глава 16
Гермиона не стала ждать Теодора, так как уже опаздывала на отработку к Снейпу. Девушка поднялась с холодного пола, схватила свои вещи и, на ходу утирая следы слёз, быстрым шагом пошла в подземелья. Гриффиндорка уже прошла три этажа, как услышала оклик, доносящийся позади. Она обернулась и увидела профессора Кармайкла, который смотрел на неё со смесью интереса и чего-то ещё, чего Гермиона так и не поняла. Он медленно подошёл к ней и как-то наигранно-сочувствующе улыбнулся, увидев её слёзы.
- Гермиона, привет, - девушка несколько опешила от такой фамильярности, ведь несмотря на то, что Кармайкл был молод, он был профессором и обязан соблюдать правила общения с учениками. - Ты плакала? Опять мисс де Лис постаралась, да?
- Ох, нет. Всё в порядке, она ни при чём, - поспешила уверить его Гермиона.
- Хм, ну ладно, - он подозрительно покосился на неё, будто показывая своё сомнение в её словах. - Куда идёшь? Позволишь проводить тебя?
- Да-да, конечно, - смущённо бормотала Грейнджер, краснея и пряча взгляд. Всё-таки профессор ей нравился, и то, что он общается с ней наравных и даже пытается как-то по-джентльменски вести себя, безумно льстило девушке. - Я иду в подземелья на отработку.
- Ну что ж, тогда пойдём. Буду рад провести немного времени с такой прекрасной леди, - он несколько оценивающе оглядел её фигуру, слегка усмехнувшись, что не укрылось от внимательного взгляда Гермионы и несколько напрягло её.
Они шли, а молодой профессор рассказывал о своей жизни в Канадской школе магии. Кармайкл был отличным собеседником, однако Гермиона слушала его в полуха, наблюдая за активной жестикуляцией, блеском в глазах и озорной улыбкой. Он выглядел, как совсем юный мальчишка; по нему было видно, что те времена были для него счастливыми. Он увлечённо рассказывал обо всех шалостях, которые вытворял и умудрялся не попасться учителям, чтобы не ставить под угрозу значок старосты, который он получил за отличную учёбу. Но Гермиона его прервала и спросила:
- А у вас была девушка? - гриффиндорка пыталась скрыть интерес, звучащий в голосе.
- Нет, не было, - рассмеялся Кармайкл. - Я вообще считаю, что любви нет, тем более в твоём возрасте. Люди только подбирают наиболее подходящего партнёра, который сможет удовлетворить их плотские потребности. Да и после свадьбы, когда супруг поднадоест, начинают искать разнообразия.
Гермиона очень удивилась такому ответу и поспешила спросить:
- Почему это вы так считаете? Я с вами совершенно не согласна. Как же жить, не любя? Что нас тогда отличает от животных? - недоумению девушки не было предела.
В ответ на её реплику Кармайкл нахмурился и уже более серьёзно ответил:
- Все люди такие, однако многие убеждают себя, что измена телом не есть измена душой, что они любят своих мужей и жён, просто хотят испытать чего-то нового, что это не предательство. Но это не так. Это самое тяжёлое преступление, предательство - называй как хочешь. Эти люди обманывают сами себя, разрушают свою душу, оскверняют тело. В глубине души они понимают, что и вовсе не способны на любовь, что это чувство доступно только кому-то менее приземлённому и зависимому, чем человек. Например, Богу. Я, хоть и маг, но всё же верю в него. В его руках сосредоточены души всех людей. И раз он до сих пор не сжал кулак и не превратил эти мелочные душонки в пыль, не уничтожил за все преступления, что тяжким бременем легли на сердца, за всю ложь, что мы каждодневно вселяем в головы - не только других, но и в свою собственную, за убийства не только других людей, но и своих душ, которые даровал нам Господь, значит он нас действительно любит. Эту любовь можно сравнить лишь с любовью матери к своему ребёнку, которая не смотря ни на какие поступки, совершённые её ребёнком, ни на какие обиды, нанесённые им, будет хранить и оберегать его до конца своих дней. Но любовь между мужчиной и женщиной.... - нет, это просто иллюзия тех, кому не хватает доли ласки, просто крик изголодавшегося по прикосновениям тела. Но я хотя бы осознаю это, в отличие от многих, я знаю, что никогда не попаду в Рай, никогда не оскверню место, не предназначенное для моей запятнанной души. Я знаю, что многое делаю неправильно, но изменить это не в силах, ведь все люди такие, до конца жизни я буду убивать себя изнутри, совершать то, чему нет прощения. Но я не буду жалеть об этом, ведь все люди такие: слабые, зависимые от своих желаний. Я просто всегда буду понимать это, а потом, когда настанет мой судный час, посмотрю Ему в глаза и, он уничтожит мою, уже никому не нужную, душу, - его глаза горели огнём, он искренне верил в то, что говорил. Он заставил Гермиону задуматься об этих словах, ведь они были настолько правдивыми, убедительными.
