рассказ 14
Жить в общежитии здорово: всегда найдется, что поесть, с кем поболтать и у кого взять домашнее задание. Да и жить с соседями всяко веселее, чем на съемной квартире, в одиночестве и тишине. Я могла бы найти еще целую сотню плюсов того, что жить в общаге намного интереснее и увлекательнее, чем в собственной квартире, если бы не один-единственный минус, который жирным крестом нахрен перекрывает все эти замечательные плюсы!
Невозможно жить в одной комнате с девушкой, с которой встречаешься, и не иметь возможности с ней спать. Даже если соседи - очень толерантные люди, которые все понимают, ничего не имеют против, и вообще им плевать на то, кто кого трахает. Да только вот не станешь же ты приставать к любимой, когда две остальные соседки сладко спят. Хотя бы потому, что старые двухъярусные кровати ужасно расшатанные, и каждое твое движение отдается душераздирающим скрипом пружин. Оставалось только терпеливо ждать возможности остаться наедине. А такой не представлялось…
Я уже и не надеялась на то, что мы сможем остаться вдвоем. Соседей будто веревками привязали к нашей комнате – они не ходили ни гулять, ни в клубы, театры, кино, даже просто в университете по делам не задерживались. И если сначала я надеялась, что вот уж в выходные-то мы точно останемся вдвоем, сполна насладимся друг другом и потом целую неделю спокойно сможем переносить отсутствие близости, так нет же. То я, то Юля вынуждены были мотаться домой почти каждые выходные – родные очень скучали и в приказном порядке требовали своих детей домой. Правда, бонус был – возвращались мы, приятно нагруженные продуктами и разного рода закрутками и соленьями.
В эти выходные мы никуда не уезжали, и по этому поводу целую неделю понимающе переглядывались, дразнили друг друга провокационными сообщениями, фотографиями, фантазиями. Я уже настолько сильно раскатала губу, что в пору было класть рельсы и пускать поезда для сластолюбцев, но… Мои сладкие мечты были наглейшим образом прерваны словами соседки: «Я на выходные остаюсь в общаге – нам много задали». От желания разорвать ее на два десятка маленьких сучек меня спасло прикосновение Юли к моему бедру, пока никто не видел. Мысли из головы бурным потоком перетекли куда-то к низу живота, сердце пропустило один такт, а дыхание моментально сбилось. Я сдавила ладонь девушки и не без труда отстранила ее. Потому что еще одно мгновение, и ни одна соседка не смогла бы остановить зверя, который таился у меня внутри и вот уже третий месяц рвался на волю.
А после меня ждало некое подобие вознаграждения: среди ночи я почувствовала осторожное прикосновение к плечу. Сквозь сон пообещав убить потревожившую меня стерву, я услышала тихий смех и новое прикосновение, только теперь уже не к плечу… Рывком сев на кровати, я с огромным удивлением уставилась на свою сошедшую с ума девушку. Какой нахрен секс, когда рядом сопит еще одна девица?
- Надевай штаны и пойдем, - шепотом насмешливо произнесла она, глядя на меня так предательски нежно, что ругать ее моментально расхотелось.
Максимально тихо спустившись с постели, я натянула спортивные штаны и отправилась следом за Юлей, которая в темноте уже нашарила свои тапки и торопливо отпирала дверь. Что она задумала, я не чаяла, но надеялась, что ничего криминального. Из освещения в коридоре присутствовало только аварийное, и я плохо ориентировалась, зато Юля уверенно шла куда-то, крепко сжимая мою ладонь. И привела в целовалку – закуток в конце коридора, где не было камер наблюдения, комнат студенток, зато был удобный широкий подоконник, всегда теплый из-за батареи, что находилась под ним.
- Мне кажется, наша Валя сегодня была в одном шаге от верной гибели, - тихо рассмеялась Юлия, усаживаясь на подоконник и притягивая меня за руку к себе ближе. Обхватив мои бедра ногами, она ласково обняла меня за плечи и затем продолжила говорить, почти касаясь моих губ своими: - И я решила немного подлечить твои нервы.
