Белый халат и Темные переулки

     Атмосфера накалялась, в воздухе повисло неприятное напряжение, которое хоть ложкой черпай. Тишина, царившая между ними, давила на виски, усиливая малейший шорох. По спине пробежался холодок, а в горле пересохло. Медленно, с показным наслаждением мужчина выпустил облако дыма, которое повисло между ними, а его глаза, прищуренные от дыма, хищно изучали девушку. Бандит ухмыльнулся от такой наглости, закуривая. Кудрявый мужчина стряхнул пепел. Его невозмутимые, предельно спокойные действия только накаляли обстановку за столом, за которым сидели только они вдвоём.

— Ай, кукла барби решила с козырей пойти. Интересная ты конечно дама, умеешь интриговать. — Сказал мужчина, который так и не назвал своего имени, в своей обычной манере, а затем добавил. — И зачем же тебе Ворон, который работал на Северных?

— А вот это тебя уже ебать не должно. — Отчеканила девушка, тоже закуривая.

      Ну интриговал мужчину характер девушки. Вроде с виду такая маленькая, хрупкая, коснëшься, а она развалится. Но нет, это только первое впечатление. Было в девушке что-то такое тёмное и притягательное, что отдавало сладким, запретным плодом. Как будто под слоем нежной кожи скрывался хищник, способный околдовать и поглотить. Он знал, что это притяжение опасно.

      В воздухе вновь повисла давящая тишина. На фоне было слышно напряжённое тиканье старых часов, висящих на стене, которые словно отсчитывали время к чему-то необратимому. Было ощущение, что сердце колотилось где-то в горле, а ладони предательски вспотели. Воздух казался настолько плотным, что казалось, его можно резать ножом.

— Твоё решение? — уточнила девушка ровным тоном. — А то могу передумать и не рассказать где прячется тот, кто тебе нужен, тик-так. — Сказала девушка, намекая, что времени у мужчины осталось мало.

— Интересно-то как, куколка. Ты пришла ко мне на территорию и думаешь, что сможешь ставить условия? — Поинтересовался мужчина, выдохнув ядовитый дым.

— Я тогда пошла? — Спросила девушка, медленно подхватывая сумку, и словно давая бандиту возможность передумать.

      Бандиту явно такой расклад не нравился, ведь нужен ему тот человечек. Он потушил сигарету в пепельнице, небрежно раздавив окурок о неё, словно подавляя свою злость. Потом, не поднимая головы, поманил девушку к себе одним движением пальца. Этот жест был абсолютным, не терпящим возражений. Мужчина не просил, а требовал. Официантка, проходящая мимо, вздрогнула, будто этот жест предназначался ей. Но Альбина не дрогнула, лишь чуть заметно сузила глаза, в которых на мгновение вспыхнуло что-то хищное. Девушка не спешила. Каждое её движение было выверенным, вздернув подбородок и сделав шаг навстречу криминальному авторитету.

— Ну что, куколка, предлагаю так: я рассказываю тебе, ты мне и мы расходимся. — Сказал бандит. Это было предложение не терпящее возражений.

— Ну тогда выкладывай. Только в темпе, дела у меня есть ещё. — Отчеканила Алабина, прикуривая сигарету.

— Ну гляди, кукла, Ворон по наводкам заляг на дно и живет в квартире друга какого-то дальнего родственника, мутная история короче. — Сказал бандит, держа в руке бокал дорогого коньяка, а затем продолжил. — Где Академика Губкина знаешь?

— Около Советской площади, знаю-знаю.

— Там 25 дом, второй корпус. Квартиру, не обессудь, не помню, но иногда выбегает в кафешку, их там несколько, но узнаешь его сразу. Теперь ты выкладывай чё знаешь. — Не стал церемонится с девушкой бандит.

— Кароче, улица Химиков, 37 дом, квартира 52. Всё, расход?

Кащей не поменялся в лице, когда Альбина, не удостоив его взглядом, развернулась и двинулась к выходу. Её шаг был лёгким, но решительным, словно и не она только что бросила вызов хозяину этого места. Напряжение, что клубилось за их столом, не рассеялось мгновенно, а схлопнулось, словно вакуум, оставляя за собой ощущение невысказанной угрозы. В одно мгновение всё вернулось на круги своя: звон фишек, приглушенный мат, пьяные голоса. Словно её и не бывало.

