ГЛАВА 11
***
Обещания Минхо о том, что он разберётся. Утешительные слова Юны, мол, мне не стоит так сильно загоняться по поводу кражи, если я её не совершала — совершенно не успокоили меня. Руки дрожат, как и, казалось бы, все внутренние органы. В груди жгучий ком тревоги, который сдавливает дыхание.
Надеяться на лучшее и просто ждать — смогу ли я? Как можно отпустить ситуацию, когда не знаешь точно, есть ли доказательство моей невиновности? Я уверена — кто-то подстроил всё, чтобы избавиться от меня. И я даже догадываюсь, кто это может быть...
— Просто признайся уже, что это ты сцапала часики, — усмехается Джесс, скрестив руки на груди. В её голосе звучит довольство, словно она наслаждается этим моментом.
— Ты серьёзно? — горло сжимается, дыхание перехватывает. — Я похожа на воровку?
— А я похожа на шлюху? — прерывает Хлоя и тут же сама отвечает: — Нет, так ведь?! Вот и ты, на первый взгляд, не похожа на ту, кто может что-то своровать.
— Она права, — давит Джесс, пристально вглядываясь в моё лицо. — Кто тебя знает? Никто. Ты сразу мне не понравилась. Я всегда чувствую плохих людей, — морщит нос и начинает снимать с себя украшения, будто ожидая, что я кинулась бы их красть прямо у неё на глазах.
— Девочки, хватит, — спокойно вмешивается Юна, но в её голосе нет твёрдости.
— Снова встаёшь на её сторону?! — заворчала Джесс, обращаясь к подруге. — Ты же говорила, что больше не будешь её защищать! Юна, ты правда веришь в то, что она не могла украсть?
— Дело не в этом...— Юна пытается возразить, но я больше не слышу её слов.
Меня накрывает волной обиды и бессилия. Здесь никто не будет на моей стороне. Я уже это поняла.
— Я же сказала, что ничего не крала! — мой голос дрожит от ярости и боли. Не выдерживая больше, я срываюсь с места.
Мне невыносимо находиться в этой комнате. Горечь, страх и унижение разъедают изнутри. Я не могу просто ждать. Я должна знать правду, должна доказать, что не виновна. Только так я смогу дышать свободно.
Я выхожу на поиски Минхо. Он единственный, кто может поставить точку в этой истории.
Долго искать не приходится — из зала доносятся приглушённые голоса. Сердце бешено колотится. Меня охватывает тревога: что меня ждёт, стоит лишь открыть эту дверь? Но причин останавливаться уже нет.
Я смело вхожу в зал. Минхо стоит в центре комнаты, но он не один. Перед ним два охранника, их взгляды опущены в пол, а вокруг — пустота. Следы недавней вечеринки ещё видны: запах алкоголя, дорогих духов и табачного дыма витают в воздухе.
Ли выглядит так, будто его терпение вот-вот лопнет. Напряжение в комнате ощутимо давит на грудь. Охранники выглядят виноватыми, словно уже предчувствуют последствия.
— Какого чёрта?! — голос парня спокоен, но именно это делает его ещё более угрожающим. — Вы что, решили поиграться в «слепую охрану»?
— Мы...мы не знаем, как это произошло, — пробормотал один из мужчин. — Ещё вчера камеры работали.
— И вдруг, именно в этот момент, когда часы клиента исчезают, они «случайно» отключаются? — Минхо усмехается, но эта улыбка пугает. — Меня не интересуют «случайности». Узнайте, что случилось, и найдите мне виновного.
Мои ноги словно сами делают шаг вперёд. Я понимаю, что дело в этих часах, и меня тут же замечает Минхо. Наши взгляды встречаются. В моих глазах плещется отчаяние, и он это видит. Я точно знаю — он заметил.
— Уходите, — его голос низкий, властный.
Охранники тут же кланяются и поспешно исчезают, словно их спасением было убраться подальше. Теперь в зале только мы двое. Минхо молчит, ожидая, что я заговорю первой.
— Камеры...— я тяжело сглатываю и подхожу ближе. — Ты не смог ничего увидеть, да?
Он не отвечает сразу, лишь пристально вглядывается в моё лицо, будто изучает меня.
— Они не работали, — наконец произносит он.
Внутри всё замирает. Холод пробегает по телу.
— Почему?...— мой голос дрожит. — Минхо, ты же не думаешь...не думаешь, что это сделала я?
Он снова молчит.
— Да скажи же что-нибудь, чёрт возьми! — не выдерживаю я.
— Что ты хочешь услышать? Что я уверен в твоей невиновности? — его голос твёрд, взгляд непроницаем, словно передо мной чужой человек. Словно это не он недавно смотрел на меня с теплом, не он касался меня с нежностью.
— Да! — вырывается у меня срывающимся шёпотом.
Минхо делает шаг ближе, и этого оказывается достаточно, чтобы моё сердце дрогнуло так же, как в тот момент, когда он едва не коснулся моих губ.
— Хочешь, чтобы я просто взял и поверил тебе? — его голос проникает прямо в душу.
