Потерянное время

Осознание чувств приходит к нам в самые неожиданные моменты. Иногда это случается ранним утром, когда первые лучи солнца робко пробиваются сквозь занавески, а ты стоишь перед зеркалом в ванной, машинально водя зубной щёткой по зубам. Или поздним вечером, когда за окном шумит дождь, а ты напряжённо сидишь над учебниками, пытаясь успеть с домашним заданием до завтрашнего утра.

Но Кейли никак не могла предвидеть, что роковая искра озарения вспыхнет именно здесь – на поле боя, где каждый вздох может стать последним. Среди грохота взрывов и множества самых разных заклинаний, под пасмурным небом, которое так же страдало из-за сражений на земле, она вдруг осознала – тот самый рыжий парень, которого она столько лет считала просто другом, давно поселился в её сердце.

Его огненные волосы, такие яркие даже в полумраке на поле боя, его улыбка, которую она раньше воспринимала как должное, его голос, звучащий в её ушах даже тогда, когда он молчал – всё это вдруг сложилось в единую картину. И теперь, стоя среди разрухи и тяжёлого чувства утраты, девушка поняла – она сделает всё, абсолютно всё, чтобы защитить его, чтобы не дать ему погибнуть. Потому что только сейчас, стоя прямо на самом краю гибели, она наконец-то призналась себе – она любит его. Любит так сильно, как никогда прежде не любила.

***
Кейли сидела на своей кровати, укутавшись в мягкий клетчатый плед. Её тонкие пальцы нервно теребили бахрому, а в слегка раскрытых серых глазах отражался свет закатного солнца. Завтра – день, который она ждала всю свою жизнь. Завтра она отправится в Хогвартс, где, возможно, наконец-то найдёт друзей.

В её одиннадцать лет жизнь казалась чередой бесконечных одиноких дней. Другие дети всегда держались подальше – их пугал её отец, строгий и вечно хмурый при других мужчина. Они шептались за её спиной, бросали любопытные взгляды, когда она проходила мимо, и никогда не приглашали играть. Даже во время редких прогулок в парке, который ей очень нравился, Кейли чувствовала, как напряжённо замолкают знакомые девочке ребятишки, когда её отец проходил рядом с ними.

Её папа был для неё всем – и мамой, и другом, и наставником. Она обожала, когда он рассказывал ей интересные истории перед сном, когда показывал простые заклинания, когда учил её своим первым. Но даже его безграничная любовь не могла заполнить пустоту, связанную с нехваткой общения со сверстниками.

Хогвартс казался ей последней надеждой. Конечно, все узнают, кто её отец – его имя часто звучало в коридорах школы, его уважали и побаивались. Но вдруг там, среди сотен таких же юных волшебников, она найдёт тех, кто примет её просто за Кейли, а не за дочь строгого преподавателя?

Солнце совсем скрылось за горизонтом, погружая комнату в сумрак. Кейли вздохнула, крепче прижимая к груди потрёпанную книжку по зельеварению - именно благодаря папе она так сильно полюбила это занятие. Завтра всё изменится. Девочка искренне верила в это всем сердцем.

Дверь тихо открылась и показалась тёмная макушка отца. Кейли этого не заметила, продолжая смотреть в окно и думать о своём, наблюдая за появившейся луной, свет которой стал проникать к ней в комнату.

- Волнуешься? - чуть хриплый голос нарушил тишину невысказанных переживаний, заставляя Кейли перевести всё внимание на Северуса. На её лице сама собой появилась улыбка, и она встала, чтобы подойти к отцу и аккуратно обнять его, прижавшись как можно сильнее.

- Чуть-чуть, - призналась девочка, бубня куда-то в живот мужчине, боясь сказать это громче, будто весь мир узнает о её слабости. Снейп бережно погладил дочь по коротким тёмным чуть волнистым волосам, вкладывая всю свою нежность в это действие, чтобы поддержать Кейли.

К сожалению, мать будущей волшебницы умерла при родах, оставив огромную дыру в душе у своего любимого. Трагедия обрушилась на Северуса словно удар молнии. Девушка, которая служила утишением его невзаимной и такой тяжёлой любви к другой, ушла навсегда в тот самый момент, когда их дочь только появилась на свет. Пустота, образовавшаяся в его душе, была настолько глубокой, что казалось – ничто уже не сможет заполнить эту пропасть. Чувство стыда за то, что Снейп так и не смог по-настоящему полюбить её съедало его огромными частями изнутри.

