Океан закрытой реальности

I Wanna Kill Me Alihan Yücel – Topic

3 года спустя…

Я испытывала отвращение ко всему, даже к себе самой. Мне хотелось вспорхнуть, как птица, улететь куда-нибудь далеко-далеко, в незагрязненные пространства, и обновиться душой и телом. Кто же знал, что моя жизнь успеет так поменяться? С восемнадцати лет в двадцать один год. Тогда одна, а теперь с ребенком… Все происходило очень быстро и непонятно, но единственное, что не изменилось это – любовь к одному мужчине. Как бы я не старалась и не пыталась забыть этого человека… не выходило. Чертов Эдвин Раффэрти не вылазил с моих мыслей на протяжение трех лет. Хотя возможно это не мои мысли, а тот, кого я вижу каждый божий день. Киро. Мой сын.

“ Еванджелина 18 лет

Тело пронзило огромная боль, а в глазах потемнело – я сразу почувствовала загадочность и притягательный пейзаж, в котором можно погрузиться и увидеть тайны и глубины души. Это мрак, который открыл дверь в неизведанный мир и вызывал трепет исследования. Когда мой взгляд утонул в темных глубинах глаз, время останавливалось, а мозг перестал функционировать. Внутри этой темноты кроются многочисленные истории, которые ни словами, ни жестами не могут быть переданы. В темноте можно прочесть свои эмоции и секреты.

Последнее, что я помню это Джоша, который стоял прямо передо мной. Мои руки тряслись, испуганные лица, а затем… тьма. Мое тело будто обрело шоковое состояние и я не могла даже двигаться. В мыслях крутилось только одно. Ребенок. Я скрывала это от Эдвина и возможно не стоило, но я прекрасно помню о чем говорил мужчина. Сомневаюсь, что ему понравился бы такой груз… Внезапно глаза начинают открываться и я вижу такую картину. Я лежу в машине, а водительские двери открыты, на улице стоит мужчина с знакомыми, блондинистыми волосами. Джошуа. В горле сухо, поэтому начинаю кашлять от обезвоживания, тем самым привлекая внимание Раффэрти. Его серые глаза смотрят на меня и не верят. Он делает медленные шаги. Я вижу как в его глазах шок и непонимание.

— Ты-ты…

— Жива… — перебиваю, потому что он будет мыслить очень долго. — Мне нужно в больницу.

— Конечно, твою мать, нужно! — мужчина садится в машину и заводит ее. — Сейчас я сообщу Эдвину и он приедет. — его рука тянется к телефону.

— Нет! Он об этом не узнает… — странно? Знаю.

— Ева, ты бредишь?

— Джош, ты мне поможешь в этом, чтобы твой брат не узнал. — как бы я не хотела шутить. — У меня декстрокардия.

— С-сердце с правой стороны? — киваю с огромными усилиями. — Почему ты не говорила никому?

— Никто не интересовался моим организмом, да и в медицинской карте написано, что все органы расположены нормально. — а родители вообще об этом забыли. За считанные минуты мы подъезжаем к больнице, Джош сразу же выбегает и берет аккуратно на руки. Каждое малейшее движение доставляет мне лютый дискомфорт и боль, но я терплю лишь бы не отключится.

— ВРАЧЕЙ СЮДА!!! —  моя и его руки прижата к ране. Из-за угла выходит женщина в халате и сразу охает от увиденного. Она начинает что-то кричать про каталки, но я смотрю в потолок. В глазах начинает темнеть и до моей смерти становятся считанные секунды. — Почему не говорить? Что такое?

— Причину не назову, но сделай так, как я тебя сейчас попрошу. — пытаюсь проглотить образовавшийся ком в горле. — Сделай мне поддельный паспорт и передай его курьером, я клянусь тебе, как только приеду в безопасное место, то позвоню тебе с неизвестного номера. Один раз. Дальше можешь звонить, искать или еще что-то, я уеду с города, страны, континента. Не важно, Джош.

— Почему ты хочешь так поступить? — его выражение меняется на безэмоциональное, но я вижу как ему больно это слышать.

— Джошуа, я спасаю не только себя… — мои глаза почти закрыты. — Твой брат прекрасен, но если я так поступаю, значит он не мой человек.

— Ложите ее. — женский голос. К моему лицу прикладывают кислородную маску. — Мужчина убирайте руки! — можно сказать, что моему счастью настал конец.”

