Осколки прошлого

> "Когда ты долго молчишь, мир тоже начинает молчать с тобой."
- Ким Се Ра

---

Утро началось с запаха клубники.
Се Ра проснулась в своей квартире - белой, просторной, но слишком тихой.
Тишина будто обнимала её за плечи, как мама в детстве. Только теперь обнимала пустота.

На столе стояла чашка чая.
Тёплая.
Она приготовила его сама, как каждое утро. Ровно в 6:00.
Это был её ритуал. Её способ напоминать себе, что она ещё жива.

В углу стояла старая фоторамка.
Снимок был чуть выцветший - маленькая девочка с большими глазами и папа, обнимающий её за плечи. Се Ра коснулась стекла пальцами.
Нежно.
Словно боялась его разбить.
Словно касалась воспоминания, которое слишком больно трогать.

- Доброе утро, папа, - шепнула она по-корейски. А потом добавила по-испански: - Te echo de menos...

Потом медленно поднялась, сделала макияж - безупречный, как всегда. Надела безупречный классическую одежду и маску не на лицо - на сердце.

Сегодня важный заказ.
Концерт. Айдол. Макияж.
Ничего личного. Просто работа.
Просто день, который нужно пережить.

> «Я не должна опаздывать.»

Она вышла в холодное утро, и ветер чуть тронул её щёки, как будто хотел сказать:
"Ты не одна."

Но Се Ра не верила ветру.
Она давно уже никому не верила.

POV Тэсон

Утро началось с громкого звука будильника - он проснулся и медленно поднялся с кровати.
Он выпил кофе и взгляд его упал на записку - ту самую, которую родители отправили ему спустя  13 лет.  Она лежала на столе, словно напоминание о прошлом, которое он старался забыть.

Он смотрел на неё и не хотел открывать.
Тёмные воспоминания всплыли в глазах, но он сдержал себя.

Не время пустых мыслей, - прошептал он себе. - Сегодня день, чтобы показать, кто я есть. Сегодня мой день - день, чтобы закончить карьеру на своей высоте.

Он собрался и сел в машину. По дороге к месту концерта его мысли крутились вокруг встречи с новой визажисткой.

- Опять ещё новая визажистка, - усмехнулся он, заглядывая в зеркало заднего вида. -
Наверное, фанатка, которая сохнет по мне и хочет хоть чуть-чуть прикоснуться к моей жизни. Ну что ж, посмотрим, что она умеет.

Он расслабился в кресле, улыбаясь себе и ощущая привычный азарт перед выходом на сцену.

Сегодня - мой день, - повторил он про себя. Я Ким Тэсон который покоряет мир своей кросотой я тот кто в меня влюблен миллионы людей - я сделаю этот день не забываемой

  
                < В то время Сера >

Возле дома Ким Се Ра царила тишина. Её уже ждали. На обочине стояла чёрная машина с тонированными окнами. У капота, прислонившись к двери, её близкий друг Чхоль поправлял воротник куртки, а чуть в стороне, в телефоне, что-то проверял менеджер Пак Бо Ён.

Сера вышла раньше обычного — специально, чтобы избежать толпы фанатов, которые уже несколько дней дежурили возле её дома. Она шла уверенным, спокойным шагом, её движения были точны, словно выверены.
Она  поздоровалась со всеми и  Чхоль тут же открыл для неё дверь машины, и она молча села на заднее сиденье.

Чхоль сел рядом и несколько секунд пристально смотрел на неё через зеркало.
— Госпожа… вам плохо? — спросил он негромко, почти с тревогой. его голос был тихим, но в нём скользило беспокойство.

— Всё в порядке, Чхоль. Просто обычный день.

Он молча кивнул и больше ничего не сказал. Вслед за ней сел менеджер Пак Бо Ён, который сразу открыл планшет с расписанием.

— Сегодня насыщенный день, госпожа, — начал он, листая страницу. — В 8:30 у вас работа с господином Ким Тэсоном. Возможно, он пригласит вас на ужин — можете спокойно отказаться, мы всё предусмотрели. Затем интервью и подготовка к завтрашнему показу.

— Хорошо, Бо Ён. Спасибо.

