Шёпот ночи

"Сила не всегда заключается в том, чтобы подчинять других или использовать их ради собственной выгоды. Истинная сила - это умение остаться верным себе, даже когда мир толкает тебя на колени."

Девушка зашла в почти пустую квартиру, осторожно поставив пакет с едой на стол. Её ноги казались ватными и еле двигались. Мысль о том, чтобы скорее добраться до своей комнаты и упасть в мягкую кровать, заполняла её сознание. Тихо плетясь по коридору, она чувствовала, как усталость постепенно затягивает её в туман.

Зайдя в свою комнату, девушка без сил упала на кровать.
- Наконец-то... - выдохнула она, устраиваясь поудобнее на мягких подушках.

Она была измотана не только физически, но и морально. Постоянные мысли о деньгах, которых всегда не хватало, изнуряли её. А ещё хуже было думать о больной бабушке, которая каждый день боролась за свою жизнь.

Иногда Т/и мечтала просто вырваться из этого замкнутого круга забот, хотя бы ненадолго забыть о проблемах. Провести день для себя, почитать книгу или посмотреть фильм - разве это слишком много? Но работа и долг всегда стояли на первом месте.

Временами девушке приходила мысль: а что, если начать встречаться с богатым парнем? Такой шаг мог бы облегчить её жизнь и, возможно, дать шанс вылечить бабушку. Но... это было подло. Так считала она сама. Никогда бы не смогла переступить через свои принципы - хотя, может, именно это и мешало ей помочь самому дорогому человеку?

Наплевать на чувства того, кто любит тебя, ради спасения близкого. Это верно? Или неправильно? Ведь жизнь - жестокая штука. Здесь выживает тот, кто готов бороться, а проигрывают те, кто отдают себя любви, теряя рассудок.

Слабые всегда остаются на дне, пока сильные пытаются изменить свою судьбу. Девушка не осуждала тех, кто использовал других ради выгоды. Это был их выбор. В конце концов, жизнь такова, что выживают сильнейшие.

Но сама она не могла решиться на подобное. Каждый раз, когда такая мысль закрадывалась в её сознание, внутри поднималась волна протеста. Это словно внутренний голос напоминал ей, что даже в жестоком мире нужно оставаться человеком. Сохранить свою душу, свои принципы - это ли не самая большая победа, когда вокруг всё рушится?

И всё же сомнения не отпускали. Что важнее: честь или спасение тех, кого любишь? Как примирить в себе жертвенность и эгоизм? Иногда ей казалось, что жизнь ставит перед людьми такие выборы специально, чтобы проверить их предел.

Девушка понимала: сила не всегда заключается в том, чтобы подчинять других или использовать их ради собственной выгоды. Истинная сила - это умение остаться верным себе, даже когда мир толкает тебя на колени.

Но сколько ещё она сможет бороться? Усталость с каждым днём давила сильнее, и иногда ей казалось, что всё, чего она хочет, - это просто перестать думать, перестать выбирать. Позволить течению жизни унести её туда, где не нужно ломать себя ради любви или принципов.

И всё-таки она знала: однажды ей придётся сделать выбор. Настоящий. Между тем, кем она хочет быть, и тем, кем вынуждена стать.

А пока девушка лежала здесь, утопая в своих мыслях и проблемах, мир продолжал вращаться, не обращая на неё внимания. Всем было наплевать на её чувства, её борьбу, её усталость. И это нормально. Это жизнь - безжалостная, равнодушная и в то же время удивительная своей непредсказуемостью.

Она понимала, что ждать помощи от других - значит терять время. Никто не придёт, чтобы спасти её, и, возможно, это справедливо. Каждый борется за своё место под солнцем, и никто не обязан делить чужую боль.

Даже не потрудившись раздеться, девушка мгновенно погрузилась в сладкий сон, словно её усталость растворилась в мягких объятиях ночи.

~~ От лица Чимина~~

Парень сделал последний глоток, опустошая стакан до дна. Тепло алкоголя разлилось по его телу, расслабляя каждую мышцу. Взгляд, затуманенный, скользнул по пустому стакану, а затем остановился на мужчине за барной стойкой. Чимин слегка приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но его прервал чужой голос.

- Можно, пожалуйста, виски, - раздался мелодичный, но уверенный женский голос.

