Глава 8.
Фелиция Делакруа
Может, это всё и к лучшему? Быть женой дона сицилийской мафии, который не отпускает меня ни на шаг... Который мстит моей семье через меня? Или это худшее наказание, которое только могло со мной случиться?
Спустившись на первый этаж, я сразу наткнулась на своего мужа. Лоренцо стоял спиной ко мне, опершись рукой о подоконник и глядя в окно. Дым сигареты плавно тянулся вверх, словно туман, заполняя всё пространство.
— Ты готова? — спросил он, докуривая, не поворачиваясь.
— Я... да, — голос дрогнул, но я сделала вид, что уверена.
Лоренцо развернулся ко мне, и даже его спокойный взгляд заставил сердце удариться о рёбра. Но он не подошёл ближе — и от этого, странно, было чуть легче.
— Не забывай, — его голос был мягким, но за каждым словом слышался стальной приговор. — Сегодня ты должна быть хорошей актрисой. Ты же когда-то увлекалась этим, да?
Я похолодела внутри. Откуда он знает?
— Так вот, сыграешь хорошо — будешь вознаграждена. Ошибёшься — попрощаешься со своим братом.
Нервно сглотнула, взгляд сам ушёл в сторону, чтобы он не видел паники в моих глазах.
— Хорошо, — выдохнула я.
Он подошёл ближе и легко коснулся губами моего лба. Я с трудом сдержала дрожь. Мерзко. Ненавижу.
— Я знал, что ты умница, — Лоренцо усмехнулся, туша сигарету. — Пойдём.
Он обнял меня за талию и повёл в столовую, в которой я ещё не бывала. Просторная, светлая, со вкусом обставленная — мраморный стол, хрусталь, тонкий фарфор. Признаться, стиль у него был. Пожалуй, единственное, что в нём можно было вынести.
Стол ломился от еды — мясо, сыр, свежая выпечка. Когда всё это успели приготовить? Сев на край, я почувствовала себя гостьей на чужом празднике.
— Ох, Фелиция... моя дорогая Фелиция, — протянул он, беря мою руку. Я сразу дёрнула, но его хватка усилилась — настолько, что я зашипела от боли.
— Не успел купить кольцо раньше. Прости, дорогая.
Я замерла, когда он достал коробочку и надел кольцо на мой безымянный палец. Бриллиант вспыхнул на свету, ослепительно красивый. Слишком красивый для того, чтобы принадлежать мне в такой момент.
Смотрела на него в шоке, не в силах выдавить ни слова.
— Могла бы и «спасибо» сказать, — заметил Лоренцо холодно, отпуская мою руку и усаживаясь рядом.
Я сжала губы. Нет. Никакого «спасибо». Никакой покорности. Даже если пока у меня нет выхода, внутри я всё равно останусь свободной.
И в этот миг резкий удар распахнувшейся двери заставил меня вздрогнуть. Двери столовой с грохотом открылись, и внутрь вошли они. Моя семья. Отец первым шагнул вперёд, лицо пылало яростью. Мама — сдержанная, но её глаза прожигали насквозь. Брат — напряжённый, готовый броситься вперёд, как хищник.
Мир вокруг замер. Моя рука с кольцом всё ещё лежала на столе, блеск бриллианта бил в глаза. И именно на этом они остановили свой взгляд.
— Что. Это. Значит? — голос отца разрезал воздух, как нож.
Я почувствовала, как ноги подкашиваются, и только жёсткая рука Лоренцо на моей талии удерживала меня от того, чтобы рухнуть.
Ловушка захлопнулась окончательно.
— Папа, я... — я попыталась сказать хоть что-то, но Лоренцо прервал меня, его голос был ровным, словно нож:
— Добро пожаловать в наш дом!
Я замерла. Наш дом?! — в голове пронеслось как удар.
— Какой нахрен «наш»? Ты себя слышишь?! — брат вскочил с места, глаза горели. Я перевела взгляд на маму: её лицо было как маска, холодная и непроницаемая. Сердце ушло в пятки.
Лоренцо повернулся ко мне, слегка улыбнулся и сказал:
— Антуан, давай без криков. Такой важный день. Садитесь за стол.
Я села, ощущая, как колени дрожат. Семья расселась — отец напряжённо, почти готовый к нападению, брат сжатый, как пружина, мама — неподвижная, словно статуя, но глаза её сверкали ужасом и болью.
— Как вы видите и, думаю, уже слышали... — Лоренцо сделал театральную паузу. — Ваша дочь — моя невеста. Уже жена.
