когда к тебе приходит незнакомец.
Семья Ли жила в большом особняке на окраине города, недалеко находился пляж и лес, в котором Феликс с матерью и отцом любили прогуливаться в свободные весенние выходные. Родители юноши владели своей фирмой, так что семья была хорошо обеспечена, а у Феликса был личный водитель, возящий его туда, куда тот захочет, гаджеты самых последних моделей — в общем, всё, что парню было нужно. Но Ликс никогда не хвастался достатком своей семьи, так как отлично понимал, что это не его деньги, а родителей, и видел, сколько сил они вкладывают в работу, чтобы ни в чём себе не отказывать, так что иногда даже старался помочь чем может.
Хёнджин пришёл к дому Феликса поздно ночью. Подойдя к зданию, парень вытащил телефон и посмотрел на время, цифры гласили, что сейчас 00:37. Хван не знал, какое из окон принадлежит младшему, поэтому, мысленно ругая себя из-за того, что не подумал об этом раньше, стал пристально вглядываться в каждое в ожидании какого-нибудь знака свыше. Простояв минут десять, он понял, что такими темпами ничего не добьётся и если сейчас что-нибудь не придумает, то так и пробудет здесь всю ночь. Он мог бы позвонить, но Феликс не дал свой номер телефона, поэтому единственное, что сейчас мог сделать Хёнджин, — это кричать имя младшего, надеясь, что тот услышит и высунется из окна, как Рапунцель.
— Феликс! — Никакой реакции. — Феликс! — И снова по нулям. Не увидев никакой реакции на свои действия, Хван решил орать чуть громче: — Феликс!
Наконец из полуоткрытого окна второго этажа показалась светлая макушка и заспанное лицо Ликса. Парень поначалу не понял, кому понадобилось будить его посреди ночи, но, увидев своего нового, но столь надоедливого одногруппника, закатил глаза и всё же открыл окно полностью.
— Хёнджин, какого хрена ты тут забыл, так ещё и посреди ночи? — зло спросил парень. Негодование Феликса не знало границ, потому что мало того, что его разбудили посреди ночи, так разбудил его ещё и этот назойливый парень.
— Я хотел прогуляться, погнали со мной.
— Ты вообще в курсе, что нормальные люди спят по ночам? И никуда я с тобой не пойду, вдруг ты маньяк. — Феликс никак не мог понять смысла действий Хёнджина, так ещё и спать жутко хотелось, поэтому он отошёл от окна, забираясь обратно в уже остывшую кровать.
Он уже готов был отправиться в царство Морфея, как его вернул в сознание тихий стук со стороны окна, который бы Феликс точно не услышал, если бы спал. Не успел он подняться с кровати, как увидел Хёнджина, аккуратно открывающего окно и уже перелезающего через бортик подоконника в комнату.
— Хёнджин, чёрт тебя дери, ты что творишь?! — Феликс чуть ли не завопил, осознавая, что в полудрёме забыл повернуть ручку окна, чтобы полностью его закрыть, и из-за этого вынужден сейчас наблюдать за тем, как Хван по-хозяйски уселся на его подоконник.
— Тише ты, родителей не боишься разбудить?
И правда, родителей будить не хотелось, иначе Феликс не знает, как будет объяснять нахождение в его комнате какого-то парня посреди ночи, поэтому пришлось перейти на более спокойный тон, близкий к шёпоту.
— Ты так и не ответил на мой вопрос. — Феликс скрестил руки на груди, всем своим видом показывая абсолютное недовольство ситуацией.
— Ну, я же сказал, что хотел прогуляться с тобой, а ты вон — в кровать обратно залез.
— А я сказал, что не хочу гулять с тобой. Откуда ты вообще узнал, где я живу?
— Оу, ну, просто нужно знать, где искать и у кого спрашивать, так что это не составило особого труда, — ответил Хван и невольно улыбнулся, вспоминая, как днём выпрашивал адрес у старосты, и слегка поморщил нос, надеясь, что она не будет припоминать ему это при их следующей встрече.
— Я в любом случае никуда с тобой не пойду — можешь сваливать. — Феликс указал рукой на окно, через которое залез Хёнджин, намекая, что выходить он будет так же, как и входил сюда.
