Розовые очки

Лиана

Мы приехали домой, и Рикардо сразу исчез. Даже не посмотрел на меня. Всю дорогу он молчал, сдерживал ярость, и это было видно по его лицу. Я решила не лезть — слишком хорошо знала, чем может обернуться его злость. Самолёта мне хватило. Хватило настолько, что теперь всё тело болело, и особенно там, где он «постарался». Даже просто сидеть было мучением.

Я зашла в свою комнату. Она показалась такой родной, словно я и не сбегала тогда. Всё осталось как раньше: мебель, запах, даже мелочи на полках.

Направилась в душ. Каждый шаг отдавался неприятным дискомфортом, но я всё же дошла. Горячая вода обжигала, но немного снимала напряжение. После, переодевшись, я заметила, что в шкафу полно женской одежды. Разной, красивой. Это было странно — ведь он обычно навязывал мне свои рубашки.

Выдохнув, я всё-таки вышла. Медленно спустилась вниз, в гостиную. В доме было тихо, слишком тихо. Я не знала, где Рикардо и что с ним. Но по той злости, что я видела раньше, лучше сейчас не искать его самой?

Мысли снова вернулись к Клэр. Мне казалось, она не договорила мне что-то о себе и Доминике. Может, у них правда было что-то, что она не успела признаться? А может, она просто сбежала тогда ко мне? Но теперь... теперь я здесь, а её рядом нет.

Входная дверь с грохотом хлопнула, и этот звук эхом прокатился по всему дому. Я вздрогнула. Шаги Рикардо раздались сразу же — быстрые, тяжёлые, будто он едва сдерживал себя. Он поднялся наверх, и я ясно представила, как заходит в комнату и не находит меня там. Несколько секунд тишины — и снова отзвук его шагов, теперь уже спускающихся вниз.

Он вошёл в гостиную и сразу заметил меня. Его взгляд скользнул по мне быстрым, почти холодным касанием, но в этом беглом осмотре было слишком много — проверка, беспокойство, привычный контроль.

— Ты голодна? Давай поедим? — спросил он, медленно приближаясь. Голос звучал спокойнее, чем я ожидала, но в нём оставалась сталь, глухая, тяжёлая.

Я мягко кивнула, натянуто улыбнувшись, будто пытаясь разрядить напряжение.

Неожиданно он подхватил меня на руки. Я тихо зашипела, скривившись от боли. Тело предательски выдало то, что я так старательно прятала.

— Что такое? — его брови сошлись, он нахмурился, взгляд стал цепким. Он скользнул им по моему лицу, по фигуре, будто ища ответ.

— А... просто там... ну... болит всё после самолёта, — пробормотала я, упрямо отводя глаза в сторону. Смотреть на него не хватало смелости. Господи, как же стыдно! Хотя... чему тут стыдиться? Он видел меня всю, видел каждый сантиметр кожи. И всё же язык заплетался, щеки пылали, я буквально ощущала, как краснею. «Замолчи, Лиана, просто замолчи», — мысленно одёрнула себя.

Лицо Рикардо стало жёстче. Он нахмурился ещё сильнее, губы сжались в тонкую линию. Но неожиданно в этом мрачном выражении прорезалось что-то другое.

— Извини, — почти неслышно прошептал он, склонившись ко мне и легко коснувшись щеки губами. Прикосновение было таким мягким, что я даже растерялась. — Давай сначала поужинаешь, а потом я сделаю тебе тёплую ванну, м?

Я подняла взгляд и встретилась с его глазами. В них больше не было той ярости, что терзала его весь день, — лишь забота, непривычная, пугающая и одновременно греющая. Я улыбнулась, позволяя себе чуть расслабиться, и медленно кивнула.

— Рикардо? — несмело окликаю я, пока он несёт меня в сторону столовой.

— Да, милая? — отвечает он спокойно, даже слишком спокойно, будто нарочно смягчает голос.

— Где Клэр? Ты что-то узнал? — в моих словах слышится надежда, я цепляюсь за неё изо всех сил, как утопающий за соломинку.