В те первые дни после трагедии он часто заходил в маленькую комнату, где в колыбели лежала их дочь. Глядя на её крошечное личико, он видел в ней черты умершей девушки, и сердце разрывалось от боли. Как он мог оставить эту маленькую жизнь без материнской любви? Как мог позволить своему горю поглотить их обоих?

Собрав остатки сил, Северус погрузился в заботу о дочери. Он часами сидел у её кроватки, читал сказки, хотя голос часто предательски дрожал. Готовил ей особую смесь, хотя его руки иногда тряслись от внутреннего напряжения. Он хотел дать ей всё то счастье, которого был лишён сам в детстве.

Но в самые тёмные часы ночи, когда дом погружался в тишину, перед его глазами вновь и вновь возникал образ этой невинной особы, чьими чувствами он так нагло воспользовался ради собственной выгоды, которой так и не добился. Её улыбка, её голос, её нежные прикосновения – всё это преследовало его, заставляя закрываться в своём кабинете, погружаясь в воспоминания и терзаясь мыслями о том, какой могла бы быть их жизнь, если бы Северус не стал пытаться затыкать ноющую глубокую рану в лице Лили.

В такие моменты маленькая девочка оставалась одна в своей комнате. Она чувствовала, что что-то не так, хотя не понимала, почему папа, который обычно был таким внимательным, вдруг становился далёким и холодным. Эти моменты одиночества оставляли в её душе незаживающие раны, хотя она никогда не показывала своих чувств, будто понимала, что так сделает отцу только хуже.

Самоупрек становился его постоянным спутником. Каждый раз, возвращаясь из мира воспоминаний в реальность, он спрашивал себя – достаточно ли он делает для своей дочери? Не превращает ли он её жизнь в подобие той, которую прожил сам? Эти мысли становились всё настойчивее, разъедая его изнутри, словно кислота.

И всё же, несмотря на все сомнения и терзания, он продолжал бороться. Бороться за то, чтобы стать достойным отцом для дочери, которую так ждала та ни в чём не виновная девушка, чьи глаза он теперь видел каждый день.

- Я всегда буду рядом, не переживай, - Северус чуть отодвинул Кейли от себя, слегка улыбнулся и поцеловал её в лоб, ненадолго задерживаясь сухими губами. Его взгляд опустился на несколько сумок, лежащих на полу, и снова вернулся на дочь, что прикрыла глаза, расслабляясь рядом с папой. - Всё собрала? - та едва кивнула и улыбнулась ему, радуясь приближению такого важного для неё дня.

— Как думаешь, на какой факультет меня определит шляпа? — её глаза светились любопытством, а голос дрожал от волнения. Она вопросительно посмотрела на отца, словно пытаясь прочесть ответ в его глазах.

Северус задумался, погружаясь в размышления. Перед его мысленным взором проносились образы факультетов Хогвартса. Конечно, в глубине души он надеялся, что шляпа определит её в Слизерин — ведь там он сам когда-то нашёл своё место, а сейчас и вовсе был деканом, что позволяло им видиться чаще. Но разум подсказывал, что характер Кейли гораздо больше подходит другому.

— Завтра узнаешь, — наконец произнёс он, мягко улыбнувшись. В его глазах читалась смесь надежды и лёгкой грусти. Он подмигнул дочери, стараясь скрыть свои переживания за этой простой мимолётной улыбкой.

Медленно, словно нехотя, он встал и начал спиной пятиться к двери. Каждый шаг давался ему с трудом, ведь мужчина так не хотел оставлять дочь с её бесконечными раздумьями о завтрашнем дне и вариантах его событий. Спина Северуса, обтянутая чёрной мантией, которую он будто никогда и не снимал, казалась почти нереальной в полутёмной комнате, а руки, спрятанные в карманы, сжимались от волнения. Для обоих это было слишком тревожное событие.

— Но это же так долго ждать! — воскликнула Кейли, надув губы и отвернувшись к окну. Её силуэт, освещённый мягким светом отблесков луны, казался почти сказочным. В этот момент она выглядела как маленькая принцесса, размышляющая о своём великом будущем.

Северус замер, наблюдая за дочерью. Даже спустя более чем десятилетие, каждый её жест, каждое движение казались ему чем-то удивительным и новым. Мысль о том, что это его дочь, что именно он воспитал это маленькое чудо, наполняла его сердце гордостью и трепетом.

