18 глава.
Я провела весь этот день, в объятиях Северуса. Мы сидели перед огнем, молча. Наши ду-ши не хотели слов. Ведь они и так друг друга понимают. Эта тишина успокаивала. Дарила чувст-во защищенности. Я знала, что рядом с этим человеком я в безопасности. Ведь он силен, как физически, так и духовно. Я решила, что если меня еще не спохватились, то уже не будут искать! Мне не хотелось рассказывать о наших отношениях еще кому ни будь, кроме посвященных в мои дела. В подземелье было холодно. Северус дал мне черный атласный халат, и сам облачился в подобный. Обняв меня по - сильнее он пытался согреться. За окном усилилась гроза. Хотя в подземелий не было окон, я отчетливо слышала раскаты грома, и представляла, что на небе, сверкают молнии.
Я встала, чтобы налить в бокал вина. И посмотрела на Северуса. Он лежал на пушистом персидском ковре. Заложив одну руку за голову, и наблюдал за мной. Как я любила эти глаза. Черные, обсидиановые, глубокие. И его волосы. Все думали, что они сальные, а они нежнее шелка скользили по моим пальцам, утекая как песок. Молчание нарушил он, не выдержав моего наглого разглядывания.
- Я хочу вас. - Он лениво растягивал слова. - Вы, не против?
Он медленно поднялся на колени, и потянул меня в низ. Я оставила бокал на столике, и последовала его призывам. Руки мягко коснулись груди. Распахнув, хала, он прильнул в жарком поцелуе к моей правой груди, а рукой ласкал левую. Мои руки зарылись в его волосах, я хотела вдохнуть их... как приятен этот запах трав, присущий только ему.
- О, да, я не против. - Он заставил меня отвечать, так как остановился, вопросительно глядя мне в глаза.
Я была еще одета. Халат держался на моих плечах. Он внимательно рассматривал меня, наслаждаясь моей обнаженностью. Он потянулся к моим губам, но я решила его подразнить, и погнулась назад, соблазняя... и маня.
О как же я хотела вновь пустит тьму в себя. И он понял это. Хитрая улыбка появилась на его лице. Я сразу поняла, что я получу, чего хочу. Хм... хм... Он сидел передо мной на корточках, и смотрел мне в глаза. Мы не притрагивались друг к другу. И возбуждение росло. Лишь наше прерывистое дыхание, было сигналом к действию. Мне показалось, что я услышала, как кто то сказал «В перед». И после этого я рванула на встречу к нему. Мое движение было так резко, что он не сразу понял происходящее, а суть дела до него дошла лишь, когда я пыхтела над его хала-том, стараясь как можно быстрее развязать его. На конец... я оседлала его, с хриплым стоном, вы-рвавшемся у меня из груди. Да... Я потеряло счет времени. Но все же, мир взорвался для нас, ос-тавляя лишь осколки времени, вырывающего из объятий сна, громким боем. Пробило 4 часа по-сле полудня. А я не хотела освобождаться от объятий Северуса. Таких нежных и ласковых. Не хотела, значит, и не буду. Мы пролежали так около двадцати минут. Мне надоел холодный пол, и я решила перебраться на кровать. Он дремал, обняв меня за талию. Я аккуратно убрала его ру-ку, и встала. С минуту я смотрела на него, с верху в низ. Он почувствовал мой взгляд, и раскрыл глаза. Я подарила ему улыбку, такую ясную, что мне кажется, ему никто так не улыбался. Он вы-дохнул, и прикрыл глаза, будто в смущении. Халат все еще был на нем. Струился мягкими вол-нами по ковру, он был не завязан, и я видела его бедро. Я не могу описать те чувства, которые вызывал у меня он. Страсть, это хорошо. Но теперь было нечто большее. Я раньше говорила, что люблю его. Но я думаю, это было влечение. Но теперь, я чувствовала, как у меня внутри что-то переворачивается, и выплескиваясь, дарит тепло. Это нечто большее, чем желание. А, что творилось с разумом. Он просто не мог принять этого. Казалось, что весь мир - это мы. И больше никого нет. Наверное, это и есть любовь...настоящая любовь.
Я наклонилась к нему, и потрясла за плечо. Так мягко. Но он вскрикнул, низким басом. Поднявшись, ухватился за то место, и кинул на меня недовольный взгляд. Я испугалась, что сде-лала ему больно. И тут вспомнила... черная метка, на его плече, снова беспокоит. Что это значит? Он снова рядом?
