Глава 15
В классе началась самая настоящая суматоха. Едва Златопуст Локонс открыл клетку, как из неё вырвалось облако синих, крошечных, но крайне опасных созданий. Пикси — коварные, беспокойные и очень шумные — моментально заполнили всё пространство, с визгом и свистом бросаясь на всё, что попадалось им на пути. Они с нечеловеческой скоростью кружились в воздухе, визжа и болтая на своём высокочастотном, неразборчивом языке. Один из них подлетел к ближайшей парте и с резким рывком вырвал из рук ученика учебник, тут же принявшись его рвать на клочки, словно это был не магический фолиант, а обёртка от шоколадки.
С криками и хохотом, пикси атаковали учеников. Некоторые тянули волосы, другие царапались и били мелкими кулачками, но с неимоверной силой для своих размеров. Один особенно шустрый уцепился за край мантии Дина Томаса и потащил его назад, вызвав громкий смех его товарищей. Но веселье быстро сменилось паникой. Я услышала, как кто-то вскрикнул — и, повернув голову, увидела, как два пикси утащили Невилла в воздух, вцепившись в его уши. Он отчаянно дрыгал ногами, пока его медленно поднимали к потолку.
— Невилл! — воскликнула я в ужасе, но он уже болтался под самым потолком, безуспешно пытаясь оторвать их руки от своих ушей. Все вокруг начали метаться по классу, прикрывая головы руками. Ученики выбегали в коридор в панике, бросая сумки, палочки и учебники.
И тут я услышала крик — короткий, испуганный:
— Ай! Что вы творите?! — Это была Гермиона. Один из пикси вцепился ей в волосы, тянул и дёргал, как будто играл в свои безумные игры.
— Гермиона, подожди! — закричала я, протискиваясь сквозь хаос и бегущих одноклассников. Гарри оказался рядом, и мы вдвоём бросились к ней, пытаясь стряхнуть пикси с её густых каштановых волос. Один из них щёлкнул меня по пальцам, но я стиснула зубы и продолжала отдирать его цепкие лапки.
— «Бески пикси бескорноб...» — с надрывом пробормотал Локонс, вытянув вперёд свою блестящую палочку. Но прежде чем он успел закончить заклинание, один из пикси ловко выхватил у него волшебную палочку из рук и с торжествующим визгом унесся вверх, небрежно размахивая ею в воздухе, как игрушкой.
— Это... это не по плану, — пробормотал Локонс и, к моему изумлению, стремглав бросился к двери. Он начал хватать со стен собственные портреты, один за другим, прижимая их к груди.
— А вам осталось только... эээ... заткнуть их обратно... — выпалил он, пятясь к выходу. — Просто... ну... посадите их обратно в клетку! — с этими словами он метнулся в свой кабинет и захлопнул дверь, оставив нас один на один с разъярённым роем пикси.
— Что теперь делать?! — в панике воскликнул Рон, оглядываясь. Один пикси уже выдернул перо из его руки и пытался засунуть его ему в нос.
И вдруг... Гермиона поднялась с места. С её лица исчез страх. Она взяла в руки свою палочку, крепко сжав её пальцами, и уверенно шагнула вперёд. Голос её прозвучал ясно и твёрдо:
— Иммобилиус!
Я даже замерла от удивления. Из её палочки вырвалось голубое сияние, и в тот же миг всё пространство будто застыло. Пикси остановились в воздухе, словно время для них вдруг перестало существовать. Один завис, держа за край мантии Невилла, другой — с клочком пергамента во рту. Они застигли в полёте, точно персонажи на паузе, с поднятыми руками, растопыренными пальцами и застывшими в воздухе крылышками. В классе повисла звенящая тишина. Мы с Гарри переглянулись, не веря своим глазам.
— Ничего себе... — прошептала я. — Гермиона, ты... ты спасла нас.
Она слегка покраснела, опустив палочку, и поправила взлохмаченные волосы.
— Просто надо было подумать, прежде чем отпускать пикси, — сухо сказала она и бросила взгляд на закрытую дверь кабинета Локонса.
Я наконец выбралась из класса, отряхивая мантию и вытирая с волос крошечные клочки пергамента, оставшиеся после нашествия пикси. В углу коридора стоял Лео, скрестив руки на груди и пристально наблюдая за учениками, выбегающими из кабинета Локонса. Его брови были сведены, губы плотно сжаты — он выглядел как вулкан перед извержением.
