2
Драко всегда просыпался очень рано. Размеренный образ жизни делал свое дело – выработался определенный ритм. И был он крайне однообразным.
Перебирая учебные пособия в кабинете, прилегающем к классу Зельеварения, Драко в который раз осознавал, что все его дни похожи, как две капли воды, один на другой. Разница, и та небольшая, появится с наступлением учебного года. Тогда будет более шумно, более раздражающе. И все равно однообразно. Правда, появление Поттера внесло определенные коррективы. Новый раздражающий фактор в однообразной мешанине дней.
Клыки василиска он перепрятал как можно тщательнее и до глубокой ночи перечитывал литературу, связанную с изготовлением ядов на основе яда и костей василиска, и уже предвкушал будущие эксперименты. Но ему необходимо было настроиться. Подобные вещи требовали определенного настроения и концентрации.
– Малфой! – раздался за дверью радостный вопль. Орал тот самый фактор, который на радостях от дня рождения сделал такие щедрые подарки.
«Может, пройдет мимо?» – безнадежно подумал Драко.
– Малфой, боггарт тебя задери! Куда делась твоя бледная морда лица?!
Драко скривился от подобных эпитетов и продолжил заниматься пособиями.
И все же надежды не оправдались.
Дверь грохнула об стенку, и заявился Поттер. С его метлой в руках. Свою он тоже прихватил.
– Бросай книжки, пошли на стадион!
– Нет.
– Я и палочку достать могу.
Драко устало сел на стул.
– Поттер, скажи, что тебе от меня нужно?
– Я же вчера сказал.
– Допустим. Дружба, да. Ладно. Но обязательно появляться передо мной каждый божий день?!
Гарри хмыкнул:
– Разумеется. Пошли, полетаем. И захвати мой снитч.
Драко, разглядывая физиономию Поттера, ясно осознал, что отвязаться не получится.
***
Они шли по дорожке к стадиону. Драко стоило большого труда не высказываться по поводу маггловских шмоток Поттера. Его всегда раздражала манера магглов одеваться, слишком кричащая и неопрятная. Поэтому в школьные годы форма была для него спасением. По большей части.
– Малфой, да говори уже, – улыбнулся Поттер, заметив на себе косой взгляд. – А то уже вон пятнами пошел от натуги.
Драко вздрогнул и зыркнул на веселого гриффиндорца не хуже василиска.
– Правильно вас гриффиндурками прозвали, – себе под нос пробурчал он.
– Смелее, Малфой. Смелее, – подбодрил Гарри.
– Ты похож на пугало в этих тряпках, – процедил Драко. Сиреневые кеды, светло-серые суженные джинсы и ядовито-салатовая футболка – пугало как оно есть. – У меня аж в глазах рябит, – демонстративно скривился он.
– Не будь таким снобом, Малфой, – подмигнул Гарри. – У меня очень хорошее настроение.
– Поэтому ты одеваешься как клоун?
– Да, Малфой! – расхохотался Поттер. – Ты оказался на удивление прозорливым. Пошли, – он потащил Малфоя за собой, схватив за рукав мантии.
Драко опешил от такой наглости. И даже пошел следом.
– Надеюсь, на уроки ты так одеваться не будешь!
– А что, Макгонагалл нажалуешься?
– Вот еще! Ученики тебя и так засмеют, без моей помощи! Директор сама все узнает.
– Какая же ты язва, Малфой. Давай снитч!
Они как раз были уже на середине поля. Драко неохотно протянул мячик.
– Итак, правила простые, – воодушевленно начал Гарри. – Ловим снитч. Кто первый поймал, того второй угощает выпивкой!
– Выпивкой? Поттер, тебе вроде бы уже двадцать шесть, а не двенадцать.
– А что такое?
– Ведешь себя как пацан! – рявкнул Драко. – И я не пью, – уже спокойно добавил он.
– Совсем?
– Редко. И только вино.
– Какое?
– Белое.
– Какое-какое?
– Белое.
– Это какое?
Драко снова пошел пятнами, поняв, что над ним издеваются. Он выхватил у Гарри снитч и злобно прошипел:
– Я пью дорогое белое сухое вино. И ты купишь мне бутылку! – Затем выпустил снитч и оседлал метлу.
– Змееныш, – прошипел Гарри на парсельтанге.
Он с улыбкой посмотрел вслед поднявшемуся в небо Малфою. Он две недели пытался мыслить рационально. Он вспоминал детство, соперничество с Малфоем, сломанный нос. Вспоминал, как Драко соврал собственному отцу и сумасшедшей тетке, что не узнал его, хотя Гарри по глазам видел, что узнал. Вспоминал, как увидел Драко в Адском пламени и рванул к нему еще быстрее, даже не задумавшись о причине поступка; он просто был должен это сделать. Вспоминал, как едва не убил его, спасибо подоспевшему Снейпу. Но сейчас все это не имело никакого значения. Драко повзрослел, стал интересным. Иррационально, но Гарри хотелось с ним общаться. А прошлое нужно оставить в прошлом.
Он хмыкнул собственным мыслям, оттолкнулся ногами от земли и полетел следом…
…Полет закончился через двадцать минут. Драко снова поймал снитч. Гарри снова шлепнулся на землю. На этот раз крепче, аж в ушах зазвенело. Какая-то нехорошая традиция.
Драко опустился на землю и спрыгнул с метлы. А затем пошел к Поттеру. Парню повезло – шлепнулся в полутора метрах от воды.
– Неужто это великий ловец Гарри Поттер? – язвительно усмехнулся Драко. – Я был о тебе лучшего мнения.
– А разве такое возможно? – сидя на песке, спросил Гарри, потирая затылок. Основной удар пришелся на задницу, но и голове досталось, вот и звенело сейчас.
Драко скривился:
– Ты отлично летал раньше.
– Малфой, ты только что меня похвалил? – Гарри картинно схватился за сердце. – Где же адские псы, где разлом в Преисподнюю после такой речи?! Ну, или тропинка в Азкабан.
– Идиот, – хмыкнул Драко. Хотя при упоминании Азкабана его дернуло. Он уже понял, что с этим придурком все нормально, да и в принципе его это волновать не должно.
– За тобой бутылка. – Он развернулся и пошел в сторону замка.
– Эй, Малфой! – заорал ему вслед Гарри.
– Ну, чего тебе еще от меня надо?!
– Завтра в полдень на стадионе! И захвати мой снитч!
«Да он уже давно мой!» – мысленно рявкнул Драко. И не заметил, что остальное у него претензий не вызвало...
***
– Добрый день, профессор Снейп, – вежливо поздоровался Гарри, войдя в кабинет ЗоТИ.
– Мистер Поттер, – поприветствовал его Снейп. Он несколько мгновений осматривал Поттера, а потом спросил максимально равнодушным голосом: – Что это на вас надето, мистер Поттер?
Гарри невольно мельком оглядел себя и закатил глаза:
– Не утруждайтесь, профессор. Драко уже все мне высказал. Я одет как пугало, я в курсе, – с улыбкой ответил Гарри. Нарисованный Снейп приподнял бровь. – Но мы же не будем обсуждать мой гардероб. Или будем? – Гарри склонил голову на бок.
– Не будем, мистер Поттер, – покладисто согласился Снейп. – Раз вы уже все знаете.
– Спасибо, профессор. Я вот думал, как лучше оборудовать класс.
– Решили взяться за дело всерьез, как я погляжу.
– ЗоТИ – слишком нужный предмет, профессор, – ответил Гарри. – И вы не хуже меня это знаете. Возможно, если бы вы преподавали этот предмет, все было бы иначе. Тогда.
– Возможно. Но прошло уже много лет. Итак, мистер Поттер. ЗоТИ – это, в первую очередь, темная магия. Вам нужна защита. Точнее, вашему классу. Чтобы магия не вредила зданию, ученикам в этом классе и собственно вам.
– Есть предложения, или какие-то заклинания?
– Есть несколько заклинаний, старых. Они описаны в книге Филициуса Скеджа «Защити свой дом».
– Звучит, как поваренная книга, – хмыкнул Гарри.
– Которая находится в запретной секции.
– А, вот теперь подробнее.
Снейп поджал губы, но продолжил:
– Мистер Малфой ставил защиту, касательно своих зелий. Советую еще проконсультироваться у него. Возможно, это пригодится.
– Но вы же тоже были профессором Зельеварения.
– Но я же не энциклопедия – помнить все. У Драко остались мои записи и журналы. Я смогу вас сориентировать по ним.