Кащей продолжал смотреть на закрывшуюся за ней дверь, его глаза оставались пустыми, но что-то холодное и хищное скользнуло в их глубине. Он медленно поднял руку, поманив к себе одного из своих телохранителей. Тот, высокий и молчаливый, немедленно приблизился, наклонившись к самому Каще..

— Мне нужна вся информация. Где живет, где работает, с кем общается. — прошептал Кащей, и в его голосе не было и тени прежнего равнодушия. — Каждый её шаг. Каждый вдох. Каждая мысль.

Телохранитель лишь коротко кивнул и так же бесшумно растворился в клубах сигаретного дыма, словно тень. Кащей снова откинулся на спинку стула, поднёс стакан коньяка к губам. Игра только начиналась, и он уже знал, что эта партия будет самой интересной за долгое время.

***

      Альбина вышла из казино, пытаясь переварить всю полученную информацию, но в происходящем был плюс. Девушка знала где искать Ворона, который раньше работал на Северных. А она искала его уже долгих 10 лет, с тех пор как тесно связана с криминальным миром. Скользкий тип. Хорошо спрятался, именно он был виноват в том ДТП 13 лет назад…

***

      Пасмурный вечер октября 1976 года не сулил ничего хорошего, дома висела напряжённая тишина, лишь часы, висящие в кухне на стене, иногда нарушали гробовую тишину. Казалось, что часы считают время к чему-то плохому, приносящему конец. И казалось девочке в ту ночь правильно.

       После ссоры с родителями тринадцатилетняя девочка сидела на своей кровати, обнимая плюшевого мишку, плакала. Каждый раз, когда она ругалась с родителями, ощущалось для неё как будто ей вонзили нож в сердце и провернули на 360 градусов. Этот раз был не исключением, но сейчас она почувствовала как теряет частичку себя после этой ссоры. Сидела так Альбина, пока из люльки, стоящей около её кровати, не послышался младенческий плач. Девочка зашла на кухню. Глянула на часы.

— Пол второго ночи, где они? — Спросила девочка в пустоту, будто она сможет ответить, параллельно делая смесь младшему братику.

Девочка попыталась свести переживания на нет, но стало только хуже. С каждой секундой сердце колотилось всё сильнее и сильнее. Приготовив смесь, на негнущихся ногах с дрожащими руками, взяла двухнедельного брата и стала кормить его из бутылочки, стараясь убаюкать. Он уснул.

      Всю ночь девочка просидела на своей кровати. А под утро раздался звонок в дверь. Альбина уже надеялась, что это родители. Но чуда не бывает, за дверью стояла поникшая Полина Филипповна. Глаза немного расширились от удивления, не ожидала девочка увидеть бабушку за дверью.

— Бабушка? — спросила девочка, потирая глаза и пуская бабушку домой. — Случилось что-то?

— Аль… Присядь лучше. — А вот это тем более не внушало ничего позитивного. Девочка на негнущихся ногах пошла с бабушкой на кухню. Они сели за стол.

— Ну? — Дрожащим голосом сказала девочка, чувствуя что-то неладное.

— Твои родители скончались вчера в аварии. — Сказала бабушка, голос её дрожал, а на конце фразы сорвался на рыдания.

      Зрачки сузились от шока, а звуки доносились будто из под воды. На глаза навернулись слëзы. Известие ударило тяжёлым обухом о затылок, выбивая из лёгких кислород. Всё вокруг замерло. Внутри, где совсем недавно жила легкая беззаботность, образовалась зияющая, холодная пустота, от которой желудок скрутило спазмом. Дышать стало невозможно, каждый вдох обжигал горло, а сердце ныло, словно в него вонзили осколок льда, и оно никак не могло зажить. Навязчивые образы ссоры с родителями вспыхивали в памяти Альбины, как вспышки молний в кромешной тьме, причиняя новую, невыносимую боль. Она хотела кричать, но голоса не было, лишь беззвучные слёзы текли по щекам, горячие и горькие, как расплавленный воск.

— Н-нет, они не могли, нет, бабуль, скажи что это сон, прошу. — Сказала девочка, а по её щекам текли слëзы.

Бабушка лишь обняла девочку, стараясь утешить её после смерти родителей. Но всё бессмысленно. Глубоко в душе появилась ненависть самой к себе, чёрное и мерзкое чувство, которое юная Альбина предпочла бы не знать. С каждым днём ненависть к самой себе разрасталась всё сильнее и сильнее, что порой даже казалось, что это уже её часть.