Он стоял в дверях, наблюдая, как она, словно маленькая фея, кружится по комнате, размышляя о завтрашнем дне. Завтра она переступит порог Хогвартса — место, о котором мечтала всю свою жизнь. Завтра она станет частью великого мира магии.

— Чем раньше ты уснёшь, тем быстрее ты узнаешь свой факультет, — мягко произнёс Северус, всё также стараясь скрыть волнение за спокойными интонациями.

Девочка резко развернулась, её глаза горели от нетерпения. Она прыгнула на кровать, мигом укрываясь тонким одеялом, и тихо рассмеялась. Этот смех, полный радости и предвкушения, заставил его сердце биться чаще.

— Только умыться не забудь, — добавил он, стараясь сохранить серьёзное выражение лица.

Северус тихо закрыл дверь и направился в сторону кухни. В его голове кружились мысли о завтрашнем дне. Он знал, что это будет испытание не только для Кейли, но и для него самого. Горячий чай, который он собирался выпить, казался единственным способом успокоить нервы перед этим волнующим событием.

***
С каждым шагом волнение Кейли нарастало. Её сердце билось где-то в горле, а ноги едва слушались. Она крепко держала в руках свою маленькую волшебную палочку, словно это был её талисман. Северус, сопровождающий её с неизменной внимательностью, нёс все необходимые вещи и клетку с серебристой совой — подарок, который он сделал на её десятилетие. Его лицо было спокойным, но глаза, что следили за девочкой, выдавали глубокую заботу о дочери.

Внезапно Кейли замерла, не понимая куда дальше идти. Она оглянулась на отца с тревогой в глазах. Её лицо выражало смесь любопытства и страха. В этот момент тёмноволосая казалась такой маленькой и беззащитной, будто совершенно не готовой к новому очень серьёзному этапу своей жизни.

— Нужно пройти в эту стену, — тихо произнёс Северус, указывая рукой на преграду. В его голосе слышалась уверенность и лёгкая улыбка, которая должна была успокоить дочь.

Стена выглядела совершенно обычно и неприметно, словно часть обычного вокзала. Кейли ещё раз посмотрела на неё, словно пытаясь разглядеть в ней что-то большее.

- Это точно? - она стала осматриваться, надеясь увидеть табличку 9¾, ведь именно эта станция была указана в заветном письме, которое принесла сова.

— Да, — его голос звучал мягко, но в нём всё равно слышалось лёгкое напряжение. Слегка улыбнувшись, он передал сумки и клетку с серебристой совой в руки дочери. Северус сделал шаг назад, наблюдая, как его маленькая Кейли делает первый шаг в неизвестность. Его сердце билось чаще обычного, хотя он старался сохранить внешнее спокойствие. — Дальше ты идёшь одна, — произнёс он, поджав губы.

В его взгляде едва можно было заметить тревогу за маской спокойствия. Всю ночь он не находил себе места, размышляя о том, как примут его дочь в школе чародейства и волшебства. Будет ли она чувствовать себя одинокой среди учеников? Станет ли объектом насмешек из-за своего отца? Эти вопросы не давали ему покоя.

— Будь аккуратна, — его голос дрогнул, всё-таки выдавая внутреннее волнение. — Будь смелой, но не забывай о благоразумии, - он сделал глубокий вдох, стараясь собраться с мыслями.

Кейли, сжимая в руках свои вещи и клетку с совой, сделала шаг вперёд. В её глазах светилась решимость и любопытство, и это придало Северусу немного уверенности. Она справится. Она будет сильной. И он всегда будет рядом.

- Обязательно! - Кейли улыбнулась и поцеловала Снейпа в щёку. - Увидимся в школе, - девочка развернулась и, собравшись с духом, прошла через стену, появляясь уже в другом помещении.

Вокруг суетились волшебники всех возрастов, их сопровождающие, среди которых можно было заметить родителей с детьми. Каждый шаг давался Кейли с осторожностью — она аккуратно обходила спешащих магов, стараясь никого не задеть. Её тёмные короткие волосы слегка покачивались при каждом движении, а глаза горели любопытством. Она с интересом разглядывала окружающих, пытаясь угадать, кто из данных личностей станет её однокурсником.