Как бы больно мне тогда и сейчас не было, я спасала Киро. Я не хотела ему жизни в мафии, мне хотелось видеть все его достижения в жизни. Дать шанс выбрать, чем ему заниматься, а в моей прошлой жизни я этого бы не смогла сделать. Мои волнения и переживания заключались в жестокости, которую будут проявлять там. Я хотела, чтобы первые его игрушки не были ножи, пистолеты и кровь. Если смотреть на Эдвина, и то как с маленького мальчика его отец попытался превратить в чудовище – мне страшно представлять, что было бы с мои сыном. Пусть на тот момент я не знала пол ребенка. Единственным вариантом я рассматривала, это подделать свою смерть, потому что знаю Раффэрти. Он меня нашел в любом случае, а так я могла с опаской, но в любом случае спокойно передвигаться. Тем более я видела его выступ на публике, где он сказал такие слова «эта девушка была хороша, но не идеальна, а мне нужен лишь идеал». Эти слова меня ранили, но я была спокойна, что никак не задела его чувства…

Мой путь был довольно непростой, мне пришлось покупать парик с блондинистыми волосами на деньги которые передал мне Джош. Мне пришлось покупать билет в Канаду, а оттуда лететь в Лас-Вегас. Почему так? Не знаю. Я попыталась прожить в Квебеке, но меня постоянно пугали люди, а погоды были ужасны. Не то чтобы я привередливая, но по большей части я думала о ребенке. Я понимала, что этот город тоже не для ребенка, ведь он довольно шумный и дорогой, но денег оставалось мало и единственный перелет, который я могла себе позволить это Квебек – Лас-Вегас.

Мои поступки сложно понять, но так было нужно.

Когда я начала осматривать огромные здания и все превосходства города, нечаянно столкнулась с одной милой женщиной. Мы как-то заболтались и я лопнула, что мне негде жить, потому что сбежала от мужа-тирана. От этих слов мне безумно было больно. Я в буквальном смысле начала себя ненавидеть. Мадам Инесса меня поняла и приютила к себе, позже я нашла себе работу в каком-то засранном баре, но деньги платили хорошие. Этот бар мне даже напомнил Палермо, мою стрельбу и девушку с лимонными волосами. Тогда я была на четвертом месяце беременности и когда узнавали об этом, сразу все отказывались. Но случилось чудо и какой-то мужчина лет сорока сказал, что ему похер на это все, лишь бы я нормально выполняла свою работу. Приходилось надевать маски, чтобы меня никто не узнал, да и, не надышаться всякой чертовщиной.

Но один удивительный момент изменил мою жизнь. В один прекрасный день в тот бар явилась какая-то девушка с кудрявыми, рыжими волосами, на ее руках красовались красивые татуировки, губы были в красной помаде, а глаза темно-карие. За ней зашло около десяти амбалов и они мне напомнили солдат Эдвина. Я еле как себя переубедила, что это не Эдвин меня нашел. Незнакомка начала разносить всех в прух и прах и досталось даже моему Боссу. У нее был красивый, властный голос. Резко меня кто-то толкнул и я приземлилась на пол ударив живот, тот идиот подлетел к рыжей незнакомке, но та его ударила в живот и отдала на растерзание своей охране. В тот момент мой живот прихватило и я вновь начала волноваться за ребенка, попытавшись встать мне помогла девушка. Когда она что-то спрашивала у меня, ее голос был настолько мягкий и приятный, что мне показалось, будто я сплю. И именно с того момента мы начали хорошо общаться, она меня возила по больницам и как бы я не отказывалась платила за все анализы и приемы. После трех месяцев нашей дружбы Сибил – так зовут девушку с рыжими волосами – предложила переехать в ее квартиру, где она не живет, ведь с каждым днем мой живот рос, также как и ребенок в нем и на одном из приемов мне сообщили, что во время родов могут возникнуть осложнения, поэтому нужно быть аккуратнее. Я согласилась и перед тем как съезжать от мадам Инессы, отдала все деньги, которые женщина тратила на меня.

Только вот кто знал, что одна моя поездка могла закончиться смертью.

“ Еванджелина 18 лет

За эти месяца я научила себя одной фразе: «Видишь, это не стало концом света». Это начало помогать мне и всегда работать, в каком бы состоянии я ее ни произносила. Пять месяцев, а я еще не звонила Джошу и не сообщала о своей безопасности, хотя давно там. Но сегодняшний день перевернет все возможное и невозможное. Для того, чтобы это все провернуть мне пришлось соврать Сибил и сказать, что поеду проведать маму, а то соскучилась за ней. Но ведь это ложь. Я специально приехала в Африку, чтобы отомстить одному ублюдку. Узнать о его местоположении было нелегко, но самое сложное в своей жизни я прошла. Мне пришлось заплатить пятьдесят тысяч долларов, чтобы узнать где находится Марок и то, человек, который пробивал информацию отказывал влезать в компьютеры Эдвина. Деньги решают все. Я прилетела в Намиб и можно сказать, что украла оттуда моего убийцу. Было также сложно пройти мимо Дугласа, ведь я до смерти скучала за этим человеком, но пришлось побороть себя.

Дождалась ночи и пока нашла того идиота, который забрел хрен знает куда, вколола ему снотворного. Давно я этого просто не делала. Кое-как притащила его в Лас-Вегас, хотя на пути вставили некие преграды. Я привезла этого ублюдку на какой-то заброшенный завод, в нем было достаточно снотворного, но вскоре он проснется. Из одежды на мне были черные ботфорты чулки, шорты и черный топ с капюшоном. Смотрю на время и вижу ровно двенадцать часов ночи. Я направляюсь в сторону входа в здание и с громким грохотом открываю двери. Как мило, он проснулся. На губах появляется милая, лживая улыбка. Его голова поднимается и он начинает смеяться.