— Я это предвидел, поэтому... — Хван, проигнорировав слова младшего, снял со своих плеч небольшой кожаный рюкзак и, открыв его, протянул Феликсу. — Купил вкусняшки. Устроим ночь кино?
— Ты в своём уме?! Как ты можешь так просто залезть в чужой дом и говорить про совместный кинопросмотр, когда мы даже не друзья? — Феликс был в замешательстве от беспечности парня, он не представлял, как так легко можно залезть к малознакомому человеку в дом с улыбкой от уха до уха и предлагать вместе смотреть фильмы. «Наверное, он свободный человек», — пронеслось в голове Феликса, но он отбросил эту мысль, не поняв, откуда она вообще появилась.
— Я просто хочу с тобой подружиться. И если сейчас я не являюсь твоим другом, то очень постараюсь, чтобы стать им в будущем, — ответил Хёнджин, и в его голосе прозвучала надежда на понимание со стороны Ли.
— А я говорил, что мне это нужно? — Ликс был зол на старшего из-за того, что тот слишком много себе позволяет, даже не спрашивая, хочет ли этого сам Феликс или нет.
— Ты нет, но твои глаза… Я же вижу, как ты наблюдаешь за одногруппниками, пока те громко смеются над шутками своих друзей, вижу, как ты невольно съёживаешься, когда мимо проходят парочки, держащиеся за ручку. Не отталкивай меня, прошу, я искренне хочу помочь. Просто признай, что тебе нужен хоть кто-то.
— Ты глубоко ошибаешься, думая так. И я всё ещё совершенно не понимаю, зачем нужны эти бессмысленные дружеские взаимоотношения, ведь человек всё равно не будет с тобой рядом в будущем: найдёт себе кого-то поинтереснее и лучше. Потому что ничто не длится вечно, Хёнджин. Ни дружба, ни любовь. А какой тогда смысл в обретении чего-то, что через время от тебя ускользнёт?
— Пусть будет так, Феликс. Ты можешь отрицать очевидное, врать мне и всем окружающим о том, что тебе никто не нужен. Но ты можешь не лгать хотя бы себе?
Феликс не понимал, о чём ему говорит Хёнджин. Ну, может, и понимал, но не до конца. Он никогда не признается себе, что все слова, сказанные Хваном, — это правда. Принять правду — признать, что ты проиграл. Проиграл в битве с самим собой, со своими чувствами и эмоциями. А он не для этого так долго выстраивал стены вокруг себя, не подпуская никого, чтобы какой-то сумасшедший парень, не знающий ровным счётом ничего о нормах приличия, за один вечер их разрушил.
— Ты ничего не знаешь.
— Абсолютно ничего. Но я не буду спрашивать, пока ты сам не захочешь мне рассказать. Я не хочу давить на тебя, выпытывая информацию, но ровно до тех пор, пока ты в порядке. Поэтому давай сейчас просто посмотрим пару фильмов и расслабимся, поедая сладости.
Феликс был не в силах отказываться, поэтому лишь кивнул в ответ старшему и отправился к столу за ноутбуком. Да и к тому же выгнать Хёнджина только из-за того, что он пытается сблизиться с одногруппником, совесть не позволяла. Ли просто надеется, что Хёнджин скоро поймёт, что рушить выстроенную Феликсом стену слишком трудно, и отстанет от него, оставляя один на один с удушающим одиночеством.
Хёнджин пришёл к дому Феликса поздно ночью. Подойдя к зданию, парень вытащил телефон и посмотрел на время, цифры гласили, что сейчас 00:37. Хван не знал, какое из окон принадлежит младшему, поэтому, мысленно ругая себя из-за того, что не подумал об этом раньше, стал пристально вглядываться в каждое в ожидании какого-нибудь знака свыше. Простояв минут десять, он понял, что такими темпами ничего не добьётся и если сейчас что-нибудь не придумает, то так и пробудет здесь всю ночь. Он мог бы позвонить, но Феликс не дал свой номер телефона, поэтому единственное, что сейчас мог сделать Хёнджин, — это кричать имя младшего, надеясь, что тот услышит и высунется из окна, как Рапунцель.
