Глава 2
Прошла уже неделя сентября, а настроение у Малфоя-младшего не поменялось. Драко всё так же был погружён в свои мысли. Порой казалось, что они поглотят его с головой. Они были поистине мучительны, и дошло даже до того, что он посередине урока зельеварения почти бегом выбежал из класса. Возле двери он обернулся к преподавателю и невнятно пробормотал что-то вроде «Прошу прощения», и скрылся в коридорах замка. Он шел, не разбирая дороги, и полностью был погружён в себя. Как только он закрывал глаза, то видел свою маму с заплаканным лицом. Некогда хладнокровная и высокомерная леди Малфой смотрела на своего сына умоляющими глазами. Для всех это было похоже на то, что мать пытается уговорить своего сына, чтобы он сделал то, о чём его просят, однако же это была просьба, чтобы Драко не очернял свою, пока ещё юную, душу, не пачкал руки в крови, и не становился на скользкую дорожку, а бежал куда подальше. Ей было всё равно, что будет с ней, главное - чтобы её мальчик был в порядке. Но Малфой-младший не мог дать этого матери, не мог бросить их с отцом, и сбежать как трус. Хотя, если честно, именно им Слизеринский принц и являлся. Каждый раз прятался за спиной своего отца. Но за это ужасное лето он дал себе обещание, что больше никогда не убежит ни от одной проблемы. Однако это оказалось сложнее, чем могло показаться изначально.
Слизеринец шел довольно быстро, но всё же не бегом: он, как-никак, аристократ. Ему нужно было место, где можно будет уединиться. Хоть оставаться один на один со своими мыслями и не было очень хорошей идеей сейчас, но всё же это было лучше, чем находиться среди людей. Как бы он не был уверен в своих силах, но контролировать ярость он не мог. Именно эту эмоцию он сейчас чувствовал. На себя, и больше ни на кого. Хотя, можно было все свои беды спихнуть на Поттера, но правда ли это было так? Нет. Возможно. Отчасти. Но всё же в основном он злился на себя. Ярость, ненависть, злость — довольно сильные эмоции, и единственные, которые он не мог контролировать. Внешне он, может быть, и был равнодушным и относительно спокойным, но он был уверен, что глаза его с головой выдают. Драко мог поклясться, что сейчас они были темно-серого оттенка, а если присмотреться, то он бы даже не удивился, если там можно было бы заметить молнии.
Через пару минут он остановился перед дверью. Дыхание сбилось, пальцы были сжаты в кулаки, да так, что костяшки приобрели белый цвет, глаза же метались по двери. Он не мог вспомнить что это за кабинет. Да что уж там, он не помнил, чтобы здесь вообще была дверь. Драко толкнул её, и та со скрипом поддалась. Перед ним оказался туалет, и по его состоянию он понял, что им давно уже никто не пользовался. И тут до него дошло, что он оказался в женском туалет на втором этаже, где ещё был вход в Тайную Комнату. Из-за всех этих мыслей, переживаний он потерялся в пространстве. Уже более медленными и неуверенными шагами он подошел к раковине, облокотился о неё и заглянул в отражение. Он увидел совершенно юного парня, который был бледнее чем обычно, быстро вздымавшуюся грудь, глаза тёмно-серого цвета и потерянный взгляд. Именно потерянный. Воспоминания поглощали его, и заставляли вернуться в тот самый день. День, который решил его всю дальнейшую судьбу. А утро вроде было даже отличным, до тех пор пока в его комнату не вбежала мать
<i>У Драко было хорошее настроение, поэтому он решил восстановить своё, когда-то любимое, занятие. Рисование. Как бы это странно не звучало, но аристократу нравилось это. Он мог часами сидеть, и медленно прорисовывать каждую деталь. Малфой больше любил рисовать карандашом, однако его мать любила картины, нарисованные красками. Она говорила, что так они кажутся ей более живыми, что ли. Но Драко не менял своего мнения. Когда-то Нарцисса пыталась привить любовь сына к музыке, учила играть на разных инструментах, но как-то не сложилось. Хотя поначалу его заинтересовало фортепиано, но мальчика надолго не хватило, хотя он до сих пор мог что-нибудь сыграть на этом инструменте. В детстве слизеринцу нравилось рисовать пейзажи, но вскоре он переключился на людей. У него дома много портретов девушек, кое-где проскакивали и мужчины, но довольно редко. Драко так же рисовал и в полный рост, но удовольствие ему приносило именно прорисовка портретов. В тот вечер он сидел за очередным портретом. В этот раз он решил нарисовать леди Малфой. Она была поистине красива и обворожительна. Ему нравилось рисовать её. В тот день было всё вроде как всегда, наверное даже лучше, что и насторожило парня. Никто к нему не лез, никто не хотел преподать «урок». Вообще ничего. Малфой даже уже расслабился, но, как оказалось, зря. Где-то часов в пять вечера, в его комнату ворвалась, словно гром среди ясного неба, Нарцисса Малфой. Руки ее тряслись и она была довольно бледна; в этот момент она даже не старалась придавать лицу спокойствие. Оно выражало ужас. Он был будто осязаемым, живым, и ничего хорошего не предвещающим.