Наконец, оказавшись в поезде, Кейли заняла свободное купе, чувствуя, как сердце бьётся от волнения и предвкушения. Минут через пять дверь приоткрылась, и на пороге появился маленький мальчик. Его круглые очки блестели в полумраке купе, отражая свет от окна. Кейли, заметив его взгляд, автоматически поправила свои очки более прямоугольной формы. Мальчик, явно не ожидавший увидеть здесь кого-то ещё, замер на мгновение, его лицо озарилось неловкой, но искренней улыбкой.

- Могу я поехать с тобой? - тихо произнёс юный волшебник. Кейли засмотрелась на него, ведь посчитала его очень знакомым, но где она его видела, так и не могла вспомнить.

- Конечно, проходи. Я не хочу ехать одна, - девочка продолжала рассматривать его, перебирая в голове лица ранее встретившихся ей людей, чем сильно напрягала того.

- Меня зовут Гарри Поттер, - щёки мальчика слегка порозовели от её внимания. Снейп резко вскочила, чем ещё больше напугала его.

— Я читала про тебя! — с восторгом воскликнула Кейли, её глаза светились от любопытства.

Имя этого мальчика она встречала на страницах газет бесчисленное количество раз. Она с жадностью поглощала статьи о нём, находя в них что-то завораживающее, хотя каждый раз, когда отец обнаруживал это, его лицо омрачалось гневом. Девочка бережно хранила свои маленькие секреты, пряча газетные вырезки и журналы в тайные уголки своей комнаты. Она всегда чувствовала себя виноватой, скрывая это от Северуса, боясь ещё больше расстроить его.

Теперь, стоя перед этим самым «мальчиком-который-выжил», она не могла понять, почему отец так негативно относился к его персоне. В её воображении этот знаменитый герой всегда представлялся кем-то великим, но далеко не идеальным. Однако сейчас перед ней стоял обычный ребёнок, ничем не выделяющийся среди других. Его круглое лицо, слегка вздёрнутый нос и немного неуклюжая улыбка совершенно не соответствовали тому образу, который создавался в её голове. Он вёл себя вежливо и дружелюбно, и это поразило Кейли больше всего.

Теперь, глядя на него с новым пониманием, она чувствовала, как её первоначальные предубеждения тают, уступая место искреннему интересу к этому новому знакомому.

Быстро опомнившись, что её поведение не совсем приличное, девочка неловко села обратно, опуская взгляд в пол. Тишина не надолго заполнила купе, заставляя обоих обдумать происходящее.

- А я Кейли Снейп, - почти шёпотом произнесла дочь профессора, всё ещё чувствуя себя не комфортно из-за собственной несдержаности.

- Приятно познакомиться, - он слегка улыбнулся, совершенно не заостряя внимания на этом, ведь не хотел заставлять девочку испытывать стыд за такое естественное для ребёнка поведение.

Кейли тепло улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как напряжение покидает её тело. Она слегка наклонилась, опираясь спиной о прохладную стену купе, и прикрыла глаза. Её веки отяжелели, а сознание начало медленно растворяться в приятной дымке. То ли из-за накопившейся усталости после долгого дня, то ли из-за волнения, которое наконец отпустило её, девочка не заметила, как её веки опустились.

В купе воцарила тишина, нарушаемая лишь мерным стуком колёс поезда. Кейли, свернувшись калачиком, прислонилась к стене. Её тёмные волосы рассыпались по плечам, едва доставая до них. В полудрёме ей казалось, что она слышит далёкие голоса других учеников, смех и звон стекла из соседних купе, но всё это сливалось в один приятный гул, который убаюкивал её всё сильнее.

***
Спустя какое-то время, медленно моргая и словно выплывая из глубин сна, Кейли начала приходить в себя под звуки оживлённых голосов мальчишек. Её взгляд сначала сфокусировался на размытых силуэтах, а затем остановился на рыжеволосом незнакомце, который сидел слева от неё. Его огненные волосы и задорное выражение лица заставили её сердце биться чуть быстрее. Снейп тут же оживилась, желая узнать побольше об этом загадочном мальчишке.

Она уже было открыла рот, чтобы встрять в их разговор и познакомиться, как в этот момент в купе появилась женщина с тележкой, заставленной разнообразными лакомствами.

- Купить чего-нибудь не желаете? - её лицо светилось добротой, а внимательный взгляд пал на девочку, но та отрицательно покачала головой, совершенно не испытывая чувство голода или жажды.