— Я...я просто хочу знать, на чьей ты стороне, — едва выдавливаю из себя.
Он склоняется чуть ближе, его дыхание тёплым шёпотом касается моей кожи:
— Я найду виновного, — его взгляд пробегает по моему лицу, и в нём я вижу нечто большее, чем холодный расчёт, но он не говорит ничего лишнего. — А теперь, иди спать, — кивает в сторону двери и разворачивается, уходя первым, оставляя меня в полном одиночестве.
Я знаю, что он не обвинил меня прямо, но этого было недостаточно. Напряжение, злость, страх — всё это смешалось, и мне просто необходимо было справиться с этим. И решение приходит ко мне мгновенно. Мои измученные глаза ловят бутылку недопитого дорогого алкоголя на одном из столиков, за которыми тусовались клиенты. Не раздумывая, я направляюсь к нему и усаживаюсь на мягкий диванчик, потянувшись к бутылке.
Один глоток прямиком с горла. Второй. Третий.
Мир начал раскачиваться, словно лодка на волнах, но в голове, наоборот, стало легче. Не так давно я запретила себе даже думать об алкоголе, но сейчас понимаю, что только он способен помочь мне справиться с тяжестью, навалившейся на мои хрупкие плечи.
За несколько минут я почти полностью осушила бутылку, поставив её перед собой с заметным шумом. Фокус на внешнем мире ускользал, поэтому я не сразу заметила, что в зале я не одна.
— Серьёзно? — голос Минхо, появившегося словно из ниоткуда, был едва слышным, но я сразу ощутила, что этот парень снова чем-то недоволен.
— Ты же сам сказал "иди спать", — я улыбнулась, подняв на него свои помутневшие глаза. — Я так и делаю...но сперва мне нужно немного забыться.
— Это плохая идея, — его голос теперь звучит ближе. Я чувствую, как диван рядом со мной слегка прогибается — он сел рядом.
— А твоя идея — просто "найти виновного" — хорошая? —я усмехнулась, изучая его всегда невозмутимое лицо.
Он снова молчит, и это только подстёгивает меня сделать ещё один глоток. Но, как только я тянусь к бутылке, Минхо опережает меня — ловко перехватывает её и отставляет в сторону. Я лишь лениво ухмыляюсь.
— Почему ты вернулся? — наклоняю голову, внимательно наблюдая за ним. —Почувствовал, что мне плохо?
— Я просто знал, что ты ещё здесь, — отрезает он.
Я засмеялась. Громко. Может быть, даже немного нелепо:
— Почему ты такой холодный?
Он снова не спешит с ответом, будто намеренно испытывает моё терпение, но алкоголь делает меня терпеливее.
— А ты почему такая упрямая? — наконец, его голос звучит мягче.
Я прищурилась, затем лукаво улыбнулась:
— Хочешь знать, почему?
Он лишь тянет бровь вверх, поощряя меня продолжать. Что ж:
— Потому что ты оставляешь слишком много вопросов без ответов.
— Например? — его голос звучит так, будто он и правда не понимает.
Я склоняюсь чуть ближе:
— Например, что было бы, если бы тот охранник не прервал нас тогда в твоей комнате?
Его взгляд остаётся невозмутимым, но мне кажется, я зацепила его.
— Что, если я сейчас захочу продолжения? — немного пошатываясь, я продолжаю смотреть ему прямо в глаза, надеясь пробиться сквозь эту твёрдую стену.
Минхо наклоняет голову, изучая меня, словно разглядывает каждую линию моего лица заново. Затем медленно улыбается:
— Пьяная ты ещё откровеннее, чем обычно.
— Тебе это нравится? — бросаю я, даже не задумываясь.
— Мне нравится, когда ты не несёшь ерунды, — заявляет Ли, легко отодвигая моё лицо пальцем в лоб.
— Ты так и не ответил, — делаю вид, будто обиделась, но тут же снова ухмыляюсь, продолжая играть в свою игру.
Парень склоняется ближе — опасно близко — и произносит тихим, почти бархатным голосом:
— Если тебе настолько интересно, что было бы, если бы охранник не помешал...
Я задерживаю дыхание, мои глаза опускаются на его губы...
— Можешь продолжать гадать, — он резко отстраняется, ухмыляясь. — Ты слишком много выпила.
— Ты избегаешь темы! — возмущаюсь я.
— А ты слишком много болтаешь, — он отворачивается.
— Ты тоже думал об этом, не так ли? — я хватаю его за рукав. Минхо переводит взгляд на мою руку, потом снова на меня:
— Тебе следует проспаться.
Мои пальцы ослабевают, а веки становятся тяжелее.
— Трус... — прошептала я, прежде чем моя голова упала на его плечо.
Минхо тяжело вздыхает, но вовремя подхватывает меня, осторожно обнимая за плечи. Его тепло проникает в каждую клетку моего тела, заставляя сердце колотиться быстрее. Я слабо хватаюсь за ткань его одежды, словно хочу удержать его рядом.