– Осталось уговорить его этими записями поделиться, – себе под нос усмехнулся Гарри.
– Придумайте, как это сделать, мистер Поттер, – произнес Снейп. – Возможно, вам не стоило сразу отводить мистера Малфоя в Тайную комнату.
– Уже разболтал? – улыбнулся Гарри. – Не переживайте, профессор. Там еще сброшенная кожа осталась. С целого василиска. Кстати, об этом.
– О коже василиска? – выгнул бровь Снейп.
– О Драко. Как так получилось, что он здесь и он один? Я понимаю, что факультет Слизерина – не самый дружественный и дружелюбный. Но у него же были... ммм... те, с кем он общался.
– Вы не читаете газет, мистер Поттер? – нарисованный Снейп сложил руки «домиком».
– Последние семь лет не читаю, профессор.
– Вот как. И все же. Тогда спросите об этом у мистера Малфоя сами. Так будет лучше.
– Хорошо, профессор, – тряхнул головой Гарри, решив не спорить. – Ладно. С защитными чарами я понял. Может, стоит сделать помещение больше? Отработка заклинаний требует простора. Что скажете?
***
Когда в дверь постучали, Драко, находясь в кабинете, захлопнул книгу и тяжело вздохнул. Когда-то казалось, что Хогвартс – это крепость, защищающая его от внешнего мира. Но так было до появления Поттера. От него, судя по всему, даже Хогвартс не спасет.
Стук повторился. Затем наступила тишина. А потом Поттер просто зашел и сообщил:
– Я вхожу.
– Да ты уже тут, – буркнул себе под нос слизеринец.
Зайдя в кабинет, Поттер радостно улыбнулся:
– Вот. – И поставил на стол перед Драко бутылку вина без этикетки.
– Из Хогсмида.
– Я говорил про дорогое вино, – выгнул бровь Малфой.
– Сказали, что из Франции.
– И ты, конечно, поверил?
– А что такого?
– Ты не можешь быть таким... гриффиндорцем, – фыркнул Драко.
– Тебе шашечки или ехать? – поинтересовался Гарри.
– Что? – не понял Драко.
– Тьфу... Тебе нужно хорошее вино или этикетка?
Драко промолчал и снова посмотрел на бутылку:
– Ты хочешь сказать, что внутри – элитное вино?
– Я хочу сказать, что, первое: стоит доверять мне, я же гриффиндорец, второе... – Гарри выдержал паузу, – места знать надо.
– Это в Хогсмиде-то? Где я и так все места сам знаю? – выгнул бровь Драко, проигнорировав фразу про доверие. По лицу Поттера было понятно, что ничего не понятно. – Давай сюда бутылку, – вздохнул он.
Гарри пододвинул бутылку поближе. Драко достал из ящика стола штопор, затем сходил в гостиную и взял два бокала. Открыв бутылку, он плеснул в первый бокал буквально глоток и принюхался к содержимому. Гарри очень старался, но ухмылка расползлась по лицу против его воли и Драко это заметил.
– Теперь-то что?
– Ты еще лизнуть не забудь!
– Поттер, ты можешь быть хоть каплю менее раздражающим, чем обычно? – Он сделал глоток и прикрыл глаза, пытаясь понять вкус. Как ни странно, вино оказалось превосходным. Но черта с два он скажет об этом Поттеру. – Могло быть и лучше.
Плеснув еще немного вина себе, он налил во второй бокал и пододвинул к Поттеру.
– Так и быть. Приз засчитан.
– Благодарю, милорд, – Гарри отсалютовал бокалом. – Счастлив угодить.
Драко почти сделал глоток, когда это услышал, а потому фыркнул прямо в бокал, подняв брызги и едва не поперхнувшись. Гарри прикрылся бокалом, чтобы не смеяться совсем уж открыто.
Отвернувшись, Драко быстро привел себя в порядок и со вздохом сел в кресло.
– Поттер, тебе не кажется, что тебя слишком много в моей жизни?
Гарри моргнул, с комфортом устроился в кресле напротив, а потом улыбнулся:
– Я же говорил: мне скучно.
– Так займись приготовлениями к учебе!
– Я занимаюсь. Профессор Снейп дает ценные советы. И кстати об этом! Он сказал, что у тебя есть его записи по защите.
Драко злобно глянул на пустующий портрет и кивнул:
– Есть. Профессор Снейп оставил мне свои записи, касающиеся Зельеварения и преподавания. Хотя, думается мне, их гораздо больше.
– Хочешь сказать, есть еще какие-то?
– Я более чем уверен, но разболтать этот портрет невозможно.
И это было правдой. Драко, может быть, редко прислушивался к советам крестного, когда был ребенком, однако был более чем уверен, что такой сильный маг вел записи касательно волшебства, в том числе, времен Волдеморта. Но при любом намеке узнать, где они, Снейп просто переводил тему разговора или уходил в другие картины «по срочным делам».
Гарри весело посмотрел на пустующий портрет.
– Разболтать...
– Поттер, ты что-то задумал, – Драко не спрашивал, он утверждал.
– Сам сказал, надо разболтать Снейпа.
– Ну, попробуй. Мне за семь лет не удалось.
– Просто ты не знаешь профессора так, как знаю я, – подмигнул Гарри.
– Это как? – поигрывая бокалом, спросил Драко.
Гарри глотнул вина.
– На пятом курсе Снейп занимался со мной окклюменцией, чтобы Том не мог прочитать мои мысли...
– Кто? – Драко больше удивился, что Поттер так называет...
– Темный Лорд.
...Темного Лорда. Маггловским именем. Драко кивнул, чтобы Поттер продолжал.
– Давалась мне окклюменция непросто. Легилименция давалась лучше. Так что это было взаимное... проникновение, – Гарри дернул бровями и улыбнулся.
– То есть, ты гулял по его воспоминаниям и мыслям?
– Именно так.
– Ты хочешь его чем-то шантажировать? – вскинул брови Драко.
– Шантажировать портрет? Хех. Нет. Скорее... сыграть на его чувствах.
– Подозреваю, что у него их нет.
– Ты очень сильно ошибаешься, – Поттер немного грустно улыбнулся.
– Вот как?
– Именно так.
Драко замолчал. А потом неожиданно даже для самого себя сказал:
– Поттер, с днем рождения.
– Чего? – Гарри даже опешил.
– Я забыл это сказать тогда, – Драко слегка смутился и отвернулся.
Гарри выгнул бровь.
– Забыл? Хм. Ну, ладно. Спасибо, Малфой. И за подарок тоже.
– За подарок? Я ничего не дарил тебе.
– Ну, это твоя точка зрения, – пожал плечами Гарри, вспоминая неподдельный восторг с примесью ужаса в глазах Драко, когда тот увидел скелет василиска.
– А у тебя, стало быть, другая? Не хочешь просветить?
– Может быть. Когда-нибудь позже, – туманно отозвался Гарри.
***
Драко шел по коридору, когда услышал непонятный приглушенный шум, доносившийся сверху. Он посмотрел на потолок. Потом поднялся по лестнице на этаж выше. И пошел в сторону источника звука, который, кто бы сомневался, доносился из кабинета ЗоТИ. Драко заинтересованно выгнул бровь и открыл дверь.
Класс стал гораздо больше. Ни парт, ни стульев не было. На постаменте в углу стоял большой магический граммофон. Драко видел подобные устройства, и совсем не удивился. Едва ли что-то еще могло работать в Хогвартсе. Именно граммофон издавал эти самые жуткие звуки. Поттер в такт этой... музыке аппарировал по классу. Стоп. Аппарировал? В Хогвартсе?! Аппарировал по классу, бросая в стены заклинания. Все они отражались от защитных чар, которыми были буквально увиты стены.
Драко зашел, вытащил палочку, взмахнул и класс погрузился в гробовую тишину. Поттер обернулся и посмотрел на него необычно яркими зелеными глазами, широко улыбаясь. Посмотрел так, словно не сразу увидел и узнал. Они с минуту молчали, а потом Драко спросил:
– Мерлин! Поттер, что это за какофония?!
– Это рок-музыка, – усмехнулся Гарри.
– Это НЕ музыка!
– О, ты очень сильно ошибаешься! – Гарри ухмыльнулся еще шире, подошел к комоду у стены, на котором стоял графин с лимонадом и налил себе стакан. – Ты можешь ненавидеть магглов, но они создают удивительную музыку.
– Что ж тут удивительного?
