Глаза змеи

Утро субботы не всегда становилось свободным для работников правоохранительных ведомств магической Британии. В выходные чаще всего уровень преступности резко возрастал, перемежаясь пьяными драками в барах и бытовыми ссорами. В нетрезвом виде некоторые не гнушались даже пользоваться непростительными.

Это утро субботы Гарри Джеймс Поттер встретил у окна своей квартиры в одном из элитных жилых комплексов магической Британии. Квартирой она считалась условно, учитывая, что по внутреннему устройству походила на дом, имея даже уровень с садом и террасой вместо балкона. Первый подарок Сириуса после окончания аврорской академии. Гарри нравилось просыпаться напротив панорамных окон, выходящих в сад, магически ограждённый погодными чарами. Он предпочитал даже не зашторивать их на ночь. Со стороны здание выглядело как обычное многоквартирное и транслировало совсем не то, что творилось внутри, поэтому переживать за приватность не приходилось.

Сейчас он удобно умостился на подоконнике, попивая кофе из аналога магловской кофемашины. В саду в этот раз пышно цвела сирень, выглядывая из буйства зелени. Сквозь открытую створку просачивался концентрированный аромат цветов, немного кружа голову. Он мешался со свежестью лондонского утра и горькими кофейными нотами. Сквозь купол доносились голоса с улицы, где редкие прохожие ходили за покупками, отдыхали в кафе, а кто-то даже спешил на работу.

Гарри сделал глоток кофе и открыл папку с досье на Дарко Гринграсс, которое ему принесли вчера вечером. Она оказалась достаточно объёмной даже с магическими усовершенствованиями. На одной странице могло поместиться несколько колдоснимков, перемежаемых текстовыми пометками.

Гермиона была не совсем права, сказав, что ранее он не являлся известной личностью. Аристократическая семья, родом из Франции, славилась во всех поколениях, как среди волшебников, так и среди маглов. Клермон-Тоннер брали истоки в восемнадцатом веке и насчитывали более десятка известных представителей, среди которых ярко выделялись не только графы, но и епископы с военачальниками. На таком фоне совершенно глупым казалось отказываться от фамилии.
Гарри перевернул страницу, переходя к информации о самом наследнике, который был третьим по старшинству в семье. Фотография в углу явно была сделана на раскопках. Рукава формы песчаного цвета закатаны до локтей, шляпа прячет светлые волосы, которые всё равно выглядывают небрежными прядями. Дарко снимает слои пыли и камня с чего-то в глубине, вооружившись кистью. Рядом значились пометка «Шингетти». Далее шла информация из детства: выпускник Шармбатона, окончил университет Николаса Фламеля по специальности «Артефактология», дополнительно занимался «Историей Магического мира» и «Расширенным курсом зельеварения». Учитывая дальнейший послужной список, не было ничего удивительного в восхищении Гермионы.

Судя по информации из досье, он мог бы стать чуть ли не её кумиром. Вместе с женой проводил благотворительные вечера, поддерживал законопроекты о защите волшебных существ, участвовал в дискуссиях о равенстве. Эталон честности. Вот только всё это началось уже после окончания Шрамбатона. Там он не выделялся и особой информации не разглашалось. В свет семья вывела молодого волшебника уже во времена обучения в университете. Гарри не мог понять, почему этот факт показался странным. Многие из выпускников Хогвартса тоже становились известными уже после выпуска, а порой и гораздо позже. Но почему-то казалось, будто именно этот волшебник в привычную схему никак не вписывался, будучи слишком ярким и всесторонне развитым.

На следующей фотографии он завис, всматриваясь в отдалённо знакомые черты. Будто он видел этих людей где-то ещё. Молодая ведьма с длинными тёмными волосами, прихваченными украшением у висков. Пусть в уголках глаз уже обозначились морщины, но она всё ещё выглядела весьма эффектно в тёмно-зелёном платье до пола. Яркая помада выделяла тонкие губы. Она приобнимала Дарко с одной стороны, держась по-аристократически прямо и холодно. И всё равно в уголках губ пряталась ласковая улыбка, едва сдерживаемая. По другую сторону стоял высокий мужчина в тёмной мантии. Суровость лица и высокомерный взгляд казались столь живыми, что Гарри невольно поёжился. Он был красив, однако Дарко явно пошёл в мать. У наследника не наблюдалось столь широких скул, острого носа и столь же внушительного размаха плеч. Мужчина ограничился ладонью на плече молодого волшебника. Сам Дарко уже здесь отличался от привычного представителя аристократического общества чистокровных. Он также сдержан, высокомерен, но обилие серёжек, украшающих аккуратные уши, придавало образу бунтарства.
На таком фоне Драко Малфой, который должен был стать мужем Астории изначально, выглядел бледной молью. Если конечно таким же ярким этот юноша являлся во времена обучения. Можно уточнить у Флёр. Они как раз обучались в одно время.  Но она не обязана знать всех. Этот волшебник вполне мог пропадать в библиотеке сутками, не светясь среди молодёжи магической Франции.

