~Часть 11~
Дни пролетали незаметно. Осень окончательно вступила в свои права, накрыв Хогвартс стеной дождя и сильными порывами ветра. Гермиона, которая ранее не питала ни капли любви к такой погоде, сейчас даже не обращала внимания на творившийся за окнами хаос.
Сейчас все ее мысли занимал парень, от улыбки которого ее сердце наполнялось такой теплотой, что хотелось кричать от счастья. Вспоминая его вчерашние объятия и поцелуи, она как сумасшедшая блаженно улыбалась и молила Мерлина, чтобы время остановилось. Мысленно просила саму жизнь дать ей еще немного времени насладиться моментом и тем калейдоскопом невероятных по силе эмоций, которые буквально вскружили ей голову.
Хорошие дни омрачали только ночи, которых она стала ожидать со страхом. Кошмары стали проникать в ее сны постепенно. В начале, это были не осязаемые тени, оставляющие после себя лишь неприятный дурман в голове на утро. Позже тени начали принимать уже различимые контуры. Ей снилось поместье Малфоев, где Беллатриса пытает ее заклятьем Круциатус. В другую ночь, она столкнулась с худшим из своих кошмаров. Она снова оказалась на той злополучной лестнице, где ее прокляли. Гермиона всячески старалась этого избежать, как-то изменить ход событий, но проклятье настигало ее снова и снова. Сколько бы она не пробовала, ничего не получалось. Такие игры разума не сулили ничего хорошего, это было предостережение, что ее жизнь имеет срок годности.
Ранним утром, она сидела на кровати и листала альбом, который с недавнего времени пополнился новыми снимками. Первые страницы украшали детские фотографии золотого трио. Она любовно погладила глянцевые карточки любимых друзей. На них они такие маленькие, несуразные, с растрепанными волосами, но при этом невероятно довольные. Как же она скучает по тем дням. Гарри и Рон… как же сильно хочется их увидеть.
Следующие страницы вернули ее к воспоминаниям о чемпионате мира по квиддичу, на котором ей довелось побывать вместе с Гарри и семьей Уизли. Такое ощущение, что это было вчера, хотя с того дня прошло почти четыре года. Тогда еще никто не догадывался, какие ужасные события развернутся буквально через год. Тем ни менее, поход на чемпионат она вспоминает с теплотой в душе.
Перейдя к последним страницам, Гермиона непроизвольно затаила дыхание. На них расположились фотографии, сделанные на свиданиях. На их с Малфоем свиданиях. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно. Иногда Грейнджер крепко зажмуривает глаза, не веря в реальность происходящего. Интересно, как бы отреагировал Драко, увидев столько общих фотографий? Разозлился бы? Посмеялся? Он знал лишь о паре снимков, а фотоальбом хранил уже пару десятков.
Она перевернула страницу и с помощью заклинания заполнила некогда чистый лист новыми карточками. На последней фотографии Грейнджер задержала внимание, любуясь удачным кадром. На ней Драко стоял позади Гермионы, крепко обняв ее за плечи, а девушка опустила голову ему плечо. Задний план украшали яркие огни живого города, которые сияли с высоты 130 метров, как россыпь драгоценных камней. Этот снимок был сделан вчера во время их четвертого свидания.
**********************************************
На уроке заклинаний, который после битвы на Хогвартс, продолжил вести профессор Филиус Флитвик, студенты проходили ментальный контакт. Гермиона, по обыкновению, старательно записывала каждое слово преподавателя в толстую тетрадь. Она была так сосредоточена, что не сразу заметила маленькую записку в форме птички, которая свалилась ей уже практически на колени, когда девушка дописала до конца страницы.
Она недоуменно повертела ее в руках и аккуратно распечатала послание.
«Мы встретимся на этой неделе? Не подумай, что мне больше не с кем провести время, скорее наоборот, выбираю, на чем остановиться в итоге».