Несколько секунд он молчит. Эти секунды тянутся мучительно долго. В груди всё сжимается, дыхание перехватывает. Но наконец он произносит, мягко, но твёрдо:

— Нет. Я не знаю, где она. Но Доминик уже занимается этим вопросом.

Он наклоняется, целует меня в висок — это так естественно, что я даже на секунду теряю нить мысли. Его губы горячие, а прикосновение — почти ласковое. Словно он хочет успокоить меня, хотя внутри я понимаю: за этой мягкостью скрывается железный контроль.

Он садится на стул и усаживает меня к себе на колени, аккуратно, так что моя пятая точка свисает, не касаясь его бедра. Его ладонь ложится на мою спину, слегка придерживает.

Вскоре Марта приносит еду. На столе появляется всё сразу — мясо, овощи, хлеб, соусы. Запахи настолько аппетитные, что желудок предательски сжимается. Я пытаюсь есть аккуратно, но голод берёт верх, и мы в итоге едим торопливо, почти уплетаем, как будто оба давно ничего не ели.

После ужина мы поднимаемся на второй этаж. Рикардо сразу идёт в ванную и включает воду. Я слышу шум набирающейся воды и скрип металла, когда он проверяет температуру. Потом возвращается за мной, подхватывает и, не спрашивая, несёт внутрь.

И вот мы вместе сидим в ванной. Воды набралось достаточно, чтобы скрыть наши тела, но места — катастрофически мало. Мои колени упираются в его, локти то и дело задевают друг друга. Я прыскаю от смеха, не выдержав этой нелепости. Смех вырывается сам, лёгкий, звонкий, как будто на секунду стирает всё напряжение дня.

Рикардо хмурится, но на его губах мелькает едва заметная тень улыбки. Он бурчит, низким, почти ворчливым голосом:

— Куплю джакузи, а эту мелкую ванну выкинем к чёрту.

Я снова смеюсь, пряча лицо у него на груди. И в этот момент мне даже кажется, что всё не так уж плохо.

— Какую бы ты хотела свадьбу? — вдруг спрашивает он, лениво выводя пальцем узоры на моём плече. Его движения медленные, тёплые, почти гипнотические.

Я замолкаю. Пару минут думаю, закусив нижнюю губу, стараясь подобрать слова. В груди приятно щемит от того, что он вообще спросил. Неужели ему правда важно?

— Я всегда мечтала о свадьбе как из «Сумерек»... — наконец говорю я, и на лице сама собой появляется улыбка. — Там было невероятно красиво... Всё вокруг зелёное, высокие деревья, цветы, гирлянды из белых роз... И к слову, тоже в лесу. — Я слегка оборачиваюсь, ловя его взгляд, и смеюсь, будто оправдываясь за такую девчачью мечту.

Он смотрит на меня с лёгким прищуром, как будто пытается представить картину. В его глазах нет насмешки, наоборот — интерес, живая реакция.

— Понятия не имею, о чём ты, — произносит он честно и чуть усмехается, — но теперь обязан узнать об этих твоих «Сумерках». Чтобы устроить свадьбу своей будущей жены так, чтобы она была незабываемой.

Слово «жены» застревает у меня в ушах. Будущей жены. Моей. Его голос звучит уверенно, без намёка на сомнение, будто это уже решено. Я не могу не улыбнуться шире.

Я прячу лицо у него на груди, чувствуя, как его рука мягко ложится мне на талию. Мы сидим в этой тесной ванной, и в какой-то странной тишине всё вокруг кажется нереальным. Он — мафиози, хладнокровный, опасный. Я — его пленница, его слабое место. Но сейчас, в этот миг, всё это будто исчезает. Мы просто мужчина и женщина, которые говорят о свадьбе, о мечтах, о будущем, которое греет изнутри.
— Тебе стало лучше? — спрашивает он, слегка нахмурившись, в голосе слышится тревога.

— Да... — тихо отвечаю я, переворачиваясь к нему и проводя пальцем по его груди, затем целую туда же, чуть дразня его.