От изучения досье отвлёк треск камина, который оповещал о желании кого-то связаться лично. Гарри неохотно слез с подоконника, откладывая досье на столик по дороге. Новая система каминной связи требовала непосредственного разрешения собеседника, и Поттер пока не знал, хотел бы он сразу слышать разговор или бегать по дому, чтобы ответить. Довольное лицо Рона в огне, впрочем, дилемму разрешило. Он был счастлив увидеть друга, пускай и таким образом.

— Как только вернусь из командировки, ты обязан быть у нас. И это не обсуждается. Тут такие новости. — Гарри промолчал на счёт того, что новости узнал первым. Кофе уже остыл и на вкус стал чересчур горьким, поэтому пришлось отставить кружку на каминную полку, потеснив фотографии.

— Заинтриговал. Слушаюсь и повинуюсь, уважаемый лорд Грейнджер-Уизли. — Поттер почувствовал, как скривился друг, даже на расстоянии и будучи повёрнутым спиной к камину. Он всё никак не мог привыкнуть к новому положению. И особенно не любил, когда Гарри с Гермионой дурачились, называя подобным образом.

— Не забудь, — вызов прервался, не давая возможности ответить.
Гарри улыбнулся и подхватил кружку, чтобы отнести её на кухню. Проходя мимо столика, он невольно задержался, цепляясь взглядом за фотографию. Что-то не давало на ней покоя. Что-то знакомое не с лучшей стороны. Однако и в этот раз мысль не успела сформироваться. В стекло поскребся почтовый филин, громко ухая. Важности министерского питомца могли позавидовать любые представители аристократических семейств. Птица смерила медлительного получателя высокомерным взглядом и звучно ухнула. Посланием оказалось скреплено министерской печатью.
Гарри угостил филина лакомством и с хмурым видом вскрыл письмо. Внутри оказалось требование явиться в кратчайшие сроки в кабинет министра. Кружка так и осталась стоять на подоконнике. Гарри выскочил из квартиры быстрее, чем застегнул последнее крепление на красной мантии. Где-то в недрах остались лежать очки с обычными стёклами вместо старых для зрения.

Уже через двадцать минут национальный герой выходил из камина в холле министерства, на ходу пытаясь поправить растрёпанные волосы. Уверенная походка и жёсткий взгляд зелёных глаз делал его абсолютно непохожим на того мальчишку, который впервые попал за пределы магловского мира. Проходящие мимо сотрудники приветствовали его, кто-то даже пытался обменяться парой фраз, пока не замечал спешку.

— Аврор Поттер прибыл по распоряжению Министра. — встав напротив стола по стойке смирно, Гарри замер в ожидании дальнейших приказов. Министр улыбнулся, кивая ему. В кабинете он оказался не один.

Гермиона смотрела на друга подобно матери, которая неимоверно гордилась своим ребёнком. В какой-то степени они с Роном и считали себя её детьми, не оглашая этого вслух. А вот прямо рядом с министром восседал тот самый Дарко Гринграсс, старательно складывая из бумаги оригами. Впрочем, Кингсли на его действия внимания не обращал, только Гермиона поглядывала иногда.

— Присаживайся Гарри. Думаю, ты уже понял, что Гермиона великодушно согласилась занять пост министра. Прости за срочность, хотел огласить это в понедельник, но, к сожалению, обстоятельства обострились. — нынешний министр указал ладонью на свободное кресло. В прошлый раз их кажется было гораздо меньше.

Гарри присел напротив Гермионы, кивая с улыбкой подруге. Дарко всё ещё не обращал внимания на происходящее, продолжая заниматься оригами. На столе уже стоял бумажный журавлик, который напомнил детские записки во времена Хогвардса.

