закат после тишины

Дождь моросил за окном, лениво стуча в окна, создавая ритм. С их удачной прогулки прошло уже два дня. Большего разузнать не удалось. Вряд-ли кто-то сможет перепрыгнуть высокий забор.

Феликс лежал на кровати бездумно глядя в серый потолок. До чего же скучно было находится здесь. Казалось, что парень изучил каждую трещину в этой старой штукатурке, каждый угол и скол грязной краски. Заметив поникшее настроение Феликса парень вдруг поинтересовался.

— Ты всегда проводишь время так? - тихим мелодичным голосом спросил Хёнджин приподнимаясь с скрипящей кровати.

Безумец улыбнулся, поправив непослушную прядь волос.

— Да, но иногда я просто медитирую.

Хёнджин ужаснулся. Неужели он не пытался что-то придумать? Чем-то себя занять?

— А родственники навещают тебя? - снова задал вопрос Хван, прежде чем сел на кровать поджав под себя ноги.

Феликс хрипло рассмеялся.

— Сюда привозят тех, кто становится не нужным, неужели ты понял, что здесь не лечат? - улыбнулся тот, повернувшись в сторону Хвана. - Жалко мне тебя, ты оказался в суровой реальности, наверное до сих пор того не понимая.

Хёнджин вдруг поник. А ведь и вправду, друзья оставили его здесь, совсем одного, словно в океане с спасательным кругом. Но кто для него этот спасательный круг? Феликс?

— Мы ведь выберемся отсюда? - спросил Хёнджин, ещё раз подняв взгляд своих тусклых глаз на парня. - Просто представь, как там, снаружи, так свободно, никакого контроля, только зелёный лес, горы и прекрасные глубокие реки.

— Обещаю тебе. - лишь это сказал его загадочный собеседник в ответ, после чего вдруг резко встал с кровати.

Феликс потянулся в прикроватную тумбу стоящую рядом, вынув оттуда коробку. Старый картон едва держал форму.

— Что это? - спросил Хван глядя на то, как Феликс что-то ищет в своей коробке.

Ничего не ответив, тот протянул ему свёрнутую в трубочку белую салфетку.

— Возьми.

Хёнджин аккуратно взял протянутый ему предмет и положил на колени, раскрыв вещь, он увидел несколько палочек угля.

Подняв голову он встретился с лицом Феликса, что также смотрел на эти черные палочки, не скрывая вялой улыбки.

Его лицо было слишком близко, так непозволительно близко, как ещё никто другой не приближался. Безумец смотрел точно в его глаза, словно искал в них что-то, на дрожащие ресницы и прядь волос, неуклюже упавшую на лоб, на бледно-розовые губы, с которых вдруг сорвался шёпот.

— Феликс? - безумец вдруг опомнился, слегка отдалившись.

— Извини. - ответил тот, скрывая смущение. - Это угольные грифели, я подумал, что ты сможешь нарисовать на нашей стене тот пейзаж, который описал мне.

Хёнджин радостно улыбнулся, не веря своим ушам. Собственный пейзаж в их комнате. Этот потрясающий вид будет радовать их обоих, напоминая о общей цели.

— Пусть этот рисунок будет радовать нас, пока мы здесь.

Хёнджин покрутил один из грифелей в руках, после чего незамедлительно принялся за работу, рисуя на стене возле кровати большие холмы, деревья и реку, всё как он себе представляет. Уголёк оставлял полосы на старой, осыпающейся стене.

— А нас не поругают медсестры? - спросил Хёнджин, чуть помедлив.

— Им всё равно, Джо тоже так делала. - ответил Феликс.

Подойдя к кровати соседа, Феликс взял второй кусочек угля и нарисовал стаю пролетающих птиц, улетающих за гору.

— Они свободные птицы, - прошептал тот, проводя пальцами по рисунку. - когда-то и мы будем свободны.

Хёнджин вдруг крепко схватил мужскую руку в порыве эмоций и произнёс:

— Да, я верю что мы сбежим. - заверил его тот, присев ближе.

