Глава 15
— Что ты делаешь?
Лиса отобрала из рук Чонгука детскую шапочку, строго на него посмотрев. Вот вечно он чересчур сильно опекает малышек. Все ему нужно как-то их одеть теплее, купить новых игрушек или еще чего-то сделать, лишь бы они улыбались. А ведь баловать детишек вредно!
— Там всего пять градусов, они могут надуть ушки, — стал оправдываться он.
— Там нет ветра, Чонгук, не надуют, — убрала шапочку обратно в ящик с вещами близняшек.
Чонгук усмехнулся. Лиса стала такой командиршей после рождения дочек, но ему это даже нравилось. Она перестала искать во всем подвохи, стала увереннее в себе и намного смелее. А ещё они до сих пор иногда путали малышек, если те были в одежде. У них было всего одно отличие, и то скрывалось на коленочке. У Хэрин было родимое пятнышко на правой ножке, а у Ханни — на левой.
— Они такие хорошенькие, — Чонгук никак не мог насмотреться на малышек. — У Ханни всё-таки мой нос.
— Они близняшки, Чонгук, у них у обеих твоих нос, — Лиса накрасила губы. — А глаза мои. А остальное пока непонятно, им всего одиннадцать месяцев.
— Ого, — Чонгук удивлённо открыл рот. — Кажется, они только вчера родились, а уже такие большие. Скоро будет годик. Что купим им? Лиса не могла нарадоваться тому, каким заботливым отцом был Чонгук. Она ни разу не пожалела, что наступила на те же грабли с ним. Они были счастливы, а две прекрасные дочурки были плодами их любви. Видимо, Чонгук был предначертан ей судьбой, ибо как иначе объяснить то, что они идеально сочетались друг с другом?
Чон взял на руки сначала Хэрин, а потом Ханни. Обе малышки прекрасно умещались в его руках, при этом активно вертясь. Сам он уже давно собрался, и все трое ждали маму. Сегодня семья Чонов направлялась на праздник Пак-младшей. Джихе исполнялось целых два годика, и Чимин с Чеен устроили малышке целый праздник, не забыв пригласить и своих друзей.
Лиса красила ресницы перед зеркалом, пока Чонгук стоял с детьми сзади нее. Ханни и Хэрин были активными малышками, они в свои одиннадцать месяцев охотно повторяли все за родителями, уже могли выражать свои мысли мимикой и жестами и обладали несколькими словами в своем лексиконе, которые выговаривали пока что по слогам. Им все было интересно, и, конечно, их не могли не заинтересовать мамины косметические принадлежности.
Отвлекшись на схватившуюся за галстук Ханни, Чонгук упустил момент, когда Хэрин стащила со столика открытую помаду. В таком возрасте малыши подражали своим родителям, и Хэрин не стала исключением. Она хорошо запомнила, как мама красила губы, и решила повторить за ней. Поднесла помаду к лицу и нанесла ее, но не на губы, а на нос и щеки. Зеркала же нет.
— Чонгук! — Лиса рассмеялась искренне счастливой дочери. Она была такой улыбчивой, словно не помадой губы накрасила, а куклу новую получила. — Ты видишь, что она делает?
— Черт, — не смог сдержать смеха и мужчина. — Ну и что это такое, а?
Малышка неуклюже пожала плечиками и показала пальчиком на Лисц.
— Ты как мама, да?
— Да, — засмеялась девочка. — Ма-ма!
— Чудо ты, а не мама, — Чонгук передал Ханни Лисе, разыскав на столике средство для снятия макияжа. — Ей можно это на кожу нанести?
— Придется, просто так не смоем, она водостойкая, — Лиса села на кровать, усадив Ханни на коленях. — Ты такая спокойная, точно в меня. Сестричка у тебя в папу. Не ребенок, а сплошное приключение. Ты чего за сестричкой не следишь, м?
