Yes Way

- Я хочу, чтобы Гермиона Грейнджер жила в моих апартаментах.

Снейп поперхнулся и подозрительно посмотрел на своего ученика и крестника. Не такого разговора он ожидал, когда Драко Малфой, быстро залетев в его кабинет, сказал, что им нужно кое-что обсудить. Драко был своеволен и упрям, с детства он получал, что хотел, поэтому вырос эгоистичным и не принимал отказа. Но данная просьба переходила все границы.

Новый директор Хогвартса закрывал глаза на большинство поступков слизеринцев и Пожирателей. Убеждая себя самого, он называл это последствиями войны, переходным возрастом или даже учебной программой. Но со временем становилось все сложнее игнорировать рассказы Помфри о пострадавших учениках, конечно же, не чистокровного происхождения, и мольбы Минервы хоть как-то проконтролировать наказания, применяемые к детям каждый день.

- Мистер Малфой, вы понимаете, что Хогвартс - все еще школа? - вкрадчиво спросил Северус, голос звучал спокойно, хотя так и хотелось сорваться и выместить всю злость и раздражение на слизеринце.

- Да, профессор, я понимаю и стараюсь следовать правилам и традициям, но, может быть, вы сделаете исключение?

- А сама мисс Грейнджер разве не будет против?

- Да кто ее спросит, - выплюнул Малфой и тут же крепко сжал зубы, осознавая свою несдержанность. - Я имею в виду, что это пойдет ей только на благо.

- Драко, - Снейп понял, что от парня не добиться правды, поэтому решил сменить тактику, - может, ты объяснишь, что происходит?

- Я не думаю, что вам понравится мой ответ, если он будет честным.

- А ты попробуй объяснить.

- Хорошо, но... - парень замялся, - обещайте, что не станете вмешиваться.

Снейп опешил. Жалкий мальчишка, который думает, что ему все дозволено. И он сейчас сказал не вмешиваться ему, директору этой школы, единственному, который еще обладает здесь каким-то влиянием? Хотелось подняться из-за стола и заорать как можно громче, заставить убраться из директорского кабинета и забыть к нему дорогу, но судьба Гермионы Грейнджер, которая сейчас решалась здесь, все же волновала его.

- Хорошо, Драко, - Снейп медленно кивнул, не отводя взгляда от глаз Малфоя. - А теперь рассказывай, что такого могло случиться, что ты решил приютить мисс Грейнджер у себя?

- Ее изнасиловали.

Вот так. Без утайки. И почему он без промедлений сказал правду? Можно было придумать любую ложь, и Снейп бы ничего не выяснил. Но он не солгал.

Снейп замер. Эта информация не распространялась, но за три месяца три девушки пострадали от этого, и, не выдержав психологическую нагрузку, все трое совершили самоубийство. Неужели и Грейнджер постигло это?

Представлять упрямую заучку, которая так раздражала Северуса своими вечно поднятыми руками на всех занятиях, распростертой между мужских тел казалось таким неправильным и абсолютно нереальным. Мужчина скрывал это даже от самого себя, но его заботила судьба этой девушки. Пережившая смерть друзей и, насколько он знал, родителей, она с прежним рвением продолжала свое обучение, чаще других страдая от новых учителей, но оставаясь при этом все той же личностью с сильным характером. Неужели и ее сломает то, что не выдерживают сильнейшие ни в магловском, ни в магическом мире? Ведь ей не с кем даже поговорить об этом при данной обстановке в школе, а значит, нося все переживания в себе, она подвергает свой разум большим испытаниям. Но при чем тут Малфой? Не сделает ли он ей хуже? Не был ли он виновником всего этого, а теперь лишь хотел продолжения? Северус Снейп не мог ответить на эти вопросы. Но он бы здорово оплошал, задав их Малфою напрямую. А ведь так требовалось узнать хоть какую-то информацию, не только как директору, но и просто как человеку. Стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче и ровнее, Северус спокойно спросил:

- Зачем тебе это, Драко? Девочка и так много страдала, а сколько ей еще предстоит пережить.

Драко крепко стиснул зубы. Он старался придумать хоть какое-то оправдание своим поступкам, но в голову приходило лишь одно: упрямая девица, которая сейчас находилась в его комнате, была единственным человеком за долгое время, который вызвал в нем странную и такую непривычную смесь жалости и сочувствия с желанием защитить. За всю свою жизнь в жестоком и лицемерном мальчике такие чувства вызывала лишь его мать: одинокая и глубоко несчастная Нарцисса, обрекшая себя на вечное уныние, обручившись с Малфоем и этим загубив свою жизнь. Нарциссу уже не спасти, а у Грейнджер еще есть шанс, так может, именно в этом все дело? Может, он видит в гриффиндорке проекцию матери, несмотря на все различия? Из глубокой задумчивости Драко вывело хриплое покашливание, заставляющее обратить внимание на его обладателя. Вопрос явно не был риторическим, поэтому директор ждал ответа.

- Я собираюсь помочь ей, - такой ответ тяжело дался Драко, - в меру своих возможностей.

- И зачем же тебе это? - Снейп явно не поверил ему, пытаясь разобраться в сложившейся ситуации.

- Мне так хочется, - Сумев совладать с собой, Малфой безразлично разглядывал полки над головой директора.

В какой-то момент у Снейпа, внимательного рассматривающего юношу напротив, мелькнула шальная мысль: "Возможно ли такое, что мистер Малфой и будет тем спасением для девушки, без которого сломались остальные?" Северус был проницательным человеком и хорошо знал Малфоя-младшего, и он мог поклясться, что в какой-то момент во взгляде слизеринца промелькнула растерянность, быстро сменившись жалостью, но корочка серебристого льда быстро покрыла серые глаза, скрывая все чувства этого парня.

