«Когда ты рядом, я не чувствую себя больным»

Парни направились на кухню, как только послышался громкий хлопок закрывшейся входной двери.

На улице было светло; громко и пронзительно щебетали проснувшиеся птицы. На часах 09:30 утра. С улицы доносился шум машин, спешащих по своим делам: кто на работу, кто на занятия, а кто просто решил отправиться куда подальше из города.

Был уже конец мая, стояла жара, как в июне месяце. Последние деньки для молодёжи, что так и не дождется начала заслуженных каникул.
Школа, в которой учился Сангстер(также Дилан и Тереза), всё ещё была закрыта из-за сильного пожара. Поэтому для них летние каникулы уже давно наступили.

О'Брайен приготовил завтрак: хлопья с молоком и горячее кофе с пирожным – всё что он умеет готовить, не считая омлет.

– Приятного аппетита. – Дилан аккуратно выложил всё приготовленное на стол перед Сангстером и сел напротив.

– Выглядит чертовски вкусно. Я уверен, ты очень старался, когда высыпал из коробки хлопья на тарелку и заливал всё это молоком, – Томас улыбнулся самой невинной улыбкой и опустил взгляд в тарелку с едой.

– Закрой свой прекрасный ротик и ешь что дают, – передавая ложку Сангстеру, приказал Новичок.

– Радуйся, что я безумно проголодался, – парень начал поедать содержимое в тарелке, параллельно смотря на сидящего напротив друга. – Ты чего так смотришь на меня?

Дилан думал о том, как хрупко тело рыжеволосого. Как легко он может поранится или пострадать. Как нелегко ему переносить эти боли в голове и частые приступы, которые могут напасть на него в самый неожиданный момент. Он присматривался к его худым, выпирающим ключицам; к локтям; к кистям рук. Он осматривал каждый миллиметр кожи и обнаружил кучу мелких ссадин и фиолетовых синяков на плечах и груди. И от этого у О'Брайена снова сжалось сердце от боли за этого маленького, безобидного и ранимого парня.

– Ничего. Просто ты сидишь напротив меня, поэтому и смотрю, – щеки Дилана приобрели красный цвет, но он всё же постарался выдавить доброжелательную улыбку, надеясь, что тот не обратит внимание на цвет его лица.

После завтрака парни направились в зал, где решили немого посидеть и поговорить о том, как же они всё-таки будут решать поставленную перед ними проблему.

– И как, по твоему, мы будем спасать мою задницу от смерти, которая наступит через 28 дней? – Сангстер сидел на красном кожаном кресле, скрестив ноги и хмуря брови, устремив взгляд в пол.

– Для начала нам нужно узнать у моей мамы, возможно ли это, – Дилан сидел на таком же красном кожаном диване, и смотрел прямо на рыжеволосого. – Томми.

– М? – парень всё также не поднимал взгляда, грызя по привычке ногти, нервничая.

– Мы найдём способ избавиться от этого. – Дилан присел на другую сторону дивана, чтобы быть ближе к Сангстеру.– Я верю в это.

– Я надеюсь, – Сангстер поднял глаза и посмотрел на Дилана: «Он переживает за меня...Наверное он знает, что меня не спасти. Хах. Конечно знает».– Можно ли мне забрать свою футболку? Ото как-то не комфортно сидеть тут полуобнажённому.

– А, да...конечно, – Дилан заметно занервничал, лицо снова приобрело румянец( в третий раз за день, а ещё даже не вечер). Он направился в ванную, где висела уже постиранная футболка. – Держи, – парень передал её Томасу.

– Спасибо, – Сангстер аккуратно взял вещь, задев руку Дилана. Даже от такого мимолётного прикосновения, Томас почувствовал прилив тепла внутри – уже, казалось, такое привычное, такое родное и приятное чувство, которое хотелось ощущать всё больше и больше.

