Глава 4
Джоанна
— Мы можем не заключать с ними договор, — спокойно сказал Конрад, стоя напротив стола в моем кабинете.
Домой вчера он пришел поздно. Я слышала, как хлопнула входная дверь, но подниматься с постели, чтобы встретить его, не стала. Я все еще была немного обижена на брата. А когда проснулась утром, его уже не было в квартире. Конрад очень рано ушел на работу.
Как выяснилось, ему нужно было подобрать новые компании, список которых и лежал передо мной сейчас. Компании, которые могут заниматься строительством моего казино.
Я прошлась взглядом по списку, подмечая, что Конрад подобрал гигантов не хуже «Джефферсон Констракшн». Хоть сейчас бери и заключай соглашение с любой. Если бы не одно «но».
— Через час прибудет их команда для того, чтобы провести презентацию, как ты себе представляешь наш отказ?
Конрад никогда не срывает сделки, тем более за час до начала конференции.
Брат сел в кресло, закидывая ногу на ногу. Он выглядел раздраженным. Все-таки, также как и я, злился.
Подумаешь, большое дело! Не рассказала о Джефферсоне. Разве это не моя личная жизнь, которой я могу ни с кем не делиться? Кто знает, какие секреты он сам хранит?
— Просто откажемся. Контракт еще не подписан, предварительного соглашения мы не заключали.
— И на что ссылаться? Почему вдруг мы отказались? Я не хочу, чтобы о конфликте между мной и Джефферсоном знал кто-то еще, — фыркнула я.
Представляю, каким позором будет выглядеть эта история, и каким посмешищем окажусь я. С какой стороны не посмотреть на нее, я одурачила богатенького наследника огромной империи или богатенький наследник использовал меня в своих грязных играх, злодейкой выгляжу именно я.
А вот Блейк в любом случае выглядит хорошо, он либо плейбой, от которых девочки в восторге, либо брошенный романтик, что также является привлекательным для противоположного пола.
Поэтому лучше оставить то, что было между нами в тайне. Ни его отец, ни кто-либо еще не должны знать об этом.
— Никто не узнает, — серьезно ответил брат. — Черт! Разбить бы ему нос за такое!
— Спокойно. Никто не будет разбивать ему нос или еще что.
И тогда я поняла: он злился не на меня, он злился на Джефферсона. Это немного остудило мой пыл.
Я подошла ближе и погладила брата по плечу, а затем встала напротив него, приваливаясь спиной к краю стола.
— Эта ситуация забыта. Блейк сказал, что для него работа со мной не станет проблемой, и я тоже буду вести себя как профессионал. От контракта мы не откажемся. Мое личное прошлое с Блейком никак не повлияет на работу.
Конрад долго смотрел на меня тяжелым взглядом, затем выдохнул и вынужденно кивнул:
— Это полностью твой проект, тебе решать.
От этих слов по моим рукам забегали мурашки.
Боже! Это действительно мой первый проект.
— И я беспокоюсь не о том, что ваше общее прошлое помешает работе. Я беспокоюсь о тебе, Джоанна. Он обидел тебя, хоть ты и стараешься не показывать этого, я понимаю, что тебе может быть тяжело.
— Не продолжай! Меня абсолютно не волнует Блейк. Аб-со-лют-но!
Конрад усмехнулся:
— Ладно, пусть будет так.
— Все так и есть, — огрызнулась я.
— Хорошо.
Я в последний раз бросила на брата суровый взгляд и вышла из кабинета. Пройдусь лично до отдела кадров, что-то они не спешат подыскивать мне новую ассистентку.
***
Как выяснилось, найти человека в Нью-Йорке, который будет совершать звонки, принимать факсы и помнить о встречах, не так-то просто. Сотрудники отдела кадров не справлялись с этой задачей, я все еще была без ассистентки.
Когда я уже разозленная уходила из отдела, на пороге показалась молодая рыжеволосая девушка.