— Ты цела? — спросил он, и его голос был холоднее, чем осенний ветер с Запретного леса.
Я кивнула, подходя ближе. — Всё хорошо. Гермиона справилась. Заклинанием.
— Конечно она справилась. Потому что Локонсу до вас не было ни малейшего дела. — Он помолчал, прищурившись. — Ты вообще зачем осталась в классе?
— Я не могла просто уйти, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Там была Гермиона, и пикси тянули её за волосы. Гарри тоже остался.
Лео скривил губы. — Ты не обязана рисковать собой, Эми. Это был его идиотский эксперимент, а ты в него полезла.
Я чуть улыбнулась. — Ну, я же Роузвуд. Мы не отступаем, помнишь?
Он вздохнул, смягчившись. — В следующий раз — зови меня. Даже если придётся выломать дверь. Договорились?
— Договорились, — кивнула я. — А теперь можно я пойду проветриться, пока у меня голова не взорвалась?
— Только не попадайся в лапы пикси по пути, — пробурчал он, но уже с лёгкой улыбкой.
После короткого разговора с Лео мы с Гермионой и Роном вышли во двор. Осеннее солнце уже клонилось к горизонту, заливая стены замка мягким золотистым светом. Гарри ушёл на тренировку, так что мы решили немного посидеть у стены, наслаждаясь свежим воздухом.
И тут... что-то изменилось.
Из дальнего конца двора донёсся гул голосов, и я заметила две команды в квиддичных мантиях, приближающиеся друг к другу. В воздухе повисло напряжение.
— Чёрт... походу, что-то намечается, — сказала я, всматриваясь, как гриффиндорская и слизеринская команды сходятся в центре двора. Вуд шагнул вперёд, его лицо выражало недоумение.
— Эй! Что вы тут делаете? — резко спросил он, обращаясь к слизеринцам.
— У меня есть разрешение, — ответил один из парней из Слизерина, которого я совершенно не знала.
Оливер выхватил у него пергамент и стал читать. Мы с Гермионой и Роном подошли ближе. Атмосфера становилась всё напряжённее.
— У вас новый ловец? — удивлённо спросил Оливер, поднимая взгляд. — Кто? — спросил Оливер.
Вперёд вышел Драко Малфой, самодовольный, как всегда. Его белые волосы блестели в свете, а на лице играла усмешка.
— Малфой? — раздался голос Гарри, который появился рядом, опередив команду.
— Да, верно, — ответил Драко. — И это не последний сюрприз.
Слизеринцы расступились, показывая свои новые метлы.
— Новейшие Нимбусы 2001?! — изумлённо воскликнул Рон. — Где вы их достали?
— Отец Драко подарил, — ответил кто-то из команды.
— Видишь ли, Уизли, в отличие от некоторых, мой отец может позволить себе лучшее, — с ядом в голосе произнёс Драко. Он повернулся к нам, его взгляд скользнул по Гермионе, и я уже почувствовала надвигающееся.
— Зато в Гриффиндоре никому не пришлось покупать себе место в команде, — резко заметила Гермиона. — Всех берут по таланту.
Я прищурилась. Малфой тут же подался вперёд, голос его стал злее, ироничнее:
— Твоего мнения никто не спрашивал. Поганая грязнокровка.
Всё сжалось внутри. Это был не просто выпад. Это было личное. Я шагнула вперёд, голос прозвучал чётко и громко:
— Смотри-ка, Драко. Новенький ловец, блестящие метлы, папочка всё оплатил. Только вот одно не купишь — уважение. Ни у нас, ни даже у своих.
— О, Роузвуд, ты решила стать героиней недели? — язвительно усмехнулся он, делая шаг ближе. — Не хочешь ещё что-то сказать, пока не позвали учителя?
— Конечно. — Я сложила руки на груди. — Можешь купить себе снаряжение, можешь купить себе команду. Но, знаешь, в Гриффиндоре честь не на полке стоит. И мы не раздаём титулы по фамилии.
— Большие слова, — прошипел он, глаза сузились.