Мама ахнула, прикрывая рот рукой, словно слова отказывались покидать её. Я сама не могла поверить в них, в это происходящее.
— Нет! Этого не может быть! — брат вскочил с грохотом. Стул упал, и в столовую метнулась служанка.
— Выйди! — холодно приказал Лоренцо, и служанка поспешно покинула комнату.
Он повернулся ко мне, обхватил за талию и наклонился:
— Может, Антуан, может... а ты, любимая? — сказал он, и его губы коснулись моей щеки. Я вздрогнула, сердце сжалось.
— Доченька... — голос мамы был тихий, дрожащий, полный боли.
Я подняла глаза на неё, на отца и брата, и медленно, со сдерживаемой дрожью в голосе произнесла:
— Да, это правда.
В комнате повисла гнетущая тишина. Брат закрыл лицо руками, пытаясь скрыть боль и гнев, отец смотрел на Лоренцо, словно хотел его разорвать. Мама молчала, но глаза её кричали — не веря, не принимая.
Лоренцо медленно поднял бокал, а его взгляд скользнул по каждому за столом.
— Так, гости дорогие, — его голос был ровным, спокойным, но каждый слышал в нём скрытую угрозу. — Сегодня мы собрались отметить особый день. Фелиция моя жена.
Брат дернулся в кресле, кулаки сжаты.
— Ты смеешь называть это браком?! — его голос рвался от ярости. — Ты украл её!
— Украл? — Лоренцо улыбнулся, медленно наклонился к столу, словно играя с ними в шахматы. — Нет. Она пришла сама. Правда ведь, дорогая?
Я сжала пальцы на коленях. Сердце бешено колотилось. Нужно было действовать.
— Да... всё по согласию, — выдавила я, едва слышно.
Брат взвился, словно его ударили током:
— Что?! Ты называешь это согласием?! Он держит тебя здесь!
— Антуан, успокойся, — отец вздохнул, пытаясь удержать сына. — Если она говорит это... значит, это её выбор.
Лоренцо тихо усмехнулся, словно наслаждаясь их мучением. Он поднял мой бокал и слегка коснулся моих пальцев кольцом.
— Вы видите, дорогие гости? — произнёс Лоренцо спокойно, но глаза блестели угрозой. — Она счастлива со мной.
— Мне нужно поговорить с дочерью... наедине, — сказала мама тихо, но с твёрдостью в голосе.
— Конечно, вам же нужно как женщина с женщиной обсудить дела свадьбы, — Лоренцо улыбнулся холодно и насмешливо. — Ах да... свадьба будет послезавтра.
Я почувствовала, как внутри растёт тревога. Сердце колотилось, дыхание сбилось, лёгкая тошнота подступала. Я встала медленно, словно пытаясь удержать равновесие. Лоренцо следил за мной взглядом, почти дразня, и я знала — каждый мой шаг под контролем.
— Пойдём, мама, — тихо сказала я, стараясь держать голос ровным. — Нам нужно... поговорить.
Мама кивнула, и мы покинули столовую шаг за шагом. Я чувствовала, как холодный страх смешивается с яростью — яростью на самого Лоренцо и на себя за то, что оказалась в этом положении.
— Фелиция, моя дорогая... — мама осторожно положила руку мне на плечо, её голос дрожал. — Расскажи мне всё, я ведь твоя мать.
— Мама... мамочка... — я обхватила её руками, стараясь вжаться ближе. Мне нужно быть сильной. Иначе пострадает моя семья. Я не могу позволить себе слабость.
— Я очень по тебе скучала... Извини, что так пропала. Хочешь, я покажу тебе свою комнату? — я слегка улыбнулась маме, но на её лице словно маска: холодная и непроницаемая.
— Ты любишь его? — голос матери был тихим, почти шепотом, но в нём столько боли и тревоги.
Секунда тишины. Всё вокруг будто замерло. Я чувствовала, как сердце сжимается в груди, каждое слово давалось с трудом.
— Да, мама... — тихо выдохнула я. — Я люблю его. Я люблю Лоренцо.
Мама отстраняется на мгновение, глаза её полны шока и недоверия. Но я вижу, что она понимает — для меня это единственный способ удержать их всех в безопасности.
Я сжимаю её руку, а внутри — буря эмоций: страх, вина, ярость, но и холодная решимость.
***
в моём тгк вы можете найти много информации об моих книгах, а также график выход глав❤️