--Драко. - она кинулась обнимать сына, а тот, в свою очередь, непонимающе, и немного неуверенно положил руки ей на спину. Этот жест должен был быть успокаивающим, но бедной женщине он никак не помог.
-Что случилось? — Малфой-младший сомневался, что хотел знать ответ, но и быть в неведенье не хотел. Он стал поглаживать рукой по спине Нарциссы, а та усиленно боролось со слезами. Она должна быть сильной перед сыном. Если она будет слабой, то как это поможет ему? Вот именно, никак. Нарцисса быстро оторвалась от сына и заглянула в глаза своего отпрыска.
-Ты сегодня же покидаешь замок. -женщина стала бегать по комнате и собирать вещи сына. Драко же стоял, и недоверчиво смотрел на мать.
-Стой. - но та никак не отреагировала, поэтому, когда она прошла близко от сына, то тот схватил её за локоть и развернул к себе. - Да постой же ты!
-Драко... - леди Малфой не успела ничего сказать, так как в эту же секунду дверь в комнату Драко распахнулась, и в проёме показалась тётушка Белла.
-Пора. - это было всё, что произнесла нежданная гостья.
-Да что происходит? Что пора? — слизеринец переводил взгляд с одного лица на другое.
-Поздравляю, мой дорогой племянничек. - приторно-сладким голосом проговорила Беллатриса. - За мной иди.
-Белла...
-Цисси, - перебила Лестрейндж - Это было ожидаемо. Пусть примет это с почётом.
И после этих слов парень понял, что происходит. То, к чему его готовил отец. Буквально через какой-то десяток минут он вступит в ряды Пожирателей Смерти. Совсем юный мальчик должен был принять метку, которая изменит всю его жизнь, которая будет напоминать кто он есть, и кто есть остальные. Как бы Драко не придерживался своих принципов, но он никогда не хотел становится ПСом. Ведь это подразумевает, что надо будет убивать, а к такому он в свои шестнадцать лет не был готов. Малфой прекрасно знал, что всегда после принятия метки идёт задание, дабы доказать свою верность. Зачастую это чье-либо убийство. Снаружи парень был совершенно спокоен, но внутри была буря. Самая настоящая.
-Но он же совсем ребёнок... - не отступала леди Малфой.
-Мама, не стоит. Я приму с великим почтением метку. Я хочу этого. - спокойным и равнодушным голосом произнёс слизеринец. Хочет он того или нет - да кто его будет спрашивать? Надо будет - они и сами - насильно - поставят на колени, и будут держать руку, пока тебе наносят это убожество. А это - самый лучший исход. В худшем же будут пытать, пока ты не захлебнёшься в собственной рвоте в перемешку с кровью, или будут угрожать смертью всех, кого ты любишь. Поэтому лучше сразу согласиться. Для себя же лучше будет.
-Драко... - и опять она была перебита своим сыном:
-Мама. - он знал, что мать ему не поверила. Ни единому слово. - Он в Бальном Зале?
-Да.- кратко ответила миссис Лестрейндж. Она развернулась и покинула комнату. Драко Малфой последовал за ней, а вот Нарцисса, напротив, осталась стоять на месте, и смотрела куда-то в окно. Простояв так пару минут она окинула взглядом комнату, и наткнулась на недоделанный рисунок, который покоился на кровати. Больше Нарцисса не могла сдерживаться. Слезы текли по бледным щекам, дальше по ключице и скрывались где-то в декольте. Нарцисса зажала рот рукой, чтобы не всхлипнуть, но, видимо, удача всё-таки сегодня не на её стороне, и спустя пару секунд она рыдала в голос, а ещё через пару десятков секунд ноги не выдержали и подкосились, и та упала на зелёный пушистый ковёр. Так и просидела плачущая женщина около получаса.