— Для начала познакомься с Дарко Гринграсс. Он прибыл из Франции по моей личной просьбе на время передачи обязанностей. С родителями Дарко мы находимся в весьма доверительных отношениях, поэтому я полностью уверен в его верности.

—Говорите, как есть. Моя семья на коротком поводке из-за долга. Именно поэтому я буду неустанно трудиться на благо Британии. — волшебник заправил за ухо выбившуюся из причёски прядь, ненадолго оторвавшись от своего интересного занятия. Несмотря на смысл фразы, он был абсолютно спокоен и даже несколько флегматичен, будто смирившийся со смертной казнью преступник.

— Рад, что ты научился высказывать своё мнение. Во времена обучения этого не хватало, — в голосе министра не было и доли раздражения.
Пока молодой волшебник поджимал губы и старался держать лицо, Кингсли снисходительно улыбался. Мужчина похлопал Дарко по плечу, на что тот впрочем никак не отреагировал.

— Рад буду познакомиться. Гарри Пот..

— Национальный герой, надежда всея Британии и сотни других регалий. Ваша слава летит впереди вас, Мистер Поттер. Не утруждайтесь представлениями. Обо мне, полагаю, вы тоже разузнали. Заочно знакомы. — Дарко усмехнулся, хитро щуря змеиные глаза. Гарри сразу понял, что тот знает о досье, валяющемся у него на журнальном столике в гостиной. Вот только откуда. Гермиона же с вопросительно приподняла бровь, посмотрев на друга. Похоже она такой язвительности не удостоилась. Её Дарко не трогал совершенно.

Гарри решил проигнорировать выпады. Только пожал плечами и вдруг одарил Гринграсс яркой улыбкой. Лёгкий оттенок раздражения мелькал в глубине, но был каким-то привычным. Будто не первый раз колкости лились от этого субъекта в его сторону.

— Перейдём, пожалуй, к делу, если знакомство окончено. Что-то случилось? — Гарри наконец оторвался от изучения внешности и действий Дарко, обратив внимание на министра. Он выглядел сегодня особенно уставшим. Ещё пару дней назад следы бессонницы не были столь явными.  Чтобы не случилось, это серьёзно отразилось на внутренней работе политической арены.

— Браво. Шикарное умозаключение, мистер Поттер, — Дарко произнёс фразу ровно в тот момент, когда Кингсли уже собрался ответить. Но вместо недовольства, тот лишь покачал головой и посмотрел на юношу с каким-то отеческим теплом.
Гарри промолчал, сжав челюсти сильнее, в попытке не вступать в конфликт. Импульсивность с годами уходить никак не хотела. До сих пор сдерживаться было сложно.

— Прошу простить. Дарко бывает несколько резким. Так вот, в отделе тайн ровно два часа назад обнаружено тело сотрудника. Прямо в коридоре во время планового патрулирования. Охранные чары не обнаружили присутствия посторонних. Умер он не от заклятья. Тринадцать ножевых ранений. — Министр отлевитировал невербаликой копии утреннего дела, оставив одну у себя. Мужчина сцепил руки в замок, внимательно наблюдая за реакцией молодых волшебников.
Гарри и Гермиона нахмурились одновременно. Несмотря на то, что произошло это несколько часов назад, все улики уже запротоколированы. Внутри лежали также колдоснимки места преступления. Поттер сразу же отметил отсутствие вытекшей крови. И полный перечень использованных заклинаний. Умер он может и не из-за них, но каким образом охранная система одного из самых защищенных отделов министерства пропустила три Круцио оставалось загадкой.
Гарри поднял голову, встречаясь взглядом с Гермионой. Нахмуренные брови и поджатые губы отчётливо говорили об озадаченности девушки. Возможно теми же вопросами.

— Нет информации убили его там же или в другом месте? — первой тишину нарушила Гермиона, закрывая папку с материалами по делу. Девушка внешне казалась абсолютно спокойной. Только слегка задумчивой.

Неожиданно на столе появились чай. Только вот одна из кружек рядом с министром оказалась ровно на оригинале дела, а принадлежащая Дарко зависла в воздухе перед самым лицом. Гермиона и министр вздохнули практически синхронно, Гарри же искренне старался не улыбаться.

