Смерть, которая изменила всё

Don't panic — Coldplay

Сентябрь

Гарри вошёл в обеденный зал и огляделся.

Некоторые столы факультетов были почти пустыми.

«Так много студентов не вернулись в этом году», — с грустью подумал он.

— Гарри! — окликнул его Рон.

Гарри направился к столу Гриффиндора, ощущая на себе взгляды со всех сторон.

— Привет, Гарри, — поздоровалась девушка, сидевшая рядом с Роном.

— Привет, Джинни, — слегка смущённо ответил он. — Добрались без проблем?

— Весь Кингс-Кросс был заполнен аврорами и членами Ордена, — ответил Рон. — Даже отец с Фредом и Джорджем пришли нас проводить, как в первый год, — он тяжело вздохнул.

— Мама тоже хотела пойти, — добавила Джинни с лёгкой улыбкой. — Мы уговаривали её больше двух часов, что не стоит всей семьёй провожать нас. Так что тебе повезло — тебя доставили прямо в Хогвартс, без всей этой толпы.

— Вы же понимаете, что это было ради безопасности, — раздражённо сказал Гарри. — Пожиратели знали, что меня там не будет.

Рон оглядел зал, затем повернулся к двери и с недоумением посмотрел на Гарри.

— А Гермиона не с тобой?

— Её не было с вами в поезде? — нахмурился Гарри.

— Нет, мы подумали, что она с тобой, — взволнованно сказала Джинни. — Я отправила ей кучу писем, но она так и не ответила, — она опустила взгляд.

— И мне не ответила, — добавил Рон, глядя Гарри в глаза.

— Вы же помните, что говорил Дамблдор, — Гарри сжал кулаки. — Ей тяжело после смерти родителей. Она решила уехать, чтобы побыть одной,

— сказал он тихо, чтобы никто, кроме них, не услышал.

— Но почему она не сказала нам это сама? — возмутился Рон. — Ты же видел её летом. Говорил, что она вела себя странно и была подавлена.

— Я думал, это из-за ранения, реабилитации и переживаний за нас, — виновато опустив глаза, сказал Гарри.

— Но она не могла просто уехать навсегда, правда? — с сомнением спросила Джинни.

— Нет, Гермиона бы так не поступила, — уверенно сказал Рон.

— После ужина я поговорю с Дамблдором. Он должен знать, что с ней, — с сомнением произнёс Гарри.

— Неужели в составе «золотого трио» произошла замена? — насмешливо бросила проходившая мимо Паркинсон, окружённая слизеринками.

— Давно пора было исключить Гряз... — начала она, но Джинни и Гарри вскочили с места.

— Закрой рот, Паркинсон, пока не захлебнулась своим ядом! — крикнула Джинни, злобно глядя на неё.

— Ой, напугала, — фыркнула Паркинсон и, продолжая смеяться, направилась к своему столу.

Гарри и Джинни переглянулись, слегка смутившись, и снова сели.

— Я надеялся, он не вернётся после ареста отца, — сказал Рон, кивнув в сторону двери.

Гарри проследил за его взглядом и заметил Малфоя, Нотта и Забини. Малфой прошёл мимо с хмурым лицом, не бросив ни одной колкости.

— Уверен, он и сам Пожиратель, — тихо сказал Гарри.

Джинни посмотрела на него с сомнением.

— Конечно, у них вся семья такая, — согласился Рон.

— Вы думаете, Дамблдор позволил бы ему спокойно учиться здесь, если бы он был Пожирателем? — возразила Джинни.

— Нет, конечно, — ответил Гарри, всё ещё сомневаясь. — Но с Малфоем явно что-то не так.

Джинни с сочувствием посмотрела в сторону дверей.

— Что случилось? — спросил Рон, заметив грусть на лице сестры.

Он и Гарри обернулись и увидели Колина и Денниса, которые сели в стороне, на краю стола.

— До сих пор не понимаю, как они выжили, — сказал Дин Томас, подходя и садясь рядом с Джинни.

Она толкнула его локтем в бок, и он согнулся.

— Ай! За что?

— У тебя не язык, а помело. Что ты несёшь? — строго спросила она.

— Ну серьёзно, вы не слышали? — продолжил Дин, потирая бок. — Они всё лето были под защитой Хогвартса. Значит, что-то видели.