Ханни внимательно слушала маму, хлопая ресничками, но ответа так и не дала. Только перебралась по коленкам Лисы и крепко к ней прижалась. Она обожала объятия и была очень спокойной, в то время как Хэрин шкодничала хуже любого ребенка. На прошлой неделе она перевернула открытую упаковку печенья, пока Чонгук отходил в туалет, чтобы сменить распашонки Ханни, неуклюже державшей ложку.
— Смотри, все отмыл? — Лиса кивнула. — Тогда поедем, а то опоздаем. Нам их еще в кресла усаживать, а ты ведь знаешь, как они не любят в них сидеть.
— А ты им рассказывай сказку, как в прошлый раз, пока усаживаешь, они и не будут вредничать.
— Хорошо, — Чонгук взял Хэрин, а Лиса подхватила Ханни. Когда дети были успешно посажены в детские кресла, Лиса прижалась к Чонгуку, оставив поцелуй на шее. — Соскучилась что ли?
— Не-а, — снова поцеловала его. — Люблю тебя просто.
— Я тебя тоже, — коснулся кончиком носа ее, — ты у меня самая лучшая. Таких малышек мне родила, что я нарадоваться не могу.
— Мы вместе это сделали, — ласково на него посмотрела.
Она и правда была благодарна Чонгуку за каждую минуту, которую он провел с ней. Только мужчина, который по-настоящему любит свою женщину, смог бы стерпеть ее невыносимый характер в период беременности. Они ведь чуть не развелись, потому что он купил не того цвета шторы в детскую, когда они делали ремонт. Он гордо терпел, ни разу не накричал на нее и не высказал своего недовольства. Потому что входил в ее положение. Потому что любит.
***
— Ну и где наша именинница?
Лиса стала разыскивать глазами малышку Джихе, во всю уже тискавшую Хэрин и Ханни. Хоть у них была и небольшая разница, Джихе уже совершенно спокойно ходила и неплохо говорила, поэтому и ощущала себя старшей, следила за девочками и безумно их любила. Они вообще быстро сдружились.
— Лиса! Чонгук!
Джихе подбежала к Чонам, кинувшись в объятия к мужчине. Чонгука она любила почему-то больше. Видимо, распознавала в нем мужчину и неосознанно строила глазки. Лиса не обижалась, Джихе была ей третьей дочерью, да и понимала она ее как женщина. Нельзя было оторвать глаз от Чонгука и сдержаться, чтобы не наброситься на него с поцелуями и объятиями. Она сама еле держалась. Уже женаты больше полутора лет, знают друг друга с детства, а она все млеет от него, как самая настоящая девчонка.
— С днем рождения, малышка, — Чонгук закружил девочку на руках, поцеловав обе щечки.
Сидевшая в этот момент на руках Чимина Ханни расплакалась, увидев, как ее папа кружит кого-то другого. Стала тянуться ручками к Чонгуку и не успокоилась, пока он не приласкал ее.
— Ревнивая какая, вы посмотрите на нее, — усмехнулся Чимин, переведя взгляд на Хэрин, с интересом пытающуюся оторвать пуговицу на его рубашке. — А ты шкодливая.
— Ты прости, она и правда очень шкодливая, — Лиса перехватила ручки дочери, чтобы та ненароком ничего не оторвала. — Не надо так делать. Нельзя.
— Мо-на, — спорила малышка, дуя губки.
— Да пусть делает, — отмахнулся Чимин. — Отдам потом рубашку на растерзание Джихе, она из нее звездочки вырежет, а мама кукле платье сошьет, да?
Джихе закивала, став вертеть головой из стороны в сторону. Заглянула за спины каждому из взрослых, расстроившись, когда не обнаружила подарков. Как это так? День рождения, а ей совершенно ничего не подарили. Девочка села за столик и, тяжело вздохнув, произнесла:
— Не будет у Викки мужа, — снова вздохнула.
— Как это не будет?