— Феликс! — Никакой реакции. — Феликс! — И снова по нулям. Не увидев никакой реакции на свои действия, Хван решил орать чуть громче: — Феликс!
Наконец из полуоткрытого окна второго этажа показалась светлая макушка и заспанное лицо Ликса. Парень поначалу не понял, кому понадобилось будить его посреди ночи, но, увидев своего нового, но столь надоедливого одногруппника, закатил глаза и всё же открыл окно полностью.
— Хёнджин, какого хрена ты тут забыл, так ещё и посреди ночи? — зло спросил парень. Негодование Феликса не знало границ, потому что мало того, что его разбудили посреди ночи, так разбудил его ещё и этот назойливый парень.
— Я хотел прогуляться, погнали со мной.
— Ты вообще в курсе, что нормальные люди спят по ночам? И никуда я с тобой не пойду, вдруг ты маньяк. — Феликс никак не мог понять смысла действий Хёнджина, так ещё и спать жутко хотелось, поэтому он отошёл от окна, забираясь обратно в уже остывшую кровать.
Он уже готов был отправиться в царство Морфея, как его вернул в сознание тихий стук со стороны окна, который бы Феликс точно не услышал, если бы спал. Не успел он подняться с кровати, как увидел Хёнджина, аккуратно открывающего окно и уже перелезающего через бортик подоконника в комнату.
— Хёнджин, чёрт тебя дери, ты что творишь?! — Феликс чуть ли не завопил, осознавая, что в полудрёме забыл повернуть ручку окна, чтобы полностью его закрыть, и из-за этого вынужден сейчас наблюдать за тем, как Хван по-хозяйски уселся на его подоконник.
— Тише ты, родителей не боишься разбудить?
И правда, родителей будить не хотелось, иначе Феликс не знает, как будет объяснять нахождение в его комнате какого-то парня посреди ночи, поэтому пришлось перейти на более спокойный тон, близкий к шёпоту.
— Ты так и не ответил на мой вопрос. — Феликс скрестил руки на груди, всем своим видом показывая абсолютное недовольство ситуацией.
— Ну, я же сказал, что хотел прогуляться с тобой, а ты вон — в кровать обратно залез.
— А я сказал, что не хочу гулять с тобой. Откуда ты вообще узнал, где я живу?
— Оу, ну, просто нужно знать, где искать и у кого спрашивать, так что это не составило особого труда, — ответил Хван и невольно улыбнулся, вспоминая, как днём выпрашивал адрес у старосты, и слегка поморщил нос, надеясь, что она не будет припоминать ему это при их следующей встрече.
— Я в любом случае никуда с тобой не пойду — можешь сваливать. — Феликс указал рукой на окно, через которое залез Хёнджин, намекая, что выходить он будет так же, как и входил сюда.
— Я это предвидел, поэтому... — Хван, проигнорировав слова младшего, снял со своих плеч небольшой кожаный рюкзак и, открыв его, протянул Феликсу. — Купил вкусняшки. Устроим ночь кино?
— Ты в своём уме?! Как ты можешь так просто залезть в чужой дом и говорить про совместный кинопросмотр, когда мы даже не друзья? — Феликс был в замешательстве от беспечности парня, он не представлял, как так легко можно залезть к малознакомому человеку в дом с улыбкой от уха до уха и предлагать вместе смотреть фильмы. «Наверное, он свободный человек», — пронеслось в голове Феликса, но он отбросил эту мысль, не поняв, откуда она вообще появилась.
— Я просто хочу с тобой подружиться. И если сейчас я не являюсь твоим другом, то очень постараюсь, чтобы стать им в будущем, — ответил Хёнджин, и в его голосе прозвучала надежда на понимание со стороны Ли.
— А я говорил, что мне это нужно? — Ликс был зол на старшего из-за того, что тот слишком много себе позволяет, даже не спрашивая, хочет ли этого сам Феликс или нет.
— Ты нет, но твои глаза… Я же вижу, как ты наблюдаешь за одногруппниками, пока те громко смеются над шутками своих друзей, вижу, как ты невольно съёживаешься, когда мимо проходят парочки, держащиеся за ручку. Не отталкивай меня, прошу, я искренне хочу помочь. Просто признай, что тебе нужен хоть кто-то.