– Как-нибудь я запишу тебе диск.
– Что запишешь?
Поттер с интересом уставился на него:
– Малфой, а ты вообще в мире магглов бывал?
– Давно. С отцом. По делам.
– То есть, ты ничего не помнишь?
– Мне это не нужно, – Драко дернул плечом.
– Ла-а-а-адно. Мы вернемся к этому разговору. Кстати! – Гарри открыл комод и достал из него еще одну бутылку вина. – Это за сегодняшнее. – Он отдал бутылку и радостно улыбнулся.
– Такое впечатление, что ты сразу купил ящик и с чистой совестью мне проигрываешь вот уже неделю, – Драко глянул на бутылку, этикетки снова не было.
– Ну, меня это не слишком расстраивает.
Драко повертел в руках бутылку, а потом вспомнил:
– Я отыскал те записи профессора Снейпа, что ты просил.
– Так ты не забыл! – Поттер снова счастливо улыбнулся. – Это отлично! Захвати с собой на ужин.
– Я не...
– Кхм... – в кабинет вошла директор Макгонагалл. – Профессор Малфой, профессор Поттер.
– Директор, – приветственно кивнул Драко.
– Профессор Поттер, зайдите ко мне в кабинет через полчаса. Я хотела обсудить с вами начало занятий.
– Хорошо, директор.
– И кстати... Хагрид приехал, – чуть улыбнулась женщина.
Гарри больше ничего не сказал, он сорвался с места и рванул вон из класса.
А Драко, прижимая к себе бутылку, в этот момент понял, что придется идти на ужин. Во избежание.
***
Гарри заметил Хагрида издали. Он скучал по доброму великану, который всегда питал к нему самые светлые чувства, вот уже семь лет.
– Хагрид! – закричал Гарри и замахал руками на бегу.
Хагрид, сидевший возле своего дома на крыльце и явно что-то выговаривавший Клыку внутри, обернулся и с удивлением широко улыбнулся. В его темных волосах прибавилось седины за прошедшие годы.
– Гарри! – раздался радостный бас. – Рад тебя видеть! Что ты здесь делаешь?
Гарри добежал и обнял поднявшегося Хагрида. Тот с улыбкой обнял его в ответ, положив массивную ладонь на макушку и слегка растрепав волосы.
– Я так соскучился, – сказал Гарри.
– Я тоже, Гарри. Я тоже. Пойдем в дом. И все же что ты здесь делаешь?
Гарри уселся в кресло, а Хагрид занялся чаем.
– Я теперь профессор, Хагрид, – улыбнулся Гарри. – Буду преподавать ЗоТИ.
– Правда? – Хагрид удивился и обрадовался. – Это отличная новость. Из тебя выйдет отменный учитель.
– Спасибо, Хагрид.
– А как... как у тебя... ну... с ним... – Хагрид как всегда пытался что-то сказать, не говоря этого.
– С Малфоем? – бесхитростно спросил Гарри. – Нормально. Летаем вместе.
– Это хорошо? – неуверенно улыбнулся Хагрид.
– Хорошо, – кивнул парень в ответ.
Хагрид налил в кружку кипятка и отдал ее Гарри. От предложенных кексов, памятуя о предыдущем опыте, Гарри отказался. Они молчали несколько долгих минут. И оба думали о том, что прошло столько лет с тех пор, как они виделись в последний раз и Гарри покинул… всех.
– А Малфой давно преподает? – держа горячую кружку, наконец, спросил Гарри.
Хагрид облегченно выдохнул и ответил:
– Уже почти семь лет. Как случился тот Суд...
– Почему ты не сказал мне об этом?
– Не думал, что это важно. Я же не думал, что ты вернешься сюда преподавателем, – великан улыбнулся. – Да и на письма ты… не отвечал почти. Но я рад. Очень рад, что Гарри Поттер вновь вернулся в Хогвартс.
– Теперь будем работать вместе! – скрывая смущение, отсалютовал кружкой гриффиндорец.
– Да. И это хорошо.
Гарри кивнул и принялся пить чай. Они не виделись с Хагридом очень давно, сначала обоим было неловко, но затем Гарри начал расспрашивать великана про Хогвартс, про его преподавание, ведь Хагрид все так же учил детей обращаться с волшебными животными и встречал первогодок на лодках. Темы Драко они больше не касались, хотя Гарри понял, что его друг не слишком хочет об этом говорить.
Как и директор. Такое ощущение, что то ли они скрывают какую-то тайну, касающуюся Малфоя, то ли оберегают его. Возможно, все же стоит еще раз попробовать разговорить портрет профессора Снейпа.
***
– Профессор Поттер, – начала официально Макгонагалл, но потом посмотрела на него поверх очков, совсем как Дамблдор, и добавила мягче: – Гарри. Не просветите ли меня, как вам удалось аппарировать в Хогвартсе? И зачем вам это понадобилось?
– Эм, – Гарри взъерошил волосы на затылке. – Понимаете, директор... Раз уж вы пригласили меня на должность преподавателя ЗоТИ, то я решил, памятуя собственное прошлое, преподавать именно ЗоТИ. Поэтому, мне нужен кабинет, в котором я смогу обучать учеников разным заклинаниям и не бояться, что они, тренируясь, разрушат Хогвартс.
– Это похвально, Гарри, но не объясняет, как вы обошли магию школы и смогли аппарировать внутри нее.
– Ну... Я вспомнил слова профессора Дамблдора о том, что у него, как у директора, есть некие привилегии перед остальными. Посидел в библиотеке, заглянул в Запретную секцию. И подобрал комбинацию чар, которые позволяют снять запрет на аппарацию внутри одного класса. Я проверял. Аппарировать из класса за его пределы невозможно. Это позволит проводить обучение старшекурсников аппарации прямо в классе, и не нужно будет снимать защиту с замка и его территории. Кстати, директор, я бы возродил Дуэльный клуб. И мы могли бы обучать учеников на собственном примере.
– Мы? – переспросила Макгонагалл.
– Я думаю, смогу уговорить Малфоя стать моим партнером для учебных дуэлей, – пожав плечами, с улыбкой сказал Гарри.
– Профессора Малфоя, – на автомате поправила директор. А потом удивилась. – Вы всерьез полагаете, что он согласится?
– А вы думаете, что он откажет себе в удовольствии прилюдно надрать мне задницу?
– Профессор Поттер!
– Прошу прощения. Но смысл вам ясен. Драко Малфой не упустит такой шанс, поверьте.
По лицу директора было видно, что она более чем поняла слова своего бывшего ученика, а теперь и коллеги.
– Что ж, эту идею стоит обдумать. Но необходимо ввести ограничения, и открывать Дуэльный клуб не раньше пятого курса. И не раньше чем через пару месяцев вашего преподавания.
– Согласен. Но вот по поводу пятого курса... Может, обсудим еще раз?
– Хорошо. В таком случае, мы сделаем это чуть позже. А сейчас нам пора на ужин.
Гарри, занятый классом и встречей с Хагридом, был совершенно согласен. Главное, основную идею он донес до директора.
Они вместе с Макгонагалл спустились на первый этаж и, мирно беседуя, прошли в Главный зал. Где за столом с мрачным видом сидел Драко и угрюмо взирал на стол.
– Рада вас видеть, Драко, – чуть улыбнулась Макгонагалл.
Поттер сделал проще: отодвинул стул, сел и хлопнул Драко по плечу.
Драко возмущенно зыркнул на него и прошипел:
– Это было вовсе не обязательно.
– Я поздоровался!
Хагрид и вернувшийся к началу учебного года профессор Флитвик взирали на происходящее с легким изумлением на лицах.
– Мы уже виделись сегодня, Поттер, – бросил Драко. – И не один раз.
– Ага, – усмехнулся Гарри. – И еще не раз увидимся до полуночи.
Лишь воспитание удержало Драко от того, чтобы побиться головой о стол или приложить об стол башкой Поттера, а хотелось. Сжав в руке вилку, он проигнорировал последнее замечание.
– Я принес то, что ты просил, – Драко достал из внутреннего кармана мантии небольшую потрепанную записную книжку. – Испортишь, я тебя отсюда живым не выпущу.
Гарри радостно схватил записи и принялся их листать, попутно пробормотав:
– Да-да, как скажешь.
Малфой скрипнул зубами. Не стоило посещать ужин в Главном зале, теперь он это четко осознавал.
– Профессор Малфой, я рада, что вы присоединились к нам за ужином, – чуть улыбнулась директор Макгонагалл.