— А ты попробуй поспорь. Или лучше вернись к своей новенькой метле. Вдруг получится хотя бы с ней не упасть с высоты. Не все, знаешь ли, выдерживают давление без помощи отца.
Слизеринцы глухо зашептались, а Вуд тихо усмехнулся. Драко побледнел, отводя взгляд. Победа была тиха, но очевидна.
Шум трибун заглушал всё вокруг. Флаги развевались над головами студентов, небо над стадионом было серым, готовым разразиться дождём, но напряжение матча не давало нам отвести взгляд. Метлы проносились над полем, как стрелы, воздух вибрировал от восторга и гнева. Это была одна из самых жестоких и напряжённых игр за весь учебный год — Гриффиндор против Слизерина.
— Слизерин всегда играет грязно, — буркнул Рон, щурясь в небо.
— Они это называют тактикой, — отозвалась Гермиона, скрестив руки на груди. — Но по мне — это просто нарушение всех правил.
Я стояла рядом, сжимая кулаки от волнения.
— Смотрите, Гарри снова увернулся! — вскрикнула я, указывая вверх. — Он летит за снитчем!
На мгновение всё словно замерло — Гарри мчался вперёд, ветер трепал его волосы, в глазах сверкала решимость. Слизеринский ловец изо всех сил пытался догнать его, но Гарри был быстрее. Он вытянул руку...
— Он поймал его! — закричал кто-то с трибун.
— Он поймал снитч! — вскрикнула Гермиона, подпрыгивая от радости.
— Гриффиндор победил! — торжественно объявила мадам Хуч, и в тот же миг трибуны взорвались оглушительным ревом.
Но радость длилась недолго. В следующий момент Гарри рухнул с метлы на землю.
— Гарри?! — вскрикнула я, и мы втроём бросились к перилам трибуны, стараясь рассмотреть, что происходит. Гарри лежал неподвижно на траве, его лицо было перекошено от боли. В его руке всё ещё был зажат снитч, но рядом с ним бешено крутился и нёсся шар-бладжер, словно с умыслом пытаясь добить его.
— Он не останавливается! Этот бладжер... он словно проклят! — выдохнула я.
— Это ненормально, — пробормотала Гермиона, выхватывая палочку. — Финито Инкантатем!
Словно удар грома прогремел над полем, и шар с грохотом упал на траву, словно отключённый. Мы сорвались с места и рванули вниз, перепрыгивая через ступени.
Когда мы добрались до Гарри, он с трудом поднял голову.
— Чёрт... кажется, у меня сломана рука, — выдохнул он сквозь зубы.
Сквозь толпу студентов пробрался профессор Златоуст, сияющий как всегда. Его золотые локоны не шелохнулись, несмотря на ветер.
— Не беспокойся, Гарри! — бодро начал он, вынимая палочку. — Сейчас я вылечу твою руку в два счёта!
— Нет! — вскрикнул Гарри и попытался отодвинуться. — Не надо! — добавил он поспешно, вспоминая прошлый урок по защите от тёмных искусств.
— Бедный мальчик, сам не понимает, что говорит, — покачал головой Златоуст. Он уже поднял палочку.
— Подождите! Он же говорит "не надо"! — вмешалась я, глядя профессору прямо в глаза. — Он не хочет, чтобы вы...
— Девочка, он не в себе, — отрезал Златоуст и, не колеблясь, произнёс:
— Бракиум Эмендо!
Палочка сверкнула. Мы все ахнули. Гарри взвыл от боли — и его рука... она больше не была сломанной, но и костью её теперь назвать было трудно. Кожа обмякла, рука безвольно повисла, как варёная лапша.
— Фууу... — донеслось с разных сторон. Кто-то отвернулся. Кто-то тихо застонал.
— О, нет... — прошептала Гермиона, прижав руку к губам.
— Ну вот, — сказал Рон, глядя на руку Гарри. — Ему точно теперь нужен Хогсмейдский госпиталь. Или, как минимум, нормальный врач.
— Спасибо, профессор, — сказала я, не сдержав иронии в голосе, — теперь у него не сломанная рука. Просто без костей. Огромный прогресс.
Златоуст гордо расправил плечи, будто только что сотворил чудо.
— Всегда рад помочь, — сказал он. — Всё под контролем.
Я закатила глаза.
— Конечно. Всё под контролем. Особенно рука Гарри.