Я не хотела об этом думать, и обняла его, положив голову ему на грудь.
- Прости. - Прошептала я, поднимая глаза, что бы взглянуть на него.
- Ты не виновата. - Он погладил меня по голове, целуя в макушку.
- Пошли... в кровать. - Я решила разредить обстановку. Хотя я и сама хотела продолже-ния, внутри меня разгорался костер, всего лишь от поцелуя.
- Северус, ты идёшь?
О, да, ещё как, подумал он, усмехнувшись. Он не мог вспомнить, когда ещё он так себя чувствовал. Достаточно одного взгляда на неё, и он готов. Она имела странную власть над ним, бОльшую власть, чем Снейп когда-либо смог бы признать. Однажды выбрав одиночество своим спутником жизни, он никогда не позволял себе влюбляться раньше. И это новое чувство изма-тывало его, вытаскивая на поверхность всю темноту, пороки и похоть, которые он скрывал глу-боко внутри. Любовь и влечение, и постоянная необходимость в Ней смешались во что-то та-кое, что трогало его сердце (хотя он был далёк от того, чтобы даже допустить факт наличия у себя подобного органа). Оно оставалось спрятанным под отталкивающей внешностью. Но Гер-миона, казалось, приняла его таким, каким он был, и это стало одной из причин, почему он влюбился в неё. Северус прошёл в спальню вслед за ней. Она лежала на кровати, обнажённая, ожидающая его. Он намеревался слегка поддразнить её, не прикасаясь к ней, но это слишком сложно - сопротивляться ей, когда она...
Он мог видеть центр её женской сущности, влажный и блестящий, чувствовать в воздухе её запах, но он всё ещё стоял в дверях, заставляя её ждать. Гермиона посмотрела ему в глаза. Её пальцы играли с мягким бугорком между её розовыми губками там, заставляя истекать соком ещё сильнее. Северус очень медленно начал приближаться к кровати, казалось, он не идёт по полу, а скользит по нему.
***
Он стоял, будто размышляя надо мной, и моё желание разгоралось подобно лесному по-жару, хотя я итак уже хотела его до боли. Я надеялась, что смогу возбудить его, позволив наблю-дать, как я прикасаюсь к себе, но это, кажется, лишь привлекло его внимание. Я знала, что теряю контроль. Я была переполнена мыслями о нём и о сексуальных высотах, Он возбуждал меня. Те-перь я могла заметить, что некоторая часть моей страстной мании к учёбе перетекла в несколько другое русло. Оглядываясь назад, я понимала, что Рон никогда не смог бы сравниться с Северу-сом в сексе. Мои пальцы скользнули чуть ниже, заставляя меня разрываться от желания, и я по-зволила одному проникнуть внутрь.
Северус, наконец, присоединился ко мне на кровати и встал на колени между моих рас-простёртых ног. Протянув руку, он взял мои пальцы и чувственно провёл по ним языком, обли-зывая и посасывая каждый в отдельности. Я упустила момент, когда мои ноги оказались на его плечах, а он уже проделывал поцелуями влажную дорожку вверх по внутренней стороне моего бедра, иногда останавливаясь, чтобы слегка прикусить нежную кожу. Он поиграл с моими тём-ными завитками, щекоча их, но не прикасаясь к центру. Его медленные поцелуи опьяняли, воз-буждали и дарили удовольствие. Он дразнил меня, не позволяя моим бёдрам двинуться навстре-чу ему. Невыносимое удовольствие.
- Северус!
- Да?
Ооооо. Дьявол. Он намеренно это делает.
Он поцеловал меня там, скользя языком внутрь. Дрожь пробежала по всему моему телу, и я почувствовала, что задыхаюсь. Он вытягивал из меня всё, что мог. Он терзал меня до тех пор, пока мои складки не набухли, и я могла лишь трепетать и постанывать в его руках.
- О, да, моя любимая, тебе нравится это? - Один длинный палец скользнул внутрь, потом два, я выгнулась, стараясь обхватить их крепче.
- Да, да...
Медленно. Очень медленно внутрь. Потом обратно.
- О, Господи, Северус, не делай так... - Я задыхалась.
- Ты хочешь, чтобы я прекратил?
- Нет, нет!
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? Скажи мне! - Приказал он.