      С того дня Полина Филипповна забрала внуков к себе домой. А девочка так и не смогла простить себе, что не успела помириться с родителями. Это чувство вины стало невидимым, но неподъëмным грузом, который она несла сквозь годы. Каждая улыбка бабушки, каждое прикосновение младшего брата лишь усиливали внутреннюю боль. Она часто ловила себя на мысли, что хотела бы вернуться в тот дождливый октябрьский вечер, чтобы сказать всего пару слов, обнять их, задержать, не отпустить. Но время не вернулось вспять, и эта несбывшаяся возможность жгла душу сильнее любой раны.

***

      Только вот её заинтересовала ещё одна персона. Девушка не знала ни его имени, ни погоняла. Сугубо знала только как он выглядит и манеру речи. Надо его поискать своими связями. Так, ну он криминальный авторитет. И на этом знания девушки окончились.

      Девушка достала пачку сигарет. Пальцы, привычно дрогнув, извлекли сигарету из почти пустой пачки. Щелчок зажигалки прозвучал оглушительно в ночной тишине, и крохотный огонёк на мгновение согрел ладони. Она сделала глубокую затяжку, ощущая, как горький дым наполняет лёгкие, а потом медленно выпустила тонкую струйку в небо, наблюдая, как она тает в свете далёких фонарей. Каждая затяжка была крохотной передышкой, способом отгородиться от всего, что давило изнутри. Тихое шипение тлеющего табака было единственным звуком, который она сейчас воспринимала, позволяя мыслям медленно, как этот дым, растворяться в холодной пустоте.

      ***

      После встречи с авторитетом Альбина замечала неладное, казалось, будто её преследуют. Например, начинает замечать одни и те же лица в разных местах: на остановке по дороге на работу, у подъезда, в очереди в магазине, в коридорах больницы. Тут не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что под неё что-то копают, и так же понимала, что-то – скорее всего авторитет, с которым та встречалась ранее.

      Девушка зашла в свою комнату и подошла к книжной полке. Сердце ёкнуло, пропуская тяжёлый удар. Книги, которые являлась её тайником, оказались не на том месте, где Альбина их оставляла. Небрежно сдвинутые, они выдавали незваного гостя. Холодная волна пробежала по спине. Альбина застыла, прислушиваясь к каждому шороху, а в голове уже вихрем проносились тревожные мысли: кто мог зайти в её комнату и зачем?

      Но напрягала ещё одна вещь, где Михаил? Время в настенных часах близилось к утру. Девушка нервно ходила по комнате, потирая ладони в попытке согреться. Сегодня распотрошили её заначку, она встретилась с криминальным авторитетом, брат шляется хрен знает где. Что дальше подкинет ей жизнь?

      В деревянную дверь кто-то засунул ключи. Провернул. Не удалось открыть. Скорее всего Миша вернулся. Затем раздался негромкий стук и Альбина подошла к двери, заглянув в глазок. За дверьми конечно же Михаил. Девушка открыла дверь, отошла на несколько шагов назад и скрестила руки на груди, ожидая объяснений. Брат зашел шатаясь.

— А ну-ка дыхни. — Процедила сквозь зубы блондинка, подходя к Мише.

— Зачем? — Спросил брат, язык заплетался.

— Понятно всё с тобой. Граждане алкоголики, идём спать. — Сказала Альбина без права на оспорение.

      Ей сразу всё стало понятно, как только брат домой зашёл. Уж больно он шатался, были дефекты речи, говорил он быстро и невнятно, язык сильно заплетался. Ну, пока похоже на выраженную стадию опьянения, или же просто средняя стадия. Выпил больше чем мог, но меньше чем хотел. Ещё и наверняка на голодный желудок.

      Брат ушёл спать, а Альбина закрылась в комнате, подошла к книжному стеллажу, достала две книги: “Мастер и Маргарита” Михаила Булгакова и “Анна Каренина” Льва Толстого. Между ними лежала так называемая заначка Альбины, карта Казани. Девушка вооружилась карандашом и глазами нашла улицу Академика Губкина, 25 второй корпус и отметила галочкой, аккуратно записывая в углу “Дом Ворона из Северных”. После положила всё на место, точнее только книги, а для карты решила придумать новое место, небезопасно так её оставлять.

