Тень наследия

Кассандра, всё ещё не веря в произошедшее, вошла в свою комнату и захлопнула дверь за собой. Она сделала пару шагов к шкафу, и, как в замедленной съёмке, потянулась за своим платьем, которое давно ждало этого момента. Пальцы слегка дрожали, когда она достала его, но улыбка на её лице была настолько яркой, что казалось, весь мир вокруг засиял.

Лаура, сидящая на кровати и что-то перелистывающая, заметила её. Её взгляд мгновенно стал настороженным. Подруга никогда не видела Касс такую. Обычно она была сдержанна, а сейчас её лицо сияло от радости и уверенности.

— Ты что-то скрываешь, — Лаура поднялась с кровати и подошла ближе, выражение её лица становилось всё более любопытным. — Что случилось? Ты выглядишь как будто... как будто в твоей жизни всё изменилось.

Кассандра, продолжая улыбаться, сбросила взгляд и быстро подошла к столу, чтобы выложить на него платье. Она вздохнула, ощущая в груди лёгкость, которой не было давно.

— Это... это трудно объяснить, Ла, — она остановилась, оглядывая свою подругу, — но всё стало на свои места. Джордж... Он всё понял. И я рассказала ему всё. О моём отце, о том, что я скрывала. Я не могу сказать, что всё решилось, но он дал мне шанс.

Лаура внимательно смотрела на неё, как будто пытаясь понять, что именно произошло.

— Так что, вы теперь... всё, как раньше? — её голос был полон сомнений, и она сделала шаг вперёд.

Кассандра тихо рассмеялась, пощёлкав пальцами, будто отпуская напряжение.

— Не совсем так, — ответила она, оглядываясь в зеркало и пытаясь привести себя в порядок. — Но... он поверил. Не знаю, что будет дальше, но я почувствовала, что у нас есть шанс.

Лаура, улыбаясь, подошла к подруге и обняла её. Её поддержка была важной, и Кассандра почувствовала, как её внутреннее спокойствие наполняется уверенностью.

— Я горжусь тобой, Касс, — прошептала Лаура, обнимая её. — Это будет сложно, но ты справишься.

Кассандра кивнула, чувствуя, как на сердце становится легче. В этот момент она почувствовала, что впереди её ждёт не просто бал, а что-то гораздо важнее. Это был момент, когда она могла быть собой, не скрываясь, не пряча ни своих чувств, ни своей истории. И, возможно, именно в этот момент всё начало меняться.

Кассандра, не сдерживая радости, села на кровать и рассказала Лауре всё:

— Мы... поцеловались. Я не ожидала, но это случилось, Ла. После того, как я рассказала всё, Джордж... он как-то посмотрел на меня, и вдруг я поняла, что больше не могу скрывать своих чувств. И он... он тоже, наверное, что-то почувствовал. Это было... невероятно.

Лаура с интересом наклонила голову, наблюдая за подругой, её глаза загорелись.

— Ого, Касс! Ты действительно пошла в атаку, — ухмыльнулась она. — Так что теперь? Джордж стал твоим личным рыцарем на белом коне?

Кассандра рассмеялась, отбросив волосы назад.

— Не совсем так. Он сказал, что ещё слишком рано, чтобы всё было так, как я хочу. Но... это был первый шаг, и я счастлива, что хоть что-то изменилось.

Лаура кивнула, при этом её лицо приняло задумчивое выражение.

— Ну, если уж поцелуи стали вашим новым хобби, не забудь, что не всегда всё так идеально, как в сказках, — с улыбкой добавила она. — В следующий раз напомни ему, что бал — это не только про танцы, но и про драмы!

Кассандра снова рассмеялась, ощущая, как облегчение проникает в её душу. Это был тот момент, когда всё стало хоть немного понятнее, и она была готова идти дальше.

Кассандра и Лаура вышли из спальни, обе в великолепных платьях, которые подчеркивали их фигуры и создавали впечатление, что они готовы к чему-то большому. Касс чувствовала, как её сердце бьётся немного быстрее. Она не могла перестать думать о Джордже и о том, что произошло между ними. Это было что-то новое и тревожное, но одновременно невероятно захватывающее.

Лаура шла рядом, её платье также привлекало внимание — оно было темно-синим с золотыми акцентами, и Лаура выглядела, как истинная дива. Она не могла не заметить, как подруга всё время хмурится, но не спрашивала. Всё и так было понятно — между Кассандрой и Джорджем что-то изменилось.

— Ты готова? — с улыбкой спросила Лаура, слегка приподняв бровь.

Кассандра огляделась, ловя своё отражение в зеркале на стене. Она выглядела уверенной, хотя внутри всё ещё бурлило от эмоций.