Тем временем Драко шел в его, когда-то любимый, зал, но теперь же они из прекрасного белого зала сделали Зал Пыток. На белых стенах были пятна крови, а пол был в лужах понятного происхождения. Где-то она подсохла, где-то еще была свежей. Поистине ужасная картина. Там уже было всё готово, ждали только его. Тишина была полной, только слышалось шипение Нагайны, голова которой покоилась на коленях у Тёмного Лорда. В зале был такой сумрак, что даже и не скажешь, что когда-то здесь проводились балы, и что это самый светлый зал. Все стояли в чёрных мантиях и расположились по кругу, только Волдеморт восседал в кресле будто он здесь король. Хотя так, наверное, и было. Драко предварительно поставил защиту разума от других. Ещё в прошлом году его крёстный - Северус Снейп, обучил его окклюменции.
-А-а, Драко.- шипящим, как и у его змеи, голосом, произнёс Хозяин. - А мы тебя заждались уже.
-Прошу прощение, мой Лорд. - поклонился парень, как и подобает его шавкам. Беллатриса прошла к своему месту, и теперь круг из Пожирателей Смерти был полноценным, но ведь не должно же. Отец. Значит он уже дома и стоит где-то среди этих под маской. В мыслях он улыбнулся, а на лице не дрогнул не один мускул.
-Проходи.- и с этими словами Волдеморт поднялся и прошествовал в центр, а его змея ползла за ним по пятам, и всё так же шипя. Драко медленными шагами подошел к своему, в скором времени, Хозяину. Парень понял что надо делать, ведь один раз он всё-таки поприсутствовал на этом ритуале. Слизеринец закатил рукав своей белой рубашки и оголил левое предплечье. Дальше он стал на одно колено, и протянул свою руку. Тёмный Лорд вцепился мерзкими и холодными пальцами в белую и нежную кожу запястья Малфоя-младшего. - Клянёшься ли ты, Драко Люциус Малфой, в верности мне?
-Клянусь. - парень знал, что эти клятвы - это всего лишь пустые слова. Они ничего не означают.
--Клянёшься ли ты выполнять все мои поручения несмотря на то, какие они?
-Клянусь.
-Клянешься ли ты ради нашего дела даже пожертвовать своей жизнью?
-Клянусь.
--Клянешься ли ты, если понадобится, отдать свою жизнь ради своего Хозяина?
-Клянусь.
-Принимаешь ли ты, Драко Люциус Малфой, метку Пожирателя Смерти? — парню так и хотелось сказать нет. Он на пару секунд замялся, но всё же ответил твёрдым и, настолько насколько возможно в такой ситуации, уверенным голосом:
--Да, мой Хозяин.- после этих слов на левом предплечье слизеринец почувствовал неприятное жжение. Сначала проявился череп, а после, когда он раскрыл рот, вылезла змея. Кожа жгла и была красной вокруг метки, но это нормально.
«Ну вот и всё. Поздравляю, Драко, теперь ты официально для всех мерзкий ублюдок.» — перовое о чём подумал тогда Драко Люциус Малфой, юноша, чья жизнь теперь испорчена навсегда.</i>
-Что с тобой стряслось? — голос прозвучал слишком неожиданно в этой тишине. Драко резко развернулся, однако не сразу отыскал говорившего, а когда всё-таки отыскал, попытался сфокусировать свой взгляд. Сначала он подумал, что сошел с ума, но потом вспомнил, что в этом туалете обитает призрак девочки, которая стала жертвой Василиска, когда комнату открывали в первый раз.
--Убирайся.- рявкнул парень.
-Как грубо.- обиженно повела плечиком Миртл, и скрылась в одной из кабинок. Малфой вновь повернулся к умывальнику, открыл кран, и, немного понаблюдав за водой, умылся. Прохлада освежала, но не настолько, чтобы прийти в нормальное состояние, хотя чуть легче ему всё-таки стало. Сделав пару глубоких вдохов, Малфой подошёл к одной из стен и упёрся в неё лбом. От соприкосновения разгорячённой кожи и холодной стенки, по телу слизеринца пробежала мелкая дрожь. Так он простоял около пяти минут, а потом, подобрав сумку, которую скинул с плеча, как только зашёл, вышел, и аккуратно прикрыл дверь.