- Или окончательно лишить меня их, - пробормотала я в ответ, оглаживая бедра девушки, сжимая их и с тихим рычанием впиваясь в ее губы настойчивым и жадным поцелуем. Улыбнувшись, Юля ответила, целуя меня столь же страстно, прикусила губу до боли, за что получила увесистый и звонкий шлепок, от которого тихо ахнула.
Да, воздержание не шло на пользу нам обеим. Продолжая целовать ее, я блуждала ладонями по стройному желанному телу, облаченному только в тонкую футболку и короткие шортики, под которыми не обнаружилось белья. Тяжело и рвано выдохнув в поцелуй, я усилила натиск пальцами, проводя ими по ее промежности, дразня неторопливыми и едва ощутимыми касаниями, собирая липкую влагу. По телу Юли прошла дрожь, которая передалась и мне, девушка глухо простонала и подалась бедрами ко мне ближе, желая усилить этот контакт.
И я с удовольствием выполнила ее желание, проникая пальцами, разводя их в стороны и собирая с приоткрытых губ любимой тихие сладкие стоны. Медленно двигая пальцами, я свободной рукой жадно ощупывала тело девицы: оглаживала и сжимала бедро, легко шлепала, поднималась выше, лаская кожу, по талии к груди, сжимая горячие твердые соски, срывая с губ Юлии все новые стоны, которые теперь уже приходилось глушить настойчивыми поцелуями.
Она подавалась бедрами навстречу каждому моему движению, подстраивалась, ласкалась, гладила и сжимала мои плечи, забываясь, царапала спину под футболкой, притягивала к себе еще теснее за бедра, с тихим рычанием шлепала меня по заднице. Это все было настолько сладко и приятно, что голова шла кругом, а разум отключался. Я все быстрее двигала уже тремя пальцами, разводила их в стороны, а подушечкой большого терла клитор девицы. Юле никогда в жизни с таким усердием не приходилось скрывать стоны, утыкаясь носом мне в шею, кусая кожу и оставляя яркие засосы, которые потом придется скрывать под шарфом. И вот, когда она была на грани оргазма, выгибалась и могла только стонать да сжимать мои плечи, в коридоре, где-то совсем рядом, открылась дверь.
Мы отпрянули друг от друга, как ошпаренные. Все удовольствие исчезло, будто его и не было. Разом навалилась реальность, которая на время отходила в сторонку, чтобы позволить нам насладиться друг другом. Поправив футболку, Юля не без труда слезла с подоконника и, дождавшись, пока шаги в коридоре стихнут, потянула меня обратно в комнату, в раздельные постели и к сопящей соседке, которая и не представляла, насколько лишней является. Засыпала я с мыслями о том, что еще месяц в таком режиме, и я уговорю Юлю снимать квартиру…
***
Неделя выдалась просто адской. Задания, которые разом навалились на нас грузом ответственности, курсовые, дополнительные занятия, бесконечные пары у доски и нудные разговоры с преподавателями, просто ужасные назойливые одногруппники и никакой возможности оказаться наедине хотя бы на часок. Мы приходили из университета, торопливо ели, садились за домашние задания, а после валились спать. Мыслей о том, чтобы снова уединиться среди ночи уже не возникало, потому что хотелось просто поспать. О том, чтобы выспаться, тоже даже не думалось.
Шесть дней в таком режиме, и к концу пар в субботу я неожиданно даже для себя вспомнила, что мы снова остаемся на выходные, а вот обе соседки уезжают домой. Само осознание сего факта моментально подняло мне настроение и придало сил, все беды и невзгоды этой недели как-то позабылись, оставив после себя лишь неприятный осадок, но не больше.
- Мы остаемся вдвоем, - произнесла я тихо, не желая привлекать внимание преподавателя, но не имея никакой воли подождать с этим заявлением до конца занятия.
- Не совсем. Я сегодня уезжаю домой. Родители бесятся, - спокойно, не отрываясь от конспекта, произнесла девушка. Если бы она хоть на мгновение оторвалась от тетради, то смогла бы увидеть, как печаль, безысходность и вся скорбь еврейского народа отразились на моем лице.