— Пошли. Они нас ждут.

Когда они подошли к залу, где проходил бал, Кассандра заметила Нейла и Джорджа, стоящих у входа. Нейл заметно нервничал, будто переживал по поводу чего-то, а Джордж выглядел более расслабленным, его взгляд сразу же нашел Кассандру среди толпы. Сердце Касс забилось быстрее. Она почувствовала, как её ступни замедлили шаг, а дыхание стало чуть более глубоким.

— Ты готова? — Лаура повторила с легкой улыбкой, толкнув подругу в бок.

— Да, — выдохнула Кассандра и направилась к Джорджу, стараясь не терять уверенности.

Как только она подошла ближе, Джордж подошел ей навстречу, его улыбка была немного напряженной, но в глазах всё тот же огонёк. Нейл, в свою очередь, заметил её приближение и, слегка нервно откашлявшись, бросил взгляд на Лауру, которая молча подошла к нему.

— Ты выглядишь восхитительно, — сказал Джордж, его взгляд скользнул по Кассандре с головы до ног. Он не мог скрыть восхищение. — Просто вау! Так и не скажешь, что ещё пару часов назад ты выглядела, как будто твоя жизнь закончена.

Кассандра удивленно подняла глаза на него, не ожидая, что он решит вспомнить её состояние утром. Её сердце немного замерло.

— Подожди, тебя же не было за завтраком, — заметила она с лёгким недоумением.

Джордж чуть улыбнулся, его глаза стали мягче, но в них всё равно читалась скрытая усталость.

— Почти. Я пришёл, когда все уже ушли. Не хотел пересекаться с тобой.

Кассандра кивнула, не зная, что сказать. Его слова вывели её из равновесия, но она не хотела показывать это. После мгновения молчания Джордж протянул руку, и она, почувствовав лёгкое тепло в его жесте, не раздумывая приняла её.

— Пойдём, — сказал он с легкой улыбкой, — балл не ждёт.

Они вместе направились в зал, где музыка звучала ещё громче, а люди, в блеске и великолепии, продолжали встречать их взглядом. Кассандра почувствовала, как её уверенность снова растет. На этот раз она не собиралась скрывать свои чувства, и ничто не могло её остановить.

Джордж был в своём привычном, слегка непринуждённом стиле, но его глаза иногда становились серьёзными, когда он говорил о вещах, которые его волновали.

— Ты заметила, как все уже забыли, что тут творится? — спросил он, кидая взгляд на танцующих студентов. — Лично мне кажется, что никто не слушает музыку, только двигаются, пытаясь показать, кто здесь важнее.

Кассандра улыбнулась, почувствовав, что этот разговор как-то сближает их, давая возможность расслабиться.

— Иногда мне кажется, что никто не замечает, как важно быть собой. Каждый пытается быть кем-то другим ради впечатлений.

Джордж кивнул, его лицо слегка потемнело, и он добавил:

— Знаешь, я это понял, когда ты в тот раз говорила о своём прошлом. Не обязательно скрывать свою историю. Мы все не идеальны, но важно то, как мы это всё переживаем.

Касс остановилась на мгновение, ее взгляд стал мягким, а сердце немного сжалось.

— Я... я не знала, как всё объяснить тебе, — призналась она, а её голос чуть дрогнул. — Не хотела, чтобы ты увидел меня с другой стороны.

Джордж поднял брови и, смотря на неё с искренним вниманием, сказал:

— Не надо так думать. Ты не единственная, кто имеет свой груз. И это не делает тебя слабой или хуже кого-то другого. Мы все это проходим. И если ты когда-нибудь почувствуешь, что нужна кому-то, знай, что я рядом.

Она взглянула на него и почувствовала, как её сердце наполнилось благодарностью и теплотой. Это было не просто пустое обещание — Джордж был серьёзен.

— Спасибо, — тихо ответила она. — Я постараюсь больше не скрывать себя.

— Ну а я, — сказал Джордж с улыбкой, — продолжу быть тем, кто будет поддерживать тебя, сколько бы ни потребовалось времени. Даже если иногда это означает просто танцевать с тобой на этом ужасно громком балу.

Касс засмеялась, улыбаясь ему в ответ.

— Согласна. Вряд ли найдется кто-то более странный, чем ты. — Она подмигнула ему.

И хотя вокруг продолжалась бурная суета, для них момент казался особенным — двое людей, которые наконец нашли способ быть честными друг с другом, не скрывая ни своих чувств, ни страхов.