Гарри всё это показалось странным.

Сначала — смерть родителей Гермионы. Она приходила к нему, ничего не рассказала, только спросила адрес Колина. А потом — смерть мистера и миссис Криви. Он понимал их боль. Гермиона тоже потеряла родителей. Но почему она уехала? И главное — куда?

— Я сейчас, — сказал он друзьям, вставая из-за стола и направляясь к братьям.

— Привет, Колин. Привет, Деннис, — дружелюбно поздоровался он.

Оба подняли на него потерянные взгляды.

— Привет, Гарри, — ответил Деннис.

Колин молча кивнул.

— Почему вы сидите здесь? Пойдёмте к нам, — предложил Гарри.

— Нет, мы лучше тут, — ответил Колин.

— Если захотите поговорить... — начал Гарри, но Деннис перебил его, глядя на друзей Гарри:

— А где Гермиона?

— Я бы тоже хотел это знать, — грустно ответил Гарри. — Вы видели её летом?

— Она...

— Нет, — перебил брата Колин.

Гарри перевёл взгляд на поникшего Денниса. Он понял, что тот хотел сказать что-то другое.

— Ладно. Если вам нужна будет помощь или просто поговорить — я рядом, — сказал Гарри и вернулся к друзьям.

— Что они сказали? — спросила Джинни.

— Они пока не готовы говорить, — покачал головой Гарри.

***

После распределения первокурсников, которых в этом году было заметно меньше, чем раньше, из-за преподавательского стола поднялся Дамблдор. Он с улыбкой обратился к притихшим студентам:

— Всем добрый вечер, — сказал он и взмахнул палочкой. Свечи под потолком вспыхнули ярче.

— Что у него с рукой? — прошептала Джинни.

Гарри уже заметил почерневшую руку директора, когда тот забирал его от Дурслей, чтобы отправиться к Горацию Слизнорту.

— Я думал, Мадам Помфри уже вылечила его, — тихо и задумчиво ответил он.

Дамблдор уловил взгляды, направленные на его руку, и, не переставая улыбаться, опустил рукав мантии.

— Хочу поприветствовать как новых, так и старых учеников, — продолжил он. — В этом году у нас произойдут небольшие изменения в преподавательском составе. Позвольте представить вам профессора зельеварения — Горация Слизнорта.

Своё место покинул седовласый мужчина с залысинами и округлым животом. Он выглядел немного моложе самого Дамблдора и приветливо улыбался студентам.

Зал наполнился аплодисментами и удивлённым шёпотом.

— Профессор Снейп, — продолжил директор, повысив голос, чтобы утихомирить зал, — будет преподавать защиту от тёмных искусств.

Стол Слизерина взорвался овациями.

— Ну всё, теперь я точно никогда не выучу этот предмет, — вздохнул Рон. — Каждый год новый преподаватель. Будто проклятие какое-то.

Джинни рассмеялась и повернулась к брату:

— Дело не в преподавателях, а в твоей лени.

Студенты снова притихли, когда Дамблдор стал серьёзным.

— Как вам уже известно, волшебник, называющий себя Лордом, вернулся. Его сторонники действуют открыто и набирают силу.

В зале повисла тяжёлая тишина.

Гарри взглянул на Малфоя. Тот сидел с безразличным выражением лица, будто всё происходящее его не касалось.

— Я хочу подчеркнуть, насколько опасна нынешняя ситуация, — продолжил Дамблдор. — И как важно, чтобы каждый из нас заботился о безопасности Хогвартса.

Его голос эхом разнёсся по залу.

— За лето магическая защита замка была усилена. У нас появились новые, более мощные средства охраны. Но этого недостаточно. Мы все — и ученики, и преподаватели — должны быть особенно внимательны. Прошу вас строго соблюдать все ограничения, о которых расскажут деканы факультетов. Даже если они покажутся вам излишними или странными. Особенно важно не покидать спальни после отбоя. Если вы заметите что-то необычное или подозрительное — в замке или за его пределами — немедленно сообщите об этом преподавателям. Я верю, что вы будете помнить о своей безопасности и безопасности других.

Дамблдор обвёл взглядом зал, словно кого-то искал.

