Ненависть...

- chapter 18 -

Подхватив собственного друга, он понес его по коридору, тут же толкнув ногой дверь. Я могу поклясться, что в этот момент он пробормотал: "В первый и последний раз."..

Однако ванна Сим была не пуста, какой-то парень слишком страстно целовал девушку, медленно раздевая ее. Мои щеки стали пунцовыми, захотелось выбежать из комнаты и вернуться обратно на кухню, однако Лим свободной рукой резко остановил меня.

― Свалили отсюда сейчас же! ― Во всю глотку, полностью разъяренный, в настоящем бешенстве, которое только может охватить человека. Я со страхом смотрела на его лицо в эти секунды. У него было такое выражение лица, будто бы он только что убил человека.

Парочка дернулась, девушка стала собирать свои вещи, и через минуту дверь захлопнулась за нами. Никогда бы не подумала, что жизнь приведет меня к тому, что я останусь с Лимом в одной комнате.

― Что дальше? ― Резко спрашивает он, с ожиданием следующих команд.

― Нужно промыть ему желудок. Я принесу содовую, а ты немедленно звони в скорую!

И оставив его одного с Чимином, я выбегаю из комнаты, разыскивая на кухне соду. Мои руки отчаянно тряслись, я даже разбиваю тарелку, но мысль, что человек сейчас может умереть, отчаянно заставляла двигаться дальше и мыслить рационально. В ванной было душно, я с трудом дотягиваюсь до небольшой форточки и открываю ее. А после кидаюсь к парню, который с трудом был в сознании.

― Не смей отключаться, понял меня?! ― Строго отчеканила я Чимину, которого освобождала от тугого ворота клетчатой рубашки. Мысль, что в эту секунду я очень похожа на отца, прокатилась в сознании. Глаза парня стали закрываться, я обращаюсь к Юнги, зная, что точно не смогу ударить Чимина. ― Но не переусердствуй. Нужно, чтобы он только пришел в сознание.

Его легкий кивок. Пощечина. Отсутствие реакции. Новая пощечина. Сдавленные хрипы. Картинки проносились мгновенно, и вот уже Чимин блюет в ванную: его спина горбиться, конечности дергаются. Меня саму затошнило, но я не могла отвести взгляда. Юнги все это время молча наблюдает, на его лице нет ничего, кроме скривленных от отвращения губ.

Как только с промыванием желудка было кончено, Пак лег на холодный кафель, затуманенными глазами обследуя потолок.

― Нужно перенести его в теплое место, ― тихо говорю я, ощущая, как волнение постепенно уходит. ― Справишься? Я сделаю ему чай.

Вновь оставляю Юнги одного, после видя, как он протащил Чимина в противоположную комнату. Я не могла спокойно смотреть на него, следит за выражением глаз ― мне становилось не по себе. Именно поэтому я стараюсь задержаться на кухне, где народ заметно поубавился.

Открыв нужную дверь, я понимаю, что это спальня самой Сим, на постели которой теперь корчилось тело Чимина, приходившего в себя.

― Чё за х*йня была со мной, Принцесска? ― Вяло спрашивает он хриплым и изнеможенным голосом.

Мне не нравилось это обращение, было в нем что-то нахальное и приторное, но я пропускаю его мимо ушей, подавая парню горячий чай. Он не смог приподняться, пришлось помочь самой. Удивительно, но я даже укрыла его одеялом, на что он слабо усмехнулся.

― Что ты пил? ― Строго спрашиваю я, но Чимин блаженно хлюпает приготовленный чай, не собираясь отвечать так скоро.

Я вытаскиваю телефон из кармана и обращаю внимание на время. Скорая уже должна была приехать, но ее так и не было. Привстав с края постели, я наблюдаю в окне за внутренним двором, частью дороги, но не было ни единого признака появления кареты скорой помощи.

― Они не приедут. ― Голос Лима обращается ко мне. Я резко оборачиваюсь и сталкиваюсь с его хмурым выражением лица и вальяжно разложившимся на пуфике телом.

― Ты ведь и не вызывал скорую, да? ― С подозрением щурюсь я, сжимая кулаки. ― Ему может стать хуже!

Мой голос переходит на крик, что парню, соответственно, не нравится.

― Тогда промоешь ему желудок еще раз, ― угрожающе отвечает он на мой выпад, впритык оказываясь возле меня.