Он приподнимает бровь, сдерживая улыбку, но в глазах всё равно видна серьёзность:
— Искорка... лучше прекратить. Пару дней тебе нужно восстановиться. А если будешь продолжать так, я не сдержусь.

Я тихо хихикаю, понимая, что он прав. Моё тело ещё требует отдыха. Но игра и лёгкая шалость так и тянет меня.

Я чмокаю его в губы, отстраняюсь и вылезаю из ванны, кутаясь в полотенце. Он наблюдает за мной, слегка бурча, но улыбка всё-таки проскальзывает на лице.

— Ты слишком очаровательна, когда хихикаешь... — бурчит он, и я снова не могу удержаться от смеха.

Я только успела натянуть пижаму, как снизу раздался резкий хлопок. Звук пронзил тишину дома так отчётливо, что у меня не осталось сомнений — это был выстрел. Я дёрнулась, сердце ухнуло вниз, и почти сразу мой взгляд метнулся к Рикардо.

Он застыл на миг, а потом напрягся всем телом. Без лишних слов вышел из ванны, на ходу вытираясь, и быстро натянул боксёры. Его лицо стало серьёзным, будто он за секунду превратился в другого человека.

— Оставайся в комнате, — произнёс он глухо, и его взгляд словно прибил меня к полу. Это был не совет и даже не просьба — приказ.

Но я уже знала, что не смогу подчиниться. Сидеть в четырёх стенах, когда внизу стреляют? Нет. Я сделала шаг за ним, упрямо.

— Лиана, — рыкнул он, не оборачиваясь. Его голос был низким и опасным, будто предупреждение. — Ты поняла мои слова?

Я почувствовала, как пересохло горло, но всё же выдохнула:
— Мне всё равно. Я тоже пойду.

Я обогнула его и решительно дотронулась до дверной ручки. Дверь открылась с лёгким скрипом, и сердце забилось ещё сильнее.

Рикардо тяжело выдохнул, явно недовольный моим упрямством. Но не останавливает меня — просто отходит чуть в сторону и идёт первым, прикрывая собой. Его шаги звучат глухо и уверенно, а у меня внутри всё сжимается от напряжения и ожидания.

— Почему ты такая упрямая? Тебе что, мало воспитания в самолёте было? — шипит Рикардо, резко открывая тумбочку в коридоре. Я вздрагиваю, когда он достаёт оттуда пистолет, словно это что-то обыденное, как взять ключи от машины.

Я фыркаю, но тут же замираю.
У него... по всему дому оружие?
Ну конечно. Что ещё я ожидала? Мистер мафиози, у которого даже чашки, наверное, стоят рядом с гранатами.

Мы медленно спускаемся по лестнице. Шаги гулко звучат в тишине, и от этого напряжение только растёт. Рикардо идёт впереди, прикрывая меня собой. Каждый раз, когда я пытаюсь выглянуть хоть на полшага вперёд, он мягко, но уверенно отталкивает меня назад плечом.

— Не высовывайся, — бросает он сквозь зубы.

Я закатываю глаза, но спорить в этот момент не решаюсь. Сердце и так бьётся так, будто готово выпрыгнуть.

Мы выходим в коридор, но он пуст. Никаких следов. Тишина слишком гулкая, будто сама нас дразнит. Рикардо идёт дальше, напряжённо осматривает каждую комнату, его рука крепко сжимает оружие. Я стараюсь не отставать, хотя ноги кажутся ватными.

И только мы заглядываем в гостиную — я замираю.

На диване сидит Доминик. Абсолютно спокойный, развалившийся, с каким-то наглым видом, и... ест шаурму.

— Ты, сука, нормальный? — рычит Рикардо, швыряя пистолет на стол так, что тот гулко стукается о поверхность.

Доминик даже не моргает. Поднимает на нас глаза и смотрит на Рикардо так, будто тот — идиот.
— А что такое? — спрашивает с самым невинным видом и снова откусывает кусок.

— Какого хрена были выстрелы?! — голос Рикардо срывается, и кажется, что сейчас его злость просто разорвёт комнату.

То, как он смотрит на Доминика, пугает. Его взгляд настолько жёсткий, что я почти уверена — если бы взгляды могли прожигать дыры, у Доминика в груди уже зияла бы огромная чёрная пустота.