Драко кивнул и не стал отвечать. Поттер его больше не трогал, слава Мерлину. Ни руками, ни словами. Он уже понадеялся, что сможет тихо исчезнуть из-за стола. Но, как оказалось, рано.
Едва он успел доесть, как Поттер схватил со стола два пирожка, зажал их в руке, этой же рукой подцепил Драко под локоть, даже не поинтересовавшись, поел ли он, и, бросив тихое:
– Пошли, дело есть, – поволок Драко из-за стола и вообще вон из Большого зала, держа в другой руке книгу, продолжая что-то усердно читать.
Драко даже оглянулся на преподавательский стол. Хагрид нахмурился, глядя им вслед. А вот Макгонагалл загадочно улыбалась, прямо как когда-то Дамблдор. Старая ведьма.
Наконец, в коридоре он не выдержал и вырвался из рук Поттера, к слову масляных от пирожков.
– Поттер!
– Чего? – Гарри надкусил пирог, а второй протянул Драко. – Будешь?
– Я тебя сейчас подвешу на ближайшей люстре!
– Зачем? Лучше пошли, выпьем того вина, что я приволок.
– Мне нельзя столько пить.
– Это почему? – Гарри даже от записной книжки оторвался.
– Алкоголь влияет на концентрацию зельевара.
– У вас какие-то другие мозги?
– Видимо, у тебя их просто нет!
– Ну, пошли, мне нальешь, – бесхитростно ответил гриффиндорец и пошел в сторону преподавательского крыла.
Драко изумленно смотрел ему вслед. Именно изумленно. Видимо, он слишком долго был один. Видимо, его чувства к Поттеру изменились. А может, это чары? Может, его околдовали? А может, просто захотелось совершить убийство, а позже спокойно лечь спать с чувством выполненного долга.
Драко покачал головой и просто пошел следом. Сопротивление было бессмысленным. Поттера не интересовало чужое мнение, лишь свое. Что было довольно нетипично для гриффиндорца. "Зато типично для слизеринца", – подсказало подсознание. Драко насмешливо фыркнул в ответ на подобные мысли. Он смотрел на слегка сутулую спину впереди, черные волосы, которые, хоть и были коротко пострижены, все равно выглядели так, будто Поттер только что землю пропахал головой. Одежда была, хоть и маггловская, зато нормальной цветовой гаммы на этот раз. Нет, не получилось у Драко слизеринца увидеть, но… не то, чтобы он пытался.
Поттер вдруг развернулся, пристально посмотрел Драко в глаза. Драко почувствовал легкое прикосновение к сознанию, которое сразу исчезло. Поттер тепло улыбнулся и сказал:
– Извини. Не удержался.
Драко рот открыл от изумления, когда понял, что только что произошло.
– Держи свое сознание при себе!
– Я же не облапал тебя!
– Еще бы ты меня облапал! Больше не смей лазить в мою голову!
– Да говорю же, не специально.
– Да, конечно, – скривился Драко.
А про себя подумал, что с Поттером что-то не так. Магия такого уровня и без палочки?! Этим в принципе в истории магического мира могли похвастаться очень и очень немногие.
Стоп.
– Я надеюсь, ты в мою голову сейчас не полез? – подозрительно прошипел Драко.
– А что, у тебя там сейчас что-то похабное крутится? – весело усмехнулся Гарри.
– Придурок.
Так они и добрались до преподавательского крыла.
***
Северус Снейп с большим удовольствием вернулся в картину, висящую в комнате Драко. Дамблдор, конечно, был отличным собеседником, для тех, кто способен выносить его манеру общения. Северус был на такое способен, определенно, но и его терпение не было безграничным. Поэтому он появился в центре портрета крестника, надеясь на тихий вечер, который пройдет в шорохах бумаг, скрипе пера и неспешных разговорах, в основном, о Поттере. Драко снова, как в школьные годы, говорил лишь о «проклятом Поттере». Но оказавшись в картине, Северус услышал смех и совершенно точно пьяные разговоры. Драко в комнате был не один. С ним был Поттер, и, судя по блеску в глазах, уже не совсем трезвый.
– ...и тут вылетает четвертая бумажка. И я слышу свое имя, – рассказывал Поттер. – Я думал, я поседею в тот момент. Я даже с места сдвинуться не мог от ужаса, – и говорил это все с улыбкой. Драко смотрел на него затаенно-заинтересовано, напустив равнодушный вид. – Гермиона достаточно просветила меня о том, что такое Тремудрый турнир. А мне всего четырнадцать было. И умирать не хотелось. Кстати, Снейп не рассказывал, как он помог мне на турнире?
– Крестный помог тебе?
– Ага, – покивал довольный Поттер. – Он подсунул Невиллу книжку про жаборосли, которые Невилл и дал мне для испытания в озере.
– Мой крестный? – недоверчиво переспросил Драко, делая глоток вина.
Еще полчаса назад, благодаря болтливости Поттера, он упустил момент, когда говорилось, что больше пить не стоит.
– Представь себе, – кивнул Гарри, потягиваясь в кресле для гостей.
Драко сидел в своем, скинув мантию, и наблюдал за собеседником.
Собеседником. Да. Они уже давно закончили школу. Северус часто говорит, что прошлое должно оставаться в прошлом, каким бы болезненным оно не было.
– Не понимаю, почему он тебе помогал, – наконец, фыркнул Драко.
Северус замер, прислушиваясь.
Гарри изменился в лице, и улыбка стала грустной.
– Я сам все понял только тогда, когда изменить уже ничего было нельзя. И у меня не осталось возможности сказать ему «спасибо», когда он был еще жив.
Северус, тихо сидевший в картине в своем кресле, изумленно посмотрел на Поттера. Драко заметил его возвращение, но вида не подал.
– Твой крестный... Один из лучших людей и преподавателей, которых я знал. Увы, понял я это слишком поздно. Я немного удивился, когда узнал, что ты преподаешь Зельеварение, но мне кажется, что это логично.
– Почему?
– Он обучил тебя лучше многих. Он следил за твоими успехами и пытался помочь, чтобы ты не делал глупостей. Да и мне он помогал. Поэтому, я рад, что его место здесь занял именно ты.
Драко чуть не подавился вином от таких откровений. А Северус порадовался, что в его руке сейчас нет чашки с чаем, а то и выдержка могла не спасти.
Поттер щелкнул пальцами, продолжая мысль, словно и не заметил реакции Драко.
– Правда, глупость ты все же сделал, – склонив голову на бок, он посмотрел на Малфоя. – Не уберег тебя Снейп. Хотя ты потом пытался исправить, что натворил. И у тебя даже получилось.
Драко почувствовал, что краснеет, но списал это на действие вина. Вспоминать о тех событиях совершенно не хотелось.
– Поттер, я не успеваю за твоей мыслью, – покачал он головой, прикинувшись более пьяным, чем есть на самом деле.
– Успеваешь, – кивнул Гарри. – Не ври, Малфой. Все ты понимаешь. Просто скажи, что тебя заставили, и я поверю.
– Заставили? – переспросил Драко немного севшим голосом. Он знал, что Поттер говорил про Метку.
– Скажи, что ты не сам захотел этот милый рисунок себе на руку, – подтвердил его догадку Гарри.
Драко замер, не зная, что сказать. Он не знал, что нужно сказать. Что захотел? Но это не правда. Он не хотел, хотя и мечтал время от времени, когда был младше и влияние Люциуса было сильнее. Заставили? Тоже не правда, он сам согласился. Стоит ли вообще говорит о подобном Поттеру?
– Не будьте таким тугодумом, Поттер, – раздался растягивающий гласные голос Северуса. – Разумеется, Драко не сам захотел Метку Пожирателя.
– Это ваша версия, профессор, – весело заметил Гарри, обернувшись к портрету. – А я хочу услышать его версию, – он махнул бокалом в сторону Малфоя. – Чтобы он сам сказал.
– И что это изменит, мистер Поттер? – спросил Снейп.
– Ничего не изменит, – удивился Гарри. – Я просто хочу знать правду, вот и все. Это нужно только и исключительно мне.
– Эта правда не имеет веса. Война давно закончилась.
– Для вас – может быть, – голос Гарри изменился и сел. – Но не для меня. И не для Драко. Я ведь прав?
Малфой опустил голову. А потом тихо прошипел:
– Иди к черту.
– Так я и думал, – хмыкнул Гарри.