— Могу с уверенностью сказать, что следов аппарации не обнаружено, как и остаточного магического слепка. Это крайне удивительно, учитывая список применённых заклятий. Полагаю, Герм, ты заметила отсутствие вытекающей крови. Это не отражено в отчёте, однако тело обескровлено единовременно с моментом нанесения ранений. — Дарко даже отложил оригами, полностью сосредотачивая внимание на девушке, пока министр делал перестановку на столе. Кружка так и парила рядом.
Гарри удивило подобное общение. Гермиона внимательно слушала речь волшебника, не обращая внимания на теплоту тона и ласковое сокращение. Хотя они познакомились по минимум на полчаса раньше и что происходило Гарри не мог предположить. Он осторожно положил папку на стол, чуть сдвигая кружку. Почему-то на периферии проскользнула обида на то, что к нему Дарко явно относится не так дружелюбно Собственные подозрения Гарри в расчёт не брал, считая это профессиональной привычкой.

— Убийство похоже на ритуальное. Такой эффект мог дать меч Ульфберта. — Он постарался задвинуть неприятные мысли на второй, сосредотачиваясь на деле. После такого предположения даже Гермиона посмотрела на него с гордостью. Но особенно приятным оказалось признание в глазах приглашённого учёного.

— Весьма достойное предположение. Я проверю подобную возможность или альтернативные варианты. — Дарко наконец отпил чаю, откидываясь на спинку кресла и будто погружаясь в свои мысли.

— Не могли бы вы пояснить предположение, молодые люди. Мне лишь известно, что данный тип оружия цениться в среде магов и маглов, но не припомню, чтобы где-то говорилось о способности вытягивать кровь. — Кингсли потёр уставшие глаза, тихо вздыхая. Здесь никому прятать слабости не имело смысла. И даже несмотря на юность собеседников, им он готов был доверять. Все собравшиеся прекрасно понимали это.

— Они действительно больше известны лёгкостью и прочностью, однако в Книге Шёпотов описывается подробно тёмномагический с ритуал с участием именно этого клинка. Тайное общество Девяти Невидимых зачаровало ровно тринадцать мечей Ульфберта, вложив в них способность напитываться кровью жертв и таким образом накапливать энергию. — Гермиона опередила Дарко, хотя тот против и не был, внимательно слушая девушку, как и двое других волшебников.

— Есть всего два экземпляра оригинальной книги Шёпотов, коппии с них снять невозможно, насколько мне известно. Одна перешла по наследству дому Блэков, а вторая хранится в запретной секции магической библиотеки Италии. Можно уточнить поступали ли запросы на её изучение и на месте ли она, — беседа превращалась в диалог на двоих, поскольку объёмы данных в головах Гермионы и Дарко похожи были безграничны. Они перебрасывались предположениями, пока Гарри разве что успевал запоминать.
Про экземпляр Блэков он знал, поскольку Миона изучала эту книгу именно с разрешения Сириуса, а вот всё остальное проходило мимо. Оставалось вслушиваться в беседу. Гарри периодически зависал, смотря на Дарко. Что-то было не так с татуировками. Вблизи волшебник привлекал ещё больше внимания, напоминая прошлое из школьных времён. Татуировка периодически смещалась, будто змея перекатывалась кольцами в попытке найти более удобное положение. Три кольца на руках смотрелись весьма изящно, хотя пальцы и казались чересчур длинными и тонкими. Весь образ строился на противоречиях. Дарко не был абсолютно красив в общем понимании идеала. Нет. Он скорее запоминался. Даже без учёта прически, проколов и татуировок он выделялся на общем фоне, хотя Гарри не мог точно сказать, чем именно, но глаза определённо числились одной из причин. Радужки меняли цвет в зависимости от освещения, то становясь светло-серыми, едва выделяясь на фоне белков, то приобретая насыщенный тёмный оттенок, напоминая шторм. Змеиный зрачок временами пугал, выделяясь излишней чернотой. Поттер не мог понять, откуда могла появиться такая странная особенность, присущая разве что магическим существам, но никак не волшебникам. В досье эта тема не затрагивалась вовсе, хотя у родителей нового знакомого эта отличительная черта тоже присутствовала.

Голос Дарко проник в сознание отголоском, будто пробираясь сквозь толщу воды. Гарри наконец заметил, что тот смотрит прямо на него, насмешливо улыбаясь. На одну сторону, и эта картина отозвалась узнаванием без особой конкретики.