— Здравствуйте, я Сабрина Риттер, — неловко выдала незнакомка, протягивая руку вперед. — А вы, должно быть, Долорес?
Я молчала несколько секунд, рассматривая ее, затем вытянула руку вперед для рукопожатия. Длинные изящные пальцы сомкнулись на моей руке. На тыльной стороне ее ладони я заметила два крестика начерченных синей ручкой.
На девушке была нежно-розовая блузка и коричневая клетчатая юбка. Одежда была ей велика, что сразу бросалось в глаза. Рыжие волосы доходили до плеч и слегка завивались. Лицо ее было усыпано веснушками, как если бы она только что вернулась с пляжа.
Долорес — это рекрутер, которая занималась оценкой кандидатов на первом этапе отбора. Полагаю, девушке была назначена встреча. Только Долорес я поблизости не видела.
— Вы устраиваться на работу? — вежливо спросила я, хотя и так было понятно, что Сабрина пришла сюда именно за этим.
Она кивнула:
— Мы договаривались с вами о встрече еще на прошлой неделе.
Со мной не договаривались, а вот с Долорес — возможно.
— Напомните, на какую должность вы претендуете? — скучающе спросила я.
Сабрина непонимающе захлопала глазами и нахмурила брови. Ремешок сумочки съехал с ее плеча, и она быстро вернула его на место.
— Я претендую на вакансию ассистента управляющей отеля, — выдохнула она.
Услышав заветные слова, я повеселела и взглянула на нее другими глазами. Обычно я провожу собеседование в самом конце, но раз Долорес не смогла найти мне ассистентку, а сейчас ее носит где-то в другом месте, то мне остается только одно.
— Ваше резюме с собой? — деловито спросила я.
Сабрина снова кивнула и полезла в свою сумочку.
— Я отправляла вам его, но у меня есть копия, — сказала она, вынимая большой лист и протягивая его мне.
Я прошла в комнату ожидания отдела кадров и присела на диван, приглашая Сабрину сесть рядом. Пробежавшись критичным взглядом по написанному, я взглянула на нее еще раз.
— Вы учились в Бруклинском колледже Городского университета Нью-Йорка? — уточнила я.
— Да.
Гарвард для бедных — так называют этот колледж. Недорогое обучение, но хорошая программа.
— А специальность, — протянула я, ища нужную строчку в резюме.
— Искусство, — опередила меня Сабрина.
Очень интересно, что выпускник с Искусством в дипломе решил делать в гостинично-ресторанной сфере?
Я собиралась задать ей именно этот вопрос, но она, кажется, поняла, что именно мне было интересно из ее резюме, поэтому снова опередила меня.
— Я понимаю, что моя специальность не совсем подходит, но у меня имеется опыт работы в этой сфере. Я год была помощницей управляющей гольф-клуба в Филадельфии.
— Но уволилась. По собственному желанию?
— Да.
Гольф-клубы — настоящая кладовая для золотоискательниц. Форма работниц, как правило, была слишком откровенной. Короткие топы и юбочки или майки и шорты.
В таких клубах регулярно собирается элита Америки, а еще спортсмены, певцы и актеры, да что там, вся мужская часть конгресса Соединенных Штатов прожигала свои свободные деньки в подобных клубах. Естественно без жен.
— И какая причина?
Сабрина теребила ремешок сумочки от волнения. Я обратила внимание на то, что искусственная кожа на ремешке потрескалась. Дешевая одежда не по размеру, и девушка не в состоянии заменить сумку за тридцать баксов на новую. У нее явные проблемы с деньгами.
— Мой дедушка заболел, и мне пришлось вернуться, — несмело призналась она.
Что-то в моей груди закололо от этого известия, хотя я не знала, обманывает она меня или нет.
Я совсем не черствая, но прекрасно знаю, на какой обман могут пойти молодые девушки, чтобы найти работу получше. Я часто сталкивалась с такими при наборе персонала.
Ой, да ладно! Кто не врет в своем резюме?
Но о дедушке я решила все же не расспрашивать. Поверю на слово.