Гермиона недовольно обернулась на последний ряд, места, которые теперь занимали слизеринцы. Кабинет профессора Флитвика до сих пор не был полностью отремонтирован, поэтому мало того, что они занимались в другом классе, так еще и делили урок вместе со змеиным факультетом. Правда, если признаться, саму Грейнджер последний факт мало волновал. Вернее вообще не волновал, так как с новыми соседями она, может и не подружилась, но и какого-то откровенного негатива с их стороны ощущать перестала. Все просто смирились с ее пребыванием в подземельях.
Она нашла глазами Малфоя, который вальяжно развалился на стуле и лениво вертел в руках перо. На ее недовольный взгляд, он поднял лишь бровь, а она в отместку демонстративно разорвала на мелкие кусочки его записку. Грейнджер не боялась удивленных взглядов своих сокурсников, так как ни кому и в голову не пришло бы, что Гермиона и Драко могут обсуждать что-то личное. Скорее Малфой отправил ей какое-нибудь мерзкое послание, от чего гриффиндорка разозлилась.
Через полчаса на ее столе красовались еще две новых записки, которые она даже не открыла. Когда профессор объявил об окончание урока, девушка подожгла бумагу с помощью Инсендио и вышла из класса.
О, как же он ее бесил в такие моменты. Можно подумать, что она заставляет его в тайне встречаться с ней. Бедный Малфой не хочет, но вынужден. Было ужасно обидно. Ей очень бы хотелось, чтобы Драко тоже ждал этих встреч так, как стала ждать их она.
Гермиона стремительно преодолевала один коридор за другим. Дойдя почти до класса истории магии, ее неожиданно резко дернули за руку и втащили в темное помещение.
Она не растерялась и тут же вытащила палочку, заняв, как по команде, боевую стойку. Однако через несколько мгновений руку она все же опустила, поняв, что ее жизни едва ли что-то угрожает. Драко Малфой с ироничной улыбкой стоял перед ней, шуточно подняв обе руки вверх.
— Воу, полегче, Грейнджер! Не стоит так размахивать палочкой.
— С ума сошел, ты напугал меня! Не надо подкрадываться ко мне!
— Ты не ответила на вопрос. Мне ничего другого не оставалось, как подкрасться к тебе незаметно. Сама понимаешь, в нашей ситуации…
— Научись задавать вопросы так, чтобы на них хотелось отвечать, — прервала его Гермиона. — Знаешь, не у тебя одного могут быть интересные планы на выходные. Может я тоже еще не решила, с кем мне их провести в итоге.
— Да неужели? И между кем ты выбираешь? — недоверчиво прищурил глаза Малфой.
— Да вот, получила письмо от Виктора. Мы давно с ним не виделись. Наверное, стоит это исправить. В отличие от тебя, он с радостью готов встретиться со мной, — не моргнув и глазом, соврала она.
Естественно, никакого письма от Крама и в помине не было. Грейнджер решила сыграть на его эго. Блондин постоянно находится в положение короля. Они встречаются лишь тогда, когда ему это удобно. Но Драко пора понять, что он не единственный мужчина в магическом мире, с которым она может провести время. Пришло время блефовать.
— Ты не будешь встречаться с ним! — безапелляционно заявил Драко, сложив на груди руки.
— Это еще почему?
— Подумай о своем рыжем Уизли. Бедного парня и так жизнь не баловала, так еще и его девушка начала проводить время с бывшим ухажером. Это так подло.
Гермиона усмехнулась. Пазл сложился в единую картинку. Все это время Малфой думал, что она встречается с Роном, а значит, узнай тот, что в его отсутствие она бегала на свидания с самым ненавистным для него человеком, это бы просто растоптало его. Большего предательства и представить сложно. На душе как-то разом стало тяжело. Сам того не осознавая, Драко признался ей, что все их встречи — лишь иллюзия зарождающихся отношений. К ней у него чувств, как не было, так и нет.
— Рон только порадуется за меня, ведь мы расстались с ним практически сразу же после окончания войны. Извини, забыла тебе сказать об этом.
Такого поворота Драко действительно не ожидал. Он как-то разом напрягся и опустил руки, едва заметно сжав их в кулаки.