— Ты глубоко ошибаешься, думая так. И я всё ещё совершенно не понимаю, зачем нужны эти бессмысленные дружеские взаимоотношения, ведь человек всё равно не будет с тобой рядом в будущем: найдёт себе кого-то поинтереснее и лучше. Потому что ничто не длится вечно, Хёнджин. Ни дружба, ни любовь. А какой тогда смысл в обретении чего-то, что через время от тебя ускользнёт?
— Пусть будет так, Феликс. Ты можешь отрицать очевидное, врать мне и всем окружающим о том, что тебе никто не нужен. Но ты можешь не лгать хотя бы себе?
Феликс не понимал, о чём ему говорит Хёнджин. Ну, может, и понимал, но не до конца. Он никогда не признается себе, что все слова, сказанные Хваном, — это правда. Принять правду — признать, что ты проиграл. Проиграл в битве с самим собой, со своими чувствами и эмоциями. А он не для этого так долго выстраивал стены вокруг себя, не подпуская никого, чтобы какой-то сумасшедший парень, не знающий ровным счётом ничего о нормах приличия, за один вечер их разрушил.
— Ты ничего не знаешь.
— Абсолютно ничего. Но я не буду спрашивать, пока ты сам не захочешь мне рассказать. Я не хочу давить на тебя, выпытывая информацию, но ровно до тех пор, пока ты в порядке. Поэтому давай сейчас просто посмотрим пару фильмов и расслабимся, поедая сладости.
Феликс был не в силах отказываться, поэтому лишь кивнул в ответ старшему и отправился к столу за ноутбуком. Да и к тому же выгнать Хёнджина только из-за того, что он пытается сблизиться с одногруппником, совесть не позволяла. Ли просто надеется, что Хёнджин скоро поймёт, что рушить выстроенную Феликсом стену слишком трудно, и отстанет от него, оставляя один на один с удушающим одиночеством.
— Прости, что придётся смотреть с ноутбука. — Феликс подключал устройство к сети, протягивая провод от розетки к разъёму. — Я бы пригласил тебя в кинозал, там и проектор, и сиденья удобные, но боюсь, что родители проснутся и вставят мне по самое не хочу из-за того, что не сплю, так ещё и парня какого-то домой притащил. — Он ехидно усмехнулся на последних словах и, закончив включать ноутбук, предоставил Хёнджину выбор фильма.
— Да ничего страшного, так ведь даже атмосфернее! — Хёнджин взял устройство и быстро выбрал какую-то комедию, которую ему давно посоветовал кто-то из одногруппников, аргументируя тем, что на ней «обоссаться» от смеха можно. Хван бы и сам посмотрел, да руки не доходили, и тем более одному смотреть не очень хочется, а тут удачный случай подвернулся. — Давай этот, ты же не против? — Получив в ответ одобрительный кивок, Джин уселся поудобнее, ожидая, когда Феликс сядет рядом и они начнут просмотр.
Всю оставшуюся ночь они смотрели фильмы, ничего не говоря и не обсуждая моменты из кинокартин. Они посмотрели комедию, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться в голос на очень глупых моментах и не разбудить родителей Феликса; смотрели мелодраму, пытаясь подавить предательски скопившиеся в уголках глаз слёзы, когда главный герой умер, оставляя любимую в одиночестве бороться с трудностями в этом мире, ведь настоящие парни не плачут (не так ли?); смотрели ужастик, зажимая рты руками на каждом напряжённом моменте, чтобы не дай бог не закричать, когда монстр внезапно вылезет из-за какого-нибудь угла, ибо получать нагоняй от родителей не хотелось.
Просмотр сопровождался поеданием вкусняшек, которые принёс Хёнджин. Там было всё: попкорн, чипсы, различная газировка, даже горячо любимый Феликсом «Скитлс» и ещё куча всякой всячины, которую младший видел впервые. Ли так и не понял, как Хёнджин всё это запихал в столь маленький рюкзак, но, думая, что спросит об этом как-нибудь в другой раз, тактично промолчал.
