Глава 5: Я должна была уйти - но не смогла
Я не знаю, сколько стояла в тишине после его слов.
«Я тот, кому однажды пришлось выбирать между жизнью брата и свободой. И я выбрал не то.»
Будто из меня выдернули воздух. Сердце стучало так громко, что заглушало мысли.
— Ты... хочешь сказать... Билл... — я осеклась. — Он погиб из-за тебя?
Том не сразу ответил. Он смотрел в пол, пальцы на его правой руке нервно дёргались. И когда он заговорил — голос был хриплым, почти сорванным:
— Не напрямую. Я не нажимал курок. Но я знал, кто это сделает. И я молчал.
У меня дрогнули ноги, я присела на край дивана, обхватив себя руками. От холода? От шока? Или от того, что я начинала понимать: всё гораздо темнее, чем казалось.
— Почему ты молчал? — прошептала я.
Он сел рядом, но не коснулся меня.
— Потому что если бы я заговорил — нас бы убили обоих. Я выбрал... жизнь. Свою. Жалею об этом каждую грёбаную ночь.
Мне стало плохо. Физически. Потому что передо мной сидел человек, который носил в себе эту боль годами. Не показывал. Не признавался. И вдруг — сказал это мне. Почему?
— Почему ты рассказываешь это мне? — спросила я срывающимся голосом.
Он медленно повернул голову ко мне. Его глаза были другими. Не просто уставшими — сломанными.
— Потому что ты первая, кто остался после правды.
Я не знала, что ответить. Хотелось убежать. Спрятаться. Умыться. Заснуть. Сделать вид, что всего этого не было. Что я просто бариста, а он — просто клиент. Но в глубине души я знала — я уже не выйду из этой истории прежней. И не выйду из неё легко.
⸻
Мы молчали почти час. Он пил воду, я сидела в уголке дивана и глядела в одну точку. Потом он встал.
— Я отвезу тебя домой.
— Я не поеду домой, — ответила я.
— Почему?
— Потому что там кто-то уже был. Потому что мне страшно. Потому что... — я сжала кулаки. — Потому что я не могу оставить тебя сейчас.
Он прикрыл глаза. На секунду — будто выдохнул с облегчением. Но тут же вновь сжал губы:
— Тогда ты должна знать. Они придут. Снова. Не ко мне. К тебе. Чтобы через тебя добраться до меня.
— Кто они?
Он сел рядом. Взял мою руку. Не как мужчина женщину. Как утопающий — спасательный круг.
— Те, с кем я работал. После... после того, как умер Билл, я ушёл. Забрал кое-что, что им принадлежало. Деньги. Документы. Они не прощают.
— Почему ты не уехал?
— А ты думаешь, не пытался? — усмехнулся он горько. — Но есть вещи, от которых не убежишь. Даже если сменишь имя.
Я вытерла лицо рукой. Мне казалось, что я уже не плачу. Просто кожа горит.
— И что теперь?
Он встал. Подошёл к окну. Улица была пуста.
— Теперь ты либо уходишь, Джессика. С концами. С телефоном, который я сам разобью, с новой квартирой, и больше никогда меня не увидишь.
— Либо? — спросила я, хотя уже знала ответ.
Он обернулся. В его взгляде было всё: страх, любовь, вина, одиночество.
— Либо остаёшься. И тогда мы будем бороться. Вместе. Но я не обещаю тебе ничего, кроме боли.
Я смотрела на него долго. Сердце стучало, как бешеное. В голове звучал только один вопрос:
Я готова?
И внутри что-то сломалось.