Ладони вспотели от волнения. Встретившись взглядом они замерли друг на против друга, Хёнджин — сжимая его руку и Феликс  — держа в другой руке кусочек угля.

— Ты ведь не бросишь меня когда мы выйдем отсюда? - смущённо спросил тот, глядя на безумца.

— Не брошу, но смогу оставить. - также смущённо ответил он, ощущая лёгкий жар.

Действуя по воле чувств, Хёнджин потянулся к приоткрытым и сухим губам парня, накрывая его своими. Этим действием он хотел выразить все свои чувства и благодарность этому смущённому парнишке, что смотрел в его закрытые глаза.

Руки Хёнджина аккуратно, словно боясь напугать обвили шею Феликса, притягивая того ближе. От таких действий безумец начал испытывать странные чувства: внизу живота словно завязался узел, мокрые ладони будто сами по себе потянулись к спине Хвана.

Прикрыв глаза Феликс начал отвечать на действия парня, притянул его ближе. Ладонь легла на спину, нежно проходясь вдоль позвоночника. Казалось бы, не так давно знакомы, но он словно знал его тысячи лет. Феликс не может объяснить это, но он знает, что такого ещё ни к кому не испытывал. Прикусив мягкую губу Хёнджина, он удивился, услышав в ответ тихое мычание. Ему больно?

Незамедлительно отдалившись от губ, Феликс удивлённо посмотрел на его алые, пухлые от поцелуя губы.

— Я сделал что-то не так? - спросил тот, стыдливо глядя в его туманные глаза.

— Всё хорошо, - Хёнджин помедлил. - ты прости за это...

Ничего не ответив, Феликс притянул лицо к себе, оставляя поцелуй на розоватой щеке.

— Я обещаю тебе, что мы увидим такой пейзаж вместе.

...

Хёнджин нехотя держал металлическую ложку в руке, проводя ей по поверхности густой манной каши.

— Опять с комочками... - тихо произнёс тот, поднося предмет с едой к лицу.

Феликс ответил ему безразлично — холодным взглядом. С момента их поцелуя он ведёт себя очень странно, словно старательно избегает общения с Хваном. Такое поведение не ушло незаметным для самого Хёнджина, он был взволнован мыслями о том, что Феликс поменял своё мнение на счёт их побега, неужели он решил оставить его?

Феликс отодвинул от себя полу-пустую тарелку и глянул на Хёнджина.

— Ты всё? — поинтересовался тот.

Хван кивнул, вставая за парнем. Похлопав молчаливого друга по плечу, Феликс вместе с Хёнджином вышли из столовой.

Комната встретила их прохладой, прикрыв окно, Хёнджин сел на кровать.

— Почему избегаешь меня? - спросил Хёнджин, когда парень сел напротив. - неужели ты врал мне тогда?

Парень кажется даже удивился, от таких слов, ему было неожиданно это слышать.

— Я не избегаю тебя и не врал, просто... - он вдруг запнулся, не зная как продолжить дальше.

На самом деле, Феликс избегал парня не намеренно. После того события он долго вспоминал этот момент и каждый раз его брала дрожь, от ощущений и воспоминаний. Таких эмоций как тогда, прижимая к себе мужское тело, он не испытывал. Плохо это или хорошо? Он так боялся признаться себе, что привязался к человеку так сильно, что готов бежать с ним куда угодно.

— Просто что? - не прекращал спрашивать Хёнджин.

— Я никогда не испытывал таких чувств. - признался тот, вставая с кровати и подходя ближе.

Хёнджин покрылся румянцем, пытаясь скрыть его за волосами. Он вдруг вспомнил с какими чувствами припал к его губам и чувства мигом возродились от теплого воспоминания.

Феликс протянул руку к его лицу, приподнимая подбородок. Хёнджин продолжал сидеть, краснея.

— Прости меня, Хёнджин.

И потянув его за руку, он заключил Хёнджина в свои объятия, совершенно не понимая, как нужно обращаться с ним правильно.