– Томми? – Дилан взглянул в замершие на футболке глаза Рыжеволосого.– Всё нормально?

– А? – парень оторвал свой взгляд от одежды и, нахмурив брови, посмотрел на Новичка. – Что ты сказал? – сердце снова забилось бешеным ритмом.

– Ты не заболел? – О'Брайен насторожено смотрел на друга. – Ты так покраснел.

Дилан потянул руку ко лбу Сангстера, чтобы проверить температуру.

– Не надо! – Томас резко отмахнул руку Брюнета и повернул голову вбок.

Дилан не мог понять, что с Томасом. Он, удивленный действиями друга, застыл на месте, и смотрел на него.

– Я пойду приму душ, если ты не против, – быстро проговорил Сангстер и пулей побежал по ступенькам лестницы наверх.

«Вот черт, вот черт! – завопил в мыслях Томас. - Почему, как только он дотрагивается до меня, я так себя ощущаю? Это не нормально! – Сангстер зашёл в ванную комнату и, заперев дверь, уселся на пол, прикрыв ладонями лицо. – Моё сердце. Оно...так колотится,–он положил правую руку на грудь, ощущая каждый стук своего сердца, что становился всё сильнее и сильнее, при мысли о тёплых ладонях Дилана. – Когда это прекратится? Когда я смогу смотреть ему в глаза и не чувствовать себя как влюблённый мальчишка...»– последнее предложение оборвало все мысли Сангстера. Он серьёзно об этом подумал? Впервые за столько лет, он подумал о том, что влюбился в кого-то?

Томас резко поднял голову и вслух сам себе произнёс:

– Он - парень. Сангстер, приди в себя! – на глазах выступили слезы. – Нет! Я не могу такое ощущать из-за парня! – голос Томаса задрожал, голова снова начала выдавать мучительную боль. – ПЕРЕСТАНЬ! ПРЕКРАТИ! – парень в истерике принялся бить со всей силы кулаком об пол. Из хрупких косточек уже сочилась тёмная кровь. Боль охватила всю кисть руки, но головная боль была намного сильнее. – УБЛЮДОК! ИДИОТ! Я НЕ ХОЧУ ЭТО ЧУВСТВОВАТЬ! НЕ ХОЧУ! НЕТ!!– Сангстер схватился за голову и закричал; слезы ручьём скатывались из глаз; он почувствовал прежнюю ломку в костях.

Парень бессильно лёг на ледяную плитку ванной комнаты. Всё тело трясло, боль поглощала всего Томаса.

– Д...Дилан..– с трудом простонал Рыжеволосый.

Томми погрузился во тьму. Это был конец для Сангстера.

******

Прошло больше 30 минут, а Сангстер так и не вышел из ванны.
Дилан почувствовал неладное и направился на второй этаж, чтобы проверить, всё ли в порядке.

– Томми? – Парень постучал в дверь. – Ты в порядке?

Тишина.

– Томас? – Дилан прислонился к двери. Не было слышно даже звуков капающей воды. – Томас!

Не долго думая, О'Брайен принялся дергать ручку двери, пытаясь открыть её.

– Нет-нет-нет, только не это, – сам себе вслух повторял брюнет.

Новичок пытался выломать дверь, но это было бесполезно.

– Томас, держись, я сейчас!

Парень побежал в кладовку на первом этаже, чтобы взять молоток, параллельно набирая номер матери.

Гудки.

– Блять, да возьми же ты трубку!

О'Брайена бросало в дрожь. Руки предательски тряслись, когда Дилан заново набирал номер. Лицо его стало неестественно бледным.

– Ответь, ответь, ответь, – хрипло повторял парень. – Прошу, возьми эту чёртову трубку!

Но это было бесполезно, мать Дилана была на совещании.

– СУКА!– Брюнет со злостью бросил телефон на кровать и подошёл к двери ванной.

– Всё будет хорошо, Томми.

С этими словами, О'Брайен начал ломать дверь.