— Неужели ты действительно думал, что я предложила бы тебе этот спор, если бы встречалась с Роном? — продолжила Гермиона, сделав шаг по направлению к Малфою. — Думаешь, я смогла бы так поступить с одним из самых дорогих и любимых мне людей? — еще шаг. — Нет, Драко, своего мужчину я буду уважать и во всем поддерживать. Для меня он будет другом, отцом и любовником и я никогда, слышишь, никогда не сделаю ничего такого, что ранит и обидит его. Так что теперь, — она уже стояла практически вплотную к нему, — на правах свободной от отношений девушки, я вольна встречаться с кем мне захочется. Можешь окончательно выкинуть из своей светлой головы грандиозные планы по унижению Рона, если они у тебя были, конечно. Узнав о наших встречах, он в восторг не придет, но и концом жизни для него это не станет.
В коридоре прозвучал бой колокола, возвестивший о начале урока. Она еще секунду наслаждалась выражением лица Малфоя, который буквально пылал от разочарования и ярости, что она обвела его вокруг пальца, а затем развернулась на каблуках и пошла к выходу.
— В субботу, Грейнджер. Я буду ждать тебя в том самом ресторане, где мы впервые обедали.
Она остановилась возле самой двери.
— Хватит, Драко. Больше нет смысла играть. Я не хочу участвовать в этом фарсе.
— В субботу, в шесть вечера, — с нажимом повторил он.
Гермиона сжала ручку двери. Разум твердил не соглашаться, а сердце просило не упрямиться.
— Никакой игры и никакого обмана. Ты же этого хочешь, разве не так?
Она слышала его шаги, приближающиеся к ней. Теперь он стоял совсем близко. Она затылком ощущала его дыхание. Каждый мускул на ее теле напрягся.
— То, чего хочу я, ты дать мне не можешь, — тихо произнесла она, продолжая бороться с собой.
— Проверим?
Он провел кончиком указательного пальца по ее напряженной спине и, переместив руку ей на живот, резко притянул к себе. Гермиона выдохнула с едва различимым стоном. Силу его желания не ощутить было невозможно. Голова начала кружиться, а тело предательски томиться, умоляя большего. Ей пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы убрать его руку.
— Я подумаю.
С этими словами она открыла дверь и вышла в пустынный коридор.
**********************************************
Если бы Гермиону попросили бы описать одним словом четвертое свидание с Драко, она бы ответила: «впервые». На этом свидание все было впервые для нее. Казалось бы, все тот же Малфой — саркастичный, надменный и местами резкий. Однако в тот день он сумел показать и другие стороны своего характера. Естественно, она пришла к нему. Пока есть хоть малейший шанс на спасение, она засунет гордыню куда подальше и будет плыть по течению.
В ресторане он галантно встал, когда она, немного опоздав, подошла к столику. Она была уверена, что он разразится гневной тирадой, что она заставила его ждать, но по этому поводу он не сказал ей, ни слова. Весь обед он не сводил с нее своих холодных, но красивых глаз. Складывалось впечатление, что Малфой что-то упорно решает у себя в голове, а это заставляло ее нервничать. В какой-то момент Гермиона больше не могла вынести на себе его изучающего взгляда и отлучилась в уборную, чтобы перевести дух.
В следующий раз он удивил ее сразу же после того, как они покинули уютный ресторан. Он впервые взял ее за руку. Вот так просто и естественно, переплел их пальцы и потянул вверх по улице. Она послушно шла с ним рядом, наслаждаясь моментом. Сейчас Грейнджер даже не могла вспомнить, о чем они разговаривали в ту минуту. Все было до ужаса каким-то нереальным. И с этой нереальностью абсолютно не хотелось расставаться.
Вдалеке Гермиона уловила звуки скрипки. Через пару минут они приблизились к немногочисленной толпе, которая окружила молодого парня азиатской внешности. Грейнджер сразу узнала знакомую мелодию. Это была одна из композиций Ванессы Мэй. Несмотря на ветер, куртка парня была расстегнута, а на лбу выступила испарина. Она достала пяти фунтовую купюру и положила ее в стоящую возле ног парня сумку. Он мило улыбнулся ей и благодарно подмигнул.
