтому с такой активной ночной жизнью приходится вот это надевать. – Драко слегка встряхнулся и скомандовал: – Пошли. Твои каракули могут сработать.
Гарри увидел, как изменилось настроение Малфоя, но сейчас эту тему решил не продолжать. Поэтому развернул мантию-невидимку и подошел к слизеринцу.
– Пошли.
***
– Да почему не получается?! – раздраженно воскликнул Гарри. – Я уверен, что прав!
– И как ты без Грейнджер уверен можешь быть? Она же из вас самая умная.
Гарри лишь зыркнул в ответ. Драко вздохнул и принялся изучать записи Поттера, оккупировав уже ставший родным стул.
– Давай еще раз, – велел Драко.
Гарри нараспев произнес длинное заклинание. Снова ничего не произошло. Драко пробежал глазами по пергаменту.
– Ты неправильно произносишь, – наконец, сказал он.
Он взял пергамент и встал рядом с Поттером. Потом произнес заклинание, читая с листа, изменив ударение в нескольких местах. Сначала ничего не происходило, а потом раздалась трель, щелкнул замок, тяжелая дверца с тихим скрипом открылась, и парни увидели, что сейф забит бумагами под завязку.
Драко сглотнул, глаза Гарри загорелись восторгом.
– Сколько всего... – не сдержался Драко. Он знал о крестном очень мало, но в том, что тот был отличным волшебником, сведущим не только в обычной магии, но и в темной, он был уверен. И тут были его исследования. – Поттер, вытаскиваем и складываем очень аккуратно, чтобы не нарушить хронологию, – прошипел Драко. Гарри уже потянулся к пачке, но Драко шлепнул его по рукам: – Вытаскиваем осторожно, слева направо и кладем в сумку. Ты ведь взял сумку или что-нибудь?
– Ну-у-у-у...
– Да чтоб тебя, безмозглый гриффиндорец!
– Эй!
Драко вынул палочку и наспех трансфигурировал одно из писчих перьев в обычный холщевый мешок, добавил заклинание вместимости и начал осторожно доставать бумаги.
– Давай я…
– Уйди нахрен!
– Нервный какой, – Гарри послушно отошел.
– Поздравляю, мистер Поттер, – раздался голос Снейпа из портрета.
– Спасибо, профессор, – Гарри повернулся и улыбнулся нарисованному профессору Зельеварения. – Я же говорил.
– Говорили, мистер Поттер, – нехотя признал Снейп.
– Не думал, что вы оставили так много записей.
– И ты к ним не прикоснешься, пока я не каталогизирую все это, – не терпящем возражения тоном заявил меж тем Малфой. – Все, пошли.
***
Драко понадобилось четыре дня и вся его выдержка.
Четыре дня – чтобы разобрать записи. Выдержка – чтобы не пришибить Поттера, который дневал и ночевал в его покоях, суя любопытный нос через плечо и мешая разбирать записи.
Но, наконец, все было сделано, и перед Драко и Гарри на большом рабочем столе в кабинете Малфоя высились стопки с ежедневниками, тетрадями и записными книжками, а сверху лежали списки на каждую стопку.
– Значит так, – начал Драко указывать на стопки. – Это – по зельям. Это – по общей магии. Это – по темной магии. Это – по Непростительным заклятьям. А это… – тут Драко замялся. Он взял небольшую записную книжку, искоса глянул на портрет Снейпа, который пустовал и тихо сказал: – Это записи о твоей матери, Поттер.
Он протянул книжку Гарри.
Гари с нечитаемым выражением лица взял книгу. Он боялся что-либо чувствовать сейчас. Он знал, что Снейп любил его мать. Кто знает, какие тайны он там прочтет.
– Спасибо.
– Не за что, Поттер, – понимающе ответил Драко.
– Я возьму записи по Непростительным, если ты не против.
– Бери.
Личные записи Снейпа Гарри открывать не хотел совершенно точно. Уж лучше работа.
***
Поттер снова пропал. Не ходил в Большой зал, не появлялся на поле, не заходил к Драко. Сам Драко не стал стучаться и как-то беспокоить.
На третий день Поттер появился ровно в полдень, открыв без стука дверь. В руках его были метлы.
– Пошли, полетаем, – широко улыбнулся Гарри. Сегодня на нем были кислотно-желтые кеды, черные зауженные к низу джинсы и красная футболка по силуэту.
Драко глаза закатил. Поттер был снова свежим бодрым идиотом. Что ж, можно больше не… переживать, да. Хотя это глупо в любом случае.
А потом задумался.
– Слушай, Поттер... У тебя есть еще... такие штаны?
Выражение лица Поттера того стоило. Малфой ухмыльнулся и пожал плечами:
– В брюках и рубашке соревноваться и летать не слишком удобно. И одежда портится.
Гарри был в шоке от заявлений Драко. Малфой пожелал надеть маггловские джинсы? Его, Гарри, джинсы?! Он ущипнул себя, чтобы проверить, что не спит. Было больно и ничего не изменилось. Малфой все так же усмехался.
– Есть, – кивнул Гарри. – Я сейчас.
Через минуту он вернулся с серыми джинсами и черной футболкой. И то, и другое он протянул Драко. Тот быстро переоделся и чарами подогнал одежду по размеру.
Гарри невольно облизнул нижнюю губу.
– Так явно лучше, чем в спортивном костюме, – пробормотал он.
Драко оглядел себя, посмотрел в зеркало и остался доволен. Ему даже в кошмарном сне не могло присниться, что он наденет на себя подобное, хотя после спортивного костюма… а сейчас, видя блестящие глаза Поттера, понял, что готов так хоть каждый день ходить. Он тут же одернул себя на подобные мысли. Ему просто нравилось это идиотическое выражение лица.