Он перевёл взгляд на незнакомку, которая села за барную стойку. На её фигуре плотно облегающее золотое платье переливалось под светом, привлекая внимание. Его длина едва закрывала её бёдра, открывая ровные линии ног. Взгляд Чимина невольно скользнул выше, останавливаясь на её ключицах и тонкой цепочке на шее, украшенной золотой подвеской в форме змеи.

Чимин поморщился, чувствуя лёгкое раздражение. Её дорогая одежда и уверенная осанка буквально кричали о высокомерии и притворной элегантности.

- Конечно, - спокойно ответил Карл, принимая её заказ.

Чимин отвернулся, демонстративно игнорируя как бармена, так и незнакомку. Он не собирался тратить своё внимание на очередную представительницу блестящего, но пустого мира.

Взгляд парня скользнул на танцпол, где толпа пыталась потеряться во времени. Каждый двигался в своём ритме, пытаясь забыть о проблемах, которые давили грузом на их плечи. Но разве это свобода, о которой так часто говорят люди? Жизнь, ограниченная рамками: от зарплаты до зарплаты, от одной проблемы к другой.

В этом хаотичном водовороте движения и света, казалось, не было места настоящей лёгкости. Здесь люди искали временное спасение, лишь на мгновение сбрасывая маски, но их взгляды всё равно выдавали скрытую усталость. Танцпол был их убежищем, но не решением.

Чимин задумался, наблюдая за этим спектаклем. Он знал, что большинство из них вернётся домой такими же потерянными, какими пришли. Алкоголь и музыка - это всего лишь иллюзия свободы, временный побег от реальности, которая всё равно догонит.

Его взгляд задержался на девушке, чьё золотое платье переливалось под огнями. Она подняла бокал виски и, кажется, смеялась, но её улыбка была какой-то натянутой. Чимин заметил это сразу, ведь он слишком хорошо умел видеть маски. Может, она тоже была одной из тех, кто пытался скрыть свои раны за блеском и роскошью?

Он отвёл глаза, почувствовав неприятное жжение внутри. Вся эта сцена - танцующие люди, громкая музыка, бессмысленные разговоры - напоминала ему о его собственной жизни. О том, как он сам бежал от проблем, пряча их за алкоголем и бессмысленными ночами в клубах.

Чимин снова наполнил свой стакан и сделал ещё один глоток. Горечь алкоголя разлилась по его горлу, но вместо облегчения он почувствовал только пустоту. "Свобода? Нет, это просто другой способ держать себя в клетке", - мелькнуло у него в голове.

Чимин был слабым человеком, и он это прекрасно осознавал. Он ненавидел это в себе, но ничего не мог с этим поделать. Каждая проблема, каждая ошибка - всё, что он не мог контролировать, - неизменно приводило его к одной и той же привычке. Алкоголь стал его убежищем, иллюзией утешения, где на короткое время боль притуплялась, а реальность отступала.

Он знал, что это неправильно. Знал, что каждый глоток лишь затягивает его глубже в бездну, но отказаться от этой слабости казалось невозможным. Он пытался - правда пытался. Но проблемы всегда возвращались, снова и снова, и у него не хватало сил их решать.

"Слабак", - думал он о себе, глядя на пустой стакан в своих руках. Ему хотелось кричать, разбить всё вокруг, выпустить эту ярость наружу, но вместо этого он просто поднимал руку, подзывая бармена. Ещё одна порция. Ещё один побег.

Возможно, он и правда был слабым. Но в этой слабости он находил свой способ выживать. И это пугало его больше всего.
Иногда Чимин задумывался: если бы не алкоголь, что могло бы спасти его от этого жестокого мира? Мира, где каждый новый день - это игра на выживание, где ставки всегда выше, чем ты готов поставить, и где никто не даёт второй попытки.

Он часто сравнивал жизнь с казино. Здесь нет правил, которые работали бы в твою пользу. Ты бросаешь кости, надеясь на удачу, но чаще всего проигрываешь. И каждый проигрыш давил на него всё сильнее, выжимая остатки сил, заставляя снова искать утешение на дне стакана.

- Мир слишком жесток, чтобы быть трезвым, - думал он. Это была его правда, его оправдание. Жизнь требовала железных нервов и холодного разума, но он, как будто сломанная фигура на этой игровой доске, мог лишь наблюдать, как очередная партия заканчивается не в его пользу.