      Альбина оглядела комнату. Еë взгляд зацепился за висящий на стене ковёр. А что если в стену вставить сейф, а потом прикрыть это ковром. Хотя нет, херовая идея. Если не дай бог обыск, то менты сразу снимут ковер на стене, когда будут переворачивать квартиру. Стоит придумать вариант получше. Девушка присела на диванчик, а затем глянула на старый ламповый телевизор, который уже давно не работал. Подошла к нему, оглядела со всех сторон. Если так подумать, милиция не станет разбирать технику без наводок, так ведь? Подхватив пилочку из прикроватной тумбочки, она осторожко открутила винтики и положила внутрь карту, после аккуратно прикрутила всё как было.

      Тихо открыв комнату, девушка вышла из неё и беззвучно поплелась на кухню. Из-за неплотных штор выступали утренние лучи восходящего солнца. Блондинка сделала себе кофейку, ложится уже бесполезно, не уснёт…

      На кухне послышались тихие шаги, наверное мелкий проснулся. Так бы и дала по ебалу за пьянство. Ладно, в его возрасте не лучше была.

— Доброе утро, граждане алкоголики. — Отчеканила Альбина, отпивая кофе и глядя в окно.

— Что? — Спросил Миша, выгнув бровь, делая вид будто это не он ночью пришёл бухой в стельку, а затем добавил. — И тебе доброго утречка, Аль.

— Где был вчера? Пол ночи тебя ждала. — Данные слова были упрёком для Михаила.

— В ДК дискотека была, я выпил 2 бутылки пива… — Брат замялся, а затем добавил. — На голодный желудок.

— Пиздец. — Блондинка дала брату подзатыльник. — Спать иди. Сегодня в школу не пойдёшь.

      У Миши появилась идея отвести сестрёнку к универсамовским, познакомиться. Альбине такая идея не очень понравилась, но всё же познакомиться с друзьями брата было бы интересно. Новые знакомства всегда полезны, почти во всех можно найти выгоду. Хотя ладно, сейчас не про неё, интересно с кем общается её братец, что домой приходит побитый иногда.

— Мелкий, предлагаю так, я щас иду на работу, а вечером мы идём знакомиться с твоими друзьями. — Предположила такой вариант событий блондинка, а почему бы и нет?

— Обожди, ты же в ночную была, не? — спросил брат.

— Ну планировалось, что должна быть в ночную, но я с Наташей поменялась, по её инициативе. — Ответила на вопрос девушка, и упустим тот факт, что домой она пришла, когда на часах было почти два часа ночи.

— Ладно, удачного рабочего дня. — Сказал Миша, когда старшая сестра допила кофе.

      Девушка кивнула брату в ответ и пошла собираться на работу. Сегодня выбор блондинки пал на белую приталенную рубашку, которая отлично подчёркивала тонкую талию и красивые плечи девушки, делая на них особый акцент, а на низ она надела чёрные свободные брюки, нацепила несколько украшений. Блондинка вышла из комнаты в коридор, расчесала волосы, обулась в каблуки, надела светлое пальто и повязала голубой платок на голову.

      Рабочий день пролетел быстро, Альбина даже не заметила насколько, пациентов всё также было много, на перерыве девушка успела только выпить кофе. Вернулась домой девушка, выжатая как лимон, устала сильно, весь день на ногах.

— О-о, наконец-то ты пришла, пошли? — Спросил брат, выходя в коридор.

— Щас, только переоденусь и кофейку выпью, тогда и пойдём. — Сказала девушка, снимая каблуки.

      Девушка зашла к себе в комнату. Она решила надеть чёрную юбку в клеточку, немного выше колена, наверх надела белую рубашку, на этот раз не приталенную, рукава закатаны по локоть, несколько верхних пуговиц расстегнуты, делая образ более соблазнительным. Рубашку блондинка заправила под юбку, а на юбку надела ремень. Смотрелось это гармонично, а на ногах как всегда чёрные колготки 20 ден. Волосы девушка распустила и придирчиво взглянула на своё отражение в зеркале. А в качестве верхней одежды она решила, что наденет ей полюбившееся светлое пальто и завяжет на голову голубой платок. Но это уже перед выходом.

      Девушка вышла из комнаты и пошла пить кофе, а то без него сейчас грохнется от усталости в обморок, ну или от кофе, если смотреть в каких количествах она его пьет. На кухню тихими шагами зашёл младший брат и оглядел Альбину, оценивая её внешний вид.