Малфой недовольно нахмурился.
— Он что таким способом зарабатывает себе на жизнь?
— Не обязательно. Просто мне нравится, с какой страстью он играет. Мне захотелось поддержать его.
— Но от денег он не отказался, а значит, нуждается в них. Так почему бы ему не найти нормальную работу?
— Откуда ты знаешь, что у него нет нормальной работы? Возможно, музыка его хобби, а сегодня у него свободный день. Нет лучшей похвалы, чем признание толпы. Никто не заставляет тебя насильно класть деньги. Это личное дело каждого.
— Чушь какая-то! — фыркнул Малфой. — Это же унизительно стоять вот так среди маглов и ждать подаяние.
Настало время нахмуриться уже Гермионе.
— Как ты можешь вот так просто осуждать людей? Ты же ничего об этом человеке не знаешь. Не все рождаются с золотой ложкой во рту. Некоторым приходится ежедневно бороться за кусок хлеба.
Драко закатил глаза, но тон сбавил.
— Тебе бы только найти, кого защищать. Как же ты любишь спорить со всеми, Грейнджер. Мне вот интересно, если бы ты не была волшебницей, то чем бы занималась?
— Не знаю, но определенно чем-то полезным. Возможно, выучилась бы на адвоката и представляла интересы малоимущих людей.
— Я же говорю, — хмыкнул Малфой, — лишь бы защищать кого-нибудь.
Гермиона прыснула. Мелодия тем временем уже сменилась, а новые зеваки заменили старых.
— Пойдем, я хочу тебе показать одно место, — потянула Малфоя в сторону Грйенджер.
Она вызвала такси, который понес их в сторону района Ламбет. В машине Драко снова взял ее за руку. Всю дорогу они просидели в полной тишине, разделяя этот момент друг с другом. Иногда тишина красноречивей всех слов. Теперь Гермиона понимала суть этого выражения.
Через тридцать минут, расплатившись с таксистом, они оказались на южном берегу Темзы. Сумерки уже спустились на город, поэтому вся дорога была покрыта яркими огнями уличных фонарей. Малфой не смог скрыть изумления, когда понял, куда именно Гермиона его привела. Лондонский глаз — огромное колесо обозрения, высотой более 130 метров. Несколько десятков стеклянных кабинок, которые поднимают людей над самым городом и дают возможность рассмотреть его со всех сторон. От такого чудесного зрелища не смог скрыть восторга даже Драко.
Как ни странно, но в капсуле они оказались одни. Малфой тут же припал к стеклу, рассматривая открывающийся перед ним великолепный пейзаж, а Грейнджер стояла и любовалась им. Сейчас, скинув маску, он был таким простым и трогательным, что она не могла сдержать улыбки. Ведь не чужды ему простые радости в жизни. Жаль, что он так редко демонстрирует такие эмоции.
Отвернуться все-таки пришлось, так как она не хотела, чтобы он застал ее за подсматриванием. Наверное, в какой-то момент она слишком глубоко ушла в себя, так как из раздумий ее вытащили руки, неожиданно обнявшие ее за плечи. Тогда она и сделала фотографию. Драко даже практически не сопротивлялся. Так они и стояли, рассматривая город, мерцающий под ними разноцветными огнями.
— Что мне делать с тобой, Гермиона? — тихо прошептал ей на ухо Малфой. — Ты же прекрасно понимаешь, что это чертово сумасшествие?
— Понимаю.
— И?
— Давай поддадимся ему!
Она слегка оттолкнулась, чтобы повернуться к нему лицом. Он был так сосредоточен и серьезен. Гермиона нежно убрала маленькую прядку светлых волос с его лба и потянулась за поцелуем. Уговаривать Драко дважды не пришлось. Он накрыл ее губы моментально. С нежностью и трепетом поцеловал в начале в губы, а затем скользнул языком ей в рот. Всю оставшуюся поездку они целовались, как подростки. Медленно, растягивая удовольствия, сталкиваясь языками, ласкали друг друга. Руки зарывались в волосы, гладили затылок и спину. Все то, что они не могли сказать вслух, заменялось приятными усладами.
