Глава 14
Прошла целая неделя с момента выписки Чонгука из больницы. Ему было уже намного лучше, он совершенно не придерживался постельного режима, стараясь уделить все свое внимание любимой Лисе. Сама Лиса окружила его заботой с головы до ног, так и не придумав, как же сообщить ему новость о своей беременности.
Зернышко сомнения, поселившееся в девушке в первый день, прорастало с каждым днем все сильнее и сильнее. Ей просто было страшно, что он будет недоволен, что все отношения полетят в мусорное ведро, и она останется с ребенком совершенно одна. Но при этом скрывать свое положение было все сложнее, ибо так называемый токсикоз слишком не вовремя давал о себе знать. Вчера ее чуть не стошнило во время секса от презерватива с ароматом банана. Она еле сдержалась.
О ее новом положении знала только подруга, уже как второй день отдыхавшая в палате после рождения малышки Пак Джихе. Посетителей в палату к молодой мамочке не пускали, поэтому они разговаривали по телефону, по телефону Чеен и показывала им свою доченьку. Долгожданная встреча в реальности планировалась только через неделю, когда девчонок выпишут и отправят наконец-то домой к Чимину, во всю убиравшему квартиру и скупавшему распашонки малышке.
— Почему ты ему не говоришь? Лис, он тебя обожает, он будет счастлив, — настаивала на своем подруга уже в который раз, но Лиса пропускала все мимо ушей.
— А вдруг нет? Вдруг это все какая-то глупая случайность? Вдруг ему все это не надо? Я же не могу быть точно уверена.
— Пока ты ему не скажешь, уверенности у тебя не прибавится точно.
— Я скажу, обещаю, — выдохнула Лиса, прислушавшись к звукам. — Ой, там Чонгук вернулся из магазина, давай. Джихе приветики. Люблю.
— Иди уже и чтобы сегодня же все рассказала, иначе это сделаю я. — угрожала Чеен.
— Чеен!
— Без Чеен! Все, давай.
Не успела Манобан покинуть комнаты, как в нее вошел Чонгук. Спрятав за спиной букет калл, он сел на край кровати рядом с призадумавшейся девушкой. Изучил эмоции, написанные на ее лице. Она была в сложных раздумьях, и ему очень бы хотелось знать, что ее беспокоило.
— О чем думаешь? — тихо спросил он.
— Что приготовить нам на обед, — соврала она, сделав лицо попроще.
— Ничего не готовь, пойдем кушать в ресторан. — Чонгук сделал вид, что не заметил того, что она ему соврала.
Его сильно настораживало ее поведение в последнюю неделю. Она запиралась в ванной комнате, чего до этого никогда не делала. Что она от него скрывала? И если скрывала, то зачем?
— Это тебе, — вытащил букет, вручив его девушке.
Она понюхала цветы и тут же об этом пожалела. До этого приятный запах вызвал неприятный приступ тошноты и, отложив букет в сторону, она сорвалась в ванную комнату, даже не заперев двери. Естественно, Чонгук пошел за ней. Заботливо собрал волосы в кулак, включил ей воду и помог все убрать.
— Ничего не хочешь мне рассказать? — уже в комнате начал мужчина.
— Что ты от меня хочешь услышать? — укуталась в плед, сев на кровати.
— Ты целую неделю прячешься в ванной, что ты там делаешь? Какого черта тебя воротит от запаха цветов? Лис, что ты от меня скрываешь? Мне казалось, мы доверяем друг другу все. Или я ошибаюсь? — сел напротив нее, строго посмотрел прямо в глаза.
Чон догадывался о возможной причине ее такого состояния, но молчал. Ждал, пока признается сама, ему было интересно, как долго она будет от него скрываться и зачем? Если то, о чем он думал, было действительно так, то он будет самым счастливым человеком на земле.
— Мне очень плохо, Чонгук, давай поговорим позже, — легла удобнее, не желая с ним говорить.
— Ладно, поговорим, когда тебя отпустит, — недовольно помотал головой. — Чаю?
— Угу, с ромашкой и рыбку красную хочу. Не принесешь? Помнишь, у нас там лежала на второй полке? — использовала запрещенный прием в виде жалостливых глаз.
— Принесу, — не мог злиться на нее дольше, чем пару секунд.
Сделал ей чай, разложил на тарелке кусочки нарезки из красной рыбы, ломтики хлеба и отнес все в спальню. Лиса крутила каналы по телевизору, укутавшись в плед практически с головой. Поставил тарелку на кровать, а чашку — на тумбочку, сам сел напротив.
— Спасибо, — улыбнулась Манобан, принявшись за рыбу. — Такая вкусная, боже, это именно то, о чем я мечтала все это время.
— Тебе уже лучше? — осторожно поинтересовался Чонгук, желая уже как можно скорее выяснить, что же было от него скрыто все это время.
— Мы доверяем друг другу, Гуки, ты не ошибся, — успокаивала она, но он не верил. — Просто у меня... Ну, бывает такое иногда. Все хорошо, правда.