— Ты такая красивая. — Сказал Миша, любуясь блондинкой. — Ц-ц, ну красотка, хоть щас портреты пиши.

— Благодарю, братец, очень приятно слышать. — Сказала она, допивая кофе и кладя кружку в умывальник. — Ну что, пойдём? — Спросила Альбина, глядя на Михаила. Он кивнул, и они направились в коридор.

      В коридоре блондинка быстро надела на себя светлое пальто как и планировала, а вот на счёт платка на голову передумала, и без него чудно смотрится. Обула сапожки на каблуке, они-то явно были поудобнее чем обычные каблуки, ну, по крайней мере в такой холод точно. А на правом плече блондинки расположилась сумочка, в которой лежало всё тоже что и ночью, а если точнее: деньги и ключи. А кастет лежал в кармане пальто, собственно как и пачка сигарет с зажигалкой.

      Закрыв дверь, брат и сестра вышли из подъезда и направились в качалку. По дороге Альбина задумалась, а когда мстить-то Ворону? Наверное лучше ночью, а то днём могут быть свидетели, хотя и ночью тоже. Ладно, придумает что-то.

      А пока Альбина думала, на её волосы, ресницы и лицо падали мелкие снежинки, почти сразу тая от тепла, когда приземлились. На улице было подозрительно тихо для вечерней Казани.

— Далеко идти ещё? — спросила кудрявая блондинка, глядя куда-то в небо, будто пыталась понять откуда же падают эти снежинки.

— Нет, почти пришли. — Сказал юноша.

      Через пару минут они спустились в подвальное помещение, в котором стоял запах табака, алкоголя и пота. Ну понятно, качалка как-никак.

— Пацаны, здарова. — Сказал Миша, здороваясь с парнями.

— Ну здравствуй, Ералаш, а что за прекрасная дама с тобой? — поинтересовался кудрявый парень с виду лет так восемнадцати, может девятнадцати.

— Сестра моя – Альбина, знакомьтесь, пацаны. А ты, Аль, смотри. — Сказал юноша, поманив длинноногую блондинку к себе, а после добавил. — Слева-направо, это Турбо, — сказал брат, указав на того самого кудрявого парня. — Дальше Зима, Адидас младший, ну и пока всё, остальные в коробке.

      Мы все сели на диванчик, парни что-то говорили, интересовались обо мне. Но в большинстве случаев я молчала, так как напрямую меня не спрашивали. Минут через 20 таких посиделок, в помещение вальяжно вошёл до боли знакомый мужчина. Чёрные брюки по фигуре, а сверху плащ, расстёгнутый правда. Ну, тоже сойдёт.

— Чё тут у вас? — Спросил высокий кудрявый мужчина, в помещении всё затихло, а Альбина на звук его голоса повернула голову. — Ералаш, я так понимаю, это твоя сестра. Представить не желаешь? — Мужчина только сейчас заметил их сходство, когда они сидели рядом.

— А, Кащей, знакомься, это Альбина, моя старшая сестра. Альбин, знакомься – Кащей, авторитет. — Представил двух криминальных элементов между собой Миша.

— Приятно познакомится, Альбина. — Сказал Кащей приподняв уголки глаз в своей типичной хамоватой усмешке.

— Взаимно, Кащей. — сказала блондинка глядя в глаза авторитету.

Внутри себя Аля обрадовалась, что теперь знает его погоняло, а там дальше поглядим. Вот это братец подкинул “знакомство”, благодарочка ему за это. Там может к Ирине потом забежит, выведает что-то про него, глядишь может настоящее имя узнает. А то как пойму скрытный он, вряд ли кто-то знает его имя, ну по крайней мере из скорлупы.

Настал час ночи, все по немногу начали расходится, они с Мишей уже планировали идти домой, хорошо хоть завтра выходной. Они с Мишей вышли из помещения, и девушка закурила, редко когда она делала это при брате.

Ночная Казань освещалась луной и светом фонарей, мелькающих где-то вдалеке. Ядовитый дым повис в воздухе, горький и удушливый, он проникал в легкие с каждым вдохом и оседал на языке неприятным привкусом. Этот едкий туман, кажется, поглощал не только свет, но и звуки, превращая обычно шумный город в странное, приглушенное эхо самого себя. В его зловещей пелене каждое тенистое пятно казалось таящейся угрозой, а редкие огоньки вдалеке лишь подчеркивали ощущение надвигающейся, затаенной опасности.

