Глава 15
Заставляю себя двигаться. Шаг за шагом, шаг за шагом, каждый из которых заставляет мой бок кричать от боли.
– Отец, – говорит Виви. – Стой, где стоишь. Если попытаешься остановить ее, помни, что у меня еще много стрел, а я сама полжизни мечтала о том, чтобы уложить тебя в землю.
– Ты? – презрительно усмехается Мадок. – Уложить? Если бы тебе это и удалось, так только по чистой случайности. – Он протягивает руку, чтобы схватиться за торчащее у него из груди древко стрелы. – И берегитесь! Моя армия здесь рядом, прямо за холмом.
– Ну так и катись за ней! – кричит Виви, и в ее голосе слышатся истеричные нотки. – Катись за своей проклятой армией!
Мадок смотрит в мою сторону. Понимаю, какое жалкое зрелище я представляю сейчас с прижатой к окровавленному боку ладонью.
– Она этого не сделает, – бормочет Мадок. – Позвольте мне...
В ответ свистят еще три стрелы. Ни одна из них Мадока не задевает. Полагаю, что Виви специально промазала, но надеюсь, что Мадок думает, будто она промахнулась случайно.
Меня тошнит, и кружится голова. Я опускаюсь на одно колено.
– Джуд, – раздается рядом со мной голос сестры. Но это не Виви. Это Тарин. В одной руке она держит Закат, другую руку протягивает мне. – Джуд, ты должна подняться. Встань рядом со мной.
Наверное, вид у меня такой, что я вот-вот потеряю сознание.
– Давай, – говорю я и протягиваю руку, позволяя Тарин поднять себя с земли. Затем, пошатываясь, перебираю ногами и иду вперед.
– Ах, Мадок, Мадок, – доносится до меня полный горечи голос Гримы Мог. – На прошлой неделе твоя дочь бросила мне вызов, но теперь я знаю, кого на самом деле она хотела убить.
– Грима Мог, – говорит Мадок и в знак уважения слегка наклоняет свою голову. – Не знаю, как ты сюда попала, но все, что здесь происходит, совершенно тебя не касается.
– Ой ли? – отвечает Грима Мог, принюхиваясь. Возможно, уловила запах моей крови. Я должна была предупредить Виви о ней, когда у меня была такая возможность. Не знаю, как здесь очутилась Грима, но я рада этому. – Я сейчас без работы, а Верховному двору, кажется, требуется генерал.
Мадок на мгновение приходит в замешательство, не зная, что она прибыла сюда с самим Карданом. Потом оценивает открывающиеся перед ним возможности.
– Мои дочери вышли из доверия у Верховного двора, но для тебя, Грима Мог, у меня работа найдется, – говорит он. – Я осыплю тебя наградами, а ты поможешь мне завоевать трон. А сейчас просто приведи ко мне моих девочек.
Последние слова он уже не говорит – рычит, глядя не только на меня, на всех нас. На предавших его дочерей.
Грима Мог смотрит поверх Мадока, в ту сторону, где собрана его армия. Смотрит с грустью – вероятно, она думает о своих собственных боевых соединениях.
– А ты согласовал свое предложение с Двором Зубов? – хриплю я, бросая взгляд на Мадока.
Выражение лица Гримы Мог становится жестким.
Мадок бросает в мою сторону раздраженный взгляд, в котором, однако, сквозит что-то еще. Капелька сожаления?
– Возможно, ты предпочтешь в качестве награды месть, – говорит он Гриме Мог. – Можешь получить ее, без вопросов. Только помоги мне.
Я знаю, что он не любит ни Ноури, ни Джарела.
Но Грима Мог отвечает, отрицательно покачав головой:
– Твои дочери заплатили мне золотом за то, чтобы я защищала их и сражалась за них. Именно это я и собираюсь делать, Мадок. Меня давно интересовало, кто из нас сильнее как боец – ты или я? Давай выясним это, наконец?
Мадок медлит, глядя на меч Гримы Мог, на большой черный лук в руках Виви, на Тарин с моим Закатом. Наконец, переводит свой взгляд на меня.