– Вали к себе, Поттер. Я устал и не в настроении продолжать эту чудную беседу.
Поттер даже спорить не стал. Залпом допил остатки вина в бокале, поднялся и картинно взмахнул рукой:
– Всем доброй ночи!
Когда дверь за ним закрылась, Драко схватил открытую бутылку, налил почти целый бокал и залпом его выпил.
Северус насчитал на полу еще две, уже, судя по всему, пустые бутылки.
– Будь осторожен со словами, Драко, – сказал Северус. – У Поттера есть уникальная особенность вытягивать из людей самое болезненное.
– Я знаю, – хмыкнул Драко. – Его отвратительной чертой всегда была упрямая правота. Этот... Он чертовски прав...
***
Стоило Морфею выпустить его из своих объятий, как нахлынула головная боль и Гарри застонал. Сев в постели, он уставился в окно и принялся соображать. Если голова раскалывается, а в горле сухо, как в пустыне, значит он вчера пил. Точно, с Драко. И было весело. Драко сидел весь такой равнодушный, но охотно поддерживал разговор. Пока они не заговорили о Северусе Снейпе, а его пьяный мозг не вспомнил о Метке.
Гарри с трудом поднялся, нашарил на тумбочке очки и, покачиваясь, пошел в комнату Драко. Он толкнул дверь, не утруждаясь даже постучать.
– Малфой, дай антипохмельное, – прохрипел он, держась за голову и пошатываясь.
– Иди нахуй, Поттер, – в тон ему прохрипел Драко из соседней комнаты.
Гарри проигнорировал посыл, повернул голову и увидел сквозь дверной проем сидящего на кровати Драко, который упер локти в колени и обхватил голову руками. Из одежды на Малфое были лишь боксеры. Гарри резко опустил голову, из-за чего мир вокруг качнулся, и осмотрел себя. Слава Мерлину, он заснул в джинсах, сняв лишь футболку.
– Не будь задницей. Иначе я упаду на твою кровать и хрен ты меня отсюда сдвинешь.
Это стало весомым аргументом.
Драко тяжко вздохнул: вчерашние возлияния, как и ожидалось, оказались не слишком приятными для неподготовленного организма зельевара. Драко любил хорошее сухое вино, но лишь несколько глотков перед сном или вечером за работой. А они вчера уговорили практически три бутылки. Результат – адская головная боль, головокружение и тошнота.
– У меня может не быть этого зелья, – наконец, просипел слизеринец, проснувшийся минут десять назад.
– Быть не может...
– Может. Я такое не держу обычно.
– Что, и у старшекурсников не отнимал?
Эта мысль Драко в голову как-то не пришла. Хотя да, случаи были. Старшекурсники есть старшекурсники – те же дети, только с более взрослыми желаниями. Поэтому и выпивку он ловил, и пьяных студентов, и разбирался с их поведением тоже.
– Пошли. В кабинет возле класса... – Драко кое-как поднялся и влез в мягкие туфли-тапочки – в коридоре ковров никто ему не стелил. Когда он подошел к Поттеру, застывшему в проеме, тот расширенными глазами на него уставился.
– Что?
– Это...
– Что это?
– Ну... – Гарри неуверенно махнул рукой, указывая на грудь.
Драко склонил голову и увидел грудь и живот в привычных ярко-розовых росчерках – магических шрамах, выглядящих как совсем свежие. Ах, вон оно что.
– Твое, между прочим, художество, – бросил Драко. И если бы сейчас он не страдал похмельем, то непременно удивился бы, как беззлобно это прозвучало.
– Мое? – вышло отчаянно.
– Подвинься, Поттер. Ты же кинул в меня Сектумсемпру. Такие вот последствия оставила. Магические шрамы, всегда свежие. Не болят и ладно.
Гарри пошел за ним, как сомнамбула. Его всегда грызло неприятное чувство, когда он вспоминал, что случилось в туалете на шестом курсе. И не смотря ни на что, чувствовал себя виноватым. Он мог убить Малфоя. Его это, честно говоря, здорово напугало тогда. Он не планировал убивать никого, кроме Волдеморта.
– А шрамы... нельзя свести?
– Темномагические, как правило, нет.
– Ты пытался?
– Сделал вялую попытку, а потом бросил.
Они двинулись по коридору в сторону лабораторий.
Драко мимоходом подумал о том, что из преподавателей тут сейчас только Флитвик и Макгонагалл, но оба встают очень рано и удаляются по своим делам, а значит, двух чудаков практически в нижнем белье и с перегаром никто не заметит, слава Мерлину.
Гарри, шедший позади, принялся снова осматривать Драко.
– Эй, Малфой. Ты постоянно летаешь?
– А что?
– Фигура хорошая.
– Ну, спасибо что ли... – фыркнул тот.
И тут Гарри заметил повязку. Обычный белый бинт на левом предплечье, сантиметров десять шириной. Только хотел спросить что это, как полупьяный еще мозг догадался сам.
– Прекрати, Поттер.
– Что?
– Смотреть на меня, как на привидение. Да, под бинтом татуировка Пожирателя и нет, она не сводится, и да, я пытался. Больше шрамов нигде нет. Успокойся и иди дальше. – Драко буквально ощущал все эти вопросы и все эти взгляды, и откровенно говоря, ему было не по себе, слишком открытым он сейчас казался перед Поттером. Особенно перед ним. Зря не накинул хотя бы халат.
Гарри же до этой открытости не было дела. Точнее, нет, дело было, но впереди еще много времени. Сейчас ему было нужно антипохмельное зелье и только. Поэтому, моргнув, он просто решил на время забыть.
Зайдя в комнату с зельями, Малфой принялся копаться на одной из полок. Гарри привалился к стене и коснулся затылком каменной кладки. Он смотрел прямо перед собой, получалось, что на Драко. У Малфоя явно не было сил держать «фирменное» лицо. Он выглядел уставшим и нездоровым. Обычным парнем. Под бременем тяжелого груза глубоко в душе.
– Ага, – Драко нашел два флакона. – Нам повезло, Поттер. Это варил один из лучших учеников. Точно не отравимся.
Гарри протянул руку, а потом отлепился от стены и, словно зомби с вытянутыми руками-клешнями, пошел к Драко. Забрав зелье, залпом его выпил и прикрыл глаза. Вдруг быстро действует.
Драко опрокинул в себя второй пузырек и зевнул.
– А теперь вали нахрен отсюда.
– Ну, пошли к тебе.
– И оттуда нахрен вали.
Они вышли из кабинета, Драко запер дверь, и они двинулись обратно к жилым комнатам.
– Ты в курсе, что выражаешься как маггл иногда?
Драко скривился:
– Это утро стало еще более поганым. Все, Поттер. Иди спать. И мне надо... Еще часа два...
– Почему зелье не действует? – проныл Гарри, словно не слышал слов Драко.
– Потому что Уиллису не хватает выдержки, – ответил Драко. – Варит хорошо, но не хватает терпения все сделать, как надо. Терпи, Поттер.
– А я что делаю?
– А ты ноешь, – отрезал Драко.
Гарри вздохнул и пошлепал дальше. Он только сейчас понял, что ступает босыми ногами, значит, кеды с носками он вчера тоже снял. А Малфой ступал почти неслышно в своих тапочках. Гарри вдруг застыл взглядом на этих мягких тапках. Он представил вместо них другие: большие маггловские тапочки, похожие на низкие валенки, из искусственного меха. Только вместо искусственного меха представил настоящий белый кроличий мех.
– Твою мать, Поттер! – выругался Драко и чуть не подпрыгнул от неожиданности.
Тапки изменились, он этого не ждал точно, запутался в ногах и едва не растянулся на полу.
Гарри не удержался и хихикнул. Драко наградил его убийственным взглядом.
– Он еще в таком состоянии и палочку таскает... – пробормотал Драко, невольно разглядывая обновку. Тапки были очень большими и очень пушистыми. Все его естество отпрыска благородных кровей просто вопило от ужаса. Но похмельный мозг мог только материться. Поэтому Драко лишь вздохнул.
– А? Какую палочку? – не понял Гарри.
– Волшебную, идиот. Не колдуй в таком состоянии.
– Так я и не...
Драко не обратил внимания это бормотание и подошел к своей двери.
– Должен будешь тапки. Неприятных снов, Поттер – «вежливо» сообщил Драко и захлопнул за собой дверь.
Гарри постоял, глядя на дверь, почесал затылок и пошел к себе.
Спать, так спать.