— После ты работала официанткой в ночном клубе «У Джо», — прочла я вслух, взглянула на нее, затем спросила: — В стриптиз-клубе?
Еще одна странная остановочка в ее резюме.
«У Джо» — известный стриптиз-клуб, один из самых крупных и популярных в городе. Все мужчины от двадцати одного до восьмидесяти регулярно пропадают в этом клубе. Танцовщицы там настолько искусные, что однажды восьмидесятилетнего деда хватил инфаркт, сомневаюсь, что всему виной было фламенко.
— Да, я понимаю, о чем вы сейчас могли подумать, но я правда была только официанткой.
— После стриптиз-клуба у тебя был перерыв почти в полтора года.
— Да.
— Что ты делала все это время?
Мне нужно было знать наверняка. Ведь я подозревала, что Сабрина пришла в этот отель с единственной целью — отыскать себе нового спонсора.
— Я была няней. Сидела с годовалой девочкой соседки, это была самая тяжелая работа из всех. Вы и представить себе не можете, сколько раз морковное пюре оказывалось на моей одежде или волосах. Но мне неплохо платили.
Не представляла, и представлять не хотела.
Я могу хоть весь день придираться к ее резюме, но это не избавит меня от огромной проблемы в виде отсутствия ассистентки.
— Кофе варить умеешь? — спросила я.
— Да.
— Пунктуальна?
— Как часы.
— Отвечать на звонки, назначать встречи, делать документы по образцу?
— Да, я смогу. А новому быстро учусь, — заверила меня девушка.
Я внимательно взглянула на Сабрину. В ее рекомендациях не было чего-то грандиозного, обычное резюме. Но Лина, в отличие от нее, обладала прекрасным резюме, а работала отвратительно. Возможно, потом я об этом пожалею, но сейчас.
— Детей нет, не замужем, — прочла я. — Эта работа отнимает все силы и время. Выходные плавающие.
— Я готова.
— Отлично, — пропела я, поднимаясь с места. Сабрина поднялась вместе со мной, но я остановила ее жестом руки. — Будь здесь, я напишу Долорес, что одобрила твою кандидатуру.
— Напишете Долорес? — на лице Сабрины отразилось непонимание. Выразительные серые глаза девушки с вопросом взглянули на меня. — Разве вы не она?
Я ухмыльнулась и протянула Сабрине руку для рукопожатия.
— Селеста Хэтфилд — управляющая отелем.
***
Я вернулась в свой кабинет, который к счастью оказался пуст. На часах было десять утра, а значит, Конрад уже подписывает договор с нашим исполнителем в конференц-зале. Через десять минут мне придется пойти туда и снова встретить самодовольного Джефферсона-младшего.
Я могла бы сказать, что совсем не думала о нем за прошедший год. Но это была бы ложь. Мы можем лгать другим, но не себе.
Так что, да. Я думала о нем. Но все воспоминания были тяжелыми, вызывали лишь грусть и злость — два чувства, которые способны уничтожить человека. Блейк и так оставил меня с разбитым сердцем. Я не могла позволять ему иметь власть надо мной, поэтому решила смириться с этим, отпустить злость и продолжать жить дальше без оглядки на прошлое.
Есть только работа. Я профессионал и смогу держаться с достоинством.
На краю стола лежала папка с документами, которые утром в виду отсутствия ассистентки мне пришлось распечатывать самой. Я пододвинула ее к себе и принялась изучать бумаги.
Одной проблемой меньше, Сабрину оформят в штат, а я попросила ускорить этот процесс, и тогда снова обзаведусь ассистенткой. Это самая приятная новость за сегодня.
— Доброе утро.
От этого голоса меня моментально бросило в жар. Холодный, тяжелый и хриплый, он прошелся по моей коже, оставляя после себя неприятные мурашки.
Я подняла голову и заметила его — Блейк привалился к боковой стенке дверного проема, надменно вскинув подбородок, он уставился на меня темным, словно из самого ада, взглядом. Его «доброе утро» звучало, как «я пришел тебя убить».