Тот лишь пожимает плечами, продолжая жевать.
— Вы долго не открывали. Наверное, были очень заняты. Я решил замок сам открыть... Но не переживайте, я куплю новые двери. — он усмехается.

Он такой спокойный, что меня это настораживает сильнее, чем любые выстрелы.

— Ты нашёл Клэр? — вырывается у меня. Я смотрю на него с надеждой, пока Рикардо всё ещё тяжело пыхтит от злости.

Доминик поднимает на меня глаза и легко кивает.
— Да. Но раз ей нравится бегать — пускай побегает. — он улыбается, и в его улыбке слишком много иронии.

Я украдкой смотрю на Рикардо — он всё ещё кипит от злости. Его челюсть сжата, взгляд мрачный, плечи напряжены так, будто он готов кинуться и разорвать кого-то прямо сейчас. Мне становится не по себе, и я решаю действовать.

Медленно подхожу ближе, обвиваю руками его шею, встаю на носочки и мягко целую его в щёку.
— Успокойся, — шепчу почти неслышно, чувствуя, как мои слова словно растворяются в его горячем дыхании.

Реакция не заставляет себя ждать: Рикардо будто мгновенно сдаёт оборону. Его плечи опускаются, дыхание становится ровнее. Он обхватывает меня за талию, прижимая к себе, и отвечает лёгким поцелуем в губы. В этом движении столько тепла и скрытой благодарности, что я на секунду забываю обо всём вокруг.

— Ой, давайте только не при мне, — раздаётся за спиной ленивый голос Доминика. — Клэр ведь сбежала... кто мне теперь поможет в этом плане? — он демонстративно вздыхает и усмехается, явно наслаждаясь выражением лица Рикардо.

Тот резко поворачивает голову в его сторону.
— Твою мать, Доминик, — рычит он, голосом, от которого мурашки бегут по коже. — Советую тебе убраться из моего дома. И чем быстрее — тем лучше.

— Вообще-то я пришёл, чтобы обсудить с тобой дела по поставке, — невозмутимо отвечает Доминик, откусывая очередной кусок своей шаурмы, словно вокруг нет ни оружия, ни злости.

Рикардо тяжело выдыхает, сжимает губы в тонкую линию. Его глаза на секунду возвращаются ко мне, и он ещё раз мягко целует меня в губы.
— Пошли, — бросает он Доминику. Потом переводит взгляд на меня, и тон мгновенно смягчается: — Искорка, включи пока фильм. Я скоро вернусь... будем «Сумерки» смотреть.

Я не удерживаюсь от улыбки и киваю, чувствуя приятное тепло от его слов.

— Чего? — удивлённо восклицает Доминик, чуть не поперхнувшись. — Ты будешь смотреть «Сумерки»? Серьёзно? Мне послышалось? — он присвистывает, глядя на Рикардо с видом полного шока.

— Господи, как мне тебя вытерпеть, Доминик? — Рикардо трет переносицу, явно на грани срыва. — Прошу, просто помолчи.

Доминик же лишь громко смеётся и, жуя остатки своей шаурмы, лениво поднимается следом за ним по лестнице. Их шаги постепенно удаляются, а я остаюсь в гостиной, всё ещё ощущая его тепло на своих губах.

После того как я посмотрела мультфильм, Рикардо вернулся ко мне, а Доминик, пожелав нам спокойной ночи, улыбнулся и направился к себе домой. Я уже успела настроить «Сумерки», чтобы подготовиться к тихому вечеру вместе.

— Ну что, смотрим? — Рикардо улыбнулся, садясь рядом. Его движения такие привычные и одновременно сильные, что я невольно ощущаю прилив спокойствия. Он обнимает меня, притягивая к себе, и я уютно устраиваюсь в его руках.

— Мг... — я утыкаюсь ему в грудь и глубоко вдыхаю его запах. Он одет в серые домашние штаны, а торс голый. Господи, какой же он тёплый... и уютный. Я даже не заметила, как начала тереться носом о него, словно это самое естественное действие на свете.