- Нет, спасибо, - сидящий рядом мальчик поднял вверх пакет, показывая его женщине. На его лице ясно прослеживалась тоска от собственного ответа. - У меня всё есть, - взгляд у него был такой грустный, будто в руке у рыжеволосого лежало что-то очень мерзкое и противное. Она поняла, что мальчик отчаянно хотел бы заменить то, что у него есть, на эти яркие сладости, разложенные на тележке. Девочка так прониклась его горю, что скупила бы всю эту тележку, чтобы не видеть этой печали в его красивых глазах. Но, к сожалению для этого рыжего мальчишки, у Кейли не было с собой денег.

- Мы возьмём всё, - неожиданно для всех сказал Гарри, удивляя своей щедростью новых знакомых.

Женщина радостно улыбнулась и стала выкладывать все свои товары на сиденья, добавляя в глаза рыжего незнакомца всё больше и больше восхищения от обилия различных сладостей.

- Я Кейли Снейп, - не теряя времени, голубоглазая повернулась к нему и наконец представилась. Но тот даже не обратил на неё внимание, всё ещё следя за женскими руками, достающими разноцветные упаковки, поэтому теперь раздражённой девочке пришлось слегка стукнуть его по плечу, чтобы тот её заметил. Рыжий чуть вскрикнул, испуганно поворачивая голову к попутчице, не понимая, что от него требуется. - Как тебя зовут?

- Рон Уизли, - Кейли улыбнулась новому знакомству, надеясь, что мальчик очень хороший. - А как тебя зовут? - но надежды быстро исчезли.

Рон заметно оживился поле того, как представился, но резко лицо девочки стало хмурым, из-за чего тот удивлённо повернулся к Гарри, задавая немой вопрос о её поведении.

- Она уже сказала тебе своё имя, но ты всё прослушал, - Поттер еле сдерживал смех, видя смущённого Рона.

- Ой, - Уизли вновь посмотрел на тёмноволосую, но уже максимально сожалеющими глазами, пытаясь мысленно передать свои извинения. На что девочка лишь тяжело вздохнула, но долго дуться не стала.

- Кейли Снейп. Так меня зовут, - она чуть расслабилась. - Надеюсь, что в этот раз ты услышал и запомнил, - дочка их будущего профессора подмигнула Рону и оглядела масштаб сладостей, которые купил Гарри. - И как же в тебя это поместится?

- С этим мне поможете вы, - он посмотрел на ребят, сидящих напротив, на что Уизли тут же подлетел к упаковкам, рассматривая покупку «мальчика-который-выжил». Кейли аккуратно наклонилась, чтобы найти для себя свои любимые сладости, но при этом старалась особо не показывать своего интереса, хоть и её серые глаза блестели, изучая ассортимент, словно выбирая драгоценности в лавке ювелира.

За разговорами и поеданием разных вкусностей время летело быстро и очень приятно. Но вдруг краем глаза Снейп увидела в проходе девочку и сразу перевела свой взгляд на неё.

- Никто не видел жабу? Мальчик по имени Невилл потерял жабу, - она почти сразу заговорила, привлекая всеобщее внимание.

- Нет, - ответил Рон.

- Вы колдуете? - её глаза загорелись неподдельным интересом.

Уизли с энтузиазмом принялся демонстрировать свои умения, но, к сожалению, заклинания выходили какими-то вялыми или совсем не работали. Его лицо выражало разочарование и потерю надежды, когда он показывал одно неудачное заклинание за другим. Девочка, не скрывая своего превосходства, тут же вступила в разговор, хвастаясь тем, что уже знакома с подобными и даже успела их опробовать. Волшебница зашла в купе и присела рядом с Кейли, ведь Рон пересел от неё к Гарри ещё тогда, когда тот купил сладости. Незнакомка, продемонстрировав своё мастерство, с лёгкостью починила очки Поттера, используя заклинание, от которого все присутствующие замерли в восхищении. Её движения были чёткими и уверенными

- Боже мой, ты Гарри Поттер? - тотчас узнала его первокурсница. - Я Гермиона Грейнджер. А ты кто? - посмотрела та на рыжеволосого.

- Я Рон Уизли, - произнёс он, параллельно жуя очередную купленную Гарри сладость.

- Мило, - она повернулась с девочке. - А тебя как зовут?

- Кейли Снейп, - тёмноволосая приветливо улыбнулась, но новая знакомая быстро потеряла к ней интерес и отвернулась, на что Кейли непонимающе посмотрела на Гермиону.

