Nanny

Чонгук сначала не понял, что сейчас происходит. Но увидев оголенную грудь парня и то, как он кормит Ли Ён, юноша немного смутился, опустил голову и отвернулся, продолжая рассматривать узоры на ковре. Видимо, омега не заметил Чонгука, и, чтобы привлечь к себе внимание, Чон громко кашлянул, из-за чего парень слегка дернулся, пытаясь не показывать свое волнение. А на самом деле у него внутри уже все скручивалось в один узел, и от страха сердце бешено билось.

— Чимин, заканчивай с этим и спустись ко мне в кабинет, — сказав это, Чонгук своей отточенной походкой бизнесмена спустился на первый этаж, а молодой парень так и остался с открытым ртом и широко распахнутыми глазами.

Вскоре маленькая Ли Ён перестала так бурно посасывать, а её глазки медленно начали закрываться. Чимин положил ребенка в маленькую кровать и, чмокнув ее курносый носик, глубоко вдохнул. Парень поправил свою одежду и спустился на первый этаж, мысленно надеясь, что ему не влетит. Он уже себе всякого напридумывал. Но страшнее всего было то, что Чимин думал, что Чонгук уволит его после увиденного. Подойдя к рабочему кабинету работодателя, парень уже хотел постучать, но завис, смотря через приоткрытую дверь на Чонгука, который заполнял какие-то документы. Его умиротворённое, но в то же время настолько сосредоточенное лицо, приоткрытые губы и изящные руки. Тряхнув головой, парень попытался отбросить все ненужные мысли.

— Можно? — постучав несколько раз по двери кабинета, спросил няня.

— Да, проходи, садись, — всё ещё не поднимая головы, ответил ему бизнесмен. — Подожди минуту, я сейчас закончу.

— Да, конечно.

Чимин не знал, чем себя занять, в то время как Чонгук работал с бумагами. Паку было крайне неловко и неудобно из-за того, что видел Чон. Ладони вспотели, а Чимин из-за напряженной атмосферы искусал всю нижнюю губу буквально до крови. Окинув кабинет взглядом, его глаза остановились на фоторамке, что стояла на столе Чона. На фото были изображены Чонгук вместе с парнем, и, насколько Чимин понял, это был его жених. На фотографии Чонгук был в чёрном строгом костюме, который идеально подчеркивал его деловой стиль, а красивый рыжеволосый парень — в белом. Они оба искренне улыбались и словно излучали счастье. Чимин особенно засмотрелся на красивую улыбку Чонгука, которая обнажала дёсны, так как молодая няня за время нахождения здесь еще не видел улыбающегося бизнесмена. Уголки его губ самовольно поднялись вверх, изображая что-то, похожее на улыбку.

— Так, Чимин, — парень подпрыгнул на месте, а биение сердца участилось. — Может объяснишь мне, что это было? — кладя руки под подбородком, Чонгук изобразил непонимающее выражение лица.

— Эм… Ну-у, — парень отпустил голову, а его щеки из-за стыда покрылись румянцем.

— Ты же знаешь, что…

— Да, знаю. Знаю, что это неправильно и что вы можете уволить меня из-за этого. Но понимаете, девочка не принимала молочную смесь и плакала, а я… Я не мог её оставить в таком состоянии, не мог оставить голодной. С моей маленькой сестрой было то же самое: её организм не воспринимал порошковое молоко, только грудное. И с Ли Ён такая же проблема, надеюсь, вы меня понимаете. Я это не специально. Да, я не её папа, но… — голос Чимина дрогнул, а на уголках глаз появились слезы при упоминании сестры.

— Я понял. Это значит, что ты… Кхм, должен кормить ее грудью? — даже Чонгуку было неловко в тот момент, а доказательством того стали его щеки, которые тоже приобрели красноватый оттенок.

— Получается так… Ну или вы можете нанять другую женщину или мужчину, которые будут опытнее в этих делах, — только в конце поняв, что сморозил, парень прикусил свой язык.

— Кхм, нет, что ты, я не буду нанимать другого, ты уже неделю здесь, и я не собираюсь увольнять тебя. К тому же, на мой взгляд, ты — самая подходящая кандидатура. А теперь принеси пожалуйста мне что-нибудь поесть.

— Да, конечно. Сейчас всё будет, —встав с места и поклонившись бизнесмену, парень повернулся чтобы уйти, но его окликнул Чон.