В дверях появилась Чеен, немного опоздавшая на праздник из-за неотложных дел на работе, и малышка тотчас кинулась к маме. Заобнимала ее, зацеловала и повеселела, когда та пообещала ей, что подарки ждут ее в укромном месте, но сначала ей придется разгадать пару-тройку загадок и посмотреть шоу фокусов.
Детей усадили за столиком перед своеобразной сценой, на которой появился парень-фокусник, начавший свою программу. Родители расположились в конце зала, разлив по бокалам более крепкие напитки, но краем глаза не забывали поглядывать за своими ребятишками.
— Как вы их различаете? — спросил Чимин, крепче прижав к себе Чеен. Жену он любил не меньше, чем дочь.
— Обычно по родимому пятнышку, но сейчас по характерам. Хэрин — маленький комочек озорства и пакостничества. Ее совершенно нельзя оставлять одну. Она вечно что-то ломает, рвет, рассыпает, берет в руки и пробует на вкус. Вчера смахнула духи Лисы, — Чонгук положил жене кусок торта.
— Ты же сказал, что это ты, — Лиса строго посмотрела на мужа, требуя от него объяснений.
— Я не хотел, чтобы ты ругала Хэрин, — ласково ответил он, и Лисе тут же перехотелось с ним спорить.
Чеен с улыбкой посмотрела на друзей. Нравилось ей, как изменились их отношения со школьных времен. Оба повзрослели, переосмыслили многие моменты в своих жизнях и смогли обрести в друг друге счастье. Она не могла не радоваться тому, что видела. Лиса больше не бросалась в Чонгука шипами, а он не страдал, потому что ей хотелось ему отомстить. Оба любили друг друга. И оба были счастливы. Но еще больше Чеен доставляло удовольствие видеть то, как Чимин и Чонгук возятся с детишками. Не важно — с Джихе или с близняшками Чон. Они не разделяли детей на «своих» и «чужих», любили всех одинаково и часто проводили время впятером. Мужчины брали своих детей и выезжали с ними то в зоопарк, то на озеро, позволяя любимым женам развеяться и провести время друг с другом. Даже сейчас, выпив совсем чуток, мужская половина родительского состава отделилась от женской и, расположившись на детских стульчиках, присоединилась к своим дочерям, увлеченно смотревшим шоу фокусника.
— Все-таки верно говорят, что мужчины — большие дети, — заметила Лиса, с любовью взглянув на Чонгука.
— Да, Лиса, — протянула Чеен, — у нас с тобой не только дочки, но еще и сыновья.
— Самые лучшие на свете, — Лиса положила голову на плечо Чеен. — И ты у меня самая лучшая.
— А ведь наша мечта сбылась, — Чеен пригубила еще чуток вина.
Лиса подняла голову и непонимающе на нее посмотрела, как бы спрашивая, о чем она.
— Мы ведь всегда мелкими мечтали дружить семьями, когда вырастем, — легонько ударила подругу кулачком в плечо. — Ты, что, забыла?
— Нет! — рассмеялась Лиса. — Просто Чонгук необычным образом вытеснил все мысли из моей головы и поселился там. Знаешь, я ведь безумно его люблю. Не знаю, что я бы делала без него.
— Я тоже тебя безумно люблю, — прошептал жене на ухо Чон, обняв сзади.
Лиса ничего не успела сообразить. Мужчина поцеловал ее, схватил со стола два бутерброда и вернулся практически бегом к столу с детьми. Занял свое место, отдал один бутерброд Чимину и продолжил увлеченно наблюдать за фокусником. Девушки переглянулись и рассмеялись.
То счастье, которое они имели сейчас, было именно тем, о котором они мечтали всю жизнь. И они были благодарны друг другу за то, что, несмотря на разногласия, ссоры, множество неприятных моментов, они все-таки смогли сохранить свою дружбу, укрепить ее, еще и подружить своих мужей и детей. И совершенно точно знали, что дальше будет только лучше, ведь у них самые лучшие мужчины и самые прекрасные дети.