— Милая, если мы сейчас продолжим, — шепчет он с лёгкой усмешкой, целуя меня в макушку, — никакого фильма не будет. Давай всё-таки смотреть? — Он нажимает клавишу на пульте, и экран оживает светом.

Я чувствую, как щеки горят от того, что сама не заметила, как терлась об него. Краснея, я поворачиваюсь и устраиваюсь на его груди, позволяя себе полностью расслабиться. Мы сидим так, слушая спокойный звук телевизора, погружаясь в мир фильма.

Рикардо мягко поглаживает меня по голове, его руки такие тёплые и нежные, что постепенно веки становятся тяжелыми. С каждой минутой ощущение защищённости усиливается, и я, не осознавая, когда именно, засыпаю на его груди, укутанная его теплом и спокойствием.

Я проснулась, потягиваясь на кровати. Сквозь приоткрытые шторы в комнату пробивались первые солнечные лучи, мягко заливая всё пространство золотистым светом. Ничего себе... я так вымоталась за последние дни, что заснула до утра, и теперь каждая мышца ещё отдаёт усталостью.

Рикардо рядом нет, но тихий шум воды из ванной говорит о том, что он уже проснулся. Я лениво переворачиваюсь на бок, решая поваляться ещё немного, наслаждаясь покоем и теплом постели.

Вдруг кто-то начинает тарабанить в дверь. Я хмурюсь, удивлённая: Кто там ещё?
Я встаю, зевая, и открываю дверь.

— Любимая моя!! — раздаётся громкий, радостный голос, и Тони буквально кидается на меня, обнимая так, что я едва не теряю равновесие.

— Тони! — смеюсь, пытаясь вырваться, — задушишь же! — обнимаю его в ответ, чувствуя его тепло и энергичность.

— Как я скучал, принцесса моя! Злой ворчун рядом? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам с озорной улыбкой.

— В душе, — отвечаю я, улыбаясь, — а ты чего здесь?

— Как это чего? А кто поможет со свадьбой самой красивой девушки на свете? — он улыбается так широко, что видны все тридцать два зуба.

В этот момент из душа выходит Рикардо в одном полотенце. Тони, не теряя шанса, подмигивает ему:
— Прекрасно выглядишь.

Господи... он бессмертный или что? — думаю я, слегка вздрагивая от такого нахального комментария.

Видя, как Рикардо кидает на него убийственный взгляд, я быстро подхожу к нему и обвиваю руками за шею.

— Милый, я тебя искала, — шепчу, чмокая его в губы. — Пошли завтракать?

Он переводит взгляд на меня, словно всё остальное вокруг перестало существовать, и целует меня в лоб.
— Я переоденусь и спущусь, а ты иди, — мягко говорит он.

Мы с Тони выходим из комнаты и медленно спускаемся вниз по лестнице. Я смеюсь, глядя на его уверенные шаги:
— Ты совсем бесстрашный, что ли?

— Ой, да подумаешь! — отвечает он с хитрой улыбкой. — Я люблю его позлить.

Я качаю головой, идя на кухню, и не могу удержаться от улыбки. Его энергия и озорство заражают, а лёгкий утренний свет делает всё вокруг таким тёплым и уютным.

Я уже готовлю завтрак на кухне, аромат свежих тостов и кофе наполняет комнату. Солнце мягко пробивается сквозь окна, окрашивая всё в тёплые утренние тона. Вскоре Рикардо спускается по лестнице — в его походке нет спешки, он словно наслаждается этим моментом.

Мы садимся за стол втроём. Тони сразу начинает свой поток идей и советов: куда можно поехать за свадебным платьем, где лучше заказать кейтеринг, какие декораторы стоят внимания. Я слушаю, киваю, внимая каждое слово. Его энергия и энтузиазм просто заразительны, и я улыбаюсь, ловя себя на том, что мысли о свадьбе уже вызывают приятное волнение.

Рикардо тихо кладёт руку на мою ладонь и мягко улыбается. В этот момент весь мир вокруг будто исчезает, остаёмся только мы.
— Будь готова сегодня в семь. Поедем в ресторан, — спокойно говорит он.