***
В связи с похмельем, хоть и поправленным зельем, с молчаливого согласия решено было сегодня не летать. Спустившись на кухню за едой, Гарри там же и поел. Он пошел в свой учебный кабинет, забрал портрет Снейпа и пошел с ним в кабинет Мастера Зелий. Портрет пустовал и Гарри спокойно спустился с ним в подземелье.
– Профессор, – позвал он. – Не будете ли вы столь любезны, чтобы пообщаться со мной?
Снейп не сразу, но появился. Прям как Малфой – сделал одолжение.
– Мистер Поттер. Почему мы в моем кабинете?
Гарри хитро улыбнулся.
– Знаете, профессор, Драко упоминал о ваших записях, о которых вы упорно не говорите. И я подумал... что мне стоит убедить вас ими поделиться. Хотя бы некоторыми из них.
– Какая восхитительная наглость, мистер Поттер, – совсем как раньше процедил Снейп.
Гарри улыбнулся.
– Я все равно найду, – не то напомнил, не то заверил Гарри. – Уж вы-то знаете, что я всегда нахожу то, что ищу.
– Даже когда не подозреваете об этом, – сказал вдруг Снейп.
– Отдайте мне ваши записи для ЗоТИ. Мне они очень пригодятся. Вы обладаете острым умом, вы знаете о Темных Искусствах не меньше чистокровных семей. Но у вас нет причин ими не делиться. Они помогут детям, профессор. Я смогу их научить защищаться. Скажите мне, где они, и мне не придется переворачивать здесь все вверх-дном.
– Только я было решил, что Шляпа отправила вас не на тот факультет, как вы подтвердили, что распределение было верным, – хмыкнул Снейп.
– Я сам выбрал, где мне учиться, – широко улыбнулся Гарри. – Профессор, пожалуйста.
– Хорошо, – неохотно кивнул Снейп. – Есть кое какие записи для вашего курса... Да, думаю, они подойдут. Но вам, мистер Поттер, снова придется обратиться к мистеру Малфою.
– Ну, думаю, похмелье у него уже прошло, – ухмыльнулся Гарри. – Он выпил меньше меня.
– Это было неудачная идея. Для Драко.
– Ну, кто мог знать, что он настолько плохо пьет.
– А вы, я гляжу, поднаторели в этом за прошедшие годы.
Гарри хмыкнул:
– Не скажу, что рад. Но поводов было больше, чем я смел надеяться. Итак, записи.
– Записи я оставил Драко. Все. По завещанию они отошли моему крестнику и хранятся в Гринготтсе. Драко был отдан ключ. Вам необходим сундук с пометками «школа». Там вы найдете все что нужно, мистер Поттер.
Гарри пристально посмотрел на портрет Снейпа, улыбаясь.
– Хорошая попытка, профессор, – сказал он. – Я оценил.
– Не понимаю, о чем, мистер Поттер.
– Записи в Гринготтсе? И только? Тогда Драко ничего не стоило их забрать уже давным-давно. Хотя я допускаю, что кое-что вы там действительно оставили. Но мне нужны настоящие записи, профессор. Настоящие дневники по темной магии. И я больше чем уверен, что найду их здесь. Возможно, мне стоит выпить Феликс Фелицис, чтобы наверняка, – размышлял вслух Гарри. – Несколько капель. Этого вполне хватит, чтобы обыскать весь кабинет.
Профессор хмыкнул:
– По крайней мере, я попытался.
– Я в вас даже не сомневался, профессор. Итак, все же где эти записи?
– В кабинете директора, мистер Поттер.
– В кабинете директора? – недоверчиво переспросил Гарри.
– Именно так, – выгнул бровь нарисованный Снейп.
Гарри хмыкнул, легко улыбнувшись.
– И где именно в кабинете директора, профессор Снейп?
– Вы же всегда находите то, что ищите, мистер Поттер, – с легкой насмешкой отозвался Северус. – Ищите.
– Всенепременно, профессор, – заверил Гарри.
Значит, Снейп спрятал записи в одном из самых защищенных мест Хогвартса. Что ж, этого следовало ожидать. Даже вотчина Мастера Зелий – его кабинет, показался Снейпу не самым надежным местом. В то время как кабинет директора, напротив, был подобен крепости, если можно так выразиться. Гарри поднялся и взял портрет.
– Куда вы несете мой портрет, мистер Поттер?
– Обратно в свой кабинет, – отозвался Гарри. – Хочу показать вам заодно защитные чары, которые я наложил на стены в классе.
***
Вечер встретил Драко легкой головной болью, диким голодом и жаждой.
Проснувшись и приняв ванную, он опустошил графин воды и, взглянув на часы, понял, что эльфы ужин ему не оставили в гостиной, по-видимому решив, что он снова отужинает в Главном зале. И все из-за Поттера.
– Чертов придурок... – буркнул Драко, разглядывая свой шкаф.
Мантия была отвратительно измята, две другие находились в стирке, а черная казалась слишком теплой для лета. Плюнув на все, поверх рубашки он одел кофейного оттенка вязаный кардиган и, зевая, вышел из своих комнат. Заодно прислушался. За стеной было тихо, значит, Поттера здесь нет.
Идти ужинать придется в Главный зал.
За ужином Макгонагалл снова порадовалась его присутствию. Поттера не было. Это выводило еще сильнее. Признаваться, даже самому себе, что пришел на ужин из-за Поттера, Драко не собирался. Нет, он просто был очень голоден, и точка.
В свои комнаты он вернулся порядком раздраженным, отмахнулся от Северуса, схватил книгу потолще и плюхнулся в кресло у камина. Крестный пытался его разговорить, но Драко отмалчивался.
Время шло медленно, спать не хотелось. Он проспал весь день, что для него было странно, хотя сейчас чувствовал себя, особенно после еды, вполне сносно. Он даже не заметил, как погрузился в чтение, а потому не увидел, как открылась дверь. Зато услышал, как она закрылась. Оторвавшись от книги, он резко поднял голову, но никого не увидел. Но дверь точно хлопнула, закрываясь. Он невольно потянулся к палочке.
– Спокойно, Малфой, это я, – раздался рядом негромкий голос Поттера.
Драко вздрогнул и повернул голову в сторону звука.
– Поттер? – осторожно позвал он.
– Ага, – ответил голос и перед носом Драко появилась довольная рожа гриффиндорца. Исключительно голова.
Малфой отшатнулся:
– Какого боггарта...
– Я думал, ты спишь, – сказала голова. – Не хотел пугать.
– Вечно ты не хочешь, а получается, – пробурчал Драко, громко захлопнув книгу. – Кстати. А... где все остальное?
– Что остальное? – не понял Гарри.
– Тело, Поттер. Голову я вижу, остальное где?
– А, – усмехнулся Гарри и распахнул полы мантии. – Это мантия-невидимка.
– Мантия-невидимка?
– Ой, да ладно, Малфой. Все в школе знали, что у меня она есть, – отмахнулся Гарри. – Я чего зашел. Мне нужна твоя помощь.
– Моя помощь? – прищурился Драко.
– Ага. Так что вставай и пошли.
– Куда?
– В кабинет Директора.
– Зачем?!
– Искать записи Снейпа, – ухмыльнулся Гарри.
Драко вскинул брови и уставился теперь уже совсем удивленно:
– Поттер, а ты головой не ударялся?
– Слушай, ну я же не виноват, что твой крестный засунул то, что мне необходимо, именно в кабинет директора! Подозреваю, что как раз в те времена, когда сам директором и был.
– И почему я тебе помогать должен?
Гарри хмыкнул:
– Вряд ли Филч обрадуется такой просьбе. А у тебя и голова на месте, и помощь мне точно нужна – это все-таки не простой кабинет.
– Еще раз: почему я ДОЛЖЕН тебе помогать?
– Потому что мы дружим?
– Поттер, – вздохнул Драко. – Даже для тебя это слишком наивно. Мы не дружим. Ты просто таскаешься за мной как ловец за снитчем, и я до сих пор не пойму, почему.
– Да брось. Будет весело, – отмахнулся Гарри.
– И почему я сомневаюсь в этом, – Драко уже понял, что от него не отстанут. Это же Поттер. – Хорошо. Но если что-то случится, я все повешу на тебя. Глядишь, героя и не пришибут.
– Я всегда в тебя верил, Малфой, – покивал довольный Поттер.
