Переплетение судеб.

Гермиона закрыла за собой дверь, оставив Драко снаружи, но даже там, в тишине своей квартиры, она не могла успокоиться. Её губы всё ещё горели от его неожиданного поцелуя, а сердце стучало так громко, что казалось, это слышно всем в округе.

Она взяла несколько глубоких вдохов, пытаясь унять бурю внутри.

— Это просто случайность, просто импульс, — пробормотала она себе, направляясь на кухню, чтобы налить воды.

Но где-то в глубине души она знала, что это не случайность.

---

На следующий день в Министерстве Гермиона пыталась вести себя так, будто ничего не произошло. Её рабочий стол был завален пергаментами, и она погрузилась в рутинные дела, надеясь отвлечься от мыслей о Малфое.

Но, как назло, он не собирался оставлять её в покое.

В начале обеда в дверь её кабинета снова постучали.

— Входите, — сказала она, не поднимая глаз.

— Занята?

Его голос заставил её вздрогнуть.

Она подняла голову. Драко стоял в дверном проёме, как всегда, идеально одетый и с той же самоуверенной улыбкой, которая сводила её с ума.

— Я работаю, Малфой, — отрезала она. — Ты всегда приходишь, когда у меня много дел?

— Кажется, я становлюсь твоим главным отвлечением, Грейнджер, — усмехнулся он, заходя и закрывая за собой дверь.

— Что тебе нужно? — она сложила руки на груди, стараясь выглядеть холодной.

— Просто хотел убедиться, что ты не забыла о вчерашнем вечере.

Её глаза сверкнули.

— О поцелуе? Не переживай, Малфой, я уже обо всём забыла.

— Правда? — он сделал шаг ближе, и его голос стал тише. — А почему тогда ты краснеешь?

Гермиона почувствовала, как её лицо начинает пылать, и прокляла себя за то, что он был прав.

— Может, потому что ты меня бесишь, — резко ответила она.

Драко рассмеялся, и этот звук заставил её сердце сжаться.

— Знаешь, Грейнджер, мне нравится, когда ты злишься.

— Уходи, Малфой, — сказала она, указывая на дверь.

Он посмотрел на неё ещё несколько секунд, затем, наконец, кивнул.

— Ладно, Грейнджер. Но ты не сможешь игнорировать меня вечно.

---

Несмотря на её попытки держать дистанцию, Малфой продолжал искать встречи. Его визиты в Министерство стали почти ежедневными: он находил предлоги зайти, обсудить свои проекты или просто задать ей очередной провокационный вопрос.

Гермиона была зла на него, но ещё больше — на себя. Каждый раз, когда он появлялся, её сердце начинало биться быстрее, а мысли путались.

Ситуация обострилась, когда спустя несколько дней ей пришлось присутствовать на официальном приёме, организованном Министерством. Малфой тоже был там, как важный спонсор нескольких проектов.

Гермиона стояла в стороне, наблюдая за оживлённой толпой магов. Она старалась избегать взгляда Малфоя, но, конечно, это оказалось бесполезно.

Он нашёл её, как всегда, с лёгкостью.

— Ты снова прячешься, Грейнджер? — его голос прозвучал за её спиной.

— Я отдыхаю от толпы, — ответила она, оборачиваясь.

Он выглядел ослепительно: чёрная мантия с серебряной отделкой подчёркивала его фигуру, а в его глазах светился тот самый лукавый огонёк, который она уже начинала ненавидеть.

— Ты прекрасно выглядишь, — заметил он, рассматривая её.

Гермиона чувствовала, как её сердце снова начинает предательски биться быстрее.

— Малфой, тебе никогда не надоедает преследовать меня?

Он шагнул ближе, и его голос стал ниже.

— Никогда.

Она отступила на шаг, но он продолжил:

— Ты можешь сколько угодно прятаться за своими принципами, Грейнджер. Но ты знаешь, что между нами что-то есть.

Её взгляд вспыхнул.

— Между нами ничего нет.

— Тогда почему ты дрожишь? — он коснулся её руки, и от этого прикосновения по её коже пробежала дрожь.

Гермиона выдернула руку, но он лишь усмехнулся.

— Ты слишком самоуверен, Малфой.

— И это тебя раздражает, да?

Она не успела ответить, потому что в этот момент к ним подошёл один из высокопоставленных магов, отвлекая её.

---

На следующий день Гермиона решила, что больше не позволит Малфою так легко сбивать её с толку. Она сама явилась к нему в офис, чтобы окончательно разобраться в его планах.

— Грейнджер, — он поднял бровь, увидев её в дверях. — Не ожидал, что ты придёшь ко мне.

— Я хочу понять, чего ты добиваешься, Малфой, — сказала она, закрывая дверь за собой.

— Я думал, это очевидно, — он улыбнулся, вставая из-за стола.

— Ты пытаешься играть со мной, — твёрдо сказала она.

— Играть? Нет, Грейнджер. Это не игра.

Он сделал шаг ближе, и Гермиона снова почувствовала ту же самую дрожь, которая преследовала её с их первого поцелуя.

— Ты просто не хочешь признать, что тебе это тоже нравится, — тихо сказал он, наклоняясь ближе.

Гермиона не успела ответить. В этот раз она сама притянула его за воротник и поцеловала, вложив в этот поцелуй всю злость, всю растерянность, всё то напряжение, которое копилось между ними.

Малфой ответил на её поцелуй с неожиданной страстью, его руки обхватили её за талию, притягивая ближе. Это было безумие, но в тот момент ей было всё равно.

Когда они наконец оторвались друг от друга, он посмотрел на неё, и его улыбка была какой-то иной — более мягкой.

— Я знал, что ты не устоишь, — прошептал он.

— Заткнись, Малфой, — ответила она, тяжело дыша.

Они оба знали, что это только начало.