Гермиона удивлённо смотрела на мужчину. Она никак не ожидала услышать такой ответ. Значит, у неё нет шансов на его симпатию. Он никогда не поверит в чувства, теплящиеся в её груди. Она не думала, что такой, по её мнению, человек с романтичной натурой может считать женщину лишь средством удовлетворения физических желаний. Что-то неприятное поселилось в груди. Жаль, ей ведь действительно понравился Кармайкл, но она не сможет смириться с такой точкой зрения. Возможно, что то, что она чувствует к нему, не более, чем простая симпатия, да вот только Гермиона всегда знала, что её родители любят друг друга, что ни о каких изменах и речи быть не могло. Слова этого мужчины, говорящего такие красивые, но вовсе не правильные слова, не смогут переубедить её в её взглядах на жизнь. Он был не прав.
Пока Гермиона была погружена в свои невесёлые мысли, они успели добраться до кабинета Снейпа. Она так и не успела ответить профессору.
Девушка робко постучалась и, услышав негромкое "Войдите", прошла в кабинет. Декан Слизерина недовольно посмотрел на неё и сказал:
- Вы мало того, что не умеете держать язык за зубами и настолько бессовестны и высокомерны, что считаете, что можете нахамить преподавателю, - Гермиона поняла, что Снейп говорит о произошедшем на прошлом уроке. - Так ещё и не обладаете таким полезным свойством, как пунктуальность.
"Опять он язвит. Ну как можно не обращать внимание на постоянные издёвки и замечания с его стороны, лишённые обоснования?" - думала Гермиона, стараясь успокоиться и не разозлиться вновь, чтобы снова не наговорить ему гадостей. Она взглянула на часы и усмехнулась: опоздание составило одну минуту.
Тут в класс вошёл профессор Кармайкл и с весёлой улыбкой, будто и не было той душевной исповеди,сказал:
- Профессор Снейп, я задержал мисс Грейнджер, поэтому её пунктуальность совершенно ни при чём. Прошу извинить и не снимать баллы с Гриффиндора.....которых вы и так почти не оставили, - прошептал мужчина так, чтобы его услышала только Гермиона, стоящая рядом. - Теперь я, пожалуй, пойду, - после чего профессор тихонько фыркнул, увидев, что лицо Снейпа стало ещё более недовольным, чем всегда, если такое, конечно, возможно представить, и вышел из кабинета, оставив Гермиону наедине с профессором.
Отработка длилась четыре часа, Снейп заставил девушку вымыть всю лабораторию, а также комнату для занятий без использования магии, естественно. Измученная гриффиндорка еле дошла до башни старост, тело болело, спина затекла. Зайдя в гостиную, девушка увидела соседа и по совместительству старосту мальчиков Теодора Нотта, который хмуро смотрел на камин; судя по выражению лица, его мысли были отнюдь не радостными. Услышав шум, он повернул голову в сторону Гермионы и проницательно посмотрел прямо ей в глаза. Гермиона поёжилась от этого взгляда, который будто пронизывал её насквозь. Она подошла и обессиленно рухнула в кресло, стоящее напротив того, в котором сидел Нотт. Голос девушки разрезал тишину, царившую в гостиной, она спросила:
- Тео, что-то не так?