Она протянулась ладонью к его руке, но он одернул ее. Недовольно помотал головой и посмотрел очень злобно. Лиса знала, этот взгляд не сулил ничего хорошего. Скрестила пальчики под одеялом, надеясь, что он не станет выпытывать правду. Ошиблась.
— Окей, тогда я начну сам, — строгим тоном возмутился он, отчего Лису бросило в дрожь. — Не знаю, по какой причине ты молчишь и делаешь вид, что все хорошо, мы еще с этим разберемся. Тебя тошнит от запахов, которые тебе прежде нравились. У тебя должна была быть менструация на этой неделе, но я что-то даже не заметил, как она прошла. Мы абсолютно спокойно занимались сексом, хотя в эти дни мы этого не делаем. Ну и финальное — тогда, когда мы уединились в ванной, и ты попросила меня принести тебе таблетку противозачаточных, я принес тебе витаминку. Она выглядела также. Лис, я не дурак, я все вижу. Зачем молчишь, если действительно беременна?
— Ты принес мне что? — не ответила ни на один его вопрос, прицепившись к фразе. — Ты с ума сошел? Зачем?
— Ребенка от тебя захотел. По-моему, это вполне нормально, когда мужчина хочет ребенка от своей женщины. Да, я должен был тебя предупредить, но не стал этого делать. Знал, что ты начнешь придумывать причины и всякое такое. Я же мужчина, вот и решил, — сложил руки на груди, приняв закрытую позу, говорившую о том, что больше ничего объяснять не станет.
— А почему ты не спросил меня? Вдруг я не хотела? Мы встречались на тот момент всего полтора месяца. Ты нормальный, Чонгук?
Не могла поверить в услышанное. Решил все за нее. Нет, она очень даже не против детей, даже хочет их сильно, но такие решения принимаются совместно. Сначала они должны были хотя бы какое-то время повстречаться, а потом уже принимать такие серьезные решения.
— Ой, Лис, перестань, я знаю, как ты упрашивала своего бывшего зачать ребенка. Ты хотела этого, я и помог тебе, ну, то есть нам. Просто скажи мне, — более ласково произнес Чонгук. — Ты беременна? Я буду папой?
— Ты придурок, Чон, а не папа, — прошипела Лиса, поднявшись с кровати.
— Ты не ответила на вопрос, — поймал ее за локоть, прижав к себе.
Лиса вырвалась, хотела было зарядить ему локтем в живот, но, вспомнив про все еще не до конца залеченное ранение, передумала.
— Руки от меня убери! — Чонгук ее не послушал, вновь прижал к себе.
— Перестань вредничать, — прошептал на ухо.
— Не надо меня трогать, — сквозь зубы пробурчала девушка. — Убери, пожалуйста, руки, пока я тебе не врезала.
— На вопрос от...
— Убери. От. Меня. Руки! — перебила его, впав в истеричное состояние. Чонгук все-таки убрал руки. — Не иди за мной!
Накинула куртку, обулась и выскочила из квартиры, хлопнув дверью. Ей нужно было отойти. Пусть он подумает о том, что наделал. О том, что не имел права принимать решения такого уровня без ее участия. Это ведь нечестно, несправедливо, неправильно! Почему? Почему он не спросил ее?
Решил он, значит. А ничего, что такие решения принимаются в паре? Лиса опустилась на качели во дворе, стала размышлять. Нет, она не была против ребенка. Совершенно нет. Они бы завели его с Чонгуком, но позже, когда поженились бы и уже точно были уверены, что не расстанутся. А так, получается, он просто привязал ее к себе. Так ведь она не сможет от него уйти. Как это — ребенок и без отца? Никак.
Чонгук просидел в спальне пару минут и все же отправился за девушкой. Он ее не понимал. Вот снова что-то сделал неверно. Не делает ничего — неправильно. Делает — тоже неправильно. Что ж ему тогда делать? Лиса бывала невыносимо сложной, и только сильная любовь позволяла ему закрывать на это глаза.
Заметил Лису на качели на детской площадке. Она с интересом наблюдала за детишками, бегавшими по всему пространству. И вот как после этого она могла на него злиться за его решение? Да у нее же глаза светились, когда она детей видела.
Одна из девчонок подошла к ней, встала рядом и тоненьким голоском пролепетала:
— А вы меня не покачаете? — улыбнулась она.
— Садись, — Лиса освободила качели. Девчушка тотчас заползла на них и с восхищением посмотрела на Лису, начавшую ее раскачивать. — Тебя как зовут?
— Черен, — рыжеволосое создание крутило головой и рассматривало небо. — А вас?
— Лиса, — Манобан подмигнула малышке.
— А кто тот дядя? Он так на вас смотрит... Он маньяк?
Лиса обернулась, дабы рассмотреть так называемого дядю, и почему-то не удивилась, когда увидела Чонгука. Он с улыбкой на лице наблюдал за ней, и ей почему-то перехотелось злиться. Пришел-таки, хотя она просила его не идти за ней. Проследил, чтобы не натворила глупостей. Смотрел влюбленно. Она махнула ему рукой, подозвав его.