— Добрей видали, — холодно ответила я, поднимаясь из-за стола и выходя в центр комнаты.
Блейк был словно каменное изваяние, он не сдвинулся с места, не отвел взгляда, даже, казалось, не моргнул. Он просто смотрел на меня, заставляя все мои внутренности сжиматься от странной тревоги и предчувствия чего-то нехорошего.
— Ну? Ты хотел поздороваться? Если это все, то можешь идти, — грубо бросила я, стоя напротив него и скрестив руки на груди.
Блейк покачал головой.
— Мы подписали договор, — объявил он, полностью проигнорировав мои слова. — Честно говоря, я думал, ты откажешься. Нажалуешься братику, и тот сразу отзовет сделку.
Я хотела ответить ему, но он не дал мне этого сделать. Его губы исказила злая усмешка, а глаза заискрились от презрения.
— А ты и нажаловалась. Рассказала ему, как мы зажигали в Аспене, или у меня дома?
Я поежилась, но постаралась скрыть это от него. Он не должен видеть, что мне некомфортно рядом с ним. Иначе мудак непременно воспользуется этим.
— С чего ты взял, что я нажаловалась?
Блейк сузил глаза и скривил губы.
— Да не строй из себя дурочку, ты можешь прикидываться какой угодно, но точно не тупой, — бросил он, шагнув ко мне, — Пижон на подписании чуть не сжег меня взглядом, хотя до этого был милее плюшевого мишки.
Я медленно вскинула подбородок и замерла. Он стоял рядом, слишком близко. Темная энергетика поглощала все пространство в моем кабинете. Как всегда угрюмый, как всегда потрясающе выглядит. Свободный черный пуловер и черные брюки. Амбассадор черного цвета, в котором он всегда выглядел как бог. Хотя нет, скорее как дьявол.
— Ну что ж, Конрад знает и не обрадуется, если застанет тебя в кабинете. Ты понимаешь это, как никто другой, Блейк, тогда какого черта стоишь и душишь меня своим присутствием? — фыркнула я, теряя всякое терпение.
Блейк криво ухмыльнулся. Затем сделал ко мне еще один шаг.
— Я ничего и никого не боюсь, поэтому твой брат может поцеловать мою задницу.
— Боюсь, твоя задница, не в его вкусе.
Он здесь, стоит так близко, и это вызывало приятную ностальгию, которая щекоткой скребла мои ребра.
— Зато она в твоем вкусе, верно, Джоанна? — ухмыляясь, спросил мерзавец.
В моей голове моментально возникли картинки его пятой точки обтянутой белыми лыжными штанами.
Я решила перевести тему, чтобы отогнать от себя это наваждение, задница Джефферсона — последнее, о чем мне сейчас следует думать. Отвернувшись от него, я подошла к столу и принялась перекладывать документы, даже не глядя на них. Мне нужно было занять руки.
— Дай угадаю, пришел сказать, что скоро начнется конференция? Ну, так я и без тебя в курсе, так что можешь проваливать, раздражаешь меня...
Уйди, уйди к черту из моего кабинета!
Я затаила дыхание, вслушиваясь, в надежде уловить даже самый крошечный шорох, но за моей спиной была тишина. Через несколько секунд я услышала то, что заставило меня выдохнуть в облегчении: громкий звук захлопывающейся двери.
— Наконец-то, — шепотом сказала я, но затем послышался щелчок замка.
Взгляд резко поднялся, упираясь в окно напротив. В голове беспорядочным потоком перескакивали мысли.
Щелчок замка.
У Блейка нет ключа, он мог закрыть дверь только изнутри.
О боже.
Я резко обернулась, чтобы узнать, в чем дело, но не успела даже пискнуть, как Блейк жестко обхватил мою шею рукой и впился в мои губы дерзким, страстным и обещающим меня уничтожить поцелуем.
Кажется, пока мы летели в Нью-Йорк, мой самолет разбился. И я попала в свой персональный ад.