– Позволь мне отвести тебя назад в лагерь, Джуд, – говорит он. – Ты умираешь.
– Я останусь здесь, – отвечаю я.
– В таком случае, прощай, доченька, – говорит Мадок. – Из тебя получилась бы хорошая красная шапка.
С этими словами он начинает отступать по снежному насту, ни на секунду не поворачиваясь при этом спиной к нам. Я наблюдаю за ним, слишком обрадованная его уходом, чтобы сердиться на него за боль, которую он мне причинил. Я слишком устала, чтобы испытывать такое сильное чувство, как гнев. Снег вокруг меня выглядит таким мягким, таким уютным, словно взбитая белоснежная перина. Представляю, как хорошо было бы лечь на эту перину и закрыть глаза.
– Пойдем, – умоляющим тоном говорит мне Виви. – Мы отведем тебя в наш лагерь, где оставлены остальные наши кони. Это недалеко.
Мой бок пылает как в огне, но я должна двигаться.
– Зашейте меня, – говорю я, пытаясь сбросить сковывающий меня сон. – Зашейте меня прямо здесь.
– Она истекает кровью, – говорит Тарин.
Я уверена, что если не сделаю чего-то прямо сейчас, то уже не буду делать ничего и никогда. Мадок прав. Я лягу тогда и умру прямо здесь, на снегу, перед своими сестрами. Да, я умру здесь, и никто не узнает о том, что королевой фейри однажды была смертная.
– Натолкайте в рану земли и листьев, а затем зашейте ее, – говорю я.
Мой голос звучит словно откуда-то издалека, и я не уверена, что в моей просьбе есть какой-то смысл. Но я помню, как Бомба рассказывала мне о связи Верховного короля с его землей, и о том, как лечился землей Кардан. Помню, как та же Бомба заставила Кардана съесть полную пригоршню глины, когда его отравили.
Может быть, земля и меня вылечит.
– Инфекцию получишь, Джуд... – говорит Тарин.
– Я не уверена, что это сработает. Я же не фейри, – коротко говорю я, опуская детали. Понимаю, что звучит все это довольно сбивчиво, но что поделаешь. – Хотя и настоящая королева.
– Настоящая королева? – переспрашивает Тарин.
– Да, потому что она вышла замуж за Кардана, – огорченно кивает Виви. – Вот о чем она сейчас говорит.
– Что? – потрясенно ахает Тарин. – Нет.
Затем доносится громкий и грубый голос Гримы Мог:
– Давайте делайте, как она сказала. Хотя она, быть может, самая глупая на свете девчонка, ввязавшаяся по собственной воле во все эти передряги.
– Я не понимаю, – говорит Тарин.
– А что тут понимать? – отвечает ей Грима Мог. – Если Верховная королева Эльфхейма отдает приказ, его следует выполнять.
Я хватаю Тарин за руку.
– Ты хорошо умеешь шить. Зашей меня, – со стоном прошу я. – Пожалуйста.
Она согласно кивает, хотя взгляд у нее все еще остается немного диким.
Теперь мне остается только надеяться и верить. Грима Мог снимает с себя плащ, расстилает его на снегу, а я ложусь на него и стараюсь не морщиться от боли, когда они разрезают на мне платье, чтобы обнажить мой бок.
Слышу, как кто-то из них прерывисто вздыхает.
Смотрю в рассветное небо и думаю о том, добрался ли уже Призрак до дворца Эльфхейма. Вспоминаю вкус прижатых к моим губам пальцев Кардана, и в это время мой бок пронизывает новый приступ боли. Прикусываю губу, чтобы сдержать крик, когда игла вновь погружается в мою рану. У меня над головой плывут облака.
– Джуд? – доносится до меня голос плачущей Тарин. – Все будет хорошо, Джуд. Я уверена, все получится.
– Не... – хриплю я и заканчиваю, выдавливая на губах улыбку: – Не волнуйся.
– Ах, Джуд, – говорит она. Чувствую ее ладонь на моем лбу. Она такая теплая... Очевидно, я совсем замерзла.
– За всю свою жизнь ничего подобного не видела, – хрипло произносит Грима Мог.