Они ехали молча. Машина мягко скользила по улицам города, а Се Ра смотрела в окно, сосредоточенная, но спокойная. В её лице читалось какое-то особое внутреннее равновесие — словно она уже привыкла к шуму мира, но больше не пускала его внутрь себя.

Когда они подъехали, толпа фанатов уже собралась у здания. Они были на удивление спокойны — кто-то держал плакаты, кто-то просто махал руками. Один из охранников открыл дверь и помог Се Ре выйти.

— Ким Се Ра! Мы любим тебя! — донеслись крики.

На лице девушки впервые за долгое время появилась лёгкая, почти невидимая улыбка. Она тихо прошептала:
— Спасибо…
Но тут же, словно испугавшись собственных чувств, убрала её с лица.

Внутри здания всё было уже готово. Её встретили с цветами и широкими, почти театральными улыбками.

— Госпожа Ким! Какая честь видеть вас лично! С близкого расстояния вы ещё красивее! Я — О Ман Шик, менеджер господина Ким Тэсона. Очень рад знакомству!

— И я рада, господин О, — спокойно ответила Се Ра, кивнув в знак уважения.

— Вы не представляете, как мы счастливы, что вы приняли приглашение! Вот ваш бейджик — пройдёмте, я лично провожу вас.

— Благодарю. Надеюсь, не опоздала?

— Нет-нет, вы как раз вовремя. Вот эта дверь.

Се Ра подошла, аккуратно постучала и, услышав голос изнутри, вошла.

Внутри Тэсон стоял у зеркала, склонив голову. Услышав шаги, он обернулся… и замер.
Он не ожидал. Его глаза скользнули по ней: строгий, но элегантный костюм, аккуратно уложенные волосы, в дорогом одежде

Сера подошла ближе и представилась
— Здравствуйте, господин Ким. Меня зовут Ким Сера. Сегодня я ваш визажист. Я буду работать с вами.

После того как Сера представилась, он несколько секунд не мог прийти в себя. Казалось, её голос, строгий, но спокойный, прозвучал слишком неожиданно для его ушей.

— Рад познакомиться, — наконец произнёс он, мягко, проводя рукой по волосам. — Меня зовут Ким Тэсон.

— Я тоже рада, господин Ким, — ответила Сера, и, бросив взгляд на часы, добавила: — У нас мало времени. Может, начнём?

Тэсон был ошеломлён. Ни просьбы об автографе, ни сияющей улыбки, ни даже любопытного взгляда — словно она была здесь только ради работы.

— Да, конечно… давай начнём, — выговорил он, продолжая с удивлением наблюдать за ней.

Её красота не была броской — она была утончённой. Удивляла не столько внешность, сколько то, как она держалась: уверенно, элегантно, молчаливо. В ней не было ни капли суеты.

Сера подошла к столу, спокойно помыла руки, затем надела тонкие перчатки — без спешки, как хирург перед операцией. Её движения были точны и выверены до мелочей

Она приблизилась к нему, и в ту же секунду до него донёсся тонкий, чарующий аромат. Невозможно было насытиться этим запахом — он был как лёгкое прикосновение весны, нежный, почти несоответствующий её холодному облику. Такой аромат не забывается… и нигде раньше он с таким не сталкивался.

Сера медленно, почти бесшумно начала свою работу. Её движения были точны, аккуратны. Лёгкие прикосновения её перчаток к его коже — будто она касалась тонкого стекла, которое может треснуть от любого лишнего давления.

Он хотел что-то сказать. Разбавить это молчание, в котором она будто растворялась. Но не знал с чего начать. Её лицо оставалось непроницаемым, взгляд — спокойным, как зеркало, в котором ничего не отражается.

— Могу задать вам вопрос? — тихо нарушил он тишину.

— Да, задавайте. Я вас слушаю, — отозвалась она спокойно, не отвлекаясь от своей работы.

— Вы всегда такая… серьёзная?

Сера на мгновение подняла взгляд. В её глазах промелькнул холод, но не злость. Скорее — безмолвное удивление.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду.

Он слегка усмехнулся, словно сам не до конца знал, что хотел сказать.

— Ну… визажисты обычно разговаривают, шутят. А вы — будто не человек, а... протокол. Даже не улыбнулись ни разу.

Она отложила кисть. На секунду тишина стала ощутимой.