Руки Джорджа мягко легли на талию Кассандры, когда они продолжили танцевать, погружаясь в атмосферу вечеринки. Он не сказал ничего, но в его жесте было что-то успокаивающее, почти защищающее. Касс почувствовала его тепло через ткань платья, и, несмотря на всю напряженность дня, её тело расслабилось.

— Знаешь, ты — лучшая танцорка на этом балу, — пробормотал Джордж, не отпуская её.

Она улыбнулась, чувствуя, как её сердце бьется быстрее, но не от волнения. Просто от того, что рядом был тот, кто её действительно понимал.

— Не знаю, Джордж, но ты явно подставляешь меня, если мне не получится стать такой же хорошей, как ты, — ответила она с легким смехом.

Он подмигнул, и ещё чуть сильнее прижал её к себе, чтобы двигаться в такт музыке. Ощущение его рук, его уверенности, обволакивало её, будто они были чем-то более, чем просто партнёрами на балу. Это был момент, в котором не было места для скрытности или страхов. Всё было открытым.

— Могу и с тобой научиться, — сказал он, его взгляд стал более серьёзным, а слова — более искренними. — Доверяй себе. Я верю в тебя.

Это было не просто танцевальное замечание. Это было нечто большее — обещание поддержки, какой-то тихой уверенности в том, что Кассандра может быть самой собой. Не важно, что происходило с ней раньше, не важно, что говорили другие. В этот момент они были здесь, и этого было достаточно.

Джордж наклонился ближе, его губы почти касались её уха, и он шепнул с лёгким смехом:

— Знаешь, ты как-то слишком быстро меня поцеловала. Я думал, ты хотя бы ещё немного подождёшь.

Кассандра почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она взглянула на него, не зная, что ответить, но его улыбка расслабила её. Джордж продолжил, слегка склонив голову:

— Но если честно, мне даже нравится, что ты не ждала.

Он коснулся её руки и, не отпуская, продолжил танцевать. Кассандра, немного смущённая, но счастливая, улыбнулась в ответ.

— Смена партнеров! — прокричала бодро профессор МакГонагалл, и на её словах музыка замедлилась, давая всем время для перестановок.

Кассандра почувствовала, как её сердце пропустило несколько ударов. Она огляделась, и её взгляд упал на Томаса, который уже направлялся к ней с довольно самодовольным выражением лица. Он был одним из тех, кто всегда казался спокойным и уверенным, но в его взгляде сейчас было что-то, что заставляло её насторожиться.

Он подошёл и протянул ей руку.

— Ну что, Касс, — его голос был почти игривым, — похоже, мне выпала удача.

Кассандра нервно выдохнула, чувствуя, как напряжение возвращается. Всё, что она хотела в этот момент — это остаться с Джорджем, не подвергаясь взглядам Томаса и всем остальным. Но вместо этого ей предстояло танцевать с ним, и этот факт совсем её не радовал.

С трудом, но она протянула руку, пытаясь скрыть свою растерянность.

— Ну, что ж, — сказала она сдержанно, — посмотрим, что получится.

Томас привлек Кассандру к себе и вёл её по залу, его движения уверенные, но с явной насмешкой. Он был близко, и её дыхание становилось частым. Он заговорил тихо, почти шёпотом, чтобы никто не слышал их разговор.

— Ты думаешь, Джордж останется с тобой? — сказал он, его голос хрипловатый, с едва заметной угрозой. — Он не может быть с кем-то, кто презирает маглорожденных. А тебе удобно быть рядом с ним. Ты же знаешь, что он любит внимание. А сейчас всё внимание на тебе.

Кассандра почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она попыталась скрыть свои эмоции, но что-то внутри её сжалось.

— Ты говоришь глупости, — ответила она, пытаясь сохранить спокойствие. Но её голос прозвучал твёрдо, хотя она чувствовала, как она теряет контроль.

Томас засмеялся, его рука на её талии стала ещё крепче.

— Я не думаю, что это глупости, Касс. Ты только что привлекла всё внимание, и теперь Джордж, наверное, сгорит в этом свете. Ему нравится быть в центре. А ты удобная игрушка, которая готова оправдать его игнорирование того, что он на самом деле чувствует.

Каждое его слово отзывалось в её груди, как удар. Но она всё ещё не могла позволить себе показать свою слабость. Она встретила его взгляд, её глаза полны решимости.

— Я не играю с Джорджем, Томас. Ты можешь думать что угодно, но я не буду твой марионеткой.

Он подал её на пару шагов вперёд, сделав танец ещё более неудобным, а его улыбка стала ещё более насмешливой.

— Посмотрим, сколько времени ты сможешь это скрывать, — сказал он, оставив её с горечью и неопределённостью.