Мои губы слегка приоткрыты, дыхание ровное, но даже сквозь накатывающий сон я тихо шепчу:
— Ты мне нравишься, знаешь?
Его рука сжимается крепче:
— Уже утром ты этого не вспомнишь, — пробормотал он после короткой паузы.
— Но сейчас помню... — роняю слабую улыбку, готовая просто раствориться в его объятиях. — Почему не реагируешь? — шепчу я, не услышав ответа.
— А чего ты хочешь? — его голос звучит глубже, немного хрипло.
— Наверное...просто чего-то настоящего, — я поднимаю на него глаза, из последних сил удерживаясь в сознании.
Он напрягает челюсть, но молчит.
— Видишь? Ты снова молчишь, — нервно усмехаюсь. — Ты всегда такой...отстранённый. И сейчас тоже. Ты вернулся, потому что почувствовал, что мне плохо, но не признаёшь этого. Ты не хочешь, чтобы я знала, что...
Я не успеваю закончить.
Минхо резко склоняется, и мои слова тонут в его губах. Твёрдый, уверенный, немного грубый поцелуй. Он не оставляет мне пространства для сомнений, не даёт шанса на отрицание. Его ладонь жёстко ложится на мой затылок, удерживая меня рядом, словно это единственный способ заставить меня замолчать.
Сердце неугомонно бьётся в груди, дыхание сбивается, и я не могу — нет, просто не хочу — оторваться от него. Но алкоголь, усталость, напряжение...Всё это накрывает меня с головой. В следующую секунду темнота просто застилает мой разум...
***
Я очнулась, словно после страшного сна, и тут же ощутила странный дискомфорт. Голова гудела — причину этому я могла назвать, но сильнее всего сбивало с толку совсем не это. Я лежала в незнакомой постели.
Комната...Я её видела раньше. Но где? Когда?
Запах постельного белья — дорогой парфюм, смешанный с чем-то тёплым, знакомым — оживляет мою затуманенную память. Сердце сжимается. Это его комната. Комната Минхо.
Резко сажусь, но тут же корчусь от боли — головокружение накатывает волной. Флешбеки ударяют по сознанию: алкоголь, разговор, поцелуй...и всё.
Звуки воды за дверью ванной комнаты заставляют меня замереть.
Он здесь.
Я не успеваю даже придумать план действий — дверь открывается. Минхо выходит, встряхнув влажными волосами. Рубашка расстёгнута, края ткани едва прикрывают перевязанную рану. Но взгляд...Он холодный. Безразличный.
— Уже проснулась? — его голос ровный, бесстрастный. — Отлично. Теперь иди к себе. У меня сегодня много дел.
Я всматриваюсь в его лицо, надеясь уловить хоть намёк на прошлую ночь. Хоть что-то. Но ничего.
— А что насчёт вчера?... — осмеливаюсь спросить, сжимая одеяло в пальцах. — Что-то было?...
— Ничего особенного, — отрезает он. — Ты выпила. Я просто не мог позволить тебе спать в зале.
Больно.
Злость медленно, но верно поднимается изнутри, сжигая изнутри. Ничего особенного? Он издевается? Играет со мной?
— Я могу уже идти? — мой голос полон яда.
— Конечно. Тебе стоит лучше отдохнуть, — он даже не смотрит на меня, спокойно застёгивая рубашку.
"Отдохнуть".
Нет.
Мне хочется закричать, ударить его, заставить сказать правду, но вместо этого я встаю, вырываясь из-под одеяла, и с силой захлопываю за собой дверь.
Я иду по коридорам быстро, грубо, будто пытаюсь убежать от нарастающей горечи. Он хочет, чтобы я забыла? Думает, что я ничего не помню? А сам? Разве он не чувствовал того же? Распахнув дверь в нашу с девочками комнату, я сразу замечаю их взгляды. Они переглядываются, оценивают меня с насмешкой. В воздухе висит что-то липкое, неприятное.
— Ну что, как там спится в главной спальне? — ядовито произносит Джесс.
Что?
Я холодно смотрю на неё:
— Что ты несёшь?
— Ой, не притворяйся. Все уже знают, — она скрещивает руки на груди, ухмыляясь. — Думаешь, мы не знаем, где ты провела эту ночь? Ты всегда знала, как устроиться, да?
Кровь стучит в висках.
— Ты... — мой голос изменился, стал хриплым. Это последняя капля. — Это ты подкинула мне те часы, да?
— Что?! — Джесс делает шаг назад, но поздно.
Я бросаюсь вперёд, хватаю её за воротник и резко встряхиваю, но она не теряется — перехватывает мою руку и сильно бьёт в плечо.
Всё.
Мы вцепляемся друг в друга, словно дикие звери.
— Девочки, прекратите! — слышу голос Юны, но мне всё равно.
Я зла. Я слишком зла.
Джесс тоже не сдаётся, и в какой-то момент она толкает меня так сильно, что я теряю равновесие.
Мир переворачивается.
Резкая боль в виске.
Темнота.