- Я хочу, чтобы ты был во мне...
- Не то. Скажи правильные слова. - Он прошептал над моим ухом.
- Займись со мной любовью. - Ответила я, зная, что он ждёт от меня, но, отказываясь произносить такие вещи.
- Опять не то. Ты ведь знаешь, что я имею в виду. - Он слегка прикусил мочку уха, а по-том провёл языком по моей шее.
- Я... Я... хочу... чтобы...
Он насмешливо поднял бровь. Я ощущала его горячую эрекцию даже сквозь ткань его одежды.
Почувствовав, что последние капли невинности покинули меня, я прошептала:
- Я хочу, чтобы ты меня трахнул.
Он снял халат и отбросил его в сторону. Я придвинулась ближе к Северусу, обвивая руки вокруг его тела. После такого заявления у меня не было никаких намерений его отпускать.
- Иди сюда.
- Как пожелаешь, моя дорогая, - и он скользнул в меня одним сильным, мощным движе-нием. Я задохнулась от нахлынувшего на меня удовольствия.
Вместо темноты в этот раз это было медленное поддразнивание. Я пробежала руками по его спине, двигаясь вместе с ним, прикасаясь к его шёлковой коже, приподнимая бедра навстре-чу, когда он входил глубоко в меня. Я чувствовала, будто сегодняшней ночью я вышла замуж за этого человека. Моё сердце и моя душа были едины с его, и это был наш медовый месяц. Я по-целовала его, жадно, будто он был прохладным колодцем посреди пустыни, и я старалась выпить как можно больше, впитать его в себя. Я знала, что в понедельник утром я буду одна в своей комнате, с Джинни и остальными. Но я не хотела. Я хотела, чтобы эта ночь длилась вечно.
Мы достигли кульминации вместе. Весь мир разлетелся мириадами звёзд на долгую сла-достную минуту, пока мы вновь не спустились на землю. Северус попытался освободить меня от веса своего тела, но я не дала ему пошевелиться.
- Я слишком тяжёлый для тебя.
- Нет, не тяжёлый. Останься, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты уходил.
- Но я буду здесь, - возразил он.
Я крепко обхватила его руками и ногами.
- Окей, я остаюсь. Мисс Грейнджер, Вы не перестаёте меня удивлять.
- Спасибо, профессор Снейп.
И я заснула так, обняв Северуса. Отчасти это было потому, что заканчивались выходные, но с другой стороны я хотела просто быть рядом с ним. Я не могу объяснить это...
***
Много позже Северус аккуратно выскользнул из объятий своей спящей жены и поспеш-но оделся. Заботливо накрыв Гермиону одеялом, он вышел из спальни и направился в свой ка-бинет. Тёмная Метка опять причиняла боль, но ещё большую боль причиняло то, что он не по-делился этим с ней. Нехороший знак. Всё началось с утра. Ему придётся перетерпеть боль, от этого нет лекарства. Он не собирался возвращаться к Волдеморту ни при каких требованиях. Но что беспокоило его сейчас, больше чем когда-либо, это то, что он должен защитить любовь всей своей жизни. Сейчас, когда он нашёл её, он не позволит никому забрать её у себя, даже если это означает сразиться с Волдемортом и проиграть. Поттер - единственный, кто далёк от всего и, возможно, ему удастся выйти сухим из воды. По крайней мере, этот отвратительный мальчишка был полезен тем, что заботился о Гермионе, и, может быть, Волдеморт подумает дважды перед попыткой сделать что-либо. Снейп потёр левое предплечье. Да, ему предстоит длинная ночь.
Он отвёл её обратно в Гриффиндор в воскресенье днём. Она вела себя очень тихо, не желая оставлять его. Ему понадобилась вся его сила воли, чтобы не сдаться и не оставить её у себя. Но директор не допустил бы скандала по поводу всего. Северус дал ему обещание быть ос-торожным. Гермиона выглядела очень несчастной. Он устало потёр переносицу. Он спал мало прошлой ночью, только скользнул обратно в постель к ней, чтобы она могла проснуться в его объятьях. Также его беспокоило осознание того, что она перестанет быть под его защитой, как только покинет подземелья. И он находился в отвратительном настроении, когда, наконец, вер-нулся тем вечером в свои пустые комнаты. Всё былое тепло, казалось, оставило их, и темнота вновь заполучила себе свои владения.