Парень медленно поднялся со стула, небрежно протянув деньги бармену. Тот быстро принял оплату, но Чимин даже не удостоил его взглядом. Развернувшись, он направился к выходу, лавируя среди танцующих тел, как будто они были частью какого-то хаотичного ритма, который не мог его затронуть.

Когда он наконец вышел из клуба, прохладный ночной ветер ударил ему в лицо, заставив вздрогнуть. Холод пробежал по коже, вызывая мурашки.
- Прохладно... - пробормотал он себе под нос, доставая телефон из кармана джинсов. Не тратя времени, он вызвал такси и засунул телефон обратно, пряча руки в карманы.

Машина приехала через несколько минут. Сев внутрь, он расслабленно откинулся на сиденье, наблюдая за меняющимся пейзажем за окном. Город жил своей жизнью: парочки прогуливались по тротуарам, держась за руки, компании друзей смеялись и болтали, их голоса сливались с шумом города.

Чимин фыркнул, отвернувшись от окна. Ему казалось, что эти улыбающиеся лица слишком фальшивы. Счастье раздражало его. Оно казалось недостижимым и показным, как будто эти люди просто хвастались тем, что он никогда не сможет почувствовать.
- Высокомерные, - подумал он, прикрыв глаза, стараясь абстрагироваться от этого чужого, ненужного ему мира.

Вскоре такси остановилось перед большим домом. Уставший взгляд Чимина упал на здание - трёхэтажный особняк, построенный из серого камня, холодного и строгого на вид. Высокие окна с тёмными шторами скрывали всё, что происходило внутри, добавляя дому ощущение отчуждённости и тайны.

Подсветка вдоль фасада лишь подчёркивала его величие, но для Чимина это место давно утратило уют и тепло. Оно было лишь убежищем, пустым и глухим, как и он сам. Парень медленно вышел из машины, бросив быстрый взгляд на водителя, но ничего не сказав.

Поднявшись по широкой лестнице к массивной двери, Чимин достал ключи. Его пальцы слегка дрожали - остатки алкоголя в крови давали о себе знать. Он выругался себе под нос, пытаясь попасть ключом в замок. Металл заскрежетал о поверхность, прежде чем, наконец, ключ вошёл на своё место.

Звук поворачивающегося механизма раздался громче, чем обычно, отдаваясь в голове неприятным эхом. Парень коротко вздохнул, на мгновение опираясь на холодную поверхность двери, прежде чем толкнуть её и войти внутрь.Войдя внутрь, он оказался в просторном холле, который встретил его прохладой и мрачной тишиной.

Закрыв дверь за собой, Чимин тяжело вздохнул. Дом был велик, но лишён души, и каждый раз он возвращался сюда с ощущением, что его проблемы лишь расползаются по этим огромным пустым комнатам.

Голова у Чимина кружилась, а перед глазами всё расплывалось. Он сделал неуверенный шаг в сторону, но знакомый, резкий голос заставил его замереть.

- Ты где был? Опять в своих клубах? - громкий и строгий тон прозвучал из-за спины.

Чимин медленно повернулся на голос и увидел своего отчима. Мужчина стоял в дверном проёме, одетый в домашнюю одежду. Его тёмно-карие глаза буквально прожигали Чимина взглядом. Парень лишь закатил глаза и, отвернувшись, пробормотал:

- Отвали.

Его рука скользнула по холодным перилам лестницы - он опирался на них, чтобы не потерять равновесие.

- Чимин, не отворачивайся от меня! Я ещё не закончил с тобой! - голос мужчины стал ещё громче, звуча почти приказом.

Чимин раздражённо остановился, повернулся через плечо и произнёс хриплым, уставшим голосом:

- Что тебе надо?

Отчим сделал шаг вперёд, складывая руки на груди.

- От тебя несёт алкоголем. Может, хватит вести себя как ребёнок? Ты думаешь, что пить - это круто? Хоть раз в жизни послушай своего отца!

Слова отчима вызвали в Чимине вспышку ярости. Он стиснул зубы и, сжимая перила до побелевших пальцев, холодно ответил:

- Ты мне не отец.

На секунду в доме повисла напряжённая тишина. Отчим нахмурился, его челюсть сжалась, а взгляд стал ещё жёстче. Чимин знал, что его слова задели, но его это не волновало.