— Давно в группировке состоишь? — Спросила девушка нежданно, негаданно даже для себя

— Ну… с пол года наверно. — ответил Миша глядя на курящую сестру, он не ожидал данного вопроса от сестры, но понимал что та однажды узнает.

Оставшуюся дорогу они шли молча, Альбина скурила только одну сигарету и перестала. Нехер ребенку этой заразой дышать и брать плохой пример от сестры.

Зашев домой Альбина сразу пошла переодеваться в пижаму, единственное чего сейчас хотела девушка это погрузится в сон. И поспать так часиков 10, может 12. Ну а что, почему бы и нет?

После прихода ребят домой прошло около часа, Миша спал в своей комнате, а Альбина все это время лежала на свой кровати, накрытая плотным покрывалом и смотрела в потолок погрузившись в свои мысли. А после на несколько секунд прикрыла глаза, и погрузилась в сон.

Мягкий, рассеянный свет едва просачивался сквозь неплотно задернутые шторы, рисуя бледные узоры на стене напротив. Сознание возвращалось неспешно, словно выныривая из тёплого, уютного сна. Первым ощущением было блаженное расслабление каждой мышцы – тело казалось невесомым, обволакивающим.

Ей не хотелось открывать глаза, не хотелось двигаться – лишь нежиться в этом тепле, позволяя остаткам сновидений медленно таять. В голове не было никаких тревог, лишь приятная пустота, которую постепенно заполняли ленивые, неторопливые мысли о предстоящем дне. Она сладко потянулась, чувствуя, как хрустят суставы, но даже это было приятно. Наконец, медленно, словно не желая расставаться со сном, она приоткрыла глаза, позволяя золотистому свету ласково наполнить их.

Блондинка поплелась на кухню, дома тихо и пусто. Казалось что Альбина совсем одна дома. На кухонном столе лежала записка, на которой виднелся неровный почерк младшего брата, ушедшего гулять пока девушка спала.

Девушка махнула рукой, дескать погода хорошая, пусть гуляет. А сама стала делать себе кофе. Привычный аромат крепкого напитка начал наполнять кухню, медленно разгоняя остатки утренней сонливости. Быстро позавтракав, не обращая особого внимания на вкус еды, она пошла собираться. В голове уже прокручивался план дня.

Сегодня девушка решила не заморачиватся, а надеть то что вчера, а если точнее черную юбку в клетку, немного выше колена, и свободную рубашку заправленную в юбку. Одевшись Альбина взяла сумку из комнаты, обулась и накинула пальто.

Выйдя на улицу блондинка решила пойти к Ирине, попросить помочь ей, точнее раздобыть информацию об авторитете, к участку было идти минут 10, поэтому Альбина решила пройтись. По дороге она зашла в кафе и взяла пирожное с заварным кремом. К участку она дошла быстро, войдя в помещение она направилась к подруге. Голубоглазая шатенка сидела за своим столом и что-то писала параллельно покусывая ручку, а Альбина поставила пироженки на стол подруги и прошептала.

— Нет, ну я не сомневаюсь в том что ручка очень вкусная, но как по мне пироженки повкуснее будут. — Сказала Альбина входя в поле зрение подруги.

— Аля? — Ирина Сергеевна повернула голову, а затем обняла подругу.

Ну конечно неприлично сразу спрашивать про авторитета, поэтому они поговорили с пол часа, что-то зашел разговор за мужчин, Аля наигранно вздохнула. А затем сказала.

— Ну… нравится один. — немного солгала Альбина, сверкая глазками, конечно было нужно что то придумать, а то просто так Ирина не скажет.

— Ого, и как зовут? — спросила Ира глядя на влюбленную подругу, ну как ей казалось.

— Ну как зовут не знааю. — Протянула девушка, а затем добавила. — Но погоняло у него Кащей

Сказала блондинка невинно хлопая глазками. В комнате повисло напряженное молчание, аж интересно стало что ей ответит Ира? Воздух, казалось, сгустился, зарядившись невысказанными словами и предчувствием надвигающейся бури. Ира, смерив блондинку долгим, пронзительным взглядом, медленно поставила чашку на стол, и звук фарфора о дерево прозвучал оглушительно резко в этой мертвой тишине.