— Благодарю тебя за мое спасение, я думал меня все те идиоты бросили, но ты оказался умнее. — он считает меня за своего солдата. Интересненько. — Подойди ближе и развяжи меня, не думаю, что я буду вредить своему спасителю. — этот урод был весь избит, его рука вывернута, а на руках и ногах до сих пор незажившие раны. Если сравнить того Марока и этого, тогда можно с уверенностью сказать, что они два разных человека. Здесь можно заметить одни кости и побои.

— Не думаю, что стоит тебя развязывать… — я выхожу из тени и в его глаза появляется страх. — Хотя мы можем с тобой подраться, но мне кажется, что я тебя таким образом унижу, ведь самого Марока победит беременная девушка.

— Ты же сдохла…

— Как забавно, ты что расстроился? — наклоняю голову вправо. — Может, это твои галлюцинации?

— Это сон, меня никто не спасал. — закрывает глаза, а я начинаю приближаться.

— Я опровергну это, дорогой, я живая и прямо сейчас стою перед тобой! — он мотает головой, но я хватаю его за щеки и заставляю посмотреть на меня. Мои руки в черных перчатках, чтобы полностью не прикасаться к этому сученышу, но часть где ногти – открыта. Я максимально хочу противоречить стандартам, поэтому вместо обычного ножа, я прикрепила маленькие лезвия на свои ногти. — Что же ты так, Марок? Нужно же убеждаться, что твоя жертва мертва… — давлю. Лезвие пробивает кожу и из щек начинает капать кровь.

— Как ты выжила? — еле говорит, ведь я сдавливаю его щеки до такой степени, что скоро можно просто содрать кожу.

— Я особенная просто… — коленом ударяю его в живот, а затем каблуком наступаю на ноги, тем самым случайно пробивая его ногу. — Моя особенность заключается в том, что я буду той, кто подарит тебе смерть или…

— Нет-нет-нет, не нужно! — он кричит, умоляет. — Не возвращай меня туда! — не очень убедительно. — ОН МЕНЯ НЕ УБЬЕТ! ЕВА-А-А. — делаю шаги назад. — ХОЧЕШЬ БУДУ ПРОСИТЬ ПРОЩЕНИЕ НА КОЛЕНЯХ? — киваю. Это будет весело. Достаю из кобуры нож и освобождаю руки Марока от веревок. Мужчина сразу падает и начинает идти на четвереньках.

— Это не БДСМ-студия, иди на коленях! — ни единой эмоции. Он встает на колени и начинает делать тяжелые, медленные шаги. — Как думаешь, лучше пистолет или нож? — его губа трясется. — Ох, это не тебе решать. Иду в противоположный конец помещения. — Сюда. — я играю с ним, но ему явно это не в наслаждение.

Беру нож поудобнее в руку и начинаю подходить к этому ублюдку, хватаю за седые волосы и вставляю нож прямо ему в глотку. Марок начинает кряхтеть, пока я на считанные минуты забыла о своей человечности и жалости. Сбрасываю с себя перчатки и сразу же их поджигаю, чтобы не оставлять никаких следов.

— Я рада, что ты этого не видишь, малыш. — кладу руку на живот и начинаю его слегка поглаживать. Беру телефон в руки и по памяти набираю номер телефона. Я обещала. Этот номер я никогда не забывала, он хранился у меня в отдельном сундуке моего мозга и сердца. Гудки. Гудки. Гудки. Терпеливо жду, пока меня самостоятельно не отключат. — И последний. — слышу слова, что абонент временно недоступен. — Это был твой шанс, Джош. — достаю из телефона симку и ломаю ее пополам выкидывая в траву.

Сажусь на украденный мотоцикл и начинаю двигаться в сторону квартиры Сибил, но резкая боль в животе заставляет меня забеспокоиться. Быстро паркуюсь на обочине и слезаю с мотоцикла, глаза опускаются вниз и я замечаю  кровь.

Нет, божечки.

Достаю телефон и быстро набираю номер девушки с рыжими волосами.

— Сибил, все плохо!”

История о том как я чуть-ли не потеряла Киро, очень болезненная и сложная. Врачи сказали, что это я где-то переволновалась, но все равно я не смогла родить сама и было решено сделать экстренное кесарево сечение. Прямо сейчас я рада, что у меня складывается жизнь лучше всех, моему малышу два года и как бы я того не хотела. Он похож на своего отца… Я стою на кассе и покупаю мармеладки, которые любит сын. Вижу как мальчик выбегает на улице, но не волнуюсь за него, ведь для своего возраста он взял все черты характера отца – в особенности осторожность.

— Благодарю. — говорю продавщице и выхожу с улыбкой на улицу. Но улыбка сразу пропадает, когда я вижу своего сына возле мужчины, который стоит в строгом, черном костюме. — Киро, подойди ко мне. — я начинаю подходить к нему, потому что мальчик смотрит прямо на незнакомца. Кладу руку на плече и немного оттягиваю сына от мужчины.

— Киро… — поднимаю взгляд и встречаюсь с до боли знакомыми грозными тучами.

⭐⭐⭐⭐⭐