Они не обратили внимания, как Снейп под шумок ушел из портрета, отправившись в картину, что висела в кабинете Директора. Оказавшись на месте, Снейп увидел, что Дамблдор не спит и хитро поглядывает поверх очков. Видимо, что-то замышляет, и то, что он умер, вообще не аргумент.
– Северус, друг мой. Сегодня интересная ночь, не правда ли? Что-то обязательно произойдет. Что-то хорошее.
– Почему вы думаете, что произойдет что-то хорошее? – поинтересовался Снейп, подумав, что произойдет то точно, судя по услышанному в комнате крестника, но вот насчет позитива очень сильно сомневался.
– Предчувствие, мой старый друг. Предчувствие.
Северус промолчал и, сев за нарисованный стол, принялся ждать мальчишек.
Гарри и Драко в этот момент как раз шли по коридору, скрытые от всех мантией-невидимкой. Идти приходилось чуть ли не в обнимку. Драко не нравилось, что ему приходилось прижиматься к Поттеру, а вот Гарри это, похоже, совсем не беспокоило. Он лишь шипел на Драко, чтобы тот вел себя тише.
– Что ж ты такой неуклюжий, Малфой, – веселым шепотом подтрунивал Гарри. – Топаешь, как стадо гиппогрифов.
– А ты, я смотрю, по этому поводу вообще не переживаешь!
– В смысле?
– Все ноги мне отдавил! Поттер, мы же не танцуем, иди ровно!
– А что, хочешь потанцевать?
– Слушай, ты ничего не принял перед этим «походом»? – язвительно осведомился Драко.
– Мы потом отпразднуем это событие! – радостно осклабился Поттер.
– Хрена лысого я с тобой пить буду!
– О! Малфой, ты истинный маггл!
Драко мстительно отдавил ему левую ногу.
Пробраться в кабинет Макгонагалл труда не составило. А вот дальше пришлось скинуть мантию-невидимку, потому что искать вдвоем под одним куском материи было не слишком удобно. Правда, искал только Поттер, потому что Драко сел на стул, закинул ногу на ногу и принялся наблюдать за этим идиотом, который ходил по кабинету и осматривался. Ну, хоть какое-то развлечение у него должно быть.
Вдруг раздались непонятные звуки. Поттер, выхватив палочку, развернулся, но вдруг улыбнулся и палочку опустил.
– Привет, Фоукс, – поздоровался он с фениксом. Поднявшись по ступенькам, он подошел к столику, на котором стояла жердочка, и погладил птицу. Та сейчас была в самом расцвете, а значит, середине цикла. – Давно не виделись.
Феникс склонил голову на бок и прикрыл глаза, а потом открыл один глаз и Гарри показалось, что птица посмотрела на него с укоризной.
– Да, знаю, мы не должны быть здесь, – продолжил Гарри, – но мне очень нужно найти кое-что. И когда я это найду, мы сразу уйдем.
– Если ты это найдешь, Поттер, – растягивая гласные, заметил Драко.
– Мог бы и помочь мне.
– Да я все еще не понимаю, зачем я тебе понадобился.
– Для помощи и поддержки.
– А, ну тогда... Я с тобой морально, Поттер! – съехидничал Драко. А затем поднялся и начал прохаживаться по кабинету.
Разумеется, в полумраке небольшой лампы на одной из стен их прекрасно видели портреты.
– Мистер Малфой, – кашлянул Северус.
Драко обернулся и подошел к картине.
– Северус, – спокойно отозвался Драко.
– Что ты тут, позволь узнать, делаешь вместе с Поттером?
– Судя по всему, служу талисманом, – хмыкнул парень.
– Только ли поэтому? – уточнил сидевший за нарисованным столом рядом профессор Дамблдор.
– Директор, – почтительно чуть склонил голову Драко.
Он мог ненавидеть Дамблдора, но признавал его могущество и всегда считал, что у Хогвартса был только один настоящий директор. Кроме того, он помнил о том, как дрожала его рука, когда он направил на старика палочку, а Беллатрисса ходила вокруг и своим тихим сумасшедшим голосом шептала: «Убей его, Драко! Давай же!». И все же уважения в Драко было больше, особенно когда он стал взрослее и начал осознавать, что чуть не сделал. И ведь Северус его тогда действительно спас.
– Рад вас видеть, профессор Малфой, – усмехнулся старик. – Мы с вами редко общаемся. У вас все хорошо?
– Все как всегда, директор.
Гарри даже рот приоткрыл, прислушиваясь к этой вежливой беседе. Что-то его беспокоило в слизеринце. И тут он понял, что именно: Малфой стал спокойным. Ненависть, злоба и зависть – то, что было присуще Малфою-подростку, уступили место спокойствию. Или безразличию? Этого он пока понять не мог.
– Я так понимаю, вы кое-что ищите?
– Да, Поттер потерял записи моего крестного, который из упрямства не стал рассказывать, где их найти.
– Даже про кабинет пришлось вытягивать в час по чайной ложке! – насупился Гарри.
– Гарри, мой мальчик! – поздоровался Дамблдор. – И тебе я рад. Из тебя выйдет отличный учитель. Не так ли, Северус?
– Как будто мое мнение вас волнует, директор.
– Я знаю, что вы думаете иначе, Северус, – хитро прищурился старик. – И вот, что я вам скажу, ребята: то, что вы ищите, находится прямо перед вашим носом.
– Вот всегда так... – пробормотал Драко, отходя от портрета. – Нельзя ведь просто сказать. Так же не интересно… – и вдруг замер. Он оглядел весь кабинет, покрутился вокруг своей оси, а затем снова вернулся к портрету. – Директор, повторите, что вы сказали, еще раз, пожалуйста.
– То, что вы ищите, прямо перед вашим носом, – улыбнулся Дамблдор.
– И перед моим тоже?
Старик улыбнулся еще хитрее.
А Драко хмыкнул:
– Ну, ладно. Поттер, иди сюда!
Гарри подошел и посмотрел на Драко. Малфой махнул рукой в сторону портрета Альбуса Дамблдора. Гарри посмотрел на портрет, кивнул, улыбнувшись, старому директору, и снова посмотрел на Драко.
– И?
– Записи там, – сказал Драко и снова указал на портрет.
– Где там? В портрете?
– За портретом, Поттер, – Драко закатил глаза
– С чего ты взял?
Драко пожал плечами и развел руками, говоря, мол, я все сказал, а ты сам думай.
Гарри подумал, снова посмотрел на картину, взялся за нижний край рамы и попробовал сдвинуть или снять. Снять не получилось, а вот открыть на манер дверцы – да. Правда, за портретом он увидел только стену.
– Но тут ничего нет, – Гарри снова перевел взгляд на Малфоя.
– И именно поэтому картина открывается как дверца, ну да, – покивал Драко. Он вздохнул, достал палочку и негромко произнес заклинания. Стена за портретом пошла рябью и явила металлическую дверцу чего-то, напоминавшего небольшой сейф. – Домушничать сам будешь.
– Разумеется, – обрадовался Гарри. – Негоже лорду марать руки вскрыванием тайников.
– Да неужели ты вспомнил об этом? После похмелья и прочего?
– А что прочее?
– Тапочки, – буркнул Драко. Он просто не мог оставить эту тему в покое. – Они… пушистые и белые!
– Это было весело, признай. И тебе идет белый.
– Это было по-детски, – Драко вернулся в кресло и с интересом уставился на Гарри. – Я помог. Разбирайся теперь сам.
Гарри вздохнул, поняв, что другой помощи уже не будет, и уставился на дверцу.
Но даже сделать ничего не успел, потому что раздался мелодичный звон.
– Твою же... Поттер, закрывай все и уходим! – рявкнул Драко.
– Почему?
– Я поставил следящие чары в коридоре перед кабинетом. Сюда кто-то идет! – Цепочка и маленький кулон на шее Драко снова дзынькнули.
Гарри вернул картину на место, потом одной рукой схватил мантию-невидимку, а второй – Малфоя за руку, после чего накрыл их обоих серебристой тканью.
– Тихо, Малфой, – зашептал Гарри. – Отходим вон туда, к стене за дверью.
– Зачем? – зашипел Драко, когда Поттер начал его подталкивать, положив руки на грудь.
– Потому что дверь тут одна, – прошептал Гарри. – Мы не успеем выйти. Мы столкнемся с тем, кто идет сюда, на лестнице. Мы можем лишь затаиться и переждать. И надеяться, что портреты не раскроют нас. Так что заткнись, Малфой, и делай, что я говорю.
– Вы все так же по-детски самонадеянны, мистер Поттер, – громко возвестил Снейп.