— Нет, Черен, — ласково обратилась к девочке, с опаской косившейся на Чонгука. — Этот дядя мой парень, он просто плохо себя вел, вот и стоял там.
— Парень, значит... — девчушка спрыгнула с качели, обошла Чонгук со всех сторон. — А почему не муж? Мои мама и папа — муж и жена.
— Это надо у него спросить, я не знаю, — усмехнулась Лиса.
— Почему ты все еще не муж ей, а? Ты ее не любишь?
Налетела с вопросами на Чонгука Черен. Лиса тихо смеялась в кулак, чтобы этого не видел никто. Чонгук присел на корточки, внимательно посмотрел на девочку и что-то прошептал ей в ухо. Девочка тут же изменилась в лице, как-то странно ухмыльнулась и подмигнула Чонгуку.
— Ла-а-адно, — протянула она. — Так и быть, верю. Но ты там не задерживайся, а то поздно будет. Мне вот Кай из пятой группы не предложил стать его женой в прошлом году. Испугался, наверное. Я и ушла к Хисыну. Зачем мне нужны нерешительные мужья? — рассмеялась Черен. — Пошла я тогда. Спасибо, что покачали. Было приятно с вами иметь дело!
Убежала в сторону своего дома, размахивая огненными косичками. Лиса улыбнулась убегающей фигурке девочки, подошла ближе к Чонгуку, взяла его за руку и повела в сторону квартиры. Ее одолевало желание узнать, что же такое он сказал Черен, что та даже попросила его не затягивать. Неужели собрался делать ей предложение?
— Ну? — села она в гостиной, таинственно улыбнувшись.
— Что ну? — сделал вид, что не понимает ее.
— Что ты сказал Черен?
— Ах, ты об этом, — почесал затылок Чонгук. — Сказал... Много чего сказал. Это наша маленькая тайна, тебе пока не обязательно об этом знать.
— Но так нечестно!
Возразила Манобан, обиженно надув губы. Что это у него за тайны такие от нее? Она имела право знать!
— Честно, — потрепал девушку по голове, — ты тоже мне не все говоришь.
— Хорошо, — сдалась Лиса, тяжело вздохнув. — Ты действительно имеешь право знать.
— Слушаю, — придвинулся ближе, взяв Лису за руку.
— Через восемь месяцев ты станешь папой, — выдала на одном дыхании. Не успела даже сообразить, как Чонгук поднял ее на руки и закружил в воздухе, целуя в губы. — Меня сейчас стошнит, прекрати меня крутить, прошу тебя.
— Ой, — тут же опустил девушку. — Я так хочу быть отцом, ты представить себе не можешь как сильно. Спасибо, спасибо тебе за такую возможность. Я люблю тебя, Лисочка, прости, что не спросил твоего разрешения, когда проделывал трюк с таблеткой. Просто... Я сильно хотел ребенка от тебя. Простишь дурака?
Эмоции Чонгука были настолько яркими и живыми, что Лиса перестала думать о том, что он натворил без ее спроса. Плевать, она тоже хотела ребенка. Пусть не в данный период отношений, но позже. Да и зачем тянуть, если оба согласны? Она прижалась к Чонгуку, уткнувшись лицом в его грудь. Прикрыла глаза, взяла его ладонь и опустила себе на живот. Он был все еще плоским, но ей так хотелось, чтобы он прикоснулся к ее пузику, чтобы ощутить тепло его ладони. И Чонгук исполнил ее желание, приподнял кофточку и положил руку на живот, ласково пощекотал кожу, чмокнув Лису в макушку.
— Я прощен?
— Ты тот еще дурак, но да, ты прощен, — тихо промурлыкала она, растворившись в его нежности. Он у нее самый лучший.
— Лис, а ты выйдешь за меня?
— Что?! Ты сейчас серьезно? — посмотрела на него полными удивления глазами. Чонгук кивнул. — А как же кольцо? Ужин?
— Кольцо у меня давно готово, ужин сделать — раз плюнуть. Ты просто скажи, — приподнял ее за подбородок, заглянув прямо в глаза. — Ты хочешь быть моей женой?
Он боялся. Боялся, что она ответит отрицательно. Все-таки у них уже был негативный опыт, и вдруг после этого Лиса просто не захочет проходить через процедуру свадебной церемонии вновь?
— Если ты снова не сглупишь в ЗАГСе, то да. Я мечтаю ей быть еще с шестнадцати лет, как я могу сказать нет? — она даже не думала, ответила так, как ощущало ее сердце.
— Тогда держись крепче и потерпи пару минут, я очень хочу тебя покружить.
Перехватил Лису на руки и стал крутиться с ней по квартире, как самый настоящий дурак выкрикивая бессвязные предложения и слова. Он был счастлив. Она наконец-то будет полностью его. Они будут родителями, а совсем скоро еще и поженятся. Что еще ему нужно для счастья? Разве что ее улыбка. И он сделает все, чтобы с ее лица никогда не сходила улыбка счастья, как в данную минуту.