— Я пришла выполнять свою работу. А не устраивать шоу, — сказала она спокойно и чётко, глядя ему прямо в глаза.

— И всё же… вы никогда не улыбаетесь?

— Не вижу в этом смысла, — коротко ответила она.

Он был ошеломлён. Это не прозвучало грубо — наоборот, слишком искренне. И от этого — тяжелее.

— У вас что, совсем нет людей, которые делают вас счастливой? — с трудом выговорил он.

Сера вновь взялась за кисть, аккуратно продолжая макияж.

— Это личное, господин Ким. Я не обязана быть весёлой только потому, что нахожусь рядом с вами.

Он замолчал. Ответ был твёрдым, почти отстранённым. Но в нём звучала правдивая боль, завёрнутая в броню.

— Простите… — пробормотал он. — Я не хотел вас задеть. Просто… вы особенная.

— Я не стремлюсь быть особенной, — ответила она тихо, не отводя взгляда от своего дела.

Он немного замялся, а потом вдруг выдохнул:

— Как… вы что, даже не пытались встречаться с кем-то? Быть… особенной для кого-то?

— Мне двадцать три, господин Ким. И я ни разу не встречалась с мужчинами. И не хожу на свидания. Не трачу время на разговоры, которые не ведут никуда.

— Никогда?.. — он не скрывал удивления.

Она больше ничего не сказала.

Молчание вернулось. Густое, почти физическое. Он ощутил, как мир, в котором он привык легко очаровывать, здесь не работает. Она не смеялась, не кокетничала, не реагировала на его харизму.

И именно это начало его притягивать.

Она казалась раненой. Не жестокой — защищённой. Словно внутри жила женщина, которую однажды слишком сильно обожгли.

В гримёрке повисло напряжённое молчание. Только лёгкий звук кисти, касающейся кожи, нарушал тишину. Сера работала сосредоточенно, не поднимая взгляда. Её лицо — холодное, словно застывшее в маске спокойствия.

Тэсон сидел молча, не в силах отвести от неё глаз. В ней было что-то странное — притягательное и пугающее одновременно. Он чувствовал: что-то в ней надломлено. Но молчать дальше он не мог.

— Не хочешь задать мне вопрос? — тихо сказал он, с лёгкой улыбкой, словно надеясь растопить лёд между ними.

Сера не изменилась в лице. Лишь слегка нахмурилась.

— Нет, — ответила она сухо.

— Почему?

—Я не хочу впустую тратить свои слова, в которых  нет смысла

Он нахмурился, слегка подался вперёд, пытаясь рассмотреть её глаза.

— А люди? Разве тебе неинтересно, какие они? Или… кто я?

Сера на секунду подняла взгляд. В её глазах не было злости — только пустота и усталость.

— Люди устают. Предают. Уходят. Мне достаточно.

Её голос звучал ровно, без эмоций, как будто она говорила о чём-то давно решённом, безвозвратном. Тэсон вдруг ощутил, как что-то в груди болезненно сжалось.

— Ты так говоришь, будто уже всё пережила, — тихо сказал он. — Словно тебе не двадцать с чем-то, а шестьдесят.

Сера снова опустила взгляд, продолжая красить его губы.

— Я просто слишком рано увидела, что такое жизнь, — спокойно произнесла она. — И не все выживают в ней с улыбкой.

Он не знал, что ответить. Это была не просто грусть — это было что-то глубже, будто её душа давно потеряла тепло.

— А ты? — вдруг спросила она, закончив макияж. — Почему ты всё время улыбаешься?

Он удивился вопросу. Слишком долго ждал хоть какой-то инициативы от неё.

— Потому что… я боюсь, что если перестану — стану похож на тебя.

Сера замерла. Их взгляды встретились. Ей стало обидно. Но она ничего не сказала. Лишь отвела глаза и сняла перчатки

Я приступаю к вашим волосам, — произнесла Сера, её голос звучал спокойно, почти отрешённо. — А потом над одеждой.
— Хорошо, — коротко ответил Тэсон.

Её голос снова стал отстранённым. Холодным. Как будто только что между ними ничего не было.