— А теперь желаю вам спокойной ночи и удачи на завтрашних занятиях.

Студенты начали покидать зал, обсуждая услышанное.

— Встретимся в гостиной, — сказал Гарри и поспешил за удаляющейся фигурой Дамблдора.

***

— Вы видели? Кажется, наша главная заучка и грязнокровка Грейнджер решила больше не появляться в школе, — сказала Паркинсон и села на подлокотник кресла, в котором сидел Малфой.

— Что, Пэнси, уже скучаешь по вашим перепалкам? — с усмешкой спросил Забини, развалившись на диване в гостиной Слизерина.

— Вот ещё! Без неё дышать станет легче. Правда, милый? — она провела рукой по плечу Драко.

Малфой молчал. Он был погружён в мысли о задании, которое поручил ему Тёмный Лорд, и почти не слышал разговоров вокруг.

— Драко? — прошептала Пэнси ему на ухо.

Её голос начинал раздражать.

— Чего ты ко мне пристала? Делать больше нечего? Иди к своим подружкам, обсуждай сплетни, — огрызнулся он.

— Но, Драко, я скучала, — она провела рукой по его груди, надавив на кулон, висевший у него на шее.

Он резко схватил её за руку и оттолкнул.

— Я что, недостаточно ясно выразился? — прошипел он. — Отъебись от меня.

Пэнси вскочила, сдерживая слёзы, и выбежала из комнаты.

В этот момент в гостиную вошёл Нотт. Он окинул взглядом Забини, развалившегося на диване, и Драко, сидевшего в кресле с мрачным лицом.

— Что с ней? — спросил он.

— Кажется, кто-то сегодня не в духе, — усмехнулся Блейз.

— Эй, дружище, что случилось? — обратился Тео к Малфою.

— Всё просто пиздец как хорошо, — бросил Драко, встал и вышел из комнаты.

— Что это с ним? — переспросил Тео.

— Если бы я знал, — хмыкнул Блейз.

***

— Директор, подождите, — окликнул Гарри Дамблдора у входа в его кабинет.

Альбус остановился и обернулся.

— Да, Гарри? Ты хотел что-то сказать? — спросил он.

— Вообще-то да. Мы не видели Гермиону. Она вернулась? — настороженно спросил Гарри.

Лицо Дамблдора стало серьёзным.

— Нет, она не вернулась.

Гарри напрягся. Он начинал по-настоящему волноваться за подругу.

— Что она вам написала? Она сказала, что не вернётся? Где она?

Дамблдор положил руку ему на плечо.

— Она не ответила ни на одно из моих писем, — сказал он, заметив страх в глазах Гарри. — Прости. Я не знаю, где она.

***

Драко стоял у перил астрономической башни. Он сам не понимал, почему пришёл именно сюда. Казалось, это место могло хоть немного успокоить его душу.

После возвращения в школу он почувствовал облегчение. Эти ужасные каникулы наконец закончились, и ему больше не нужно было оставаться дома.

Каждый день он проходил обучение у Беллатрисы. Она учила его атаковать и защищаться. Драко считал себя неплохим дуэлянтом, но противостоять силе Лестрейндж было невероятно трудно.

***

Месяц назад

Нарцисса Малфой распахнула дверь в малый зал. На полу без сознания лежал её сын, а Беллатриса стояла рядом, улыбаясь и держа палочку, направленную на него.

— О боже, Драко! — воскликнула Нарцисса. Она подбежала, опустилась рядом и приподняла его голову. Из носа сына текла кровь.

— Белла, как ты можешь? Ты что, решила убить его? Он же твой племянник, твоя кровь! — срывающимся голосом сказала она, едва сдерживая слёзы.

— Цисси, ты же сама слышала приказ. Я должна обучить Драко. Сделать его сильнее, жёстче в атаках и решениях, — ответила Беллатриса, глядя на сестру.

Нарцисса покачала головой.

— Обучить — не значит калечить, — прошептала она и провела рукой по волосам сына.

— Ты ещё не видела, как обучают других Пожирателей. С твоим сыном я ещё слишком мягка, — усмехнулась Лестрейндж. — К тому же, у Тёмного Лорда скоро будет задание для него.

Нарцисса метнула в неё злобный взгляд.

— Филк! — позвала она.