- А вам пора переодеться в форму, мы скоро приедем, - Грейнджер вот-вот собиралась выйти из купе, но резко остановилась и развернулась. - Знаешь, - она обратилась к Рону. - У тебя грязь возле носа, - и наконец-то вышла, заставляя Снейп тихо выдохнуть.

***
Стоя на улице, Кейли с интересом оглядывалась, рассматривая окружающую местность. Тело после долгого сидения на одном месте побаливало, из-за чего настроение немного спало, но, вспомнив о цели приезда, быстро поднялось обратно. Вдалеке маячила внушительная фигура великана, который, словно маяк в море, созывал к себе первокурсников. Кейли, заметив знакомую рыжую макушку в первом ряду — это был Рон — и рядом с ним Гарри, решительно направилась к группе.

- Так, все за мной к лодкам. Не отставайте! - прогремел великан, разворачиваясь и направляясь к тёмной глади озера.

Плывя к величественному зданию Хогвартса, которое возвышалось на противоположном берегу, Кейли не могла проронить и слова, восхищаясь таким невероятным сооружением. Неяркий свет фонарей, подвешенных над каждой лодкой, отбрасывал причудливые тени на воду, а в окнах стариной школы мерцали тёплые огни, словно приглашая внутрь.

***
- Добро пожаловать. Через несколько минут вы присоединитесь к вашим товарищам по учёбе, - женщина стояла на самом конце лестницы, приветствуя новых учеников. Они старались внимательно слушать профессора, но интерес к внутреннему устройству здания так и манил оторвать свой взгляд на архитектуру. - Но прежде вас распределят по факультетам: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин, - первокурсники переглянулись. - За успехи вы получаете очки, за нарушение правил вы будете их терять. В конце года факультет, набравший наибольшее количество очков, награждается кубком... - внезапно её прервал голос мальчика, подбежавшего к своей потерянной лягушке. Наверное, именно про него тогда говорила Гермиона. Кейли тихо посмеялась. - Сейчас состоится церемония распределения, - немного растеренная женщина ушла, оставив ребят одних. Снейп решила оглядеть всех присутствующих, надеясь увидеть знакомые лица.

— Значит, это правда, что говорили в поезде. Гарри Поттер приехал в Хогвартс, — известный для девочки голос раздался откуда-то слева, заставив Кейли резко обернуться. Её серые глаза тут же отыскали источник звука — светловолосый мальчик с надменным выражением лица.

Как только прозвучали эти слова, толпа первокурсников зашепталась, словно рой встревоженных пчёл. Все взгляды устремились на Гарри, создавая вокруг него невидимый ореол внимания. Слава о «мальчике-который-выжил» точно не прошла мимо всех них. Хотя, навряд ли сейчас остались те, кто ни разу о нём не слышал.

— Я Малфой. Драко Малфой, — представился мальчик, и догадки Кейли подтвердились.

Это был её давний друг, с которым она часто встречалась благодаря хорошим отношениям между их семьями. Они часто гостили друг у друга, наслаждаясь времяпровождением вдвоём. Кейли, улыбаясь, поспешила к нему, но замерла на полпути, поражённая его последующим словам.

— Тебя имя рассмешило? - спросил Драко, не сводя глаз с Рона. Тот, казалось, слегка усмехнулся, но Кейли этого не заметила — её внимание было приковано к резкой перемене в характере друга. — Не буду спрашивать, как тебя зовут. Рыжий, в обносках своих братьев, должно быть, ты Уизли, — его голос звучал презрительно, а взгляд скользил по потрёпанной одежде Рона. Кейли остановилась как вкопанная, не веря своим ушам. Она знала рыжеволосого всего несколько часов, но уже успела посчитать его приятным человеком. — Ты скоро поймёшь, что семьи волшебников не одинаковы, Поттер. Ты же не заведёшь себе неправильных друзей? Я тебе подскажу, — Драко протянул руку в сторону Гарри, ожидая ответного жеста.

Кейли стояла в оцепенении, глядя на своего друга совершенно новыми глазами. Его высокомерие и пренебрежение к Рону противоречили всему, что она знала о нём раньше. Неужели всё это время он был таким и Снейп действительно никогда не замечала столь ужасных черт в его характере? А может мальчик так резко изменился или какая-либо другая причина, показывающая, что этот случай лишь исключение из-за некоторых обстоятельств? Навряд ли, не может он поменяться так сильно за короткое время. В этот момент она почувствовала, как между ней и Драко стала появляться невидимая пропасть, которую девочка совершенно не ожидала.