Драко высунулся из-под мантии и шепотом рявкнул:
– Вот не сейчас, Северус!
Они добрались до стены за дверью кабинета и затихли, затаив дыхание. Однако мантия не была рассчитана на двух взрослых магов, поэтому Гарри прижал Драко к стене, а сам прижался грудью к груди, уткнувшись носом куда-то в ухо. Малфой хотел было высказаться, но на лестнице раздались шаги – в кабинет кто-то поднимался.
– Кто у нас тут хулиганит, миссис Норрис? – проворчал своим противным голосом Филч. Держа в руке фонарь, старый сторож зашел в кабинет следом за кошкой, которая начала бродить вокруг его ног. – Что у нас тут за шум?
– А, мистер Филч! – обрадовался Дамблдор. – Как ваше здоровье?
– Хорошо, директор Дамблдор. Что тут за шум?
– Шум? Какой шум? Северус, вы ничего не слышали?
Кто-то из портретов прежних директоров хихикнул, а Снейп закатил глаза.
– Нет, директор. Мистеру Филчу, наверное, показалось, – кисло ответил он.
– Или, возможно, мы слишком громко разговаривали, – подсказал Дамблдор.
– Проклятье, – едва слышно прошептал Гарри на ухо Драко. – Она нас почувствует.
– Кто?
– Миссис Норрис.
– С чего ты взял? – одними губами спросил Драко.
– Знаю. Проходил уже, – Поттер напрягся, и это не укрылось от внимания Драко.
– Ты боишься? – насмешливо шепнул он и тут же напрягся сам – Поттер заткнул его, накрыв рот ладонью.
– Как будто я в школе, – едва слышно хмыкнул Гарри и чуть сдвинул ногу так, что колено оказалось между ног Малфоя. – Как раньше.
Драко очень захотелось двинуть Поттеру куда-нибудь в... В общем, куда-нибудь, да побольнее. Но Филч их тут же услышит. Поэтому пришлось ограничиться тем, что он схватил гриффиндорца за талию и побольнее ущипнул.
Судя по всему, кошка Филча их все-таки засекла, потому что пошла в их сторону.
– Мистер Филч! – тут же позвал директор.– Как здоровье миссис Норрис? Мне кажется, она похудела.
Филч предсказуемо переполошился, поставил фонарь на край стола директора и схватил кошку.
– Да, немного, директор Дамблдор, – пробрюзжал он. – Стала хуже есть.
– Возможно, это все же старость. Но вы ей давайте побольше овощей. К слову, домовые эльфы вам не откажут, если попросите сейчас.
– Но сейчас уже поздно...
– Надеюсь, ваша кошка не больна, мистер Филч, – продолжил мягко бормотать директор. – Было бы очень жаль, если…
– Да, пожалуй, стоит зайти на кухню. Да, моя дорогая миссис Норрис? – Филч поудобнее перехватил кошку, забрал свой фонарь и попрощался с портретами.
После чего ушел, прикрыв за собой дверь.
Молодые люди замерли еще на минуту, прислушиваясь. А потом Драко со всей дури укусил Поттера за ладонь.
– Ай! – зашипел Гарри, отдергивая руку. Мантия-невидимка сползла, являя их миру. – Ты сдурел, Малфой?!
– Еще раз дотронешься до меня, прокляну, – пообещал Драко и оттолкнул от себя гриффиндорца.
Гарри тряс рукой, а потом принялся осматривать ладонь.
– Зубы как у хорька, – ухмыльнулся он и посмотрел на Драко, вспомнив его школьное прозвище.
– Поттер, – процедил сквозь зубы Малфой.
– Ладно-ладно, – Гарри примирительно поднял руки перед собой. Потом очнулся и рванул к портрету. – Спасибо, директор Дамблдор. Спасли, – поблагодарил он Альбуса. Тот подмигнул ему, сверкнув стеклами очков.
Открыв раму, Гарри снова увидел металлическую дверцу. Он попробовал несколько простых заклинаний, но дверца не поддавалась.
– Боггарт...
– Что? – равнодушно поинтересовался Драко.
– Не могу открыть. Не Бомбардой же взрывать.
– С тебя станется, – съязвил Драко. К его удивлению, Поттер, похоже, всерьез рассматривал такую возможность. – Только не говори, что ты собираешься это сделать.
– Ну, спальня Макгонагалл далеко. Можно попробовать взорвать сейф и сбежать.
– Только без меня, – заявил Драко и повернулся, чтобы уйти.
– Ну, а что ты предлагаешь?!
– Не это! Попробуй выяснить, как этот сейф открыть, например у Снейпа. Или книжки какие почитай! Хоть что-то не связанное с разрушениями! – прошипел Драко. – А я ухожу. Мне это надоело.
Распрощавшись с портретами, Драко фыркнул и удалился вон из кабинета. Когда он спустился с круглой лестницы в коридор, Гарри его нагнал.
– Никакого с тобой веселья. Завтра опять пойдем. Будем пробовать открыть.
– Пойдем?! Поттер, ты не офонарел?! Мне эти записи не сдались!
– Неужели не интересно?
– Нет!
– Правда? Ты не хочешь знать, что так тщательно до сих пор скрывает твой крестный и даже его портрет отказывается говорить? А вдруг там что-то про редкие зелья? Или какие-нибудь записи про твою семью?
– Ага, или про твою... – зевнул Драко. – Ты достал. – Но да, боггарт бы побрал этого Поттера, ему стало интересно.
– Про мою-то с чего вдруг? – удивился Гарри. – Обычная семья.
– Как знать, Поттер, как знать.
– Обеспеченный род волшебников-провинциалов, до начала XX века считавшийся чистокровным, хотя по сути таковым не являлся, – начал говорить Гарри, пока они спускались по винтовой лестнице, вспоминая то, что ему удалось найти про род Поттеров. – Изобрели несколько удачных зелий, которые используются до сих пор, например, Костерост. Что здесь особенного? – пожал он плечами.
– Зелья? Твои предки варили зелья?! – Драко не смог сдержать удивления. – Что ж тебя-то тогда нельзя к котлу подпускать?
– Так я – истребитель темных волшебников, а не зельевар, – усмехнулся Гарри и, дурачась, встал в боевую стойку, направив палочку на Малфоя. – Трепещи, Малфой!
Драко честно, вот честно, старался сдержать лицо и добавить ненависти во взгляд. Но... он закрыл лицо рукой и... хихикнул.
– Святые призраки... Поттер, ты даже не идиот... Ты хуже!
– Но-но-но! – «обиделся» Гарри. – Доболтаешься у меня! Бойся, Малфой!
– А чего мне бояться?
– А вдруг обесчещу? – прищурился Поттер.
Драко фыркнул, развернулся и пошел дальше, к преподавательскому крылу.
– У тебя девушка-то хоть есть? Или Джинни Уизли была последней и именно поэтому тебя вдруг стали посещать сии странные мысли в отношении моей персоны?
– Не льсти себе, Малфой! – рассмеялся Гарри. – Это была шутка, а не предложение.
Драко подумал, что в этом месте он некстати слегка оскорбился.
– Но раз ты спросил, то нет. Девушки у меня нет. Парня, впрочем, тоже. У тебя есть шанс, – Гарри дернул бровями и подмигнул.
Самое странное было в том, что Гарри не соврал. Он вдруг это понял. Это было странно, очень странно. Но Гарри не стал этим заморачиваться. Малфой предсказуемо высокомерно скривился, чем заставил Гарри снова улыбнуться. Весь этот малфоевский снобизм начинал его забавлять, перестав окончательно раздражать.
– А с Джинни у нас никогда ничего серьезного не было. Для ревности нет причин.
Драко даже задохнулся:
– Какая восхитительная наглость, Поттер, – совсем как Снейп, произнес он.
– А тебя точно Драко зовут? Может, все-таки Северус? – не преминул поржать Гарри.
Драко плюнул на воспитание и условности, и, показав Поттеру средний палец, хлопнул дверью своих покоев.
– С возвращением, Драко, – тут же послышалось из кабинета.
Этой дверью он тоже от души хлопнул. И, оглядевшись, вдруг понял, что тут слишком тихо. Осознав это, Драко распахнул глаза и снова обвел взглядом мебель.
Он просто выспался, вот и все. И эти дурацкие ночные приключения еще сказались. Пожалуй, стоит принять ванную. Хорошую такую, с пеной и желательно поплавать.
Например, в ванной старост.