Кассандра сжала зубы, чувствуя, как гнев заполняет её сознание. Она вырвалась из рук Томаса, не оглядываясь назад, и направилась к выходу из зала. Сердце колотилось от ярости и раздражения. Её шаги звучали громко в пустом коридоре, и, наконец, она оказалась в одной из комнат, куда никто не заглядывал.

Там, в тишине, она почувствовала, как напряжение отступает, но его место занимает пустота. Всё, что сказал Томас, оставалось в её голове, как яд. Она опустилась на скамью и закрыла глаза, пытаясь справиться с эмоциями.

Неужели он прав? Неужели она действительно просто привлекла внимание, и всё, что она думала о Джордже, было лишь игрой? Боль от этих мыслей пронзила её, но она не могла позволить себе сломаться.

Она сидела одна, глядя на свои руки, нервно сжимая пальцы, пытаясь успокоиться. Её гнев перерастал в неуверенность, но она всё ещё знала одно: она не будет позволять кому-то решать, кем она должна быть.

Когда Кассандра заметила Джорджа, её гнев вспыхнул вновь. Она встала и, не пытаясь скрыть своих эмоций, бросила на него жесткий взгляд.

— Ты со мной только потому, что всё внимание сейчас на мне? — её голос был холодным, полным недовольства и сомнений.

Джордж остановился на шаг назад, его лицо было напряжённым, но в его глазах не было ни малейшего следа отступления. Он вздохнул, шагнув ближе к ней.

— Нет, — ответил он, его голос был мягким, но твёрдым. — Я хочу, чтобы наши отношения были только для нас двоих. Я не хочу, чтобы всё, что происходит между нами, стало предметом обсуждения для всех. Я не нуждаюсь в чужих мнениях, Касс.

Его слова немного смягчили её гнев, но в душе оставался вопрос: действительно ли он искренен, или это просто ещё одна попытка оправдать себя? Джордж продолжил:

— Я ценю то, что между нами. Я не хочу, чтобы это стало шоу для всех, кто хочет смотреть. Я хочу, чтобы это было что-то настоящее, что-то только наше.

— Томас наговорил тебе бред, Касс,—  Джордж подошел близко-близко к Касс и положил свою правую руку ей на лицо,— Если ты продолжишь так внимательно всех слушать—  ты сойдешь с ума. 

Кассандра закрыла глаза, наклонив голову на плечо, где лежала рука Джорджа.

— Я не хочу быть жертвой и вечно ныть, но Томас будто просто не может пережить, что я могу радоваться. он находит способ испортить мне настроение.  

Джордж открыл рот, чтобы что-то сказать Кассандре, но к ним подошел профессор Снейп и позвал Кассандру с собой.

— Я что-то натворила?—  неуверенно спросила Кассандра.

—  Твой отец здесь.—  твердо проговорил Снейп.

Кассандра захотела остановиться, чтобы дальше не идти, но Снейп вел ее в перед, не оглядываясь.

Снейп остановился у двери своего кабинета, оглянулся на неё, и его взгляд был одновременно строгим и сочувственным. Он открыл дверь, и Кассандра вошла внутрь.

Её отец стоял у окна, спиной к ним, сложив руки за спиной. Его фигура, как всегда, была безупречной, и даже в этот момент он выглядел так, будто всё происходящее уже спланировано.

— Ты можешь идти, Северус, — сказал он, не оборачиваясь. Его голос был глубоким и уверенным.

Снейп кивнул и вышел, закрыв за собой дверь.

Кассандра осталась одна с человеком, которого боялась и ненавидела, но который всё ещё оставался её отцом. Он повернулся к ней, и его холодные серые глаза встретились с её взглядом.

— Ты выросла, — начал он, словно они не виделись годами, хотя прошло всего несколько месяцев.

Кассандра молчала, сжав кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони.

— Как тебе Хогвартс? — продолжил он, не обращая внимания на её напряжение. — Я слышал, ты неплохо справляешься с учёбой.

— Нормально, — коротко ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Нормально, — повторил он, как будто пробуя это слово на вкус. Затем сделал шаг к ней, и Кассандра невольно отступила.

— Тебе нравится быть здесь? Среди... магглорожденных и тех, кто не понимает, кто ты на самом деле?

— Меня устраивает, — ответила она, стараясь звучать твёрдо.

Его губы дрогнули в едва заметной усмешке.

— Устраивает... Это слово не для нашей семьи, Кассандра. Мы не стремимся к тому, чтобы нас "устраивало". Мы добиваемся большего. Мы превосходим.

Она промолчала, чувствуя, как всё её тело напряглось.