― Эй-эй, харош. ― Прерывает нашу перепалку взглядами Чимин. ― Лучше принесите мне еще чаю. Я капец как пить хочу. У меня ощущения такие, будто ничерта внутри нет.

Юнги схватил кружку чая, с силой захлопнул дверь. Я переглянулась с вялым Чимином, сев на пол и упираясь спиной об стену. Если ему станет хуже (а это вполне возможно), то ответственность полностью ляжет на Юнги.

Перевернувшись на бок, Чимин стал с интересом разглядывать мое разъяренное лицо, порой приглушенно отпуская смешки.

― Тебе стоит меньше пить. В следующий меня может и не оказаться рядом. ― Грубо отвечаю я, в упор наблюдая за его выражением лица при приглушенном свете ночника. ― И да, это было алкогольное отравление.

― Мне холодно. ― Только и отвечает он совсем как ребенок, больше кутаясь в одеяло. Мы замолкаем, мне совсем не хочется здесь оставаться. ― Мне, наверное, надо поблагодарить тебя?

― Не напрягайся.

― Ладно. ― Он замолк, но парень с трудом выдерживал тишину. ― Ты спасла мне жизнь, а значит, что я у тебя в долгу. Если что, обращайся.

― У меня нет особых проблем. ― Пытаюсь переубедить я его.

Он задумчиво покачал головой, словно не был согласен с этими словами. В комнате появился Юнги, подал другу чай и сел, точно как я же, но возле противоположной стены. Так мы в упор могли наблюдать друг за другом, чем он и занялся, вовсе не задумываясь о том, приятно ли это мне.

Я встала, собираясь уйти, внимательно оглядела Чимина, который казался слишком бледным. Но ведь его друг сможет о нем позаботиться?

― Сядь обратно. ― Как приказ вставляет Юнги, в упор следя за мной.

― Я не собираюсь здесь оставаться.

― Нет, ты останешься. ― Он вновь встает, указывая рукой на мое прежнее место. ― Если я прикажу, то ты здесь и заночуешь, так что сядь!

Чимин не смел вставить ни слова. Он робел.

― С чего бы это мне подчиняться твоим приказам? ― Прошипела я. ― Кто ты такой? Если тебе удалось затащить мою пьяную сестру к склепу однажды, если ты и пугаешь меня своими взглядами, то это не значит, что я буду безоговорочно подчиняться тебе!

― Будешь.

― И не подумаю.

Он тяжело дышал, опаляя меня горячим порывом. Голова кружилась в этот момент, но взгляд был строг и уверен.

― Останешься, потому что, если ему станет плохо, ― он рывком указал на Чимина, который заснул в постели, ― ты будешь чувствовать себя виноватой. И ты знаешь это, не спорь! Мне будет в целом плевать, а ты будешь винить себя до конца жизни.

Я медленно развернулась от ужаса и села на место, Юнги победно ухмыльнулся.

― Хорошая девочка. ― Торжество. Лицемерное подхалимство самому себе.

― Гори в Аду. ― Выплюнула я.

― Только вместе с тобой.

Я просидела в квартире Сим до полуночи, борясь со сном. Заранее предупредила Чау, чтобы та оправдала меня перед отцом. Я практически уверена в том, что она соврала будто бы я осталась у Бао на ночевку.

Пришлось еще раз промывать желудок Чимина и поить его чаем. Он беспутно извинялся в бреду и горячке, когда я трогала его лоб, щеки, пытаясь хоть что-то определить.

Я не обмолвилась с Юнги ни словечком, старалась не смотреть на него, но зарядка на телефоне заканчивалась, тело затекало, а приглушенно доносившаяся музыка только усугубляла ситуацию.

Ближе к часу ночи я почти бы заснула, чувствуя, как Юнги тихо привстал и, кажется, направился ко мне, однако в этот момент в комнату кто-то вломился с криками и говорами. Это вывело меня из оков сна. Юнги выгнал шумную компанию за дверь, пригрозив им чем-то. Мы вновь остались одни.

Почему он так смотрит на мня? Что же не так?

Чимин захрапел, переворачиваясь на другой бок.

― Скажи, что для тебя самое ужасное в жизни?

Он заговорил первый, так же неотступно наблюдая за мной. Юнги только и ждал момента, когда Чимин окончательно заснет. Вопрос показался таким странным, что я не захотела отвечать на него.

Вопрос повторился.

― Не знаю, ― пожала я плечами. ― Для тебя?...