- Про меня тоже можно сказать неправильный, - Гарри встал на защиту Уизли и не повёлся на красивые речи Драко. Малфой удивлённо уставился на Поттера, но его быстро спугнула только что подошедщая дама в шляпе, которое до этого рассказывала им о предстоящей обучении.

- Все уже ждут вас, идёмте, - и вновь первокурсников повели в неизвестном для них направление. Двери распахнулись перед ними, открывая вид на большой зал со столами, за которыми уже сидели ученики школы. Только поступившие восхищенно рассматривали комнату, подходя к самому концу. - Остановитесь здесь, - Кейли подошла поближе чтобы попытаться найти глазами своего отца, который должен сидеть за преподавательским столом. - Прежде чем мы начнём, профессор Дамболдор хотел бы сказать несколько слов.

Кейли наконец-то заметила отца и поймала его внимательный взгляд, устремлённый на неё. Её сердце забилось чаще, а на лице появилась трепетная улыбка, предвещающая самое важное событие — распределение. В этот момент она была абсолютно уверена: её место — на факультете Слизерин. Там, под крылом своего отца, она будет чувствовать себя в полной безопасности.

Но её взгляд предательски метнулся к Драко, который сегодня глубоко ранил её своим поведением. Он был ей дорог — она любила проводить с ним время, делиться секретами и мечтами. Однако его резкая перемена характера при виде Поттера и Уизли испугала её до глубины души. Рон и Гарри показались ей замечательными ребятами, с которыми так хотелось подружиться. Но реакция близкого человека заставила её задуматься о будущем. Если конфликт между ними продолжится, придётся сделать выбор — а этого Кейли совершенно не желала.

Вернув взгляд к отцу, она заметила, как его чёрные брови слегка нахмурились, выдавая беспокойство. Его обычно бесстрастное лицо сейчас отражало тревогу за дочь. Кейли поспешила улыбнуться, надеясь хоть немного успокоить его переживания. Её маленькая ладошка крепче сжала мантию, а в глазах промелькнула решимость: каким бы ни было решение, она справится. Обязательно справится, чтобы не подвести папу.

Снейп, осознав, что пропустила важную часть речи директора, стыдливо опустила голову, чувствуя, как её щёки заливает румянец. Она украдкой бросила взгляд на величественную фигуру Дамблдора, стоящего за преподавательским столом, и мысленно выругала себя за рассеянность. Девочка с досадой осознала, что теперь ей придётся либо расспрашивать других о содержании речи, либо делать вид, что она всё слышала.

- Тот, чьё имя я назову, выйдет вперёд и я надену ему на голову распредедяющую шляпу и она определит вас на факультет, - вспомнив имя женщины, которое ей говорил Северус, Снейп поняла, что перед ней стоит профессор Макгонагалл. Из-за огромного потока размышлений это совсем вылетело из головы. - Гермиона Грейнджер, - вышла та самая девочка, что показалась сероглазой излишне высокомерной. Она слегка неуверенно прошла вперёд, аккуратно садясь на стул.

- Гриффиндор! - произнесла распределяющая шляпа. Стол этого факультета взорвался аплодистемнтами, радуясь пополнению в лице первокурсницы.

— Драко Малфой! — прозвучал следующий призыв. Сердце Кейли забилось чаще, словно пойманная птица в клетке. Она прекрасно понимала, что кроме Слизерина его никуда не могут отправить — это было очевидно по его происхождению и воспитанию. Но сама Кейли не могла решить, радоваться ей или нет. С одной стороны, они снова будут вместе, как и раньше. С другой — что, если его сегодняшнее поведение было лишь предвестником будущих проблем?

Драко, с привычной надменностью в каждом движении, поднялся на помост. Шляпа едва опустилась на его светлые волосы, как зал огласил знакомый клич: «Слизерин!» Стол факультета змей взорвался аплодисментами, приветствуя нового первокурсника.

— Все злые колдуны и волшебники заканчивают Слизерин, — тихий голос Рона раздался совсем рядом, как будто ударив по натянутым нервам Кейли. В его глазах читалось что-то похожее на лёгкое презрение. Снейп почувствовала, как внутри неё закипает негодование. Её отец, такой мудрый и добрый, тоже был слизеринцем! Как он мог быть злым, если каждый день показывал обратное? Его имя, словно светлый маяк, всегда освещало тьму вокруг.