— Но я здесь не для того, чтобы обсуждать твои школьные успехи, — продолжил он. — Я хочу знать, как ты относишься к тому, чтобы стать частью чего-то большего.

Её сердце пропустило удар.

— Ты о чём? — спросила она, хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.

— О Пожирателях Смерти, — спокойно ответил он, как будто это был самый обычный разговор. — Я говорил тебе, что рано или поздно ты должна будешь сделать выбор.

Её горло пересохло, и голос предательски дрогнул:

— Я... Я не хочу быть этим, — сказала она, смотря прямо на него.

Он нахмурился, его взгляд стал холодным, как ледяная сталь.

— Ты не понимаешь, что говоришь. Это не выбор, Кассандра. Это твоя судьба. Ты — Роузье. Твоя кровь, твоя магия, всё в тебе кричит о том, кем ты должна быть.

Она почувствовала, как её колени дрожат, но стояла на месте.

— Нет, — ответила она, её голос был тихим, но твёрдым. — Я не буду частью этого.

На мгновение он молчал, словно переваривая её ответ. Но затем его лицо исказилось гневом. Он сделал шаг к ней, и в его глазах вспыхнуло что-то опасное.

— Ты даже не понимаешь, о чём говоришь, — прошипел он, его голос был низким и угрожающим. — Ты думаешь, что можешь отказаться? Думаешь, что у тебя есть выбор?

Кассандра стиснула зубы, стараясь не показывать страха.

— У меня есть выбор. И я сделала его.

Его рука резко взметнулась, схватив её за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза.

— Слушай меня внимательно, Кассандра, — проговорил он, и каждое его слово было как раскат грома. — Ты можешь думать, что ты сильная, что ты можешь убежать от своей судьбы. Но я знаю, кто тебе дорог.

Её сердце пропустило удар.

— Что? — прошептала она, чувствуя, как холодный страх пробирается к самому сердцу.

Он отпустил её, но не отступил.

— Ты слышала меня. Думаешь, я не знаю о том, что происходит в этой школе? — Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего доброго. — Этот мальчишка, Уизли. Ты думаешь, я позволю тебе продолжать это жалкое притворство?

Кассандра замерла. Он знал. Он всё знал.

— Ты тронешь его — и я... — Она остановилась, её голос сорвался.

— Ты что? — перебил он, прищурившись. — Пойдёшь против меня? Против своей семьи?

Он сделал шаг назад, но его слова были ещё более угрожающими, чем его действия.

— Ты должна понять, Кассандра: я всегда получаю то, чего хочу. Если ты не согласишься, я заставлю тебя. И это будет больно. Не тебе. Ему.

Она не смогла сдержать всхлип.

— Ты не можешь этого сделать.

Он наклонился к ней, его лицо было так близко, что она почувствовала его холодное дыхание.

— Могу. И сделаю. Выбирай, дочь моя. Ты с нами... или против нас?

Кассандра стояла, чувствуя, как всё внутри неё рушится. Её руки дрожали, но она не могла позволить себе показать слабость. Отец ждал ответа, его глаза пристально изучали каждую эмоцию, отражённую на её лице.

Она знала, что у неё не осталось выбора.

— Хорошо, — выдавила она, её голос был тихим, но достаточно чётким, чтобы он услышал. — Я... согласна.

Отец на мгновение замер, будто проверяя, насколько искренни её слова. Затем он отступил на шаг, его лицо смягчилось, но только едва.

— Мудрое решение, — произнёс он, но в его голосе не было ни тени радости. Это было просто утверждение. — Тебе ещё многому предстоит научиться, Кассандра.

Она опустила взгляд, пытаясь скрыть слёзы, которые подступали к глазам. Всё внутри кричало против того, что она только что сделала. Но её сердце болело за Джорджа. Она не могла позволить, чтобы отец навредил ему.

— Что теперь? — спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо.

— Теперь ты будешь следовать моим указаниям, — холодно ответил он. — У тебя есть время подумать о своём будущем. Но помни: ты принадлежишь этой семье, этому наследию.

Он повернулся к Снейпу, который стоял в стороне, наблюдая за сценой с выражением, которое Кассандра не могла разгадать.

— Убедись, что она возвращается в свою башню, — бросил отец. — И напомни ей, что её долг превыше всего.

Снейп кивнул, но его взгляд задержался на Кассандре.

Отец вышел из комнаты, оставляя её стоять на месте. Тишина повисла в воздухе, тяжёлая и удушающая.

— Пойдём, — наконец сказал Снейп.

Кассандра следовала за ним по пустым коридорам, чувствуя себя как в кошмаре. Всё, о чём она могла думать, это слова отца и то, как она потеряла всё, за что боролась.