В Хогвартс они вернулись хоть и по отдельности, но оба счастливые. Гермиона вообще никак не могла скрыть блеска ярких глаз и румянца на щеках. Ночью она еще долго ворочалась в постели, но усталость все-таки дала о себе знать. Утром, она первым делом вклеила фотографии в альбом и направилась на завтрак.
— Гермиона, иди сюда! — окрикнула ее Полумна, когда Грейнджер спустилась в Большой зал. Лавгуд сидела в компании Нотта и ела огромное яблоко. Тео что-то шептал ей на ухо, от чего блондинка довольно хихикала. Теперь эту влюбленную парочку поодиночке встретить было практически невозможно.
— Привет, ребята! Рада вас видеть, — присела рядом Грейнджер и потянулась за тыквенным соком. Она стала медленно наполнять стакан и по привычке посмотрела на слизеринский стол. Вокруг Драко с Асторией толпился народ. Все оживленно о чем-то разговаривали и периодически хлопали по плечу Малфоя, который сидел чернее тучи. На секунду их глаза встретились, но он тут же отвел взгляд в сторону.
Неприятное предчувствие кольнуло в груди.
— Что происходит?
— Ты еще не слышала? Вот, прочти, — передала ей газету Луна.
Гермиона поставила на стол фужер с соком и взяла протянутую газету. Она снова посмотрела на Драко, который на этот раз не сводил с нее пристального внимания.
— Не читай, — разобрала она по губам. Во взгляде обреченность, потому что он знает, что она не послушает его.
Руки нервно затряслись. Грейнджер посмотрела на главную страницу Ежедневного Пророка и побледнела.
«Свадьба года!» — гласил заголовок.
Как нам стало известно из достоверного источника, совсем недавно состоялась тайная помолвка наследника рода Малфоев — Драко Люциуса Малфоя с очаровательной Асторией Гринграсс. Нам пока не удалось выяснить, на какое число назначена официальная дата свадьбы, но помолвка прошла в узком кругу, куда были приглашены только ближайшие родственники. Что же, будем надеяться, что свадьбу будущие супруги отметят с большим размахом. Желаем им удачи и счастливой совместной жизни!
Под статьей напечатана совместная колдография Малфоя и Гринграсс. На ней Драко целует руку Астории, на которой красуется фамильное кольцо Малфоев.
Она снова и снова перечитывает статью, как будто не может понять ее смысла. В эту минуту ее мечты и надежды разбиваются на мелкие кусочки. Всего за несколько секунд ее жизнь снова рушится, но уже окончательно. Все то, что она собирала по крупицам, испаряется в один миг. Она не может пошевелиться, не может оторвать взгляда от колдографии. Где-то сбоку она слышит обеспокоенный голос Полумны. Гермиона машинально кладет газету на стол, берет сумку и второпях прощается с подругой и Тео.
Выход из зала, лестница, поворот, снова лестница вниз, пароль, подземелье, гостиная, лестница и спасительная комната с табличкой «Гермиона Грейнджер». Она закрыла за собой дверь и для надежности наложила чары. Сумка спадает с плеча. До кровати она не доходит буквально один шаг. Ноги подкашиваются, и ее накрывает истерика. Слезы льются бешеным потоком. Из горла вырываются горькие всхлипы и плач. Она яростно бьет несколько раз рукой по полу, но легче не становится. Голова опускается на руки и ее снова накрывает волной бессильной ярости.
Дура, какая же она идиотка! Малфой добился, чего хотел — уничтожил ее, не прилагая для этого никаких усилий. Зачем связалась с ним, если знала, что так и будет? Обещала себе не жалеть ни о чем, но сидя на холодном полу, и глотая соленые слезы — она жалела. И эта жалость теперь будет с ней до конца. Глупая Гермиона Грейнджер. Хотела поверить в сказку? Наслаждайся!
Продолжение следует...