- Какое нахрен домой?! – горячо зашептала я, плюнув и на преподавателя, и на однокурсника, который с явным любопытством прислушивался к нашему диалогу. Было видно, как его и без того большое ухо раздувается до размеров маленькой планеты, алеет от предвкушения и готовится впитать любой звук, который проскользнет мимо него.
- Вот такое домой, - Юля изволила оторваться от конспектирования лекции и посмотрела на меня. В ее глазах плясали смешинки, которые сдали девицу с потрохами.
- Выебу, - на грани слышимости выдохнула я.
- Попробуй-ка, - тихо рассмеялась моя любимая, пристально глядя мне в глаза и словно дразня.
Отвечать я ей ничего не стала, только про себя обозвала всеми непечатными словами, которые только знала, и решила, что обязательно исполню свое обещание. Иначе, зачем мы столько времени ждали момента уединения?
Когда мы выходили из университета, на улице было уже темно, а с нами увязалась излишне активная одногруппница, которая жила в том же общежитии, но двумя этажами ниже. Она что-то рассказывала, щебетала, смеялась, тормошила меня и юлю, несла какой-то милый бред, но все равно не смогла толком достучаться ни до меня, ни до моей девушки, поэтому поникла и просто молча шла с нами рядом. Я была погружена в очередные сладкие фантазии о том, что наконец-то смогу добраться до тела Юли . Уже не было ни единой мысли о каких-то извращениях, ролевых играх и прочих забавах, о которых думалось в первый месяц воздержания. Сейчас хотелось просто закрыть дверь комнаты и, не включая света, ф. Фкинуться избавлять девушку от одежды, а после трахать ее на первой же горизонтальной поверхности, которая только попадется под руку.
- Душ, - безапелляционно заявила эта зараза, стоило мне запереть дверь на все ключи и засовы, на которые только было можно.
- Плевать на твой душ, потом сходишь, - мурлыкнула я, прижимая ее спиной к стене и принимаясь торопливо расстегивать пуговицы ее пальто. Девица не стала спорить и позволила мне избавить ее от пальто, шарфа и сапог, а потом, включив свет и спокойно отстраняя меня, Юля отправилась в душ. Благо, в каждой комнате была своя душевая, и эту наглость я могла ей простить.
Я стояла под струями воды, остервенело драила себя мочалкой и думала о том, как ей только терпения хватает на то, чтобы сходить в душ? Я бы на ее месте давно уже раскидала все тряпки, которые мешали, и занялась жарким сексом. А она не только сама приличное время плескалась, так еще и меня отправила едва ли не пинками. Железная девица, по-другому и не скажешь.
Спешно стерев с тела влагу, я вышла из душа и попала в кромешную тьму: свет отсутствовал как понятие, из коридора не проникал никакой свет, шторы были задернуты так, лишь слабые огоньки попадали с улицы в комнату. Катя нашлась на ощупь и на втором ярусе нашей с ней кровати. Протянув мне руку, она помогла забраться и, под скрип пружин, притянула меня на себя.
- Очень романтично, - хрипло выдохнула я, приподнимаясь на руках и пытаясь рассмотреть черты лица любимой. Она улыбалась, глядя на меня, так нагло и хитро, что снова захотелось ее отшлепать. – Если мы с тобой дружно упадем отсюда, виновата будешь ты.
- А ты не дай нам упасть, - ласково пробормотала она, снова притягивая меня к себе и целуя, нежно и неторопливо, едва ощутимо касаясь моих губ своими, дразня кончиком языка. Ладонями Юля бережно оглаживала мое обнаженное тело, ощупывала бедра, бока, руки, поглаживала шею и голову, зарывалась пальцами в волосы и легко массировала голову, отчего мне хотелось мурчать. Я тоже не оставалась в долгу, изучая чуть более жадно и торопливо, но все равно стараясь не торопиться и насладиться тем моментом нежной близости, что возник у нас наконец-то.