- Ты можешь хоть раз повзрослеть? - резко спросил мужчина, делая ещё шаг вперёд. - Ты уничтожаешь сам себя, Чимин. Посмотри на себя: весь пропах алкоголем, едва стоишь на ногах.

Чимин усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли радости.

- Тебе ли говорить мне, как жить? - его голос был пропитан сарказмом. - Ты всю жизнь пытаешься меня воспитывать, как будто это что-то изменит. Но я тебе не сын, и ты мне никто.

Мужчина резко вдохнул, его лицо исказилось от гнева, но он сдержался.

- Твоей матери бы не понравилось, что ты так живёшь, - произнёс он, понижая голос.

Эти слова заставили Чимина застыть. Его глаза на мгновение потемнели, а пальцы, всё ещё сжимающие перила, дрогнули.

- Не смей упоминать её, - тихо, но с угрозой в голосе сказал он.

Отчим вздохнул, понимая, что перешёл черту.

- Я просто хочу, чтобы ты задумался, - произнёс он мягче. - Ты идёшь по пути, который приведёт тебя в никуда.

Чимин ничего не ответил. Он лишь поднял взгляд, полный горечи и усталости, а затем разжал пальцы, отпустил перила и, качнувшись, начал подниматься по лестнице.

- Не лезь в мою жизнь, - бросил он через плечо, даже не оглядываясь.

Мужчина остался стоять внизу, наблюдая, как его пасынок исчезает на втором этаже. Вздохнув, он тихо пробормотал:

- Ты сильнее, чем думаешь, Чимин. Но, похоже, ты этого не видишь.

Мужчина что-то ещё говорил Чимину в спину, но слова растворялись в гудящем сознании парня, словно фоновые шумы.

- Ты не можешь всю жизнь прятаться за алкоголем! Рано или поздно придётся ответить за свои поступки! - строго произнёс отчим, но Чимин даже не обернулся.

Его шаги глухо стучали по деревянным ступеням лестницы, сопровождая тираду мужчины.

- Думаешь, всем наплевать? Думаешь, я просто так трачу на тебя своё время? Ты сам себя разрушаешь, Чимин!

Чимин дошёл до своей двери, толкнул её, вошёл и тихо захлопнул за собой. Звук затворившейся двери окончательно отрезал его от остального мира, оставив наедине с собственными демонами.

Чимин вошёл в свою комнату, не включая свет. Полумрак приятно обволакивал его, скрывая всё лишнее. По дороге к кровати он случайно задел ногой рюкзак, брошенный посреди комнаты, и резко пнул его в сторону.

- Вот же подонок! - раздражённо пробормотал парень, присаживаясь на край кровати. Его руки дрожали, когда он сжал виски, пытаясь унять пульсирующую боль в голове. - Как он вообще смеет говорить о матери?

Его голос звучал глухо, почти шёпотом, но в пустой комнате он казался громче.

- Подонок... - выдохнул Чимин, проводя ладонями по лицу. Злость смешивалась с бессилием, обжигая изнутри. Он закрыл глаза, пытаясь успокоить хаотичные мысли, но воспоминания и слова отчима вновь и вновь всплывали в его сознании, не давая покоя.

Чимин не переносил своего ненавистного отчима. Каждый взгляд на этого человека напоминал ему о разрушенной семье и том, как несправедливо сложилась его жизнь.

Когда Чимин был маленьким, его родной отец предал их семью, изменив жене. Мать, не выдержав боли, подала на развод. С тех пор жизнь перевернулась. Оставшись одна с маленьким сыном, она была вынуждена работать на износ, берясь за любые подработки, чтобы оплатить счета и обеспечить их обоих.

Каждый вечер она возвращалась домой измотанной, а маленький Чимин, так нуждающийся в её любви и внимании, оставался на заднем плане. Их разговоры редко длились больше пяти минут, ведь всё, о чём она спрашивала, касалось школы. После короткого диалога она уходила спать, не поинтересовавшись, что творится в душе её сына.

Она не знала его увлечений, не знала, есть ли у него друзья. Но друзей у Чимина не было. В школе он был изгоем. Одноклассники жестоко издевались над ним: запирали в туалетах, рвали его тетради, насмехались. Учителя предпочитали не вмешиваться, будто его страдания не существовали. Ему казалось, что он просто невидимка, существующий где-то на грани.