Тэсон сидел неподвижно, не сводя с неё взгляда. Он не говорил, но в его глазах читалось изумление.
Каждое её движение было точным, почти механическим, как будто она отсекает от этого момента любые личные чувства. Она не замечала, как он изучает её лицо, будто пытаясь разглядеть за маской безэмоциональности хоть малейший проблеск внутреннего тепла.

Он впервые видел визажиста, которого не интересует, кто он такой. Это удивляло его. И интриговало. Её красота было по другому, он не смог отвезти свой взгляд от неё

А Сера, внешне спокойная, внутри ощущала напряжение.
"Почему он постоянно улыбается? Почему смотрит на меня так, будто знает, что творится у меня внутри?" — сдержанно думала она, не давая эмоциям выйти наружу.
"Откуда он знает? Через что я прошла да какое ему дело до меня
Но она всё так же сдержанно продолжала своё дело.
"Он клиент. Только клиент."Держи себя Сера клиент всегда прав   — твёрдо она напомнила себе.

Тэсон всё это время молча смотрел на неё. Его голос прозвучал тихо, но чётко:

— Ты думаешь, холод спасает от боли, Сера?

Она продолжала делать свою работу, будто не услышала, но его слова слегка дрогнули её. Не выдав ни малейших эмоций, она спокойно ответила:

— Нет. Холод не спасает. Он отдаляет людей. А не приближает.

— Тогда… зачем тебе отдалять людей?

— На то есть причина, господин Ким.

Он на секунду замолчал, пристально всматриваясь в её лицо.

— Твои глаза говорят об обратном.

Сера чуть сжала губы. Но голос её был холодным:

— Если бы мои глаза могли говорить… люди бы смотрели на меня иначе. А не на мой холод.
Ну, я закончила, господин Ким. Я пойду принесу вам вашу одежду.

— …Да. Хорошо, — произнёс он рассеянно. Он даже не посмотрел на себя в зеркало. Только опустил голову и прошептал:
— Приди в себя, Тэсон. Она холодна как лёд. Зачем тебе её жизнь? У тебя и своих проблем полно...

Но всё же, когда он поднял голову — его взгляд наткнулся на зеркало. И вдруг он застыл.
Он не узнал себя.
Это был он… но будто кто-то другой. Чище. Настоящий. Без лишнего блеска. Без лжи. Без фальши.
Он впервые увидел себя вне образа, вне сцены. И это его потрясло.

В этот момент в комнату вошла Сера. В руках она держала аккуратно сложенную одежду.

— Вот, господин. Ваша одежда. Если не понравится — я могу заменить.

Он оглянулся на неё и чуть улыбнулся:

— Хорошо. Мастер Сера к вашим услугам.

— Я выйду, пока вы переодеваетесь.

— Как скажете… мастер.

Сера вышла за дверь и тихо произнесла:
— Вот ребёнок…

Она прислонилась к стене, ожидая.

Через несколько минут он позвал её. Она зашла — и увидела его в совершенно новом облике. Он стоял элегантный, в другом стиле.
Сера сразу отвела взгляд, не желая задерживаться на нём ни секунды дольше, чем нужно.
А он стоял перед зеркалом, восхищённый:

— Вот это да… Вот я красавчик. Узнал, что такое профессионал!

— Как вам? Всё понравилось? Если хотите, я могу поменять, — спокойно сказала Сера.

— Нет, всё отлично, Сера. Спасибо тебе. Вау… я не могу насмотреться на себя.

Сера едва заметно улыбнулась. Её глаза на секунду потеплели.

— Я рада, что вам понравилось, господин Ким.

Он вдруг повернулся к ней и замер.
Он увидел… её улыбку. Небольшую, сдержанную, но настоящую. Это задело его.
Он шагнул вперёд, ближе.
Сера — назад.

— Сера… позволь мне заглянуть в твою душу.

Сера резко отвернулась.

— Не заходите далеко, господин Ким. И не лезьте не в своё дело.

Он приблизился. Его голос стал тише:

— Если бы ты могла увидеть себя моими глазами… ты бы поняла, почему я не могу просто смотреть молча.

Он медленно поднял руку и осторожно коснулся её лица.

Сера застыла. Её сердце вдруг забилось быстрее, как будто пыталось вырваться из груди.

                                           Конец 1 главы

Если. Вам понравилась ставьте звёздочки и я начну 2 главу. Спасибо за внимание 😘❤