– Я готов. Пошли, – тряхнул головой Драко, пытаясь привыкнуть к необычной одежде.
***
Спустя час они вошли через главный вход в замок. Гарри, взлохмаченный, перепачканный травой и землей, смеялся, а Драко, такой же чистый, как и был, насмешливо чуть улыбался. Гарри проиграл и трижды падал с метлы. И все, потому что то и дело засматривался на Драко. Преподаватели почти все уже прибыли, и полным ходом шли приготовления к новому учебному году, который настанет через несколько дней. По пути им попалась директор, которая возмущенно оглядела их с головы до ног, потом поджала губы, улыбнулась и пошла дальше, пожелав им доброго дня. Гарри и Драко посмотрели ей вслед, потом друг на друга и хихикнули, стараясь не думать о том, что им уже не по семнадцать лет и баллы с них снимать уже не за что.
Они прошли метров сто, когда дорогу им преградила Гермиона Уизли собственной персоной. Драко даже не удивился. Он вообще уже старался не удивляться. Девушка меж тем хмурилась, возмущенно глядя на Гарри, и никак не могла взять в толк, что происходит: почему Гарри смеется рядом с Малфоем? Почему Малфой одет в одежду магглов? В чем дело?!
– Гарри Поттер, немедленно объясни, что происходит? – совсем как раньше потребовала она.
– Я, пожалуй, оставлю вас... – отодвинулся было Драко.
– Да щаз! – Гарри схватил его за воротник футболки и ухмыльнулся. – Одного ты меня с ней не оставишь!
– Ах ты... – Гермиона нацелила на старого друга палочку. А потом вдруг рука дрогнула и… девушка расплакалась.
– Да, Поттер, не умеешь ты с женщинами общаться.
– Эй, Гермиона... Ты чего? – опешил Гарри.
– Ты, и правда, дебил... – Драко оглядел бывшую Грейнджер, ныне Уизли: все такая же тяжелая копна каштановых волос, стройная талия, деловой костюм-двойка темного шоколадного оттенка, туфли на невысоком каблуке и белая блузка; на плече небольшая дорожная сумка. – Она ведь к тебе ехала, придурок...
Девушка даже плакать перестала:
– М-малфой... А как же...
– Приветственные оскорбления? – криво усмехнулся Драко. – Забудь, Грейнджер. Мне давно нет дела до крови. – Слукавил. Ну и что? – Тем более что среди учащихся ее и так осталось мало. Однако оставляю вас, – Драко картинно склонился перед девушкой, опять криво усмехнулся и пошел в сторону подземелий, краем уха услышав:
– Ах ты... Гарри Поттер! Немедленно мне все рассказывай! Мы с Роном чуть с ума не сошли! А ты мало того, что в Хогвартсе и ни разу не написал, так еще и с Малфоем!
Годы прошли, а некоторые вещи так и не изменились. Впрочем, Драко справедливо полагал, что это не его дело.
Правда, Поттер так не считал.
Через два часа дверь кабинета зелий с силой распахнулась, и в кабинет ворвался Поттер. Драко поднял на него взгляд. Поттер выглядел расстроенным и злым. За прошедшие недели Драко ни разу не видел его таким.
Гарри подошел и плюхнулся на первую парту.
– Спасибо, что остался, – недовольно произнес Гарри.
– Она же к тебе приехала. Уверен, вам было, что обсудить, – пожал плечами Драко.
– О, нам было, что обсудить, – недовольно скривился Гарри. – И большую часть я обсуждать не хотел. Это подстава, Малфой. Нихрена не по-дружески.
– Ну, извини. Я понятия не имею, что такое дружба.
– А как же Крэбб и Гойл?
– Ты серьезно? Это ты про двух идиотов, которые и трех слов связать не могли со смысловой нагрузкой? Родители которых были Пожирателями?
– Ну-у-у... да.
Драко отложил перо, отодвинул от себя пергамент и сказал:
– Все семь лет я завидовал тебе.
Гарри округлил глаза. А Драко продолжил:
– Я много чему завидовал. Но больше всего вашей дружбе с Уизли и Грейнджер. Вы были настолько... связаны, что глядя на вас троих, я ненавидел вас все сильнее и сильнее. А сейчас ты, вместо того чтобы хотя бы пообщаться со своей подругой, пришел к бывшему врагу.
– Надо же, и даже про грязнокровку ничего не сказал, – как-то уж слишком жестко улыбнулся Поттер.
– Да, она грязнокровка и моей подругой не стала бы никогда. Но Гарри Поттеру на это было наплевать. Мне все равно, что у тебя в голове, но я уже на полном серьезе думаю, что Шляпа ошиблась. Твое место среди таких же, как и я.
С этими словами Драко просто вышел из кабинета, оставив Гарри сидеть с открытым ртом.
***
– Добрый вечер, профессор, – поздоровался Гарри с портретом Снейпа.
– Мистер Поттер, – отозвался Северус.
– Я изучил ваши записи о моей матери.
– Вот как? Обнаружили что-то, достойное внимания?
– Кое-что, профессор. Вы подозревали, что моя мать – чистокровная. Это так?
– Да, Поттер, – признал Снейп. – Она была сильной волшебницей, для магглы.
– Вы проверяли ее ауру и отмечали, что она такая же, как у чистокровных.
– Совершенно верно, мистер Поттер.
– И я могу применить на себе прописанные вами заклинания? – спросил Гарри.
– Вы можете применить их на себе. Вы знаете, как выглядит аура чистокровного волшебника?
– Нет, – ответил Гарри. – Я хочу увидеть свою