6.
Долина полнилась мертвыми телами. Стонами. Криками. Запахом гари.
Девушка носила темно-зелёное платье, под белой шапочкой прятала волосы. Она бежала сквозь поле боя, подходя то к одному, то к другому лежащему на земле солдату.
Живого - спасти. Мертвые - не её забота.
Она подошла к очередному солдату. В отличие от многих других, огонь миновал его. Несколько пуль прошли сквозь тело. Каким-то чудом он ещё с минуту дышал, а потом перестал.
- Оставь его! Вон тот, слева, я сейчас подойду.
Врач ходил где-то рядом, выискивал тех, кому можно было помочь. Это было нелегко... Многие обгоревшие ещё живы, но далеко не всех их можно спасти.
Посреди стонов она слышала, как где-то неподалеку её подруга перешептывается с раненым.
- Так что ж, победили мы?
- Победили, голубчик, победили.
- Много полегло?
- Вот чего не знаю, того не знаю...
Знает. Много. Очень много. Но им об этом пока говорить ни к чему.
Те, что остались целы, сейчас тоже ходили по полю. Она наблюдала за тем, как солдаты собирали с мертвецов уцелевшее оружие, припасы... Снимали сапоги.
Она обернулась. Слева от неё покрасневшими безжизненными глазами за этим же зрелищем наблюдал обожжённый маг. То, что когда-то было его руками, теперь почернело и высохло, под тонким браслетом виднелась обгоревшая обнаженная кость. Быстрые короткие вдохи, рот приоткрыт, зрачки расширенны.
- Иди сюда, будешь помогать.
Врач подошел к раненому вместе с ней. Склонился над магом, внимательно осмотрел того, потянулся к сумке, и, не найдя той на поясе, тихо выругался.
- Сейчас вернусь... Подготовь его, левую отнимать будем.
Взгляд мага нервно скакал из стороны в сторону. Он издал хриплый звук, подобный тому, что создает залежавшаяся в пыли старая труба.
- Тихо, солдат, тихо... Все хорошо...
Она догадывалась, о чем он думает. Она хорошо знала, как чародеи оберегали свои кисти и пальцы - её любимый был одним из таких...
Когда раненому удалось заговорить, голос его сипел и срывался.
- Не надо... Пожалуйста. Что угодно, только не это.
- Тихо. Не болтай зря.
- Вы же можете помочь. Прошу.
Она вновь опустила взгляд на обожженные скрюченные палки, некогда подобные человеческим рукам. Правая была относительно цела, можно было попытаться её восстановить. На левой же не осталось ничего: только голая кость в окружении обугленного мяса.
Врач уже возвращался.
- Так, давай, держи его.
Она хорошо знала, какой набор лежит в той самой сумке, за которой уходил врач. Пила для ампутации, два крупных ножа, маленький ножичек... для пальцев.
- Пожалуйста. Спасите мне руки!
- Мне жаль, милый... Нечего спасать.
- Прошу вас...
- Отвернись. Будет больно.
- Умоляю!
- Не смотри.