С хлопком появился домашний эльф. Он с тревогой посмотрел на Хозяйку и на лежащего на полу Драко.

— Перенеси его в комнату и позови лекаря. Я скоро подойду, — приказала Нарцисса.

— Да, Хозяйка Нарцисса. Всё будет сделано, — ответил эльф и исчез вместе с Драко.

***

Сейчас

Ещё и это задание от Лорда.

Драко не представлял, как его выполнить, но знал точно — он обязан.

Он тяжело вздохнул, отступил от перил, которые до этого сжимал в руках, подошёл к стене, прислонился к ней спиной и медленно опустился на пол. Если бы не окклюменция, которой его обучила мать, он бы не справился. Только она позволяла сохранять ясность ума и трезво оценивать происходящее.

Ему приходилось подавлять страх за маму, тревогу, сомнения в себе и в правильности сделанного выбора. Он не мог позволить себе слабость.

Снаружи он казался прежним. Разве что немного более раздражённым — как заметил его друг. Но никто не знал, какая борьба происходит в его душе.

— Как же я устал... — прошептал Драко, поднимая взгляд к звёздному небу и прикрывая глаза.

Перед внутренним взором вспыхнул образ: он прижимает Грейнджер к стене, удерживает её, а она, задыхаясь, отвечает на его поцелуй.

Драко резко распахнул глаза и вскочил на ноги. Сердце бешено колотилось.

— Какого чёрта?.. Что, блядь, Грейнджер делает в моей голове?! — выдохнул он, схватившись за волосы. Мысли метались, пугая и тревожа.

Он никогда не был так близко к грязнокровке. Разве что в тот момент, когда она сломала ему нос. А уж поцеловать её?.. Это было немыслимо.

— Просто бред! — выкрикнул Малфой.

«Паркинсон что-то бормотала о Грейнджер... Наверное, поэтому в моём уставшем и перегруженном мозгу возник этот бред», — поспешно придумал он объяснение, чтобы успокоиться.

Он развернулся и направился к выходу, продолжая убеждать себя, что это всего лишь последствия стресса. Просто на секунду разум дал сбой.

***

— Что значит — вы не знаете, где она? — Гарри повысил голос, входя в кабинет следом за директором. — Вы же сами говорили, что с ней всё в порядке, что ей просто нужно время, чтобы прийти в себя! Так почему вы теперь не знаете, где она?

Дамблдор устало опустился на диван, словно силы внезапно покинули его.

— Гарри, прошу, успокойся. Я уже отправил за ней одного человека. Завтра я отвечу на все твои вопросы, если мисс Грейнджер не вернётся сама, — сказал он, стараясь унять волнение юноши.

— Почему вы не сделали этого раньше? — не отступал Гарри.

— У меня не было причин сомневаться, что она вернётся, — спокойно ответил Дамблдор.

— А теперь появились? — Гарри продолжал давить вопросами.

— Мистер Поттер, уже давно отбой, а вы всё ещё не в своей комнате, — раздался холодный голос профессора Снейпа, вошедшего в кабинет.

Гарри бросил на него раздражённый взгляд.

— Но... — начал он, но Дамблдор поднялся с дивана и положил руку ему на плечо.

— Гарри, не стоит волноваться. Завтра я всё объясню. Иди, отдохни.

Гарри с сомнением посмотрел на ободряющую улыбку директора, мрачно кивнул и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

— Думаешь, это заставит её вернуться? — спросил Снейп, глядя на нахмуренного и уставшего Дамблдора.

— Нам остаётся только надеяться, — вздохнув, ответил Альбус и снова опустился на диван.

— Я ведь говорил, что это было не лучшее решение. Ты сам видел, в каком она была состоянии. Мы оставили её одну — с переживаниями, сомнениями и злостью, которую она не успела выплеснуть, — сказал Северус с упрёком.

— Есть люди, как Гарри, которым, чтобы выстоять, нужны близкие рядом — те, кто поддержит, даст веру, любовь и надежду. А есть такие, как Гермиона. Даже среди друзей она всегда тянулась к уединению, — задумчиво произнёс Дамблдор, вспоминая, как часто видел её в стороне от остальных, с книгой в руках. — Иногда, чтобы стать сильнее, нужно пройти путь страданий в одиночку. Так меньше шансов причинить боль тем, кто дорог.