Я счастливо улыбаюсь и киваю, ощущая, как сердце приятно трепещет.

Тони, как будто специально, надувает губы и спрашивает:
— А я?

— А ты сейчас выйдешь из дома с разбитым носом, если не заткнёшься, — Рикардо метает в него злой взгляд, который заставляет меня сдерживать смех. Мне кажется, так оно и будет, если Тони продолжит злить его.

— Тони? — отвлекаю я его, улыбаясь и стараясь сгладить напряжение. — Пошли посмотрим журналы свадебных платьев?

— О, супер! Пошли! — он радостно улыбается, хватая меня за руку и ведя к гостиной.

Рикардо мягко останавливает меня, удерживая за руку. Его взгляд глубокий, и я чувствую тепло в груди.
— Я сейчас уеду, но вечером приеду за тобой.

— Хорошо. Хорошего дня, — шепчу я, наклоняясь и целуя его в щёку. Но ему явно мало этого: он притягивает меня к себе за затылок и целует в губы. После отстраняется и тихо шепчет:
— И тебе хорошего дня, милая.

Я вздыхаю, сердце немного быстрее бьётся, а потом возвращаюсь к Тони. Теперь начинается настоящее веселье. Он вовлекает меня во все тонкости выбора платьев, обсуждаем цвета, ткани, фасоны, аксессуары. Его восторг заразителен, и я сама смеюсь, спорю, примеряю воображаемые варианты.

Время пролетает незаметно. Я увлечена, смеюсь и радуюсь, и вдруг понимаю — день уже подходит к вечеру, а мы всё ещё не заметили, как быстро пролетели часы, погружённые в радость и предвкушение праздника.

Я иду быстро в душ, стараясь придать себе приличный вид после утомительного дня. Горячая вода обжигает кожу, смывает остатки усталости, но от волнения внутри всё равно не становится легче. Я стараюсь сосредоточиться на себе, на каждом движении, словно ритуал подготовки способен усмирить моё сердцебиение.

После душа аккуратно наношу лёгкий тональный крем, чуть подкрашиваю губы и глаза — хочу выглядеть естественно, но при этом... особенной. Тони наблюдает за мной с улыбкой и помогает с укладкой волос, осторожно закручивая локоны, чтобы они свободно падали на плечи. Его руки уверенные, мягкие, и я ощущаю тепло от прикосновений. Когда он аккуратно наносит тушь на мои ресницы, я ловлю себя на том, что сердце бьётся чуть быстрее, а ладони слегка потеют.

Наконец, я одеваю платье. Длинное, тёмно-зелёное, струящееся по фигуре, подчёркивающее мои изгибы. Оно словно создано для этого момента, для этой ночи. Кажется, что с каждым движением ткань играет на свету, создавая мягкий перелив оттенков. Тони отходит в сторону, оценивая результат, а я сама не могу отвести взгляд от зеркала. Всё выглядит... идеально.

Почему-то так волнительно. Рикардо первый раз пригласил меня в ресторан, вот так, наедине, только мы двое. В груди играет странная смесь радости и нервозности. Я ловлю каждое биение сердца, каждый вдох, словно боюсь упустить этот момент.

Он приезжает ровно в семь. Я спускаюсь к машине, где уже царит тепло и уют. Словно вся его энергия обволакивает меня ещё до того, как он заговорил. Он улыбается, и это мгновение останавливает время на секунду.

Рикардо целует меня в губы, мягко и уверенно, а я чувствую, как дрожь проходит по всему телу. Машина плавно трогается, и город за окнами словно растворяется, оставляя только нас двоих в этом мгновении.

То, что произошло дальше, заставило моё сердце остановиться на мгновение. Я даже не успеваю понять, как именно всё завертится... и волна шока накрывает меня с головой.

Вот и двадцатая глава!
Она вышла тёплой и уютной.

Совсем скоро будет конец истории. Ставьте звёздочки и пишите комментарии.
Не забывайте про мой телеграм-канал Sofi_Belotti.

С любовью,
ваша Sofi Belotti