Он прищурился и тихо ответил:
- Всё хорошо, Гермиона. Я поговорил с Малфоем, - девушку насторожило, что он назвал лучшего друга по фамилии. - Больше такого не повторится. Знаешь, похоже, что я был не совсем прав, говоря тебе, что он вовсе не такая уж и сволочь, каким кажется....
- Вы поругались? - прервала его Гермиона. - Теодор, я вовсе не хотела, чтобы вы ссорились из-за меня, поверь, я сама смогу решить свои проблемы, - затараторила Грейнджер.
- То что между нами произошло, уже не твоя забота, - ответил Нотт.
- Ну, раз ты так считаешь, то ладно, - смутилась гриффиндорка. - Спасибо тебе, что защитил меня, - улыбнулась Гермиона. - Кстати, я принимаю твоё предложение. Я согласна стать твоим другом. Думаю, что ты прав, и мы действительно сможем найти общий язык и нормально общаться.
- О, это замечательно, - просиял Теодор. - Кстати, ты ходила на обед? Я могу принести тебе с кухни что-нибудь поесть, - настроение Нотта явно стремительно поднималось, он уже не так переживал по поводу того, что Драко влюбился в Гермиону, ведь она теперь обижена на него, и очень сильно, так что у него нет никаких шансов.
- Ох, я была бы очень признательна, - девушке было приятно, что её новоиспечённый друг решил позаботиться о её состоянии.
- Ну тогда я мигом.
Затем Теодор поднялся с кресла и вышел из гостиной.
Немного поразмышляв о прошедшем дне, Гермиона задумчиво смотрела на огонь: мерцающие блики и причудливый танец огоньков её завораживали. За этим занятием девушка провела минут пятнадцать и не заметила, как вернулся Тедор.
- Вот, держи, - девушка вздрогнула от нежиданности, когда ей на колени приземлился поднос с едой.
- Ох, спасибо большое. Ты решил основательно откормить меня? - и вправду, поднос просто ломился от различных яств.
Гермиона взяла булочку с маком и с наслаждением надкусила.
- Слушай, Гермиона. Как тебе наш новый профессор? - Грейнджер поперхнулась от неожиданного вопроса. Откашлявшись, она ответила:
- Он показался мне довольно-таки неплохим человеком, до сегодняшнего разговора, - конец фразы девушка прошептала так, чтобы не услышал Нотт. - Он доступно и интересно объясняет материал урока, легко нашёл общий язык с учениками, обладает неплохим чувством юмора. Не слишком строгий, но поддерживает дисциплину в классе, - не смотря на подпортившееся после сегодняшней беседы впечатление, она всё ещё испытывала к нему тёплые чувства, а также Гермиона не могла отрицать его профессиональных способностей к преподаванию.
- Понятно. Ты единственный человек женского пола в замке, кто сказал о нём, как о преподавателе, а не о том, какой он красавчик и насколько он обаятелен. Хоть одна здравомыслящая девушка нашлась.
"Знал бы ты, что я о нём на самом деле думаю", - подумала Грейнджер.
- Ну он довольно симпатичный и действительно обаятельный, - смущённо прошептала Гермиона.
Она не могла понять, почему Теодор вдруг так скривился после этих слов.
- Если сравнивать со Снейпом, - пошутил с долей иронии Нотт.
- О, если сравнивать со Снейпом, то Филч вообще мужчина мечты, - рассмеялась Грейнджер.
Они весело рассмеялись, после чего сменили тему разговора.
Ещё немного поболтав, ребята пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим комнатам.
***
В это же время Драко Малфой зашёл в кабинет своего декана и по совместительству крёстного.
- Вы звали меня, профессор? - спросил Драко, присел на стул напротив Снейпа и положил на стол записку, на которой была просьба зайти после отбоя.
- Да, Драко. Мне нужно сообщить тебе кое-что важное.
- Хорошо, только давайте побыстрее, а то мне ещё надо успеть в гостиную Слизерина вернуться, чтобы не поймал кто-нибудь из дежурных.