— Чимин?

— Да? — няня обернулся на голос начальника.

— И кофе не забудь, эм, без…

— Без сахара, я знаю, — закончил за него парень, при этом мило улыбнувшись.

— Да, — уже тише добавил Чонгук, когда парень скрылся за дверью.

«Боже… Что творится со мной. Нет, Чон Чонгук, ты не должен, нельзя. Это неправильно. Успокойся. У тебя есть… Был муж. Нельзя», — положив голову на сложенные в замок руки, продолжал себя переубеждать бизнесмен.

Пока Чонгук был в своих раздумьях, Чимин суетился на кухне и пытался красиво сложить все закуски, так как Чонгук не любил вечером есть что-нибудь тяжелое. Об этом молодой гувернер уже знал. Чонгук сам оповестил его об этом. Входя в кабинет с подносом в руках, парень подошёл к столу и попытался как можно аккуратнее положить все на него. Чимин красиво и вежливо все выкладывал с подноса на стол, а Чонгук, громко сглотнув, следил за его изящными движениями. Он точно, он не хотел. Ладно, он старался не смотреть на грудь парня, когда тот слишком низко наклонился, чтобы поставить чашку ароматного кофе на стол. Потому что верхние пуговицы рубашки были расстегнуты и при наклоне была видна грудь парня. В очередной раз нервно теребя галстук, Чонгук несколько раз кашлянул.

— Вы в порядке? — Пак, оторвавшись от своего дела, обеспокоено посмотрел на бизнесмена и неосознанно подошёл к нему ближе. — Я сейчас принесу воды! — сказав это, парень быстро побежал на кухню.

Чонгук тем временем попытался привести себя в нормальное состояние. Учащенное дыхание и узел внизу живота совсем не нравились молодому бизнесмену. Как же быстро надо было потерять выдержку, чтобы возбудиться.

— Вот — держите, попейте, — гувернер протянул мужчине стакан воды и слегка поклонился в знак уважения. — Ой, — резинка для волос, завязанная слишком слабо, соскользнула с густой копны и упала на пол, под рабочий стол.

Чимин без задней мысли встал на колени и подполз ближе к столу, в спешке пытаясь найти резинку. Чонгук, который в это время пил воду, чуть ли не поперхнулся ею же. Ведь стоять на четвереньках, задом к чужому человеку довольно-таки неприлично. А когда узкие брюки облегают упругие половинки этой попы, то дела обстоят уж совсем плохо.

— Достал! — парень попытался встать, но видимо ноги затекли, а он, не удержавшись на ногах, опустился на пол, успев ухватиться за ноги Чона.

Еще не собранные в хвост волосы парня, закрывали лицо. Когда гувернер поднял свою голову, то в его взгляде можно было прочитать смущение и неловкость. А помутненные глаза Чонгука изображали совсем другое: желание и похоть. Гувернер ойкнул и попытался встать, при этом облизывая свои пересохшие губы и смотря на юношу из-под полуопущенных ресниц. Но попытка встать опять не удалась. На этот раз Чонгук взял его руку и помог не встретиться пятой точкой с полом. Никто не знает, сколько они пялились друг на друга. Они не знают, сколько смотрели, сколько времени изучали друг друга взглядом. Если парень просто ставил галочку, отмечая про себя то, что ранее не замечал в бизнесмене, то Чонгук совсем наоборот. Он пожирал эту хрупкую фигуру взглядом. Все же нелегко находиться так близко к парню, когда ты возбуждён, да ещё и когда парень находится в таком развратном виде.

Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты до самого впадинки между груди, воротник был не в приличном виде, наверное, задрался, когда парень чуть не упал, правый край рубашки выполз с брюк, оголяя частичку живота, делая вид парня еще развратнее.

В очередной раз сглотнув накопившуюся слюну, Чонгук наконец таки отпустил руку парня.

— Ты свободен, можешь идти.

— Да, но вы в порядке? — все еще не понимая, в какой ситуации он находится, спросил гувернер.

— Да, я в… — опять поправив свой галстук, еле выдавил из себя Чонгук, — порядке.

— Тогда я пойду. Приятного вам аппетита, — коротко поклонившись, парень с улыбкой вышел из кабинета, не подозревая о состоянии Чонгука.

Примечания:
Хотите проду сегодня же? Тогда жду отзывов! И в "Белый Рояль" тоже:)