Слова Рона, словно острые иглы, впились в её сознание, пробуждая бурю эмоций. Обида горячей волной поднималась глубоко в груди, смешиваясь с раздражением и больно разрастаясь по всему телу. Она ощущала, как её тело напрягается, а в ушах начинает шуметь кровь. Теперь она снова оказалась на перепутье. С одной стороны, её тянуло к Слизерину — туда, где был её отец, где, как она верила, жили умные и хитрые волшебники. С другой — она боялась осуждения со стороны тех, кто, возможно, разделял мнение Рона. Перед её мысленным взором проносились образы: строгие лица слизеринцев, их надменные взгляды, шёпот за спиной... Но среди них она видела и своего отца — такого, каким его помнила с детства: сильного, справедливого, достойного доверия.

— Кейли Снейп, — голос профессора Макгонагалл прозвучал как гром среди ясного неба, возвращая девочку из своих мыслей и выбивая весь воздух из её лёгких. В этот момент зал словно замер, и все взгляды устремились на неё — сотни глаз, изучающих, оценивающих, ожидающих. Ученики, уже знакомые с профессором Северусом, перешёптывались, обмениваясь многозначительными взглядами.

Кейли почувствовала, как её сердце колотится где-то в горле. Все эти устремлённые на неё глаза, казалось, давили, делая её невероятно уязвимой перед этой толпой. Ноги едва передвигались, дрожа от страха перед неизвестностью будущего. Когда она села на стул, каждый звук казался оглушительным. Шляпа, коснувшись её головы, словно давила на неё своим весом, заставляя почувствовать тяжесть момента. Снейп ощутила, как её руки нервно теребили ткань мантии, выдавая её тревожность. Пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались, словно пытаясь найти успокоение. В зале повисла гнетущая тишина. Каждый удар сердца отдавался эхом в её ушах, а мысли метались, как беспокойные птицы.

- Любопытство, преданность, находчивость, храбрость, - последнее прозвучало будто какая-то шутка. Кейли не могла спокойно сидеть на месте, словно натянутая струна, не в силах расслабиться из-за бурлящего внутри страха. - Куда же тебя определить? - тишина повисла в зале, как тяжёлое покрывало, сдавливая грудь и заставляя сердце биться чаще. Девочка ощутила, как её ладони стали влажными от волнения. Снейп посмотрела на отца, ища поддержки в его глазах, и, видимо, это помогло сделать выбор шляпе. - Слизерин! - прозвучало как гром среди ясного неба, разрушая гнетущую тишину. Стол факультета взорвался аплодисментами.

Кейли, словно на ватных ногах, медленно поднялась со своего места. Каждый шаг давался ей с трудом, как будто пол под ногами был соткан из тумана. Она отрешённо побрела в сторону стола Слизерина, чувствуя, как её сердце сжимается от непонятного ей чувства разочарования.

Слизерин… Именно этого она так хотела, но почему-то радость от исполнения мечты не приходила. Её взгляд невольно упал на Рона и Гарри, которые уже заняли свои места среди гриффиндорцев. Они весело переговаривались и смеялись, а их лица светились искренним счастьем. Зависть острым лезвием полоснула по её сердцу. Кейли мечтала о таких же верных друзьях.

Она боялась, что в Слизерине не найдёт себе подобных. Волнение сковывало её, когда она представляла, как будет учиться среди студентов, чьи взгляды и манеры казались ей чуждыми.

— Здесь тебе и место, — с лёгкой усмешкой произнёс Драко, поворачиваясь к своим приятелям. Его улыбка была холодной, но в ней промелькнуло что-то похожее на облегчение, что единственный близкий человек здесь был рядом. Кейли лишь молча кивнула, опуская глаза к столу.

Теперь она была частью Слизерина. Снейп знала, что впереди её ждёт много интересного в школе волшебства, но сердце всё ещё сжималось от тоски по той дружбе, которую она видела у гриффиндорцев.

Теперь ей предстояло найти своё место, понять, кто она здесь, среди этих людей, и, возможно, изменить своё отношение к Слизерину, который стал её домом на ближайшие семь лет. Может быть, у неё получится найти таких же светлых и приветливых ребят, как Гарри и Рон, с которыми их разделяла сильная вражда факультетов.

С поступлением в Хогвартс!