После того случая Малфой-младший каждый день заходил после всех уроков в тот туалет. Первые дни он всё так же говорил плаксе Миртл убираться, а она всё так же исчезала в одной и той же кабинке. Потом он как-то свыкся с тем, что находиться в туалете не один, а привидение сидело на подоконнике и иногда кидала на парня свой взгляд, но продолжала упорно молчать. Драко даже один раз стало интересно, ведь все говорили, что она всё время ревёт или причитает, а сейчас молчала. Но потом он всё же выкинул это из головы и возвращался к своему заданию. На восьмой день его посещения женского туалета на третьем этаже, его тишину прервала голос девочки. Точнее, привидения.
-Почему ты сюда приходишь? — голос её был спокойным, ровным, можно даже было сказать, что её это вовсе не интересовало, но достаточно было на неё посмотреть, как становилось понятно, что ей всё-таки интересно.
-Хочу побыть в одиночестве и подумать спокойно. - зачем-то ответил тот. Он и сам удивился, а Миртл приподняла брови, видимо, не ожидав, что он ей ответит, а не накричит, чтобы она убиралась.
--В Хогвартсе так много мест, а ты приходишь именно сюда. Тем более, ты здесь не один. - заметила девочка.
-Ты не в счёт.- отстранённо произнёс Драко. Он даже не задумывался над ответами, а просто ушёл, как обычно, в себя.
-Ну да, конечно. Плакса Миртл не в счёт, она же просто привидение, которое всем мешает.- недовольно забормотала Миртл и скрылась в своей кабинке. Драко только вздохнул на это и поспешил удалиться.
Последующие два дня Миртл даже не показывалась парню, а сидела в своей кабинке. Драко знал, что она там, но быстро ушёл в свои мысли, что не слышал как из вышеупомянутой кабинке послышались всхлипы.
На следующий день он просто влетел в туалет со скоростью света. Ему тогда было наплевать аристократ он или нет. Его охватила паника и страх. Такой обычный и такой живой страх. Он заполнил каждый уголок сознания парня, пробрался в каждую клеточку тела, тёк по его венам вместе с кровью прямиком к сердцу и от него. Захватил полностью его тело. Миртл стало любопытно и она высунула наконец то свою головку.
-Эй...-она как-то неуверенно позвала парня. Он не шелохнулся, но услышал её. Голос Плаксы Миртл его возвратил из водоворота мыслей к реальности.-Что случилось?
-Всё, сука, всё случилось.- рявкнул Драко, а дальше прозвучал смех. Не такой от которого самому хочется рассмеяться, а такой от которого кровь в венах стынет, такой какой бывает у сумасшедших. Холодный, злой, громкий. Где-то после минуты этого, его смех перерос в истерический. Сразу парню вспомнились так некстати слова матери «Никто не может жить, постоянно контролируя себя и не поддаваясь никаким эмоциям. Иногда порой лучше дать им выход.» Все эти дни, недели, месяца он старался сдерживаться, контролировать, подавлять свои эмоции, но, а сегодня не смог. Просто не выдержал. Не выдержал, когда встретил в коридоре директора школы Альбуса Дамблдора. Он смотрел Драко в глаза и у Малфой создалось впечатление, что директор всё знает. Всё. Что ему дано задание убить его, что ему надо провести в школу Пожирателей, что он делает в Выручай-комнате. Абсолютно всё. И от этого проницательного взгляда ему стало плохо. У него началась паническая атака. Ему стало трудно дышать. Галстук будто сдавливал ему шею, рубашка сдавливала в области груди и он задыхался медленно, не спеша и мучительно. Поэтому он оказался в этом туалете. Он теперь уже не казался ему уродливым и мерзким, а Миртл не считал назойливой мухой.
-Умойся.-ему показалось или она действительно проговорила это обеспокоенным голосом. Малфой послушно открыл трясущимися руками кран с четвёртой попытки, после чего умылся. Холодные капли отрезвили и остудили горячую кожу. Ему правда стало легче, но совсем чучуть. Перед глазами до сих пор стояли глаза директора. Он устало потёр лицо и повернулся к привидению.-Легче?
-Не очень, но легче.-Миртл улыбнулась парню и развернувшись, полетела к своему месту на подоконнике.-Все чего-то хотят от меня.
-А чего хочешь ты? — так вроде бы простой вопрос, но в тоже время сложный. Драко ничего не хотел. Совершенно. Хотя было кое-что. Он хотел чтобы это всё побыстрее закончилось. Осталось в далёком прошлом. Но часто наши желания не совпадают с реальностью. Эта война ещё не скоро закончится
-Я лишь хочу чтобы это всё побыстрее закончилось.- озвучил свои мысли Драко. После этого никто не нарушал тишины. Миртл смотрела куда-то в окно, а Драко опять окунулся с головой в свои проблемы.