Сказка пятая.
Юноша сидел на берегу, неотрывно смотря на реку.
Вода лениво переливалась на солнце хрустальными бликами. На дне реки лежали камни всевозможных форм и цветов. Казалось, что они двигаются, поддаваясь течению, но на самом деле камешки оставались на своем месте. Их облепляли маленькие пузырьки, придавая твердым осколкам мягкость и легкость.
Юноша уже несколько часов не менял своей позы. Его можно было назвать красивым, но это понятие отличалось от привычного человеческого. Если подумать, красота вообще неопределенна и неустойчива.
Медные волосы до плеч, вьющиеся на концах, разметались в небольшом хаосе, словно с ними вдоволь поиграл шаловливый ветер. Резкие черты лица в совокупности приятно радовали глаз своей гармоничностью.
Юноша был одет в нечто уплывающее от взгляда, но многие говорили, что его наряд соткан из тонких изумрудных листьев.
Изящные пальцы с острыми ноготками играли с водой, которая ластилась к рукам парня, словно котенок.
Некоторые говорили, что у него очень завораживающая улыбка, и даже чуть выпирающие клыки не уменьшали ее очарования. Наоборот, еще больше притягивали взгляд.
Девушки рассказывали, что иногда он поет печальные песни на неизвестном тягучем языке, который словно патока, нежно обволакивает.
А парни рассказывали, что он шепчет воде сказки на странном языке, который вызывает мурашки по коже.
Когда наступали холода, необычный юноша куда-то исчезал. Но с приходом тепла весны появлялся вновь. Всегда на том же месте.
К нему боялись подходить. Не хотели нарушать его мирное уединение. Лишь любовались издалека.
Юноша сидел на берегу, неотрывно смотря на реку своими невозможно изумрудными глазами.
На гладкую водную поверхность падали хрустальные соленые капли.