Правда… надолго в таком неторопливом темпе меня попросту не хватило: поцелуй вскоре стал по-звериному жадным и рваным, я кусала губы девицы, совершенно не жалея ее и отыгрываясь за все то время, что не могла толком поцеловать. Нежные и ласковые поглаживания переросли в шлепки, я царапала тело любимой, сжимала, с нажимом гладила, будто заново изучая ее.
Отстранившись от ее припухших губ, под аккомпанемент тихих и сладких стонов Юлии я припала к ее шее, покрывала кожу поцелуями-укусами, оставляя засосы, кусая, зализывала следы, словно извиняясь. А потом снова с невероятной жадностью кусала. Сжимая пальцами соски, я выкручивала их и оттягивала, а Юлия стонала громче, прогибалась в спине и разводила ноги все шире, умоляя меня не томить и перейти уже к главному.
Я и сама дрожала от нетерпения и желания побыстрее уже подарить своей девочке как можно больше удовольствия, поэтому торопливо скользнула вниз, подхватила ее под бедра и припала губами к истекающей смазкой промежности. С губ девицы сорвался протяжный стон, который нашел отражение в том стоне, что следом сорвался с моих губ. Теперь можно было не сдерживаться, и мы обе прекрасно знали об этом. И только я принялась собирать языком прозрачные терпкие капли, как меня больно дернули за волосы, вынуждая отстраниться.
- Не хочу так, - сбивчиво прошептала Юля, глядя на меня пристально и напряженно.
Спросить о том, как она хочет, я не успела. Рывком сев на кровати под адский скрип пружин, девица развернула меня спиной к себе и снова легла, подтягивая мои бедра к своему лицу. Уперевшись ладонями по обе стороны от ее бедер, я снова склонилась и продолжила то, что начинала. В тот же момент я почувствовала не менее желанное и еще более жадное прикосновение ее языка, а затем и зубов, заставивших меня дернуться. Но увесистый шлепок девицы и продолжение натиска заставили меня сдаться и позволить этой наглой девице вытворять все, что ей только заблагорассудится.
Мы двигались почти синхронно, только Юля делала это с большим натиском, будто не она совсем недавно хладнокровно отправляла меня в душ. Я спешно и напористо двигала внутри ее пальцами, безжалостно и широко разводя их в стороны, посасывала и прикусывала клитор, вызывая дрожь девушки и новую порцию таких сладких стонов. Гладила ее бедра, лишь слабо сжимая кожу и не желая доставлять ей совершенно никакой боли, а одно только наслаждение. Она, в свою очередь, мерно трахала меня языком, попеременно шлепая меня то по бедрам, то по ягодицам, отчего я в сладкой истоме сводила ноги и была в каких-то мгновениях от лучшего оргазма за последние месяцы. Да и сама Екатерина уже нагло подавалась навстречу моим движениям бедрами, извивалась подо мной, но не забывала методично и настойчиво доводить меня до пика.
В ушах шумело, из груди рвались одни только стоны, а тело предательски слабело – соскользнуть с кровати мне не позволяла любимая, которая крепко удерживала меня за бедра, стоило ноге по матрасу поехать куда-то в сторону. Одно мое резкое движение, и Юля бьется подо мной в сладкой судороге, сжимая ноги и не позволяя мне отстраниться. От очередного шлепка и резкого движения языка я буквально взвыла и кончила почти сразу же после девушки, жмурясь и вздрагивая от волны, что прошла от макушки и до кончиков пальцев…
Сил слезть у меня не было, поэтому я так и лежала на Юле, ткнувшись лбом в ее бедро и все еще тяжело дыша. Ничего не хотелось делать, даже просто перевернуться, чтобы упасть мордой в подушку, не было никакого желания.
- Вот так у нас все и происходит? Обещала мне бессонную ночь, а сама после первого раза сдулась? – услышала я насмешливый голос этой наглой стервы.
- Через две минуты я обязательно покажу тебе, кто сдулся, - лениво отозвалась я, кусая эту гадину за бедро и тихо смеясь.
_________________________________________продолжение следует