— Мистер Поттер, думаю ваша теория верна. Я перепроверю всё и отправлю напрямую, если поделитесь адресом. Впрочем могу направить материалы Гермионе. — Гарри осознал, что никто больше не успел заметить пристальное внимание к персоне приезжего учёного, поскольку обсуждение дела завершали без его участия.

— Всё хорошо. Я сообщу адрес, — ответ показался самому Поттеру весьма поспешным. Хотя резкость заметила разве что Гермиона. Девушка спрятала улыбку за кружкой, явно осознавая всю подоплёку его поведения.

— В таком случае, не смею вас задерживать, молодые люди. Будьте добры держать и меня в курсе. Я всё же пока ещё министр.
Поднялись они практически одновременно и вместе покинули кабинет. Гермиона завела обсуждение очередного законопроекта, пытаясь выснить отношение Дарко к вопросу. Гарри чуть отстал от пары, особенно не вслушиваясь в разговор. Его волновали совершенно другие вопросы, однако в атриуме их озвучила сама Гермиона.

— Мистер Гринграсс…

— Дарко. Мы уже всё обсудили. — Волшебник нежно улыбнулся девушке, останавливаясь у одного из каминов. Снующие мимо работники министерства не подходили близко, но то и дело посматривали в их сторону.
Гарри всё же накинул заглушающий купол. Многое из того, что они обсуждал, сейчас разглашать было просто нельзя. Даже назначение Гермионы на должность министра держалось в тайне.

— Дарко, надолго ли ты в Британии? — все заметили манипляции Поттера, кивком выказывая благодарность, но диалог не прервался. Он так и продолжал изображать статую, что постепенно становилось несколько неприятным фактом.

— Я буду рядом, пока требуется помощь. Конкретно тебе. Министр попросил сопровождать тебя, пока не освоишься в должности. Он собирается ввести меня своего рода помощником и доверенным лицом, однако находиться рядом сутки напролёт не смогу. Никто не отменял исследования и экспедиции. Но всегда буду на связи.

Если Гермиона и удивилась, то виду не подала. Гарри ожидал наставничества со стороны министра. Он не собирался бросать девушку одну. Поттер испытал благодарность по отношению к нему, помня о положении Гермионы.

Ведьма откланялась первой, обняв на прощание Гарри и шепнув про встречу после возвращения Рона. Двойное напоминание о любых событиях в жизни стало привычным после их свадьбы, являясь побочным эффектом дружбы с обоими в паре. Драко же пожал руку девушке на прощание.
Первая минута, пока зелёное пламя каминной сети смазало образ девушки, они стояли молча. Гарри только собрался задать вопрос по поводу фразы о заочном знакомстве, однако Драко ответил раньше. У Поттера начало закрадываться подозрение, что эти двое пользовались оклюминацией, пока он витал в облаках.

— Ища информацию о человеке, сначала выясни через какие источники её будут добывать. Но успокою, у тебя просто болтливая секретарша. — Поттер недовольно посмотрел на собеседника, предчувствуя грядущее «веселье». Почему-то конкретно к нему у приглашённого специалиста было особое отношение. И не в лучшем смысле

— По досье ты казался менее наглым. Молчал бы, цены не было. — Наследник Клермон-Тоннер только снисходительно посмотрел на Гарри, будто услышал что-то крайне глупое от ребёнка и решил не рушить воздушные замки.

— О. Сам мистер Поттер оценил мою скромную персону. Так волнующе, — Дарко закусил губу, прокручивая на пальце обручальное кольцо. Гарри подавил желание застонать в голос. Он явно не дочитал досье. Где-то там должно было говориться о стервозном характере «благородного защитника всего и вся».

— Во всей красе. У нас было сногсшибательное знакомство. — На этом моменте Дарко кратковременно стушевался. Гарри успел заметить промелькнувшую неловкость. Аристократ быстро взял себя в руки.

— Будет столь же запоминающиеся сотрудничество. До встречи. Данные направлю. — Не дожидаясь ответа, Дарко скрылся в зелёном пламене камина.

Гарри тяжко вздохнул, последним покидая атриум министерства. Уже в квартире, после душа и ужина, он осознал, что забыл сообщить свой адрес. На столе так и осталось забытое досье.