— Надеюсь, мы не совершили самую большую ошибку, — тихо сказал Снейп и вышел из кабинета.

***

Black Black Heart — David Usher

Громкая музыка разносилась по прибрежной части греческого города Пирей, где находился ночной клуб под открытым небом.

Запыхавшаяся девушка опустилась на диван, схватила со стола стакан с виски и выпила его залпом.

Напротив неё села брюнетка с гладкими, чёрными как смоль волосами, карими глазами и белоснежной улыбкой. Она взяла в руки свой коктейль.

— Так что, ты вчера ездила в Музей Акрополя? — спросила она, отпивая из бокала.

— Да, — коротко ответила девушка.

— Нашла то, что искала? — уточнила подруга.

— Димитра, тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов? — с ехидной улыбкой сказала девушка.

— Гертруда, за всё лето ты только и делала, что расспрашивала о Греции, мифах и легендах. Просила показать тебе интересные места, но так ничего и не рассказала о себе. Я думала, мы подруги, — с обидой произнесла Димитра.

Гермиона наклонилась вперёд, глядя на неё с хищным блеском в глазах. Пугающая улыбка на её лице стала шире.

— Дурочка. Кто тебе сказал, что мне нужны друзья?

— Что с тобой сегодня? Ты будто два разных человека: то тихая и задумчивая, то резкая и агрессивная, — с тревогой спросила подруга.

— Наверное, сегодня я — та, которая резкая, — холодно усмехнулась девушка.

— Красотки, вот вы где! — воскликнул высокий, широкоплечий брюнет с ярко-голубыми глазами. Он сел рядом с Гермионой и обнял её за плечи.

— Димитра, крошка, ты готова? — спросил шатен с длинными, до плеч, волосами, улыбаясь во весь рот.

— Да, — ответила она, вставая и протягивая ему руку. Затем посмотрела на подругу:

— Ты решила? Уезжаешь или остаёшься?

— Пока не знаю, — ответила Гермиона с лёгкой улыбкой, глядя на них.

— Позвони мне. Я буду рада, если ты останешься, — сказала Димитра, тоже улыбнувшись.

— Тогда до встречи, — добавил шатен, увлекая девушку за собой.

— Может, мне удастся уговорить тебя остаться, Гертруда? — прошептал брюнет, проводя рукой по её бедру и приподнимая подол белого платья.

— Алексис, ты так самоуверен? — усмехнулась она.

— Даже чересчур, — притянув её к себе, ответил он и поцеловал.

***

Пара ввалилась в распахнутую дверь квартиры.

Алексис прижал Гермиону к стене, не отрываясь от её губ. Его руки уже развязывали завязки платья на её шее, и ткань соскользнула на пол.

Девушка потянулась к его ремню, расстёгивая джинсы.

Он отстранился, чтобы взглянуть на неё — почти обнажённую, в одних белых трусиках.

— Ты — Афродита, — прохрипел Алексис, склонившись к её уху. Его язык скользнул по её шее, а руки стянули с неё остатки одежды.

— Скорее, богиня Ата, — прошептала Гермиона, возбуждённо глядя на него. Она стянула с него боксеры.

— Тогда ты ослепила мой разум и сердце, — прошептал он, целуя её шею. Подхватив её бёдра, он прижал её к себе и резко вошёл в неё.

Гермиона зарычала, вцепившись в его волосы. Она обвила его талию ногами, прижимаясь к нему всем телом.

Алексис прижимал её к стене, его губы скользнули вниз к её груди. Он заметил татуировку: «Σκοτάδι μέσα».

— Мне всё ещё не нравится эта надпись. Зачем портить такое тело? Тем более словами «Тьма внутри». Это не про тебя, — выдохнул он, продолжая двигаться в ней.

Вспышка возбуждения смешалась с гневом. Она вспомнила шрамы, которые скрыла под этой надписью.

Гермиона резко дёрнула его за волосы, заставив посмотреть ей в глаза. Затем закрыла его рот поцелуем, прикусив губу до крови и слизнув капли языком.

Он вжал её в стену ещё сильнее, ускоряя ритм. Она вцепилась ногтями в его спину, оставляя царапины.