- Я недавно был на собрании Пожирателей, - тут Драко насторожился: если дело касается Волан-де-Морта, значит точно ничего хорошего крёстный не сообщит. - Он сказал, что придумал, как преподнести урок твоему отцу за его провал в Министерстве. После твоего посвящения он расскажет о миссии, которую поручит тебе. Драко, тебе надо будет убить Дамблдора, - взволнованно сказал Снейп.
Драко просто не верил своим ушам. Как мог поручить Тёмный Лорд ему такую важную миссию?!
- Но как простой мальчишка сможет одолеть величайшего мага, с которым и сам Лорд не потягается? - обескураженно прошептал Малфой.
- Я не знаю. Тебе нужно подумать, что делать. Учти, что информация секретная, и ты про это не должен был ничего знать, - строго ответил профессор.
- Никто не узнает, - поспешил заверить его Малфой. - Я, пожалуй, пойду.
Слизеринец отодвинул стул и с остекленевшим взглядом вышел, захлопнув за собой дверь. Только сейчас он осознал, что ему придётся запятнать свои руки и душу кровью. Дыхание вдруг резко перехватило, перед глазами поплыло, он пошатнулся и ухватился за стену, чудом не упав.
"Я не убийца. Я не смогу. Это же просто невозможно, невыполнимо", - роились мысли в голове Драко. "Да даже если появится такая возможность, то я всё равно не смогу произнести эти слова, несущие за собой смерть."
Разум затуманился, Малфой уже не помнил, как дошёл до гостиной, как лёг на свою кровать, которую он занимал вот уже шесть лет и как провалился в сон, не принёсший ничего, кроме кошмаров.
Тёмный зал, освещённый лишь несколькими слабо горящими факелами, одиноко висящими на сырых каменных стенах, был неуютным и отталкивающим из-за мрачности и атмосферы нагнетённости и страха, царившем в нём. В помещении царила полная тишина, был слышен лишь равномерный стук падающих капель со стен, который неприятно резал слух. Всё тело Драко было напряжено, одинокая капелька пота стекала по виску, прочерчивая мокрую дорожку по бледной щеке с чётко выраженными скулами. Взгляд помутнел; пелена страха застилала глаза, губы сжаты в тонкую полоску, превращаясь в единую ровную линию. Малфой пытался всеми силами скрывать свои эмоции, собрать волю в кулак, однако Тёмный Лорд был прекрасным легилиментом, поэтому без труда прочёл все его мысли. Волан-де-Морт не заботился ни о ком: ни о жертвах, ни о собственных слугах и последователях. Он, не боясь причинить дискомфорт, грубо вошёл в сознание парня и моментально смёл слабенький блок, который пытался создать Драко, прекрасно зная о выдающихся способностях своего хозяина. Неужели шестнадцатилетний мальчишка всерьёз полагал, что сможет обмануть величайшего мага современности своим жалким блоком, сломать который не понадобилось и особенных усилий!
Взгляд Лорда из холодного и пристального мгновенно стал гневным и взбешённым. В свете бледных факелов Драко даже показалось, что красные глаза полыхнули ослепительным огнём, что блики яростного пламени начали свой бешеный танец.
Стало жутко и страшно до того, что казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, что ноги становятся ватными и уже не держат вмиг отяжелевшее в сотни раз тело.
Это был не тот страх, когда маленький ребёнок разбил любимую мамину вазу и ждал наказания, а тот, который испытывал далеко не каждый человек, когда чувствуешь угрозу не только для своей жизни, но и жизни дорогих людей. Даже злейшему врагу не пожелаешь испытать этих мук, когда страшишься неизвестности, когда не знаешь, что произойдёт через мгновение, когда не можешь предугадать действия того, от кого зависит дальнейшая судьба.
А Тёмный Лорд просто ждал. Ждал непонятно чего. Драко уже просто не мог вынести этого гнетущего безмолвия, поэтому резко разрезал, как лезвием ножа, эту давящую на мозг тишину.
- Я не смог.
Всё. Всего два слова с напускной твёрдостью, хотя внутри уже всё сто раз перевернулось. Всё. На большее его уже хватит. Нервы на пределе. Проклятье!
- Не смог....не смог...не смог.
Боже, как же громко звучит это дурацкое эхо. Давит. Давит на мозг, это проклятое "Не смог" как эти капли стучат мне по голове. Мучительно.