Хёнджин покинул дом Феликса всё так же — через окно, когда за горизонтом показались первые лучи рассветного солнца, а часы на руке Хвана пробили шесть утра. Всё-таки сегодня среда, и обоим парням нужно на учёбу. Хёнджин вылезает из окна и быстро спускается на землю, покидая дом младшего и убегая, помахав на прощание своей большой ладонью, словно дразня Феликса и его совсем крошечные ладошки, которые мама Ликса называла «лапками». Ли в ответ на этот жест лишь скромно кивает и плотно закрывает окно, пристально наблюдая за удаляющейся фигурой нового знакомого.
В это утро, собираясь на учёбу, Феликс обдумывал произошедшее сегодняшней ночью. Вроде Хёнджин говорил правильные вещи, но Ликс не хотел их принимать, боясь последствий. Хван не доставлял неудобств, ну, кроме того, что неожиданно пришёл посреди ночи и разбудил — но это не так страшно. Он не спрашивал Феликса ни о чём, не пытался докопаться до всей сути и не осуждал его — просто неожиданно вторгся в личное пространство, принёс вкусностей и молча, сидя рядом, смотрел с ним фильмы. Хван смеялся, когда было смешно, чуть не заплакал на грустном моменте и так же, как и Феликс, кусал свою руку, чтобы не закричать от страха. Возможно, они даже чем-то похожи, но в то же время совершенно разные: Феликс любит сопливые романы, а Хёнджин — книги из жанра научной фантастики; Феликс любит находиться в тишине, а Хёнджин жить не может без разговоров; Феликс так любит этот кислый «Скитлс», от которого рот вяжет, а Хёнджин его просто на дух не переносит — такие небольшие, но в то же время существенные отличия, которые могли бы стать причиной для вечных ссор между парнями, наоборот, сделали толчок к будущим взаимоотношениям этих двоих.
Рядом с Хёнджином Феликс не чувствовал дискомфорта: от старшего не хотелось сбежать, даже молчать рядом с ним было комфортно. Ли не мог понять, из-за чего это. Может, из-за того, что Хёнджин был слишком добр к нему, а может, из-за того, что Феликс давно ни с кем нормально не общался, тем более что Хван сам проявлял инициативу и на все дерзости и колкости со стороны Ликса, которые, по идее, должны были оттолкнуть старшего, никак не реагировал.
В университете оба парня делали вид, будто они совершенно не знакомы, и это не они сегодняшней ночью смеялись до коликов в животе над смешными моментами, пытаясь никого не разбудить, не они чуть ли не заплакали из-за смерти молодого парня, храбрясь перед друг другом, хотя если бы смотрели это наедине, то точно бы рыдали в три ручья, и пачки салфеток действительно не хватило бы, чтобы вытереть все слёзы, и не у них сердца одновременно чуть ли не остановились, когда в самый напряжённый момент на телефон старшего пришло оповещение, разрывая тишину фильма громким бибиканьем, от которого оба чуть ли реально не поседели.
Оба понимали, что пока рано выносить их знакомство за пределы комнаты Феликса и рассказывать кому-либо, поэтому упорно сторонились друг друга, даже не поздоровавшись с утра. Феликс всё ещё боялся старшего и, несмотря на его доброту, не хотел разговаривать с ним, тем более на какие-то личные темы. Раны прошлого всё ещё иногда побаливали, давая о себе знать в самые неподходящие для этого моменты, они не позволяли спросить у Хёнджина лишнего, чтобы тот не подумал, что у него что-то получается, и именно из-за них Феликс не хочет подпускать к себе Хвана.
А Хенджин всё это отлично понимает — он и не собирается давить на Феликса, обволакивая того своим вниманием. Он осознаёт, что младшему нужна поддержка и забота, но её не должно быть слишком много, возможно, это только пока они не станут чуть ближе друг к другу, но всё же. Хван понимает, что Ли не готов показывать свои личные взаимоотношения с кем-то на публике, поэтому молча смотрит Феликсу в глаза, когда они пересекаются взглядом, и лишь кивает в знак приветствия, не получая ничего в ответ.
Хёнджин подождёт. Ведь у него ещё много времени.