И он отпустил его. Отпустил, подумав, что Драко похож на него самого, но, возможно, у этого юноши получится не повторять ошибок Северуса.

***

Покинув кабинет директора, Драко облегченно выдохнул. Он был уверен в том, что директор не откажет, но разговор дался юноше нелегко. С другой стороны, он помог ответить на многие вопросы, которые Малфой обдумывал всю прошлую ночь.

Парень шел по длинным школьным коридорам, размышляя о том, как не дать девушке замкнуться в себе. Драко был ее врагом и вряд ли мог разрядить обстановку между ними шуткой или утешить объятиями. Да и он сам не привык к таким проявлениям чувств.

Остановившись перед портретом, открывающим проход в его личную гостиную, парень глубоко вдохнул. Это же Грейнджер. Самая умная, внимательная и рассудительная. Так почему же не пойти легким путем и просто не поговорить с ней? Воображение тут же услужливо подбросило сюжет, в котором Малфой с широкой улыбкой сообщает Гермионе, что они будут жить вместе. Мягко говоря, странновато. "Ну ты и влип, Малфой", - мысль только успела зародиться, как Драко упрекнул себя: "Ты пережил войну и легко поддерживаешь отношения с Пожирателями и самым опасным волшебником современности, неужто не сможешь справиться с какой-то грязнокровкой?"

Быстро проговорив пароль, Драко уверенно прошагал по короткому коридору и вышел в большую и светлую гостиную. Комната принадлежала лишь ему с начала года. Гостиная считалась наполовину кабинетом, так как там стоял крупный письменный стол и несколько шкафов, которые Драко сразу заполнил книгами. Также в комнате находился диван, рассчитанный на двух человек, и кресло. Слева были две двери, которые вели в ванную комнату и в спальню, где в данный момент находилась Гермиона.

Позвав эльфа, Драко расспросил его о самочувствии девушки и приказал подать обед в спальню. Он уже давно отвык от того, чтобы посещать Большой зал, лишь изредка заходил туда ради выяснения последних новостей. Как и сам Хогвартс, это место претерпело слишком много изменений. Теперь, вместо пяти, там было только два стола - для учителей, большинство которых составляли Пожиратели, и для чистокровных учеников. Небо на потолке, которое раньше всегда соответствовало погоде, теперь лишь проливало дожди, а яркие и разноцветные флаги факультетов сменили темные гербы Слизерина и Министерства.

Раздумывая о новом Хогвартсе, Драко пересек комнату, но перед дверью замялся. Он не был уверен в правильности своих решений, слишком многое произошло за эти сутки, но отступать было нельзя. Уверенно распахнув дверь, парень переступил порог.

***

Проснувшись, Гермиона долго лежала, не открывая глаз. Пробуждение на этот раз было менее приятным: малейшее движение отдавалось тупой болью по всему телу, в голове гудело, и сконцентрироваться на одной мысли было абсолютно невозможно. Смутные образы мелькали в памяти: тепло и уют постели, домовики, напоившие ее чаем, книга, полетевшая в Малфоя, собственный плач, летейский эликсир, но самым четким и ярким воспоминанием в ее голове были голос и руки Малфоя. Почему он помог ей? Их никогда ничего не связывало, кроме глупой детской вражды, а в последние годы девушка начала действительно опасаться его. Она не знала, на что он был способен, но всегда считала его бессердечным и безжалостным.

Дверь скрипнула. Медленно приоткрыв глаза, Гермиона аккуратно повернула голову. Малфой стоял на пороге, внимательно разглядывая ее. Сил, чтобы встать, не было, и на какое-то мгновение мелькнула мысль попросить помощи у него.

- Нам надо поговорить. - Голос звучал спокойно и безразлично, но взгляд, внимательно следящий за ее реакцией, выдавал его.

- Я не смогу избежать этого в данной ситуации. - Гермиона сама поразилась своему спокойному и даже холодному ответу.

- Ты голодна?

Девушка неопределенно мотнула головой.

- Я помогу, - Малфой сделал пару шагов в ее сторону и аккуратно подхватил под спину, сажая на кровати и подкладывая подушку. В этот же момент в комнате появились пара домовиков, которые стали раскладывать пищу все на том же маленьком столике около кровати. Драко присел в кресло, повторяя утреннюю картину и задумался, ни на что не обращая внимания.

- Малфой, ты... - девушка рвано выдохнула, подбирая слова, - ты не мог бы дать мне Укрепляющее?

Парень резко поднял взгляд на нее. Грейнджер нервно теребила край покрывала и говорила практически шепотом, старательно пряча глаза, чтобы не встретиться с ним взглядом. "Что же она такая взволнованная?" - отстраненно подумал Драко, приказывая домовику принести пузырек с зельем.

Обед прошел в тишине. Грейнджер выпила Укрепляющее зелье и выглядела теперь чуть лучше: кожа не была такой бледной, и девушка не морщилась от боли при каждом движении. Когда в комнате снова появились домовики, чтобы убрать посуду, Драко решил начать разговор, но Гермиона оказалась быстрее:

- Зачем? - не выдержала она и тут же прикусила губу.

- Мне так хочется, - юноша повторил отмазку, сказанную Снейпу не более часа назад. Девушка отдернулась, но все же медленно кивнула, раздумывая о чем-то своем.

- И кстати, тебе нужно будет сходить забрать свои вещи.

Девушка недоуменно посмотрела на него. Было абсолютно непонятно, к чему он клонит.

- Я, наверное, не совсем поняла...

- Ты будешь жить здесь, Грейнджер, - увидев, что она сразу готова что-то ответить, Драко быстро договорил, - и это не обсуждается!

И тут же встал и покинул комнату.