Эта пытка считается одной из самых суровых. Человека кандалами приковывают к холодным стенам и на голову ему в одно и то же место постоянно падают тяжёлые капли. Звучит смешно. Чего такого ужасного может быть в простой воде? Ничего особенного, да вот только уже через несколько дней, ну, может, неделю сходят с ума. И сделать то ничего и не могут. Ужасная долговременная пытка, которая заканчивается либо сумасшествием, либо смертью.
Представили? Отвратительно, согласитесь? Вот Драко чувствовал себя примерно так.
Вот Его змееподобное лицо кривится в презрительной гримасе, он лишь коротко усмехается, ждёт ещё несколько мгновений, будто бы он ждал ещё чего-то от Малфоя, возможно, оправданий, мольбы. Затем его бледная костлявая рука медленно поднялась....
Драко глубоко вдохнул, ожидая очередного круциатуса, но нет.... Видимо, провал этого задания обойдётся ему куда дороже. Слишком большую оплошность он совершил...
Яркий зелёный луч стремительно понёсся прямо в сердце его матери.
"Какие красивые у неё глаза. Синие. Блэковские", - единственная мысль, пронёсшая в голове остолбеневшего Драко.
А мама....она смотрела прямо ему в глаза, с такой нежностью и любовью и ещё чем-то непонятным. Но это было неважно. Стук резко упавшего тела заставил забыть буквально обо всём. А он...он просто смотрел. Ничего не было важнее, чем этот остекленевший взгляд синих глаз. Боже, сколько же это продлится?
Как в тумане он подошёл к ней и судорожно обнял.
- "Это была вина. Она извинялась за то, что не уберегла меня от этого всего. Вот что значил этот взгляд", - проскользнула запоздалая мысль в голове.
Вдруг в голове будто что-то щёлкнуло. И его затопило всепоглощающей яростью, которую он так желал выплеснуть наружу. Но он не успел. Второй зелёный луч понёсся уже в него самого...
***
- Нет. Нет, - оглушительный крик раздался в пустой спальне.
Проснулся.
Выражение лица Драко было непередаваемым. Тело неистово трясло, губы дрожали, футболка уже вся была мокрая. Уже всё закончилось, а паника до сих пор не отступила. До сих пор сжимала в своих крепких руках бешено бьющееся, вырывающееся сердце.
Говорят, настоящий ужас человек испытывает лишь раз в жизни, когда все внутренности скручивает, чувствуешь, будто уже через секунду задохнёшься. Начинается паника. Остальное лишь простой страх, который исчезает уже через несколько часов. Но ужас...Он меняет человека, оставляет свой отпечаток на нём. Не все испытывают подобное, но те, кому "повезло" это ощутить, уже не становятся прежними.
Надо же, какая ирония. Свой ужас Драко испытал несколько минут назад, да и то во сне. Нет, ну как можно испытывать такие сильные эмоции во сне? Самое ужасное произошло во сне. Смешно.
Хотя, может быть, это ещё не конец, может, когда придёт время, будет ещё хуже, отчаянней. Но он даже не думал об этом. Знал, что большего ждать не стоит. И так за прожитые шестнадцать лет с лишком хватило. Это Вера. Надеялся, что жизнь пощадит его и так расшатанные нервы, что успокоится и остановится. И так было тяжёлое юношество. Не станет судьба портить будущее. Это Надежда. Молился, всей душой верил, что его сон никогда не сбудется. Верил, что мама всегда будет рядом, что её тёплые нежные руки закроют, защитят от всех бед, что её родной и такой нужный взгляд будет сопровождать по жизни. Это Любовь. Пожалуй, без этого существование на Земле бесполезно.
Все знают, что у судьбы отвратительное чувство юмора. Злые насмешки - только так можно назвать эти издевательства над разумом и телом. Сатира и ирония - единственное, чем она овладела в совершенстве. Умеет только играть чувствами, разрушать надежды, искоренять веру, лишать любви. Опытный игрок, опасный. С ней не решишься на партию. Слишком высокую плату она возьмёт за проигрыш. Чёрный юмор у неё. Не смешно. Стрёмно.