В открытое окно, с видом на ночное море, влетело нечто красное и скрылось в спальне.

Гермиона заметила движение и на мгновение отвлеклась от грубых ласк.

Алексис почувствовал, как она напряглась, и отстранился, заглядывая ей в глаза.

— Я сделал тебе больно?

— Нет, — ответила она, опускаясь на ноги и отталкивая его.

— Тогда что случилось? Я думал, тебе было хорошо со мной, — напряжённо сказал он, наблюдая, как она поднимает платье и начинает одеваться.

Она подошла ближе, провела пальцем по его губе, собрала каплю крови и облизала палец. Улыбнулась.

Гермиона видела, как он реагирует — его тело не лгало.

— Прости. Ты слишком чист для меня, — сказала она с ехидной улыбкой.

— Что? Что это значит? — растерянно спросил Алексис.

— Забудь обо мне и уходи, — её улыбка исчезла.

— Это из-за того, что ты уезжаешь? Я могу поехать с тобой, — предложил он.

— Что? — рассмеялась Гермиона. — Мы знакомы всего несколько месяцев. У нас был секс, но я ничего тебе не обещала.

— Я понимаю. Но не хочу тебя терять. Если ты не можешь остаться, я поеду с тобой, — сказал он, нежно касаясь её щеки.

Её раздражало его доброжелательное отношение. Она решила ударить по больному.

— Если ты думаешь, что был у меня один-единственный за это время, то сильно ошибаешься, — усмехнулась она, наблюдая, как боль отразилась в его глазах. Приятное тепло разлилось внутри неё. — Я просто развлекалась. И всё.

— Шлюха! — сжав челюсть, выкрикнул он.

— Называй как хочешь, милый, — весело ответила она, наслаждаясь его злостью.

Алексис натянул боксеры и брюки, схватил футболку и, обернувшись, бросил:

— Злобная сучка. Тьма действительно внутри тебя.

Он вышел, хлопнув дверью.

— Именно так, — вздохнула Гермиона.

— Насладилась? — раздался голос внутри.

— Очень. Он кипел от злости. Это было даже лучше, чем сам секс, — рассмеялась она.

— А твоё мастерство лжи всё растёт. Я бы назвала это: «Как взбесить парня за две секунды». Отличная глава для нашей книги.

— Как знаешь, — сказала Гермиона, направляясь в спальню. В руке она сжала палочку, оглядываясь в поисках красного света, что влетел в окно.

— Что-то поинтереснее, чем десяток писем? — задумчиво спросил голос.

— Возможно... — пробормотала она, поднимая взгляд на верх шкафа. Там сидел красный феникс.

— Фоукс.

— Может, выщипаем ему перья и отправим обратно старику? — усмехнулась Тьма.

— Я думала, ты уже насытилась на сегодня, — сказала Гермиона, протягивая руку к фениксу.

— Никогда не бывает достаточно. Скажи спасибо, что я больше не питаюсь твоей магией, а перешла на эмоции окружающих, — с упрёком ответила Тьма.

— Премного благодарна, — усмехнулась Гермиона. Феникс перебрался к ней на руку. На его лапе был конверт.

— Что там? Очередное письмо? «Мисс Грейнджер, бла-бла-бла, новый учебный год, бла-бла-бла, староста школы...»? — насмешливо пробормотал голос.

Гермиона развязала ленту и открыла конверт.

Внутри была колдография, сделанная на Рождество в доме на Гриммо. Орден, семья Уизли, Дамблдор. В центре — она, Гарри, Рон и улыбающийся Сириус.

На обороте — надпись почерком Снейпа:

«Они все ждут вашего возвращения».

— Ага. А ещё Министерство и Пожиратели, — хохотнула Тьма.

— Неужели ты испугалась? — поддразнила её Гермиона, как старую подругу.

— Ты же знаешь, мне это только в радость. В отличие от тебя, — прошипел голос.

— Не волнуйся. Я готова. Только не перегни палку, — сказала она, подзывая к себе расшитую бисером сумочку.

— Ничего не обещаю. Всё зависит от тебя, — отозвалась Тьма, затаившись в глубине её сознания.

— Конечно, от меня, — прошептала Гермиона, глядя в глаза фениксу.

— Я готова вернуться в Хогвартс.

И исчезла в огне феникса.