Глава 7
Сентябрьское утро. Небо затянуто серыми тучами. Лёгкая прохлада.
-Посидишь в машине, или пойдёшь с нами? спрашивает мама, открывая дверь машины.
-Пойду уж, хоть на эту школу посмотрю. отвечаю я, и тоже покидаю машину.
Трёхэтажные персиковое и желто-голубое здания за невысоким забором и воротами не вызывало у меня особого интереса, и мы спустились вниз по асфальтовой дорожке. Слева заметила постройку из темно-коричневого кирпича, с высокой сужающейся трубой, и табличкой на тяжелой чугунной двери "Котельная номер 1". За ней - детская площадка на траве, металлическая, старого образца, состоящая из качели и нескольких лесенок, но выкрашенная свежей краской в яркие цвета. Видно, что старались для детей, может быть красили даже сами родители, или учителя.
Рассматривая здания, видно, что они достаточно необычные. Левое, с обваливающейся персиковой краской, вытянутое, а правое, желто-голубое, имеет форму буквы «Г». Между двумя постройками разместился маленький парк с дорожками, оградками, и клумбами цветов. Две лестницы, на каждой из двух сторон жилого здания: черная и белая. Около лестницы из чёрного камня неуклюже поставлены в круг три бельевые сушилки, полные детских сохнущих вещей. Какие-то кофточки, брюки, другая одежда, но преимущественно серых или темных цветов, как и будни их владельцев. Лестница из белого камня ведёт в столовую, по обе стороны от ее перил стоят бежевые урны.
В жилом корпусе мне удалось побывать только раз, на первом этаже, когда братика нужно было отвести в медпункт для планового осмотра.
Первое, что бросается в глаза при входе - круглое зеркало среднего размера на фоне темно-лиловых стен. Оно кажется ничем не примечательным, просто высоко подвешенное зеркало, отражающее лишь плохо освещенную стену. Но этим оно и привлекает. Как, в общем-то, и вся школа. Если бы меня попросили сравнить эту школу с каким-нибудь предметом, я бы указала на это зеркало. Такая же обычная, но пугающая. Справа, если стоять спиной к входной двери, располагается маленькая коморка с постельным бельем и прочими хозяйственными принадлежностями. Слева по коридору, совсем рядом с зеркалом, медицинский кабинет, в который ведет очень маленький закоулок, протяженностью не больше двух метров.
Так как школа находится за городом, то в неё ходят не только дети с задержкой развития, но и просто местные ребята. Но ты обязательно узнаешь первых. По пришествию на территорию, я увидела не так много для обычной школы детей, но из-за того, что каждый всматривается в твое лицо и тебя, из-за того, что ты чувствуешь, как они рассматривают твою одежду; кажется, что их неисчислимое множество. Лица малышей из начальной школы, улыбающиеся, но некоторые слегка перекошенные, что вызывает непонятное чувство жалости и стыда за то, что ты заметил это. Хочется упасть перед ними на колени, взять их маленькие холодные ладошки в свои, и плакать, просить у них прощения, и шептать, что они достойны лучшего. Просить прощенья за Судьбу, за Бога, которые обошлись с ними столь сурово и несправедливо. Просить прощения за всех тех людей, что смеются, или презрительно смотрят на них. Каждый ребенок в этом месте смотрит на тебя с восхищением, добродушно, пытается что-то сказать тебе, здоровается просто так, из любопытства и желания понравиться тебе, хотя вы видитесь в первый чертов раз. Они излучают солнце; внутри них горит костер любви ко всему живому, просто к этому миру; внутри них тепло, которым они хотят поделиться; внутри них желание жить, желание быть счастливыми, и желание творить добро, это видно по их глазам. Но проклятые болезни, отсутствие родителей и поддержки, отсутствие возможностей или просто нежелание других людей иметь с ними дело разрушают их внутренний мир. Их тёплый, открытый к новому и любящий мир. Они любят жизнь и людей, но жизнь и люди не любят их.