А в семь лет мать привела в дом мужчину. "Это мой друг", - сказала она. Но для Чимина этот "друг" с самого начала стал чужаком. Каждый взгляд на него вызывал отторжение. Этот человек никогда не пытался найти подход к мальчику, лишь усиливая ощущение, что в их доме он лишний.

Позже этот "друг" стал отчимом. С того момента Чимин почувствовал, как его мир окончательно рушится.

Мать Чимина всё чаще проводила время с этим незнакомцем, словно забыв о собственном сыне. Она смеялась с ним, готовила ужины и, казалось, находила утешение в новой жизни. Но Чимин остался за бортом этого счастья.

Чимин ещё помнил, как маленький мальчик, сидя в углу своей крошечной комнаты, обнимал свои ноги и тихо плакал, слушая, как из гостиной доносился радостный смех матери и её нового избранника. "Она забыли про меня", - думал он, шепча эти слова себе под нос, пока горькие слёзы катились по его щекам, срываясь на колени.

Тогда он впервые почувствовал, как пустота завладела им. Ему казалось, что внутри него ничего нет - ни сердца, ни тепла, ни радости. Он был лишь маленьким, никому не нужным мальчиком, скучным и забытым. И самое ужасное было то, что он верил: его никто не любил.

Но даже эти моменты не сравнились с тем, что произошло однажды. В тот день он вернулся из школы, грязный и заплаканный, с порванной рубашкой и очередным чувством унижения, которое всегда сопровождало его после издевательств одноклассников.

Войдя в дом, Чимин сразу заметил того самого мужчину, который забрал всё внимание его матери. Незваный гость сидел в кресле, небрежно листая новый журнал. Взгляд мальчика стал холодным, словно ледяным, а маленькие кулаки сжались до боли. Мужчина, почувствовав чей-то взгляд, поднял глаза и встретился с пылающими ненавистью глазами ребёнка.

- Малой, что с тобой? - лениво спросил он, отложив журнал в сторону. - Выглядишь так себе.

- Это всё из-за тебя... - процедил сквозь зубы Чимин, его голос дрожал от злости. - Ты... ты отнял у меня всё! - Он закусил губу так сильно, что почувствовал привкус крови. Слёзы стекали по щекам, но он не отводил взгляда. Сделав шаг вперёд, мальчик выкрикнул: - Ты украл мою маму, урод!

Мужчина лишь усмехнулся, его лицо оставалось спокойным и надменным.

- Маленький глупый мальчишка, - с усмешкой сказал он. - Это не я отнял её у тебя. Она сама не хочет тебя видеть.

Эти слова резанули по душе ребёнка, словно острый нож. Чимин замер, его губы задрожали, а в голове стучала одна мысль: "Она не хочет меня видеть?"

- Ты лжёшь! - закричал он, пытаясь перекричать собственное отчаяние.

Мужчина поднялся с кресла и, приблизившись, холодно сказал:
- А почему тогда она тебя не замечает? Почему не проводит с тобой время? Это не я ей противен, а ты. Ты ей не нужен, потому что ты слабый, никчёмный и жалкий. - Его слова обжигали, как огонь. - Запомни, Чимин, девушки не любят слабых и никчёмных парней, как ты.

С этими словами он взял со стола стакан с кофе и сделал глоток, продолжая смотреть на мальчика с презрением.

- Забудь о своей матери. Она теперь моя.

Чимин не выдержал. Слёзы боли и ненависти заливали его лицо. Рядом на тумбочке стояла шкатулка, и он, не раздумывая, схватил её и с силой швырнул в мужчину. Тяжёлый предмет попал в грудь, а горячий кофе пролился на его рубашку и штаны.

- Ты, маленький ублюдок! - мужчина вскочил, отряхивая горячую жидкость. Его лицо исказилось от злости. Он сделал шаг к Чимину, который, понимая, что натворил, попытался убежать. Но маленькие ноги подвели его: он споткнулся и рухнул на пол.

Мужчина надвигался на него, а страх сковывал мальчика. Но в глубине души Чимин всё равно думал лишь об одном: "Почему мама выбрала его, а не меня?"

Часть вышла большой, так что можно мне от тебя ⭐️