– Эй, – дрожащим и каким-то не своим голосом говорит Виви. – Рана затянулась. Как ты себя чувствуешь? Послушай, какие-то странные вещи происходят.
У меня такое ощущение, что мою кожу жжет, как от крапивы, но свежая, горячая боль исчезла, и я могу двигаться. Перекатываюсь на свой здоровый бок, затем поднимаюсь на колени. Шерстяной плащ подо мной насквозь пропитан кровью. Не могу поверить, что столько крови вылилось из меня одной.
А по краям плаща я замечаю крохотные белые цветочки. Они пробиваются сквозь снег. По большей части это только еще бутоны, однако некоторые цветки раскрываются прямо у меня на глазах. Честно говоря, я не совсем понимаю, что все это значит, но затем...
Но затем я вспоминаю слова астролога Бафена о Верховном короле: «И там, где прольется его кровь, вырастает жизнь».
Грима Мог опускается передо мной на одно колено и говорит:
– Моя королева, я жду ваших приказаний.
Не могу поверить, что она говорит это мне. Не могу поверить, что земля выбрала, признала меня.
К этому времени я успела наполовину убедить себя в том, что я – фальшивая Верховная королева. Королева Ничего. Такая же, как сенешаль, которым я стала обманным путем.
Но затем на меня грохочущей лавиной обрушиваются воспоминания обо всем остальном, что произошло этой ночью. Если не начать действовать немедленно, я ни за что не успею вовремя попасть туда, куда мне надо.
– Я должна немедленно поспешить во дворец. Сможешь присмотреть за моими сестрами?
– Ты едва стоишь на ногах, – возражает Виви.
– Я поеду на нем, – киваю я в сторону пони из крестовника. – А вы поедете следом на лошадях, которые стоят у вас в лагере.
– А где Кардан? И что с тем гоблином, который был вместе с ним? – Виви выглядит так, словно может в любую секунду сорваться на крик. – Они должны были о тебе позаботиться.
– Тот гоблин называл себя Тараканом, – напоминает ей Тарин.
– Гоблина отравили, – говорю я, делая несколько пробных шажков. Мое платье разрезано на боку, ветер задувает в прореху, приносит с собой снежинки, прилипающие к моей обнаженной коже. Заставляю себя подойти к пони, трогаю его кружевную гриву. – Кардан поспешил увезти его во дворец, чтобы дать противоядие. Но он не знает, что Мадок послал ему вдогонку убийцу, Призрака.
– Призрака, – эхом повторяет Тарин.
– До чего глупо, когда люди наперебой пытаются убить короля, будто это сделает каждого из них лучше, чем прежде, – говорит Виви. – Это все равно, как если бы в мире смертных один адвокат убил другого, чтобы получить право вести дела.
Я не понимаю, честно говоря, о чем толкует моя сестра. Грима Мог сочувственно смотрит на меня, лезет к себе в карман и вынимает маленькую фляжку с завинчивающейся крышечкой.
– Глотни немного, – говорит она мне. – Это поможет тебе доехать.
Я даже не тружусь спросить, что там у нее во фляжке. Просто запрокидываю голову и делаю большой глоток. Огненная жидкость обжигает мне горло, заставляя меня закашляться. Но тут огонь перетекает мне в желудок, и, продолжая чувствовать его, я забираюсь на спину пони.
– Джуд, – говорит Тарин, подходя и кладя свою ладонь мне на колено. – Будь осторожна, следи за тем, чтобы твои швы не разошлись. – Я киваю, а сестра отстегивает от своего пояса уложенный в ножны меч и передает его мне: – Возьми свой Закат.
С оружием на боку я сразу начинаю чувствовать себя намного лучше.
– Ладно, там увидимся, – говорит Виви. – Смотри, с лошади не упади.
– Спасибо, – говорю я, раскидывая руки в стороны. Одну мою ладонь берет Виви, другую Тарин. Я пожимаю им руки.
Когда пони взмывает в морозный воздух, я вижу под собой гору и армию Мадока у ее подножия. Вижу моих сестер, спешащих по снегу. Моих сестер, которые, несмотря ни на что, пришли за мной.